Глава 124

Мо И повернулся к Цзян Юаньжоу, его глубокие черные глаза слегка прищурились, в свете фонарика они сверкали как янтарь:

"Самым символичным знаком в этом уровне является бабочка. Она появляется на стенах после того, как игрок покидает иллюзию, как, например, бабочка в комнате на минус втором уровне и эта."

Он указал на стену рядом с собой.

Цзян Юаньжоу последовала его указанию и увидела, как на стене тихо лежит уродливая бабочка, окрашенная в кровь. Она слегка кивнула: "Да."

Мо И посмотрел на бабочку, нарисованную на задней стороне медицинской карты, и тихо сказал:

"Все бабочки появляются из-за завершения иллюзии и нарисованы кровью, но есть одно исключение —"

Он снова посмотрел на Цзян Юаньжоу, его бледный палец указал на надпись под медицинской картой, и он продолжил:

"Там я видел такие же слова."

Цзян Юаньжоу немного удивилась и инстинктивно приняла от Мо И тонкую, покрытую пылью медицинскую карту.

Мо И отпустил ее и открыл дверь в комнату, тихо произнеся: "Пойдем."

Они вышли из комнаты, и единственный свет в коридоре мерцал вдалеке, освещая холодные стены и грязный пол, создавая нечеткие тени.

На полу была полусгнившая лужа крови мужчины, прибитого к стене, а густая пыль и запах крови заполняли тесное пространство.

Мо И быстро прошел мимо разбросанных по полу бумаг и сломанных предметов, уверенно направляясь вперед. Он остановился под бледной холодной лампой, которая тихо шипела, освещая участок коридора и полуоткрытую черную дверь с одной стороны.

Мо И встал перед дверью и направил фонарик внутрь.

В комнате царила привычная темнота и холод, луч света фонарика медленно перемещался, освещая предметы внутри.

Там, в глубине палаты, стояла железная кровать, на которой были разорванные связывающие ремни, оставившие глубокие тени на холодной коже.

Перед кроватью находилась грязная табличка, размытые буквы скрывались в темноте.

Мо И шагнул внутрь, Цзян Юаньжоу, нахмурив брови, последовала за ним.

Он остановился перед железной кроватью, свет фонарика упал на стену напротив —

Цзян Юаньжоу следила за направлением света и, увидев рисунок на стене, слегка удивилась, затем нахмурила брови, её взгляд прилип к стене.

На бледном свете стены были покрыты темно-коричневыми пятнами крови, яркие полусухие следы оставляли глубокие тени, а многочисленные беспорядочные граффити образовывали огромную бабочку, тихо лежащую на стене, с узорами на крыльях, похожими на безжизненные глаза, смотрящими на неё.

Цзян Юаньжоу внимательно смотрела на бабочку, затем сделала шаг вперед и заметила, что эта бабочка отличается от других.

Другие бабочки были нарисованы кровью на стенах, а эта, похоже, была выцарапана ногтем.

Неровные линии были заполнены полусгущенной кровью и мясными остатками, а остатки ногтей глубоко вонзились в стену, что вызывало мурашки по коже.

Её взгляд упал на слова, написанные кровью в углу стены:

"stop"

Она инстинктивно повернулась к Мо И, готовясь задать вопрос, но увидела, как он вдруг начал что-то искать.

Её слова застряли в горле, и она лишь смотрела, как Мо И рыщет по комнате. Наконец, она обрела голос и тихо спросила:

- ...Что ты ищешь?

Мо И быстро взглянул на неё и вернулся к поискам:

- Инструменты для самоубийства.

Цзян Юаньжоу была шокирована:

- ...Что?

Как только она это сказала, в узкой комнате раздался скрип, когда Мо И начал передвигать железную кровать, из-за чего искры посыпались на грубом цементном полу.

Мо И осознал двусмысленность своих слов, остановился и посмотрел на Цзян Юаньжоу:

- ...Это не самоубийство.

Он сделал паузу, собрав мысли, и продолжил:

- Процесс превращения гусеницы в бабочку — это смерть для гусеницы, и это то, к чему стремится злая личность Эдварда. Он считает, что человеческое существование — это уродливая гусеница, и только смерть может принести новую жизнь, как бабочка.

Цзян Юаньжоу медленно прищурила глаза и тихо произнесла:

- Смерть — это жизнь...?

Мо И быстро кивнул, продолжая:

- Согласно этому убеждению Эдварда о бабочках, ключ к выходу из его психического мира должен быть здесь, в этой комнате.

Цзян Юаньжоу подхватила мысль:

- Так что мы нашли дверь, просто не нашли ключ, так?

Мо И кивнул и добавил:

- Согласно подсказкам этого уровня, мы заперты в психическом мире Эдварда, как гусеницы в коконе. Чтобы выбраться из этого кокона, нам нужно 'умереть' один раз.

Мо И немного нахмурился, затем сказал серьезным тоном:

- Но обычная смерть точно не поможет нам уйти, а только приведет к настоящей гибели... Поэтому я и говорю, что нам нужно найти инструменты для самоубийства.

Цзян Юаньжоу кивнула, поняв, и, засучив рукава, подошла ближе к нему, улыбнувшись:

- Я поняла, так что позволь мне это сделать, иначе ты будешь двигать кровать целую вечность.

Мо И молчал.

Он отступил на несколько шагов, уступая ей место, и наблюдал, как она легко вытащила железную кровать из первоначального положения.

В этот момент его спина коснулась холодной стены, и он невольно повернулся, чтобы взглянуть на уродливую, искажённую бабочку на стене.

Его взгляд сосредоточился на ней, и он, казалось, задумался о чем-то важном...

Даже когда Цзян Юаньжоу позвала его, он не услышал.

Мо И медленно протянул палец к углублению на стене и начал медленно скользить по неровным линиям.

Когда его палец коснулся узора на одном из крыльев, его пронзила острая боль.

Он невольно вздохнул и, словно обжегшись, убрал палец от стены.

Капля ярко-красной крови выступила из его раны и медленно скатилась по бледному пальцу.

Мо И посмотрел на стену и заметил, что место, где он только что прикоснулся, осталось с несколькими каплями крови. Прежде чем он успел что-то сделать, он увидел, как красное свечение вспыхнуло, и капли крови мгновенно впитались в стену.

Его глаза засияли.

Похоже, что эти испытания для членов клуба действительно имеют взаимосвязь!

Цзян Юаньжоу тоже обратила внимание на место, где осталась кровь, и удивилась, сделав шаг вперед:

- Кровь...?

Мо И кивнул:

- Должно быть.

Он снова прикоснулся пальцем к тому месту, и мгновенно почувствовал боль, когда его кровь, казалось, что-то быстро забирает из его тела.

Цзян Юаньжоу собиралась сделать то же самое, но Мо И остановил её:

- Подожди.

Она удивилась:

- Почему?

Он ответил не по теме:

- Ты знаешь, куда мы попадем, когда покинем психический мир Эдварда?

Цзян Юаньжоу нахмурила брови и не ответила.

Мо И пристально смотрел в глаза Цзян Юаньжоу и продолжил:

- Ты можешь думать об этом так: этот уровень имеет две стороны. Выходя отсюда, мы не заканчиваем, а переходим в внешний уровень, и там уже будет твоя основная сцена.

Цзян Юаньжоу внимательно смотрела на него, её брови оставались нахмуренными:

- Почему ты так уверен?

Лицо Мо И стало ещё более бледным, губы слегка сжались:

- Просто... подсказка от друга.

Твёрдая конфета в его кармане напоминала о себе. Если этот уровень был закрытым пространством под землёй, то Вэнь Чэнь не мог бы попасть сюда. Появление конфеты само по себе было подсказкой, что они не находятся под каким-то зданием, а скорее в параллельном пространстве.

Это означало, что после выхода они должны будут попасть в внешний мир этого уровня — а это значит, что они столкнутся с самим Эдвардом.

Мо И серьёзно посмотрел на Цзян Юаньжоу и сказал:

- После выхода я полагаюсь на тебя.

Этот уровень был специально создан для испытания Цзян Юаньжоу, и только если она сохранит силы, сможет проявить свой максимальный потенциал после выхода из психического мира Эдварда.

Цзян Юаньжоу кивнула с серьёзным выражением лица.

Однако существование этой бабочки явно не могло быть насыщено лишь одной кровью, поэтому, когда Мо И уже не мог больше, Цзян Юаньжоу также положила свою ладонь на стену.

Скорость покраснения бабочки мгновенно удвоилась.

Перед глазами Мо И всё стало немного размытым, холодное ощущение начало распространяться от кончиков пальцев по всему телу, он едва чувствовал свои пальцы, лишь ощущая, как холодная тяжесть сна тянет его вниз, а онемевшие чувства больше не ощущали боли или чего-либо другого.

Только холод.

Неизвестно, сколько времени прошло — может, минуту, а может, целый век.

В ушах Мо И раздался лёгкий щелчок, словно треск разбивающейся скорлупы, и сквозь туман, окутывающий его чувства, это звуковое сообщение проникло в его разум.

Единственная опора перед ним, похоже, внезапно исчезла.

Мо И мгновенно потерял равновесие и, споткнувшись, упал вперёд, закрыв глаза, ожидая соприкосновения с холодным полом.

В следующую секунду его, казалось, кто-то поймал.

Его грудь прижалась к груди другого человека, крепкие руки обняли его, надёжно удерживая.

Лицо Мо И оказалось в шее этого человека, знакомый запах мгновенно окутал его, проникая в его чувства —

Это было как туман в сосновом лесу после дождя.