Глава 77

Сердце Мо И заколотилось, по меридианам и костям поползли мурашки, а холод, словно острый клинок, вонзился в мышцы, прорезал плоть и кровь, потекли капли крови.

Он резко выпрямился, твердые подошвы его ботинок заскрежетали по земле, и несколько стружек полетели вниз вместе с его движениями.

Жуткое зрелище предстало перед глазами, когда через вздернутое лицо Чжоу Юньчэна, словно по воздуху или по воде, пронеслись осколки дерева, рассыпавшись по земле.

На мгновение все замолчали.

Лицо Чжоу Юньчэна оставалось таким же спокойным, как и прежде, он слегка улыбнулся, наклонил лицо и посмотрел на Мо И, задавая тот же вопрос тем же тоном:

- Что случилось? Что-то не так?

Стоявший рядом с ним Ван Шуай тоже поднял голову, на его лице появилась улыбка, почти вырезанная из той же формы, что и у Чжоу Юньчэня, и у всех, кто наблюдал за ними, по спине побежали мурашки.

Лицо Мо И приобрело несколько оттенков белого цвета, а в ушах зазвучал напев, который он пел снова и снова, казалось, становился все отчетливее:

　　"Моя любовь, о, приди ко мне..."

Голос был протяжным и успокаивающим, словно он нес в себе некую магию, захватывающую сердце.

Среди тишины и нежного пения в барабанные перепонки издалека проник рокот.

Это было трение шагов по земле, как будто кто-то медленно выходил, и в этом шелесте уши Мо И уловили знакомый звук.

Это было похоже на напев:
"...... Dream Lin."

Это ...... голос Чжоу Юньчэня?

Мо И был ошеломлен, почти нелепая догадка, словно молния, быстро пронеслась в его голове, озарив глаза белым светом.

Дыхание слегка участилось, но за те несколько вдохов, что он был ошеломлен, трение шагов становилось все более и более далеким, а мягкий рокот, который только что улавливали его уши, больше не появлялся, и в тишине, казалось, остались только слова, похожие на магическое заклинание.

Мо И, стиснув зубы, двинулся вперёд, ладонями забрался на кривую деревянную лестницу, кошачьей спиной ступил на неё, а затем, не раздумывая, сделал несколько больших шагов вниз, стиснул зубы и прыгнул вниз.

От его движения фигуры Чжоу Юньчэна и Ван Сукэ заколебались, словно камень, брошенный в гладь спокойного озера, и отраженная в нем картина задрожала, превратившись в клубы дыма и рассеявшись в призрачной манере.

Ноющая, дрожащая боль от центра стопы почти перешла на икроножные кости, и Мо И, спотыкаясь, прошел несколько шагов, прежде чем смог устоять на ногах.

Не успев вздохнуть с облегчением из-за исчезновения этих двух фантомов, Мо И поднял голову и увидел, что в углу комнаты огибает угол знакомая одежда, а обильные и медленные шаги, казалось, наступили на ковер в коридоре, который из пронзительного превратился в скучный.

Сердце Мо И "заколотилось", не обращая внимания на неясную боль в икрах, он выпрямился и стрелой выскочил на улицу.

　Чжоу Юньчэн и Ван Сукэ стояли в коридоре и, волоча ноги, медленно выходили, их движения были скованными, словно марионетки на ниточках, которых тянет вперед невидимая сила.

В темноте коридора их фигуры проецировались светом фонаря на извилистую и неровную стену, и тоскливые черные тени выглядели довольно жутко.

Голос певца, кажется, становится все громче и громче, мягкий и чистый, словно шепчет в уши Мо И:

　　"......Моя любовь, о, приди ко мне......".

Глаза Мо И были в трансе, словно какая-то тень закрывала его зрение, поэтому его шаг не мог не приостановиться на мгновение.

В ушах внезапно раздался знакомый голос:

- Уходи.

Тело Мо И внезапно похолодело, а сердце заколотилось мелким холодом, словно тысячи ледяных игл вонзились в мозг, заставив его мгновенно очнуться.

Он прижался к стене, и шершавая кожа стены, холодная и твердая, немного разбудила его.

Мо И не мог сдержаться, чтобы не вспомнить странный сон, в котором ему снился голос, уговаривавший его остаться, и выбраться из него было так же трудно, как из темной трясины, а шепот ...... только что уговаривал его уйти.

Кто говорит? Что означают эти слова?

Куда уйти? Где остаться?

Сердце Мо И застыло в оцепенении, он тряхнул головой, видение перед ним прояснилось, сознание стало не таким тяжелым, как сейчас, он поднял глаза и посмотрел вперед: спины Чжоу Юньчэна и Ван Сукэ медленно отталкиваются и протискиваются сквозь нагромождение обломков в коридоре, и продолжают двигаться вперед, не останавливаясь ни на секунду, словно нет ничего, что могло бы преградить им путь.

Благодаря следам битвы с пауком весь коридор был завален обломками, а специально оставленный путь был разрушен, преграждая путь к выходу, иначе они бы уже ушли, когда Мо И отвлекся.

Мо И глубоко вздохнул и выдохнул.

Сейчас не время думать об этом, если эти два игрока умрут, то все его предыдущие усилия окажутся напрасными.

Мо И сделал шаг стрелой вперед, протянул руку, потянул Чжоу Юньчэна и Ван Сукэ за воротники и с силой потащил их назад.

Те, словно зомби, спотыкаясь, медленно повернули головы и посмотрели на Мо И. В их пустых зрачках ничего не было, они повернули головы обратно и, наклонившись, стали раздвигать баррикады, загораживающие коридор.

Чжоу Юньчэн с трудом поднял сломанный стул и пробормотал под нос:

- Мэн Линь.

На его губах играла милая улыбка, но взгляд был жестким и расфокусированным.

В ушах звучала протяжная и печальная песня, которая словно проникала сквозь стены, пронзая барабанные перепонки и танцуя на его сердце.

Но на этот раз Мо И больше не слышал никаких призрачных звуков.

Он посмотрел на свои две бледные, худые руки, настолько тонкие, что можно было почувствовать кости, и рационально оценил сложившуюся ситуацию.

Он боялся, что не сможет в одиночку сдержать этих двух взрослых нормального роста.

Хотя, похоже, они не отличались особым умом и не сопротивлялись.

Мо И пинком вернул на место вещи, сдвинутые с места двумя мужчинами, затем посмотрел в сторону горы обломков, убедился, что они не смогут расчистить путь в течение некоторого времени, после чего развернулся и быстро зашагал к дому.

Но едва войдя в комнату, он понял, что что-то не так.

Игроки, остававшиеся на чердаке, один за другим спускались вниз, их движения были скованными, а глаза пустыми, как будто они внимательно к чему-то прислушивались.

Затем они зашевелились.

Со сладкой улыбкой на губах его неподвижное тело медленно двинулось к двери, его расфокусированный взгляд уставился на дверь, как будто он смотрел на кого-то сквозь воздух.

　　Голос в его ушах пел ритмично, элегантно и лирично:

　　Любовь моя, о, приди ко мне!

Наблюдая за приближающимися к нему игроками, Мо И быстро закрыл дверь, раздался такой сильный щелчок, что от него чуть не отскочила пыль, и в дверь медленно, но непрерывно постучали, настойчиво стуча в потрепанную и порванную дверь.

Мо И потянулся к двери, но от звона дверной панели у него заболела рука.

Повернув голову, он посмотрел на Чжоу Юньчэна и Ван Сукэ, стоявших на другом конце коридора, - они все еще неторопливо, но уверенно и настойчиво подбирали обломки, наваленные в коридоре.

Сердце Мо И встревожилось: рано или поздно эти двое смогут проложить себе путь к лестнице вслед за голосом, соблазнившим их.

Однако в сложившейся ситуации, как только он отпустит их, несколько человек за дверью непременно выскочат наружу.

Тогда это будет один против пяти, хотя растерянные игроки не агрессивны, но, учитывая его силу, боюсь, остановить их будет сложно.

Мо И нахмурил брови, тонкие губы были плотно сжаты, а темные глаза на бледном лице мерцали сложным светом.

В этот момент фигуры Чжоу Юньчэна и Ван Сукэ резко дернулись, и они одновременно упали на пол, издав два тяжелых глухих звука на покрытом ковром деревянном полу.

Мо И замер и потрясенно смотрел на происходящее перед ним.

Из тени в коридоре медленно появилось бледное лицо.

Айви.

В коридоре раздался ее хриплый голос:

- Не волнуйтесь, он не умер.

Мо И слегка расслабился и улыбнулся ей:

- Спасибо.

Выражение лица Айви было жестким и холодным, пара темных глаз уставилась на Мо И, и она холодно открыла рот:

- Ты не пострадал.

Мо И замер:

- Что?

В его ушах звучала песня, в которой снова и снова повторялись одни и те же слова, звучащие монотонно и странно.

В середине песни Айви медленно скривила губы и изобразила уродливую улыбку:

- Она дает представление о самых важных для сердца людях - возлюбленных, семье, друзьях, а затем увеличивает ваши чувства к этим людям в десятки и даже сотни раз.

Завораживая глаза и разум игроков, она позволяла им погрузиться в полноту любви, счастливо идя навстречу смерти.

Мо И слегка опустил глаза.

Хотя он уже примерно догадывался о такой возможности, его сердце все равно упало, когда он услышал, как Айви говорит это лично.

Айви издала хриплый, пронзительный смех:

- Ты первый, кого я вижу, кто не пострадал.

Искривленная улыбка с ее лица исчезла, а глаза мрачно смотрели на Мо И:

- Я никогда не видела настолько хладнокровного человека, который бы не проявлял ни к кому эмоций.

На губах Мо И появилась безразличная улыбка, и вместо того, чтобы ответить на несколько резкие слова Айви, он сменил тему и открыл рот, чтобы спросить:

- А если это устройство позволяет увидеть самого важного человека в своем сердце, будет ли оно полезно для вас?

Другими словами, сможете ли вы увидеть своего возлюбленного и детей?

Изначально четкие черты лица Айви стали размытыми и страшными, и она несколько раз беззвучно рассмеялась:

- А ты как думаешь?

После этого она, казалось, больше не хотела говорить Мо И ни слова, а медленно растворилась в темноте - точно так же, как и появилась.

Мо И длинно выдохнул, прислонился к двери и сел: из-за спины доносилось непрерывное и жесткое постукивание, ритмичные землетрясения шевелили спину, но дверь была надежно заблокирована и не открывалась.

Теперь, когда Чжоу Юньчэн и Ван Сукэ были нокаутированы Айви, ему больше не о чем было беспокоиться, пока он блокировал тех, кто стоял позади него.

Мо И вгляделся в темноту, где исчезла Айви, и его темные глаза слегка опустились.

Теперь черты ее лица становились все четче и четче, лицо редко превращалось в состояние расплавленного воскового масла в самом начале, она говорила все больше и больше, ее логика становилась все яснее и яснее, а эмоциональные изменения становились все более и более выраженными...

Ее сердце становится все мягче и мягче.

Казалось, что она медленно превращается в себя прежнюю.