Глава 95

Мо И быстро просматривал всю карту и заметил, что на ней нет никаких особых обозначений, только схема этого этажа.

Таким образом, куда ведет лифт и сколько этажей в этой психиатрической больнице, оставалось загадкой.

Он смотрел в темноту перед собой, медленно выдыхая, его мысли постепенно успокаивались.

Теперь оставалось лишь действовать по обстоятельствам.

Мо И сложил карту и положил в карман, затем с помощью фонарика внимательно осветил всю палату.

Движущийся луч света медленно проходил мимо прибитого к стене изуродованного тела с его широко открытыми кроваво-красными глазами, мимо разбитого рюкзака на полу и перевернутого инвалидного кресла с бинтами.

Тяжелый запах крови заполнил всю палату, все предметы были покрыты пылью, в темноте проявлялись размытые контуры.

Убедившись, что не оставил никаких улик, Мо И шагнул наружу, дверь палаты была приоткрыта, открывая вид на темный коридор.

Пол был покрыт полузасохшей кровью, которая была липкой и скользкой, и наступать на нее вызывало отвращение; ржавый, солоноватый запах в темноте создавал тревожную атмосферу.

Мо И осторожно положил руку на дверную рамку и слегка наклонился, чтобы заглянуть в коридор.

В глубине коридора мерцал слабый свет, освещая небольшой участок темного прохода, а тени в недоступных для света местах шевелились, словно тревожные частицы в воздухе.

Полумрак придавал коридору зловещий вид.

Мо И почти слышал, как неподалеку трещит лампочка, словно умирающий стон в мертвой тишине.

— Больше не было никаких звуков.

Ни тяжелых шагов, ни резкого металлического звука, только мертвая тишина.

Мо И глубоко вздохнул, не зная, испытывает ли он напряжение или разочарование, опустил руку с дверной рамки и осторожно вышел из комнаты.

Его мышцы были напряжены, дыхание стало легким, движения были осторожными, как у настороженной кошки.

Обходя перевернутые столы и ржавые инвалидные кресла, Мо И медленно направился к другому концу коридора — туда, где находилась комната для сотрудников, отмеченная на карте.

Скорее всего, карта доступа к лифту была именно там.

Мо И, хотя и был заинтересован в комнате, закрашенной кровью на карте, понимал, что сначала нужно обеспечить себе безопасный выход. Ведь на этом этаже он не один.

Он решил действовать осторожно и не предпринимать никаких шагов, пока не найдет карту доступа к лифту.

Мо И оперся на полуперевернутый стол и, слегка наклонившись, ловко пробрался между предметами, не издав ни звука.

Каждый раз, проходя мимо открытой палаты, он останавливался, прислушивался и заглядывал внутрь, чтобы убедиться, что она пуста, прежде чем продолжить путь.

Несмотря на короткое расстояние в несколько десятков метров, путь оказался крайне трудным.

Наконец, он подошел к двери той палаты, где проснулся. Мерцающий свет над головой освещал этот участок коридора.

В свете Мо И выглядел особенно заметным, и его охватило беспокойство. Он невольно ускорил шаги, стараясь покинуть единственное освещенное место.

Когда он проходил мимо одной из палат, его инстинктивно потянуло заглянуть внутрь — луч фонарика высветил глубокие царапины на стене.

На стене была изображена уродливая бабочка с искаженными крыльями, на которых большие пятна сверкали холодным светом. С них медленно стекала кровь, словно настоящие глаза, пристально глядящие на Мо И.

Пустота, безжизненность, разложение — все это излучало запах смерти.

Но в темных местах, куда не доходил свет, кровь расплывалась, как густая чернила, постепенно заполняя пространство.

Мо И нахмурился — когда он покинул палату, все следы крови были высохшими. Откуда же взялись свежие пятна? Связаны ли они с недавними шагами?

В его голове царил хаос, и он не мог найти связи между разрозненными подсказками, как бусины, ждущие нити, чтобы их соединить.

Сдерживая нарастающее беспокойство, Мо И продолжил движение вперед.

Он покинул освещенное пространство и медленно вошел в темноту, в которую еще не заходил.

Мо И двигался еще осторожнее.

Его дыхание было едва слышно, только сердце громко стучало в груди, а звук крови, текущей по венам, казался оглушительным, почти как громкий гул. Он даже мог услышать, как его нервы дергаются.

Те шаги, которые он слышал ранее, снова направлялись в его сторону — это означало, что, чем глубже он заходил, тем выше вероятность столкнуться с чем-то опасным.

В этот момент Мо И вновь вызвал в руках предмет, его пальцы напряженно сжались, а мышцы напряглись на случай непредвиденной ситуации.

Он полностью выключил фонарик.

Свет фонарика в такой темноте был слишком заметен, и Мо И не мог себе позволить рисковать.

Его глаза адаптировались к густой тьме, и хотя он все еще не мог четко видеть окружающее, он уже различал смутные контуры в темноте.

Мо И, прокручивая в голове маршрут по карте, осторожно продвигался вперед.

Впереди коридор был свободен от препятствий, холодные пятнистые стены окружали пустое пространство, и, к его удивлению, идти было довольно легко.

Запах крови снова стал резким, а пряный металлический аромат, словно холодное и мягкое тело змеи, медленно обвивал его чувства, вызывая удушье.

Мо И коснулся холодной стены, его слегка потеющие ладони прикасались к ледяной поверхности, как будто иглы кололи его кожу.

Впереди находилось то место, закрашенное кровью — а чуть дальше была комната для сотрудников.

Сердце колотилось, как барабан.

Он спокойно вдохнул и взглянул на ту комнату — дверь была приоткрыта, оставляя узкую щель, за которой скрывалась еще более глубокая тьма, и невозможно было понять, что внутри.

Мо И слегка наклонился, его спина напряженно изогнулась, он готовился быстро проскочить мимо комнаты и направиться в сторону сотруднической.

Но в этот момент в темноте снова раздался тот тяжелый звук шагов.

Сердце Мо И подскочило, он инстинктивно толкнул дверь рядом с собой и быстро в нее втиснулся, закрыв за собой приоткрытую дверь.

После того, как он выполнил серию действий, Мо И вдруг осознал, что застыл на месте —

он оказался в том самом зловещем помещении, которое было закрашено черным на карте.