Глава 115
Мо И вздрогнул, по спине мгновенно пробежал холодный пот. Он резко повернулся в сторону, откуда доносился голос.
Он увидел, что рядом с той дверью, из которой он только что вышел, была еще одна плотно закрытая дверь. Цвет дверного полотна был пятнистым и непривлекательным, оно выглядело как старая холстина, на которой были темно-коричневые пятна, напоминающие засохшую кровь.
Кажется, именно из-за этой двери доносился тот голос.
В отличие от других комнат в этом коридоре, под этой закрытой дверью была приваренная ржавая стальная пластина, плотно вмонтированная в деревянную дверь. Под стальной пластиной была тонкая тень, как будто ее можно было приподнять.
Это выглядело как маленькое окно, через которое можно было что-то передать внутрь.
Сердце Мо И сильно забилось в груди, его рубашка прилипла к спине от холодного пота, но он не ощущал холода.
Его взгляд был прикован к стальной пластине под дверью, и он не мог отвести от нее глаз.
В его сознании возникло странное и зловещее предчувствие, которое сильно сжимало его сердце, дергало за нервы и вызывало ощущение, которое невозможно игнорировать.
В этот момент в мертвой тишине коридора раздался скрипучий, ржавый звук.
Он был тонким и резким, словно нож, скользящий по напряженным нервам, вызывая мурашки по коже.
Маленькая стальная пластина медленно приподнялась, под ней тонкая тень постепенно расширялась, и затем из темноты медленно вытянулись несколько тонких, бледных пальцев.
Дыхание Мо И на мгновение остановилось.
Эти бледные пальцы были очень тонкими и худыми, казалось, что они были обтянуты тонкой кожей, которая едва скрывала твердые кости, и выглядели как мертвые конечности.
Но все же можно было сразу понять, что это детские руки.
Тот тонкий, нежный детский голос снова прозвучал сквозь тяжелую дверь, он звучал эфемерно и странно, и повторил:
- Ты пришел.
Адамово яблоко Мо И слегка дернулся, в горле возникло сухое и болезненное ощущение. Он глубоко вздохнул и услышал, как его хриплый голос ответил:
- Да.
Тонкий детский смех раздался за дверью, отзываясь в пустом коридоре:
- Ты действительно интересен.
Мо И в этот момент уже успокоился. Он незаметно изменил позицию, повернувшись под другим углом, но его взгляд по-прежнему был прикован к руке, вытянувшейся из-под стальной пластины.
Он контролировал свой голос и осторожно спросил:
- Почему ты так говоришь?
Голос за дверью звучал чисто и ясно:
- Обычно ты должен был бы спросить меня: кто ты? Почему ты здесь? Какова твоя цель?
Затем голос внезапно стал загадочным:
- Или... спросить: куда делись мои спутники? Она еще жива?
Сердце Мо И забилось быстрее, пальцы инстинктивно слегка сжались, но на его лице не отразилось ни малейшего волнения:
- Ты хочешь, чтобы я задал эти вопросы?
Похоже, осознав, что Мо И пытается взять инициативу в свои руки, детский голос резко стал грубым:
- Конечно, нет!
Те тонкие пальцы, вытянувшиеся из-под стальной пластины, внезапно сжались, острые ногти почти вонзились в деревянную дверь.
В следующую секунду детский голос снова стал сладким:
- Но... если вопросы задаешь ты, возможно, я отвечу.
По спине Мо И пробежал холодный пот, он сжал губы, которые слегка побледнели, но голос оставался спокойным и уверенным:
- Хорошо, тогда кто ты?
Детский голос зазвенел от смеха:
- Ты должен был догадаться! Я Эдвард.
Пальцы Мо И, свисающие по бокам, слегка дрогнули, частота его дыхания немного изменилась - он действительно так и предполагал, но не ожидал, что тот так легко даст ответ.
Он продолжил задавать вопросы в порядке, который только что озвучил Эдвард:
- Почему ты здесь?
В голосе Эдвард послышалась нотка недовольства и злобности:
- Потому что меня заперли.
Сердце Мо И забилось еще быстрее, ладони покрылись тонким слоем пота, было неприятно и влажно. Он контролировал дыхание и продолжал спрашивать:
- Кем?
Эдвард снова засмеялся:
- Конечно, другими Эдвардами.
Пальцы Мо И медленно сжались, в душе возникло легкое беспокойство.
- В тот момент, когда он находился в предыдущей комнате, у него уже возникли некоторые смутные предположения.
Те тела, от игрушек до маленьких животных и человеческих, явно были экспериментами и развитием методов убийства - точно так же, как и способы смерти игроков на двух этажах выше.
Этот уровень был психиатрической больницей, и эта психиатрическая больница называлась Эдвард... Это навело его на некоторые связанные мысли.
Тем не менее, все это было лишь одним из его предположений, и он в уме составил как минимум четыре-пять возможных вариантов. На этом уровне не появилось больше доказательств и подсказок, что не позволяло ему сузить круг.
И этот "Эдвард" на этом уровне... вдруг прямо сказал это?!
Мо И сильно нахмурился, но не мог опровергнуть выдвинутое предположение. Все улики указывали на одну точку -
Сказанное было правдой.
Эта психиатрическая больница называется Эдвард, потому что Эдвард сам по себе и есть психиатрическая больница.
Мужчина с третьего подземного этажа, женщина со второго подземного этажа и ребенок на этом уровне - все они один и тот же человек, Эдвард.
Поэтому в начале уровня было сказано: "Ты - это я."
А полностью пустой архив на втором подземном этаже вновь подтверждает это заключение: потому что эта психиатрическая больница сама по себе не является реальным зданием, и, следовательно, в ее документах не может быть никаких материалов.
Тем не менее, в душе Мо И все еще витала неясная тревога.
Но если это действительно так... то кто же тот, кто толкнул его на третьем подземном этаже?
Что означает бабочка, которая постоянно появлялась на всех трех этажах? Неужели это просто символ убийства извращенного маньяка?
Похоже, Эдвард заметил, что Мо И долго не отвечает, и его детский голос снова прозвучал, на этот раз с нотками недовольства:
- Почему ты не говоришь?
Мо И пришел в себя, глубоко вдохнул, стараясь сохранить спокойствие в голосе:
- Ничего, я просто испугался.
Эдвард засмеялся, его смех эхом разнесся по коридору, звуча немного пугающе. Через полминуты он внезапно замолчал, и его голос стал холодным:
- Она любит убивать женщин, он любит убивать мужчин, а я люблю только игрушки и маленьких животных.
Его голос стал ужасным и низким:
- Поэтому они заперли меня.
Мо И вспомнил слова Цзян Юаньжоу о том, что в ее предыдущем уровне босс разделял игроков на основе пола, убивая их по очереди. Если Эдвард действительно страдает от раздвоения личности, то он, действительно, проявляет только две личности.
Он прищурил глаза, глядя на пальцы, вытянувшиеся из-под стальной пластины, и вдруг задал третий вопрос, который Эдвард хотел, чтобы он задал:
- Какова твоя цель?
Эдвард медленно убрал пальцы, и стальная пластина снова оставила только узкую щель. Его голос из-за двери прозвучал глухо и тихо, доходя до ушей Мо И:
- Конечно... взаимовыгода.
Сердце Мо И слегка дёрнулось, и в душе возникло предчувствие беды.
- Посмотри назад.
Тонкий детский голос звучал наивно и невинно.
Мо И обернулся, чтобы посмотреть за спину - его взгляд скользнул через окно на противоположный коридор...
Он увидел знакомую, миниатюрную фигуру, стоящую в конце коридора. Ее тело было напряжено, голова слегка опущена, длинные вьющиеся каштановые волосы свисали, глубокая тень скрывала ее лицо, открывая лишь острый бледный подбородок.
Сердце Мо И забилось как сумасшедшее, руки и ноги стали ледяными, на лбу выступил тонкий слой пота, который медленно стекал вниз по горячим вискам.
Он инстинктивно сделал шаг вперед, и картина становилась все более ясной -
Цзян Юаньжоу очень медленно двигалась по коридору, ее движения были неестественными, словно ею кто-то управлял, шаг за шагом она двигалась к концу коридора.
Глаза Мо И слегка переместились, и он сосредоточил взгляд на конце коридора.
Там была глубокая красная дверь, яркая и насыщенная, казалось, что кровь медленно стекает по прямому дверному косяку, ослепительный кровавый цвет глубоко отпечатался на стене.
- "Вверх - это вниз".
- "Идти - значит оставаться".
Если Эдвард прав, то хотя они и поднимались на лифте, на самом деле они медленно двигались вглубь.
Если Цзян Юаньжоу выйдет через ту дверь, значит, она навсегда покинет этот уровень...
Тогда она останется здесь навсегда.
Сердце Мо И сжалось от боли, холодное ощущение распространилось от ног до головы, вызывая мощный трепет, который пробежал по всему телу.
Он резко шагнул вперед, подбежал к окну и инстинктивно начал сильно стучать по холодному стеклу.
Стекло отозвалось глухими ударами, и он услышал свой хриплый голос, отражающийся в мертвой тишине узкого коридора:
- Юаньжоу!!!
Мо И с силой стучал по мутному и холодному стеклу, в горле возникло жаркое и болезненное ощущение, а в пальцах появилась острая боль, словно тупой ржавый нож резал по нервам, вызывая сердечный приступ.
В этот момент за спиной раздался нежный детский голос.
Его интонация звучала холодно и гладко, как будто какое-то зловещее холоднокровное существо медленно извивалось, оставляя на коже холодные и влажные следы, вызывая мурашки и физиологический трепет:
- Отпусти меня, и я помогу тебе спасти ее, как тебе такое?
- Взаимовыгодно.