Глава 35

Раздается пронзительный и шумный удар колокола, и все огни мгновенно гаснут.

Наступила темнота.

Удушающая тишина окутала всю комнату, и мертвое безмолвие, мрачное, как твердое тело, угнетая напряженные нервы людей, мало-помалу пробирается вдоль позвоночника.

Чувства человека в темноте бесконечно обостряются, становятся чувствительными до крайности.

Мо И подсознательно расслабил дыхание, словно боясь что-то потревожить.

Сквозь наспех заделанное деревянными рейками окно проникал слабый голубой свет, отражаясь на светлых волосах маленькой девочки длиной до плеч.

В этот момент из коридора донесся стук ботинок по земле, деревянный пол издал невыносимый стон, а тяжелые и обильные шаги были особенно отчетливы в темноте.

Сердце Мо И заколотилось.

Почему игроки осмелились выйти на улицу после того, как погас свет?

Он слегка повернул голову в сторону полуоткрытой двери.

Слабый желтоватый тусклый свет освещал угол коридора, следуя за звуком приближающихся обильных шагов.

Цвет обоев медленно проявлялся, и вместе с темнотой ночи свет таял в неразличимом темно-сером цвете.

Цвет обоев медленно проявляется вместе с темнотой ночи!

Сердце Мо И сильно забилось, а на спине выступил холодный пот.

Приняв решение, он по памяти бросился к кровати, стоящей сбоку.

Раскладушка заскрипела, кость ноги Мо И стукнулась о жесткое металлическое изголовье кровати в темноте, издав вызывающий зубную боль грохот.

Невыразимое онемение и боль распространялись по телу, так что он не мог не стиснуть зубы, заставляя себя не издавать ни звука.

Шаги медленно приближались, тяжелое чувство тревоги напало, неумолимо давя на грудь и горло человека, словно утопающий, трудно дышать.

Глаза Мо И были плотно закрыты, а его тело свернулось в крайне неудобной позе на слишком узкой койке.

Он лежал неподвижно, заставляя себя не шевелиться на кровати.

Тяжелые шаги остановились перед его кроватью, и слабый свет лампы заиграл на его веках.

Тревожная тишина.

Мо И заставил себя замедлить дыхание, словно на сердце давил тяжелый камень, тянущий его вниз, в бездну.

Звук шагов возобновился, удаляясь вдаль, а тусклый свет медленно рассеивался.

Мо И медленно вздохнул и осторожно открыл глаза в темноте, чтобы снова посмотреть на окно.

Сквозь щели между деревянными досками пробивался слабый голубой свет, освещая небольшое пространство у окна.

Там было пусто.

Девочка исчезла.

В темноте Мо И снова закрыл глаза с серьезным выражением лица, и сердце его наполнилось предчувствием.

Похоже, после открытия побочной миссии спящие в приюте призраки обрели физическую форму, и неважно, кто это - сироты или то существо, патрулирующее коридор, - они пробудились от долгого сна и снова начали передвигаться.

Вся ночь была крайне беспокойной.

Обильные шаги снова и снова, словно неутомимые, блуждали по коридорам, сопровождаемые скрипом половиц, как будто это был кошмар, который никак не проходит.

На следующее утро пронзительный звонок прозвенел ровно в пять часов.

Мо И поднялся с кровати с тяжелыми темными кругами под глазами и вышел за дверь.

Сун Ци стоял у двери и с невозмутимым видом ждал его.

Мо И, как обычно, поприветствовал его, и они вместе направились в зал.

К этому времени в зале уже собралось много людей, они стояли с блуждающими, оцепеневшими глазами, словно привыкли к смерти и не могли больше сочувствовать новым жертвам.

Только у двери на балке висело тело.

Мо И понял, что это та самая женщина, которая действовала вместе с Чжао Ичэном, когда они вошли в копию.

Лицо ее было бледным от ужаса, затуманенные глаза смотрели в воздух, словно она увидела что-то ужасное, а лицо исказилось в уродливом жесте от страха.

По залу пронесся тревожный ропот.

Они в панике обсуждали странные звуки и видения, которые слышали прошлой ночью, странные шаги и фигуру ребенка, а также свежие трупы, появившиеся сегодня утром.

Мо И опустил глаза: судя по сложности этой копии, даже если откроется ветка, первоначальные правила не должны измениться.

Тогда что же такого сделала эта женщина, чего ей не следовало делать?

В этот момент остатки света Мо И уловил взгляд Чжао Ичэна, стоявшего в стороне.

Он озадаченно наклонил голову, глядя на труп, висящий на балках комнаты, и на его лице, лишенном всякой печали, появилась тайная улыбка.

Сердце Мо И учащенно забилось, а в душе появилось чувство предчувствия.

В следующую секунду Чжао Ичэн обернулся, и его лицо, которое еще мгновение назад было невыразительным, теперь было наполнено печалью.

Он повысил голос и, наполовину сердито, наполовину печально, сказал всем:

- Изначально ...... сложность этой копии невелика, пока вы следуете правилам, согласно расписанию в соответствии с правилами в течение этих трех дней, никто не умрет! Но ...... кто-то намеренно открыл ответвление сюжета и повысил сложность всей копии, что привело к еще большему количеству жертв.

Все зашумели.

Мо И стоял на краю толпы и спокойно смотрел на Чжао Ичэна, который стоял в центре толпы, и не был особенно удивлен.

Он был бы удивлен, если бы Чжао Ичэн не попытался разжечь вражду к нему.

Чжао Ичэн с грустным лицом сказал:

- Если бы у меня случайно не было реквизита, по которому можно определить, открыл ли кто-то ветку, боюсь, что меня бы держали в темноте и повесили на этой балке без всякой причины.

Сунь Сяоянь в шоке спросила:

- Кто это? Кто такой злой!

Чжао Ичэн с готовностью вздохнул, окинул Мо И правдоподобным и сложным взглядом, затем дважды пошарил в кармане и только после этого услышал тихий звук "капля", и под синим отсчетом за окном появился маленький кроваво-красный иероглиф:

" Побочное задание: ? Награда за выполнение миссии: ????".

Позади него есть несколько маленьких слов, которые то появляются, то исчезают: "Открыто: 08 игроком Мо И".

Увидев это, толпа потеряла дар речи и повернула головы, чтобы посмотреть на Мо И с враждебным взглядом, полным страха и трепета.

Атмосфера в толпе была напряженной, как шелковая нить, словно она вот-вот порвется в следующую секунду.

В воздухе стоял сильный запах пороха.

Мо И стоял с невыразительным выражением лица, непонятным образом немного растерявшись:

..... Похоже, Чжао Ичэн не так уж глуп. Он назвал реквизит своим собственным непреднамеренным приобретением, не только чтобы обмануть новичков, которые ничего не знают, но и чтобы скрыть истинную цель своей последней ночи.

К тому же, кроме них, не было других свидетелей произошедшего ночью, как бы он ни объяснял, он все равно может списать это на злостную клевету, так что можно сказать, что он очень тактичен.

В этот момент из толпы раздался голос:

- Значит, это расписание будет действовать и сейчас?

Мо И замер и вместе со всеми повернул голову, чтобы посмотреть туда, откуда доносился голос.

Это был высокий худой мальчик в очках с черной оправой, выглядевший молчаливым и обычным, который открыл рот и снова спросил:

- А сейчас расписание еще работает?

Чжао Ичэн неохотно нахмурился, а затем неопределенно ответил:

- Если не произойдет ничего непредвиденного, то пока все должно работать.

Мальчик спокойно поднял очки, его тон был ровным:

- В таком случае, если бы не расписание, которое так старался найти господин Мок, разве не было бы у нас больше жертв?

Люди, охваченные волнением, тоже немного пришли в себя.

В самом деле, это расписание - едва ли не самая жалкая вещь во всей копии. В нем нет и намека на существование карты, но это закон, который убивает людей в дубликате, если его нет, и все исследуют, как безголовые мухи, то потери будут чрезвычайно велики.

Или, если все останутся в одной комнате ради душевного спокойствия, все умрут в первую же ночь.

Если задуматься, то каждый флаг смерти - это подсказка, которую Мо И ищет, чтобы не дать людям слишком рано попасть в загробную жизнь.

Мо И не ожидал, что кто-то придет говорить за него.

Он удивленно поднял брови и, вместо того чтобы промолчать, признался:

- Все верно, это я открыл побочное задание.

Далее Мо И вкратце рассказал о внутриигровых побочных заданиях.

Затем он сузил глаза, оглядел всех присутствующих и добавил:

- Конечно, за помощь в выполнении побочных заданий будут начисляться бонусные очки. Я не прошу вас верить мне прямо сейчас, в конце концов, у каждого из нас есть собственное мнение, а не слушать односложные слова других людей...

Мо И намеренно бросил взгляд на зеленые лица Чжао Ичэна и Сун Сяоянь, затем улыбнулся и сказал:

- Пойдемте, по расписанию уже пора завтракать.

Сказав это, он, ни минуты не раздумывая, повернул в сторону столовой.

Все посмотрели на время: действительно, если они не пойдут сейчас, то, боюсь, будет слишком поздно.

Трагедия игроков, погибших из-за несоблюдения расписания, была еще свежа в памяти, поэтому медлить было нельзя, и все тайком ускоряли шаг, следуя за Мо И по направлению к ресторану.

Чжао Ичэн и Сунь Сяоянь, хоть и с неохотой, но все же вышли в коридор следом за остальными.

Когда они вошли в ресторан, то от увиденного зрелища у всех расширились глаза.

Ресторан стал совсем новым.

Низкие потолки и стены все еще выглядят кривыми, но они стали намного чище, пятна и жир на стенах чудесным образом исчезли, исчез и нарисованный на стене повешенный.

Люстра, которая изначально была сломана, стала целой и яркой, излучая теплое сияние.

Низкие столики и скамейки очищены от пыли и аккуратно расставлены по комнате.

Аромат еды пронизывал столовую.

Толпа быстро направилась к столам с едой.

На столе красовались пирожные и пудинги, даже черный хлеб выглядел пушистым, от каши шел горячий пар, а яркие соки подавались в больших стаканах.

Это было намного лучше, чем предыдущие обеды.

Многие не ели, потому что им не нравилась вода и черный хлеб, и, проголодав почти два дня, они уже жалели об этом, но теперь, когда они увидели эти деликатесы, их глаза загорелись.

Однако внезапное повышение уровня  в таком странном приюте не могло не заставить людей почувствовать беспокойство, поэтому, хотя игроки и сдерживали свой голод, они все еще не решались идти вперед.

Мо И нахмурился, поднялся на несколько ступенек, на столе раздачи по кругу несколько раз убедился, что другой еды здесь действительно нет.

По здравому размышлению, время и место приема пищи должны быть безопасными.

Но такая странная сцена всегда заставляет людей чувствовать беспокойство в глубине души.

Мо И осторожно взял только тот же черный хлеб, что и в предыдущие дни, и сел за стол вместе с Сун Ци.

Сун Сяоянь презрительно улыбнулась и нарочито громко сказала:

- Столовая и еда безопасны, это одно из правил игры, неужели нужно быть таким робким?

Сказав это, она бесстрастно выбрала множество пудингов и пирожных и положила их на тарелку, а также налила большой стакан сока.

Остальные тайком глотали, в конце концов, вкус двух дней с небольшим количеством еды и воды действительно трудно выдержать, увидеть кто-то начал, также один за другим с удачным менталитетом идти вперед, чтобы начать принимать пищу.

Мо И не возражал, его потребности в еде и воде в последние несколько дней были систематически гарантированы, в данный момент не есть и не пить не будет более болезненным.

В этот момент прямо перед Мо И приземлился поднос, на котором лежали только черный хлеб и вода.

Мо И удивленно поднял голову.

Напротив него сидел тот самый молодой человек, который с ним разговаривал.

Мо И поднял брови и спокойно посмотрел на него, ожидая, что тот скажет.

Молодой человек слегка надвинул очки и, казалось, немного нервничал.

Но под линзой глаза другого человека были совершенно серьезными, и он сказал:

- Я вам верю.