Глава 159

В комнате царила тишина, и взгляды всех игроков были прикованы к стоявшему у двери дворецкому. Холодный воздух казался тяжелым и вязким, затрудняя дыхание, и никто не осмеливался произнести ни слова, так что тишина была такой густой, что можно было услышать, как ветер проходит по комнате.

Коридор за дверью был тускло освещен, и черты лица дворецкого были нечеткими, лишь черные глаза без эмоций смотрели на игроков, вызывая у них чувство тревоги.

Мо И вспомнил, как в последний раз, когда он видел дворецкого в этой комнате, тот сразу же вывел его, даже не дав возможности снять белую ткань с картины. Теперь же все игроки собрались в комнате и пытались уничтожить ту самую картину. Ему стало интересно, как дворецкий отреагирует на происходящее.

Дворецкий медленно осмотрел комнату, его глаза были глубокими и черными, как два черных отверстия. Его бледные черты лица не изменились, и он произнес тем же холодным и вежливым тоном:

- Уважаемые гости, пожалуйста, вернитесь в свои комнаты и приведите себя в порядок. Ужин начнется через полтора часа.

Как только его слова прозвучали, в коридоре раздался глубокий звон колокола: сейчас три часа дня.

После этого дворецкий глубоко поклонился стоящим в комнате игрокам и повернулся, чтобы уйти. Когда его худощавая фигура исчезала в темноте, Мо И шагнул вперед и остановил его:

- Подождите.

Шаги дворецкого замерли, он медленно обернулся, открыв половину своего бледного, жесткого лица.

Мо И нахмурился и пристально посмотрел на дворецкого:

- Привести себя в порядок?

Вчера на ужине не было никаких требований по поводу одежды. Может, это означает, что на этот раз все иначе? И если на ужин требуется формальная одежда, то игроки вряд ли принесли вечерние платья в подземелье. Это значит, что подземелье подготовило их наряды?

Дворецкий ответил тем же тоном:

- Да, но не беспокойтесь, ваши наряды уже доставлены в ваши комнаты.

— Значит, подземелье действительно подготовило их.

Мо И не остановился на этом, а сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними, и с спокойным голосом продолжил:

- Если ужин такой формальный, значит, мы сможем встретиться с господином и госпожой де Клаус?

Дворецкий повернул свое бледное лицо к нему, его черные глаза пронзительно смотрели в тусклом свете комнаты, его голос оставался ровным:

- Конечно, вы — уважаемые гости.

Мо И внимательно изучал худощавую фигуру дворецкого, не упуская из виду даже малейшие изменения на его лице, но лицо дворецкого оставалось таким же спокойным, как холодный камень.

В этот момент с другого конца комнаты раздался незнакомый голос, звучащий немного беспокойно и высоко:

- Они ведь не собираются снова не явиться на ужин по какой-либо причине? Как в прошлые разы?

Мо И услышал знакомый голос, и, слегка повернув голову, увидел, что это один из опытных игроков, который ранее показывал ему путь в холле. Его лицо выглядело бледным и напряженным, как будто давление этого подземелья сильно сказалось на нем.

Дворецкий также повернул голову в сторону голоса и, сохраняя свой холодный и вежливый тон, ответил:

- Как слуга, я не должен вмешиваться в дела хозяев. Прошу прощения.

Это снова была та же уклончивость, и игроки поняли, что не смогут извлечь больше информации от дворецкого. В комнате снова воцарилась тишина.

Дворецкий снова глубоко поклонился игрокам и, развернувшись, направился в темный коридор, его худощавая фигура исчезла в густых тенях.

"Примиритель", который был прерван появлением дворецкого, не мог больше ничего сказать. Он бросил на Мо И злобный взгляд и вышел в коридор.

Другие игроки обменялись взглядами и тоже начали покидать комнату, направляясь к своим комнатам.

В тихом боковом зале остались только Мо И и Уэнь Чэнь. Холодный воздух, казалось, наконец успокоился, мелкая пыль плавно кружилась в лучах фонарика, а в ушах слышались приглушенные разговоры и шаги из коридора.

Мо И повернулся к стене и увидел, что портрет все еще висит в темноте. На тусклом холсте выделялись две яркие цвета, а черные глаза портретной дамы безмолвно смотрели на него, а ее алые губы казались окровавленными.

Тем не менее, женщина на картине была прекрасна — ее красота была не просто таинственной, а как будто пронизывала сердце зрителя, вызывая ужас и восхищение одновременно.

Мо И глубоко вздохнул, бросив последний взгляд на портрет, и вместе с Уэнь Чэном направился к выходу.

Как только они вышли из комнаты, их окутал холодный ветер, и дверь с глухим стуком захлопнулась, заставив Мо И вздрогнуть. Он обернулся.

В этот момент он услышал музыку пианино, доносящуюся сквозь закрытую дверь — мрачная и тяжелая мелодия звучала особенно зловеще в длинном и тихом коридоре.

Мо И замер, глядя на закрытую дверь, и попытался толкнуть ее.

Дверь была плотно закрыта, словно сварена.

Не в силах сдержаться, он прижался лицом к холодной двери, пытаясь заглянуть внутрь через щель.

Его ограниченный обзор позволял увидеть лишь узкую полоску света, а в боковом зале тусклый свет и покрытые белыми тканями предметы мебели закрывали его взгляд. Он изменил угол обзора, и, наконец, увидел пианино.

Музыка внезапно прекратилась.

Черный корпус пианино отражал тусклый свет в темноте.

На нем больше не было белой ткани, а перед пианино никого не оказалось.

Мо И медленно отступил, задумчиво глядя на плотно закрытую дверь — он вспомнил, что в комнате с темной дверью он не мог увидеть смутный силуэт... разве что через зеркало.

Мо И медленно выдохнул, глубоко взглянув на тихий боковой зал, затем повернулся к Вэнь Чэню и сказал:

- Пойдем.

Они вместе вышли в коридор, где в холле и на лестнице уже не было никого. Очевидно, остальные игроки уже разошлись по своим комнатам.

Мо И и Вэнь Чэнь поднялись по лестнице и прошли через тихий коридор к своим комнатам.

Он потянулся, чтобы открыть дверь своей комнаты, и его взгляд невольно упал на картину, висящую за дверью. На ней черный и красный цвета переплетались в неравномерный абстрактный узор, образуя огромный круг в черно-золотой раме, который казался глубоким проходом, готовым поглотить взгляд и сознание.

Почему-то Мо И всегда чувствовал, что с тех пор, как он в последний раз видел эту картину, что-то изменилось.

Он невольно нахмурил брови, но его размытые мысли были прерваны звуком закрывающейся двери, которую за собой захлопнул Вэнь Чэнь.

Мо И немного растерялся, вспомнив, зачем вернулся в комнату, и развернулся, чтобы открыть маленькую перегородку и туалетную комнату, где он в спешке начал что-то искать. После звука, похожего на звон, он наконец остановился, медленно прислонившись к стене и задумчиво глядя на беспорядок в комнате.

В комнате не было зеркала.

Он начал тщательно вспоминать каждую сцену, которую видел после входа в подземелье, словно медленно перематывая фильм, ища любое место, где он мог бы увидеть зеркало.

Через несколько минут Мо И наконец убедился: в этом подземелье он видел зеркало только один раз — в комнате, ведущей через темную дверь в боковом зале. Хотя он не проверял комнаты других игроков, если в их комнатах тоже нет зеркал, он не удивится.

Он медленно глубоко вдохнул и развернулся, чтобы выйти из туалетной комнаты.

Как только он вышел, Мо И увидел Вэнь Чэня, стоящего у кровати и внимательно рассматривающего что-то.

Мо И шагнул ближе и остановился рядом с Вэнь Чэнем, следуя за его взглядом на кровати.

На идеально гладком постельном белье лежал вечерний костюм, аккуратно раскроенное. Костюм был с идеальной линией плеч и талии, из черной тафты, которая блестела при свете, с викторианскими манжетами и воротником, украшенными изысканным узором, выглядело сдержанно и элегантно.

Мо И просто протянул руку и проверил — действительно, здесь была целая комплектация: рубашка, жилет, галстук, даже несколько роскошных, но простых аксессуаров были аккуратно организованы, словно это был костюм викторианской эпохи, аккуратно ухоженный на эту кровать.

Похоже, это и есть то, что дворецкий называл «привести в порядок одежду».

Мо И повернулся к Вэнь Чэню и увидел, что тот с блеском в глазах смотрит на него. На его глубоком лице, хотя и не было выражения, Мо И почему-то увидел в его глазах некое ожидание.

Он поднял галстук и, с недоверием, спросил:

- Ты хочешь это надеть?

Вэнь Чэнь покачал головой.

Мо И немного удивился, а затем быстро сообразил, поднимая брови:

- Ты... хочешь посмотреть, как я это надену?

Вэнь Чэнь не ответил ни «да», ни «нет», но мышцы на его щеках слегка напряглись, а в его светлых глазах сверкнуло ожидание, и дыхание чуть ускорилось.

Мо И с легким вздохом пожал плечами.

— Ладно, в любом случае, для вечеринки сегодня нужно будет одеться.