Глава 30
Мо И посмотрел на слой "ковра", который покрывал землю до этого.
Структура была очень плотно утрамбована, на нее было очень трудно наступать, и даже невозможно было найти разницу с обычной землей, деревянная текстура на ней была изысканной, в таком тусклом свете почти невозможно было различить разницу с предыдущей землей.
Изысканная работа.
Мо И тихо прокомментировал это в своем сердце.
С таким даже кривые стены приюта совсем не на уровне.
Тучи сомнений в его сердце становились все глубже и глубже.
Мо И откинул одеяло на одну сторону и повернул голову, чтобы посмотреть на железную дверь на земле.
Плоская железная дверь слегка поблескивала в тусклом свете ламп, и на ней не было лишних украшений; она была гладкой и ровной, если не считать похожего на ручку предмета с одной стороны, лежащего поперек паза в полу.
На нем висел тяжелый замок с длинной историей, который, похоже, был жестоко поврежден, уже изуродован и сломан.
Мо И осторожно протянул другую ладонь и с силой отодвинул половину тяжелого замка, а затем взялся за ручку и поднял ее вверх - дверь бесшумно открылась.
Железная дверь бесшумно распахнулась.
В комнату ворвался холодный и сырой запах пыли и гнилостного дыхания.
Мо И был застигнут врасплох и несколько раз кашлянул.
Он протянул руку и включил фонарик, освещая потайной проход.
Потеряв прикрытие железной двери, темная дыра обнажилась, и лестница тянулась до внутреннего низа, ведущего в неведомую тьму.
Луч фонарика не мог проникнуть в глубокую тьму под землей и мог осветить лишь первые несколько ступенек на верхнем этаже.
На нем лежал толстый слой пыли, и было видно, что на него уже давно никто не ступал.
Мо И порылся в своей сумке и прикрепил небольшой зажим к железной двери, чтобы она не упала внезапно после того, как он вошел.
Затем он наклонился и осторожно спустился по лестнице.
Мутный воздух, который так долго был заперт под землей, заполнил его ноздри, а его шаги подняли облако пыли, которое пронеслось в прохладном воздухе и заплясало перед лучом фонарика.
Ступени у его ног были узкими и длинными, и чем дальше они спускались, тем глубже становилась тьма.
Свет от верхнего светильника становится все тоньше и тоньше, все слабее и слабее, и уже почти не проникает в узкий подвал, оставляя лишь размытый силуэт, когда поднимаешь голову.
Наконец ноги Мо И коснулись земли.
Он сошел со ступенек и сделал несколько неуверенных шагов вперед, двигая фонариком в попытке разглядеть, где он находится.
Свет фонарика перемещался по подземному пространству, очерчивая неясные и расплывчатые контуры.
Мо И задумчиво сузил глаза.
Это место оказалось гораздо больше, чем он себе представлял.
В этот момент фонарик осветил длинный шнур, висевший в углу, Мо И подошел к нему в темноте, а затем протянул руку и осторожно потянул за него.
Зажегся свет, осветив весь подвал.
Это место очень обширно, и купол потолка с плотной конструкцией защищает это подземное пространство. Стены прямые и прочные, без обоев, стены покрыты грязью и влагой, вызванными пребыванием на холоде под землей. Были пятна воды, а земля была сделана из крупного гравия. Когда вы наступите на нее, вы услышите небольшой звук трения между подошвами вашей обуви.
Самое шокирующее — это плотно упакованные маленькие кроватки.
Они заполняют почти все пространство, как бы для экономии места, эти небольшие грядки располагаются очень близко друг к другу, почти без просветов и располагаются плотно друг за другом.
А за этими кроватками, прямо напротив этой комнаты, стоит полуоткрытая деревянная дверь.
Мо И грубо осмотрел всю комнату и молча посчитал в уме: «Только в этой комнате более 150 маленьких кроватей, достаточно, чтобы вместить такое же количество детей».
Он вытянул ноги в щель между кроватями и осторожно пошел вперед. Достигнув конца комнаты, Мо И слегка вытянул ноги и вздохнул с облегчением.
Он подошел к двери, протянул руку и толкнул ее, а затем нашел тот же световой шнур в соответствующем углу.
После легкого рывка лампа над его головой несколько раз прожужжала, а затем замигала, освещая всю комнату.
Мо И не мог не ахнуть.
В этой комнате, как и в предыдущей, тоже потрясающее количество маленьких кроватей.
Однако единственное отличие заключалось в том, что стены этой комнаты были забрызганы шокирующим количеством бурой крови, которая накладывалась друг на друга и скапливалась, превращаясь в глубокий черный цвет, сгущаясь и высыхая в ужасающие следы на стенах.
Стены были испещрены пулевыми отверстиями.
На каждой маленькой кровати на грязных циновках было разное количество пятен крови, что выглядело крайне трагично.
Это как... здесь происходит резня.
Комната была наполнена затхлым запахом, который вызывал почти тошноту.
Мо И успокоился и понял, что в этой убогой комнате было несколько маленьких комнат.
К Мо И пришло озарение.
Он наконец понял, почему разнообразие комнат наверху было таким скудным, а общественные помещения построены так бессистемно.
Приют на земле - лишь верхушка айсберга, точнее, прикрытие, а его настоящее тело и органы скрыты под землей.
Какова цель этого наземного приюта как прикрытия?
Мо И оглядел удивительное количество кроваток в комнате, и в его сердце медленно зародилась догадка.
Его взгляд опустился, а темные глаза на мгновение стали холодными.
Подсознательно повернув фонарик в ладони, Мо И направился прямо к подземной комнате декана.
Эта комната декана отличалась от наземной, здесь все было разграблено, как в хаотичном обороте, столы и стулья в беспорядке опрокинуты, пожелтевшие и старые папки разбросаны по всей комнате, на всех местах скопился слой густой серости.
Однако первое, на что обратил внимание Мо И, - это кривая фотография на стене.
Фотография уже пожелтела, на ней появились две большие дыры, а края загнулись, но портрет на ней все еще был хорошо различим.
Это была высокая женщина в черном платье, с руками в клетку, торжественными бровями и глубокой морщиной между бровей, смотрящая прямо в камеру.
Мо И замер на месте, в его голове промелькнула газетная вырезка, которую он нашел в библиотеке, - похоже, это та самая женщина, которую повесили выше.
В этот момент он стоял в дверях и колебался.
Тот факт, что он чуть не погиб в комнате декана под землей, заставлял его быть осторожным.
Ведь Мо И не знал, действуют ли правила, установленные на земле, под землей.
Если да, то на этот раз не будет второго Сун Ци.
Мо И нахмурился, внимательно припоминая, что в правилах ни в одной из деталей - ни в одной из них не упоминалось, что существует подземное пространство, а в начале игры давались подсказки, что нужно действовать в соответствии с правилами.
Тогда ...... можно ли думать, что в этом подвале можно воспользоваться лазейками в правилах?
Мо И глубоко вздохнул и решил рискнуть.
Он решительно шагнул в комнату декана, затем прижал ногу к двери, чтобы она не закрылась внезапно. Опустив голову, Мо И смотрел, как медленно крутится индикатор его часов, а его мышцы были напряжены, готовые в любой момент броситься бежать, если что-то пойдет не так.
В прошлый раз на него напали через десять минут после того, как он вошел в дверь.
Поэтому, чтобы подстраховаться, Мо И в этот раз выждал пятнадцать минут.
Индикатор равномерно вращался на циферблате, издавая тихий звук, и тишина окутала всю комнату. Пятнадцать минут прошли быстро, но ничего не произошло.
Мо И медленно выдохнул, его напряженные мышцы слегка расслабились: отлично, похоже, его догадка оказалась верной.
Он быстро вошел в комнату, присел на корточки и начал перелистывать беспорядочно разбросанные файлы.
Многие из этих записей бессвязны, иногда вместо них используются аббревиатуры, а иногда просто указывается дата и сумма обмена.
А это - бухгалтерская книга.
Мо И нахмурил брови.
На одной из страниц он узнал несколько знакомых имен, расположенных в привычном порядке: "Дэниел ...... Томми ...... Джон......"
Именно эти имена были указаны на табличке с именем, которая висела перед кроватью в той самой комнате, где он находился.
Перед именем было краткое описание родной семьи сироты и ее обстоятельств - ничего необычного, но после имени, нацарапанного почерком, стояло несколько цифр денег и несколько простых примечаний: "Кожевенный завод", "Частный", "Частный", "Частный".
Мо И ошеломленно схватил пожелтевшую и ломкую бумагу, пальцы на шершавой поверхности бумаги оставили слабый жар тела.
Его подозрения подтвердились.
Сюда со всех сторон присылали сирот, помещали их в темное и тесное подземелье, а затем продавали одного за другим.
Затем их продают одного за другим либо на токсичные химические заводы, либо анонимно покупают частные лица, либо отправляют за границу.
Формальный приют над землей - лишь прикрытие для грязных сделок под землей, и именно поэтому он был построен так небрежно и некачественно, потому что знали, что ни один из отправленных сюда детей не сможет выжить. Достаточно иметь возможность пользоваться здесь общественными местами. .
Мо И, слегка задержав дыхание, подсознательно пробормотал:
"Lasciate ogne speranza, voi ch'intrate."
[Отбрось надежду всяк сюда входящий.]