Глава 157

Звон колокола прекратился, и лишь глухое эхо продолжало звучать в пустом доме. В мрачном боковом зале царила мертвая тишина.

Все молчали, напряжение в воздухе было ощутимо, как натянутая струна, заставляя невольно затаить дыхание.

В этот момент звук подошедших по гладкому полу обувных подошв нарушил тишину. Мо И взглянул в ту сторону и увидел, как Ли Ван с трудом пробирается сквозь толпу, его лицо в тусклом свете выглядело неясно. Он уставился на портрет позади Мо И, его голос из-за напряжения звучал пронзительно:

- В общем, это все из-за этой картины, не так ли?

Мо И прищурил глаза, в его душе возникло предчувствие беды — он помнил, что цвет, упомянутый в записке Ли Вана, тоже был белым...

Следующей жертвой, вероятно, станет кто-то, связанный с белым цветом.

Ли Ван говорил все быстрее, его волнение нарастало, и ему приходилось делать паузы для глубокого вдоха. Он нервно ходил по комнате, затем, словно взорвавшись, закричал:

- Я не собираюсь просто сидеть и ждать, когда меня убьют без объяснений!

Он подошел ближе, одержимо глядя на странную выцветшую картину, его глаза покрылись красной сеткой, а зрачки расширились от страха, выглядели крайне нестабильно.

Ли Ван повернулся к остальным, его голос стал высоким:

- Это все из-за этой картины! Давайте просто уничтожим ее!

Мо И, услышав это бездумное предложение, нахмурился. Они еще не поняли правила этого мира, и не знали, какие последствия могут быть от уничтожения ключевого элемента.

Он спокойно сказал:

- Не волнуйся.

Ли Ван, услышав это, посмотрел на него, его лицо покраснело от эмоций, но, похоже, он вспомнил, как тяжело ему было в прошлую ночь у Мо И, и немного отстранился, избегая взгляда. Он попытался сказать:

- Я не волнуюсь... Другие тоже так думают! Все проблемы из-за этой картины...

Мо И заметил, что на лице "примирителя " мелькнула скрытая злоба, и в следующую секунду "примиритель" произнес:

- Я думаю, ты прав.

Услышав поддержку, Ли Ван стал еще более самоуверенным, его первоначальная неуверенность исчезла.

"Примиритель" добавил:

- Поскольку мы не можем избавиться от картин в наших комнатах, давайте попробуем уничтожить эту.

Другие игроки начали кивать в согласии, и Мо И заметил, что большинство из них получили белые записки.

Он спокойно пожал плечами и сказал:

- Ну ладно.

"Примиритель" был удивлён, не ожидая, что Мо И так легко согласится. Он обернулся и начал указывать другим игрокам искать что-то, чем можно было бы разрезать холст, а сам с двумя другими игроками начал снимать картину со стены.

Мо И отступил на несколько шагов, скрестив руки на груди, и безразлично наблюдал за тем, как они суетятся.

Вэнь Чэнь стоял рядом, с легким недовольством приподняв бровь. В его светлых глазах светился холодный блеск, и он тихо спросил:

- Не нужно ли мне что-то сделать?

Мо И покачал головой, его темные глаза в темноте сверкали слабым светом, голос был холодным и безэмоциональным:

- Не нужно.

Хотя сейчас только "примиритель" и Ли Ван беспорядочно суетились, на самом деле таких, как они, было гораздо больше.

Те, кто поддерживал "примирителя" и Ли Вана, были игроками, находящимися в отчаянии. Они знали, что, скорее всего, станут следующими жертвами. Они были как слепые, которых гонят к обрыву, беспомощные и в панике, не зная, когда свиснувший над ними меч Дамокла обрушится. Эти эмоции подавлены, нестабильны, беспокойны и крайне опасны. Чтобы сохранить количество игроков в оставшиеся дни этого подземелья, ссориться с толпой было неразумно.

Лучше выпустить пар, чем подавлять.

Кроме того, Мо И уже видел, что происходит, когда уничтожают картины в комнате, поэтому он сомневался, смогут ли они действительно так легко разрушить эту картину.

Даже если худший сценарий действительно произойдет — картина будет уничтожена, и босс в подземелье разозлится, Мо И был уверен, что сможет выбраться невредимым.

Мо И холодно смотрел на суетящихся людей, в его глазах не было и тени эмоций.

В этот момент он краем глаза заметил что-то — в темноте угла что-то шевелилось.

Мо И слегка удивился, сосредоточившись на том, что он увидел. Он лишь уловил размытый силуэт, исчезающий в тени, который вызвал лишь легкие колебания в холодном и темном воздухе, и почти мгновенно исчез, заставив Мо И подумать, что ему показалось.

Он задумчиво прищурился и в последний раз посмотрел на людей, которые были погружены в свою работу — "примиритель" и еще двое игроков уже сняли картину со стены и положили ее на пол, остальные игроки пытались как-то освободить холст от тяжелой черной рамы. Никто не обращал внимания на их необычные действия.

Мо И развернулся и направился в сторону, куда исчезла тень, за ним следовал Вэнь Чэнь.

Оба незаметно исчезли из поля зрения толпы.

Мо И с трудом продвигался в тусклом свете, рядом накрытая белой тканью мебель высоко и низко преграждала ему путь, превращая его маршрут в хаотический и искаженный лабиринт, но при этом успешно скрывая их фигуры.

Боковой зал оказался гораздо больше, чем Мо И ожидал.

Мо И с трудом пробирался между мебелью через неравные узкие щели, ощущая на носу запах поднятой пыли. Чем дальше он шел, тем холоднее становилось, как в подвале, пронизанном ледяным холодом.

Наконец, Мо И дошел до конца. Он обернулся и увидел, что других игроков уже не видно, лишь издалека доносился их разговор.

Он достал всегда при себе имеющийся фонарик и стал внимательно осматривать конец комнаты.

Эта часть не отличалась от других открытых уголков бокового зала: пол был покрыт мягким и толстым ковром, а в углу, где сходились три стены, стояла мраморная полурассеченная статуя, поддерживающая потолок мускулистыми руками, а на стенах были вырезаны роскошные узоры.

На стенах висели плотные ковры, которые при свете фонарика выглядели немного искаженными, но все еще можно было увидеть их великолепие до того, как они покрылись пылью.

Мо И провел пальцем по поверхности ковра, и пыль закружилась в свете фонарика.

Он медленно остановился, нахмурив брови, и стал внимательно ощупывать неровные выпуклости под ковром.

Мо И схватил один край ковра и резко его приподнял.

Больше пыли поднялось, словно на празднике, и она закружилась в темном пространстве, вызывая у Мо И несколько низких кашлей.

Он отмахнулся от пыли, закрывающей ему обзор, и увидел, что за ковром скрывалась плотно закрытая дверь, края которой искусно сливались с текстурой стены, так что без внимательного взгляда ее было трудно заметить.

Мо И осторожно толкнул дверь пальцем, и в тишине раздался грубый звук трения. Дверь медленно открылась, образуя узкую щель, из которой потянуло холодным и сухим воздухом.

Знакомый, холодный и сладковатый запах, казалось, исходил из щели, заставляя Мо И невольно задержать дыхание.

Он слегка надавил, и дверь открылась настолько, чтобы пройти одному, но затем, будто застряла, больше не двигалась.

Мо И обменялся взглядом с Вэнь Чэнем и первым шагнул в темноту комнаты.

Однако, как только он сделал шаг, за спиной раздался громкий хлопок.

Дверь резко закрылась.

Мо И приподнял бровь, не сильно удивившись, и, обернувшись к закрытой двери, несколько раз окликнул Вэнь Чэня — ответа не последовало, словно между ними была не тонкая дверь, а целое измерение.

Но обычная дверь не могла бы удержать Вэнь Чэня.

Мо И принял реальность без особых эмоций, глубоко вдохнул, сжал в руке холодный фонарик и медленно двинулся по темному и узкому коридору вперед.

Мо И подошел к двери в конце коридора и, толкнув ее, без труда открыл. Холодный сладковатый запах стал еще более насыщенным, и перед ним открылась яркая комната.

Это явно была дамская спальня — изящный туалетный столик, легкие занавески, высокий и массивный шкаф, а в центре комнаты стояла мягкая и роскошная перьевая кровать.

На другом конце комнаты была еще одна закрытая дверь, которая выглядела почти идентично той, что только что открыли.

Мо И медленно вошел в комнату и остановился перед туалетным столиком. На столе беспорядочно лежали письма, и он наклонился, чтобы взглянуть на них — на бумаге явно был изображен герб семьи Клаус, изображающий расправленные крылья орла с мечом, обвитым лилиями, и крупной буквой K.

Мо И нахмурился. Как бы он ни смотрел, этот роскошный символ не мог быть искажением того размыто кругового изображения, которое он видел в других местах. Так что, если это герб семьи Клаус, что же тогда означает тот круглый символ? Почему он появляется в столь многих ключевых местах?

Он снова нахмурился, положив письмо, и собирался искать другие улики, когда его движение немного замедлилось.

Сквозь смутное отражение в зеркале Мо И увидел за собой вторую неясную тень.