67. Уверенность.
(Фэн Милен)
- Твой сын пугает меня, - сказал мой свёкор, когда мы втроём собрались в кабинете. - Похоже, он готов встать на колени перед моим врагом, просто чтобы бросить мне вызов.
- Мы просто не позволим ему этого сделать, - решительно сказал мой муж.
- Как? - спросила я Чжутуаня. - Юй становится всё более и более решительным в противостоянии нам. Мне страшно подумать, что он скажет или сделает, если этот Ванг Цин попросит нашего Юя сбежать с ним.
- Я не отдам своего сына этому мальчишке! - мой муж хмуро посмотрел на меня. - Я не потеряю Юя таким образом. Если мне придётся поговорить с Вангами, чтобы уладить это…
- Я сказал, не разговаривать с Вангами! - крикнул мой свёкор, хлопнув рукой по столу.
- Почему?! - Чжутуань настаивал, несмотря на гнев своего отца. - Почему ты так боишься встретиться с ними лицом к лицу? Почему?
- Потому что я не хочу, чтобы ты что-то знал! - вздохнул мой свёкор. - Чжутуань, я... наша семья… это… - он закрыл лицо руками.
- Баба... - нам с Чжутуанем стало любопытно и в то же время беспокойно, потому как такое поведение для отца моего мужа нетипично.
Баба моего мужа вздохнул, убрав, наконец, руки:
- Может быть, пришло время тебе узнать то, что наша семья пыталась похоронить. То, что Я пытался похоронить... - Баба грустно улыбнулся Чжутуаню. - Мои дед и отец нехорошие люди, Чжутуань. Они... плохие люди. Действительно очень плохие…
- Что ты имеешь в виду, Баба? - Чжутуань повернулся и взглянул на меня. Мы сидим на длинном диване, в то время как мой свёкор сидит в одиноком кресле. Чжутуань взял меня за руку.
Баба бросил на меня умоляющий взгляд:
- Милен, то, что ты сейчас услышишь, когда-то я рассказал своей жене. Это касается прошлого нашей семьи. Мы... держали рабов и слуг раньше. Но мои дед и отец, они не всегда обращались с нашими рабами и слугами... по-доброму.
- Ты имеешь в виду...? - я почувствовала, как у меня заколотилось сердце. - Они были жестоки?
- Да, - кивнул Баба.
Чжутуань застонал:
- Ты имеешь в виду, что раньше они обижали слуг?
Баба пристально посмотрел на моего мужа:
- Твой дед однажды приказал убить раба у него на глазах, - ответил он.
Мы с Чжутуанем ахнули от шока. Мой муж напрягся сидя рядом со мной.
- Баба... - мой муж заметно побледнел от того, что мы слышим.
Мой свёкор кивнул:
- Да. У нас есть такая история чудовищной жестокости. Наша семья была рабовладельцами и жестокими людьми. Но я похоронил это, когда умер мой отец. Ванг Гуань, знает о прошлом нашей семьи. Прошлое, о котором я не хотел, чтобы вы оба знали. И уж точно не хочу, чтобы об этом узнал Юй. Наша репутация. Наше имя. Ванг Гуань, может погубить нас в мгновение ока.
- Баба... - я не могу поверить, что наша репутация зависит от человека, который ненавидит моего свёкра.
Это… катастрофа.
- Но у Гуаня есть своё уязвимое место. И я знаю его, - продолжал мой свёкор. - Мы заключили сделку, он и я, о том, что будем держаться подальше друг от друга, и всё будет забыто. Мы знаем слабости друг друга и поэтому как бы шантажировали друг друга, чтобы заставить молчать. Но эти отношения между Юем и внуком Гуаня угрожают сделке, которую я заключил с этим проклятым человеком. Наш Юй может пострадать или, что ещё хуже, мы можем потерять его. И я, не могу этого принять. Я не хочу потерять своего внука, - мой свёкор печально посмотрел на нас. - Я уже старик. Моё счастье - видеть наше имя чистым от любых пятен и видеть Юя счастливым. Это моё единственное счастье. Не заставляйте меня терять своё имя и моего внука. Они оба - моя гордость и радость.
Мы с Чжутуанем одновременно посмотрели друг на друга. Я крепче сжала руку мужа.
- Я поговорю с Юем, - вызвалась я.
- Дорогая, - Чжутуань бросил на меня обеспокоенный взгляд. - Пожалуйста… ты можешь снова поссориться с Юем…
- Мы не будем ссориться, - заверила я мужа. - Я буду спокойно разговаривать с Юем и больше не причиню ему вреда.
Я знаю, мой муж беспокоится о том, что я снова могу дать пощёчину нашему сыну. Что я могу снова причинить ему боль. Нет, я больше не хочу причинять Юю боль. Я ненавижу себя за то, что ударила собственного сына. Он самый важный человек в моей жизни.
- Поговори с Юем. Прошу, - кивнул мне мой свёкор. - Но постарайся не упоминать о том, что я только что сказал. Я никогда не хотел, чтобы ты знала о жестокости моих деда и отца. Я рад, что они уже были мертвы, когда родился Юй. Он никогда не должен знать, что у нас есть такая уродливая сторона. Если бы я мог, и вы двое никогда бы не узнали об этой тёмной стороне нашего имени.
- И мама знала об этом? - спросил Чжутуань у своего отца.
Мой свёкор кивнул:
- Да. Я всё рассказал твоей матери, Чжутуань. Твоя мать была необыкновенной женщиной. Она... была очень добра ко мне и очень терпелива и, в конце концов, умерла как моя жена и как Фэн. Я любил её.
Я успокаивающе похлопала мужа по руке. Мы оба знаем, что брак Бабы и Мамы, как и наш, был устроен. Но знание того, что они влюбились друг в друга, даже если их брак был заключён по договорённости, придало нам с Чжутуанем смелости продолжать наш собственный брак и любить друг друга искренне.
История Бабы и Мамы - это и наша история. Мы с Чжутуанем хотели бы иметь такие же отношения. Всегда поддерживать друг друга и любить.
Как и моя свекровь, я хочу умереть на руках Чжутуаня, держа за руку своего сына. Юй, ах… я хочу, чтобы Юй всегда был с нами и если нам придётся упорно бороться за то, чтобы наш сын остался с нами, мы это сделаем. Потому что Юй стоит любых усилий и любой битвы.
Мы так сильно его любим.
............
(Фэн Лихонг)
Я наблюдал, как мой сын согласился позволить Милен поговорить с моим внуком. Я отчасти рад, что Чжутуань и его жена приняли то, что я сказал, как правду.
В некотором смысле это и есть правда.
Мои дед и отец были жестоки к нашим рабам. Это правда, что мой отец приказал кому-то убить раба у него на глазах.
Но это была не единственная слабость, которую знает Гуань. Ванг Гуань также знает о моей личной слабости. И это то, что Чжутуань и Юй никогда не должны узнать. Иначе мой сын и внук возненавидят меня. Они возненавидят меня... и бросят.
Я никогда не позволю этому случиться.
...............
(Дейу)
Я оторвался от плана урока, который писал, когда кто-то постучал в дверь моей комнаты.
- Юй, ах? - это мамин голос. - Я могу войти? - спросила она с сомнением в голосе.
- Да, Мама... - отозвался я, закрывая свои конспекты плана уроков, и повернулся, наблюдая, как дверь моей комнаты открылась, пропуская в комнату мою мать с одним из наших помощников, который держит поднос с чаем и нарезанными фруктами.
Моя мать попросила помощника поставить чайный поднос на мой стол и отпустила его.
Мы подождали, пока дверь снова закроется, прежде чем мама села на край моей кровати и посмотрела на меня:
- Ты забыл поесть десертов, поэтому я приготовила для тебя немного фруктов. Чай - твой любимый. С лёгким привкусом имбиря и лимона,
- Спасибо, Мама, - вежливо ответил я сидя с абсолютно ровной спиной и глядя на свои руки, лежащие на коленях.
- Юй, ах, - позвала меня мама. Я медленно перевёл взгляд на её лицо. Она вздохнула. - Ты прав, это будет моя вина, если я брошу твоего отца. Ты прав.
- Ма…
Моя мать потянулась и взяла меня за руку. Она крепко сжала её и успокаивающим тоном сказала:
- Я знаю, что тебе грустно и ты устал, сынок. Я тоже. Я устала постоянно бороться из-за всего этого. Я знаю, что ты чувствуешь…
- Нет, - я покачал головой. - Не начинай с этого. Перестань вести себя как школьный консультант и просто будь моей матерью. Не используй тон и слова, которые ты используешь, когда разговариваешь с проблемными учениками в нашей школе. Прекрати это…
- Юй, ах, - глаза моей матери стали ещё мрачнее. - Я хотела как лучше…
- Меня это не беспокоит. Я не студент. Я твой сын. Будь честной со мной, пожалуйста…
Моя мать снова вздохнула:
- Ты хочешь честности? Хорошо. Я буду честна с тобой. Мне не нравится этот парень Ванг для тебя. Неважно, отличный ли он человек, успешен ли он или чего-то добился. Эти вещи для меня не имеют значения…
- А имеет ли для тебя значение тот факт, что мы с Цином любим друг друга? - спросил я её.
- Да, - мама дала этот прямой ответ в мгновение ока. - Я счастлива, что ты влюблён, конечно. Счастлива ли я, что это парень? Нет. Но проблема не в этом. Проблема в твоих чувствах к этому мальчику. Твоя готовность бросить нас, свою семью, ради него. Это то, чего я не могу вынести. Действительно ли этот Ванг Цин так важен? Важнее меня? Важнее чем мы, твоя семья?
- Нет, - я покачал головой. - Цин не важнее. Но он ТАК же важен, как ты, Баба и Дедуля. Он ТАК же важен, как и каждый член моей семьи. Он важен для меня, Мама. Неужели ты не можешь этого понять?
Мама пристально посмотрела на меня, затем кивнула:
- Хорошо, это справедливо. Я думаю, что могу понять. Твой Папа очень важен для меня. ТАКОЙ же важный, как и ты. Я могу понять, что ты имеешь в виду, говоря о Ванг Цине, и о том насколько он важен.
Я почувствовал, как на моих губах зарождается улыбка:
- Мама. Спасибо…
- Но всё равно твоему дедушке не нравится этот Цин. Что ты будешь делать? Дедушкино неодобрение - это проблема, Юй, ах. Мы с твоим Бабой пытались, но твой дедушка принял решение. Он не примет этого Ванга рядом с тобой. Что ты можешь сделать?
Моё счастье разбилось, и я снова опустил глаза на свои сжавшиеся в кулаки руки на коленях:
- Я не знаю... - честно ответил я. - Ты знаешь, почему Дедуля ненавидит деда Цина?
Мама покачала головой:
- Понятия не имею из-за чего всё это, но это есть. Их ненависть друг к другу просто невероятна. И твой Дедуля боится, что Ванги будут жестоки к тебе, потому что ты Фэн.
- Мама…
- Это нас пугает. Очень. Пугает, что они могут сделать с тобой, потому что ты их враг…
- Мама, это не Ромео и Джульетта, - вздохнул я несчастно и услышал какой-то подозрительный звук, а когда поднял глаза, то увидел, как моя мать, сжав губы, пытается подавить смех.
- Мама! - её действительно забавляет моя ситуация?
Моя мать усмехнулась:
- Мне очень жаль, Юй, ах. Но с моей точки зрения, ты реально находишься в середине книги Шекспира, - фыркнула она.
Я вздохнул и кивнул криво усмехнувшись:
- Думаю, ты права.
Мы с мамой посмотрели друг на друга и я улыбнулся ей:
- Я скучаю по тебе, - сказал я, и это не то, о чём я буду сожалеть, особенно когда увидел внезапное счастье, наполняющее её глаза.
- Я тоже скучаю по тебе. Мой хороший сын, - мама положила руку мне на щёку.
Я положил руку поверх её ладони на своей щеке:
- Я люблю тебя, Мама. Я благодарен тебе за всё, что ты, Баба и Дедуля сделали для меня. Но вы все должны понять, что Цин вошёл в мою жизнь в то время, когда я чувствовал, что тону и теряю надежду. Он пришёл и всё изменил. Теперь я счастлив.
В глазах мамы снова появилась меланхолия:
- Тебе действительно было грустно из-за своей жизни? - спросила она.
Я кивнул:
- Мне казалось, что я трачу её впустую. Мне казалось, что я делаю недостаточно. Я думал, что повиновение вашим приказам будет моей дорогой к счастью. Но снова и снова я ловил себя на том, что спрашивал себя, почему я всё ещё живу?
- О, Юй, ах, - мамины глаза наполнились слезами.
- Но Цин всё это изменил. Он заставил меня поверить, что счастье в пределах моей досягаемости. Стоит лишь просто протянуть руку. Он научил меня, что существовать - это не значит жить. И что на самом деле чтобы начать жить не нужно ничего особенного, просто делай то, что должен. А ещё заставил понять, что ни деньги, ни успех, ни достижения не сделают человека счастливым. Всё дело в мелочах. Он заставил меня снова оценить себя. И я в долгу перед ним. Раньше я бы не смог сказать тебе, что я на самом деле чувствую. Потому что я слишком боялся, что это причинит тебе боль или что ты не будешь любить меня, если я ослушаюсь тебя. Но Цин был прав. Даже если я ослушаюсь тебя, я всё равно люблю тебя. И я вижу, что ты всё ещё любишь меня. Потому что я твой сын, а ты - моя Мать, - у мамы потекли слёзы. Я наклонился вперед, чтобы обнять её. - Просто дай нам шанс, Мама. Пожалуйста... - умоляюще прошептал я ей.
Прошло несколько мгновений, прежде чем мама обняла меня в ответ:
- Хорошо. Ладно, ты победил.
Я разомкнул объятия и, отстранившись, посмотрел на неё в шоке:
- Правда? Ты дашь нам шанс? - я не могу поверить в то, что слышу.
- Только один, - сказала она. - Я дам тебе шанс показать мне, насколько счастливым ты можешь быть с этим мужчиной. Но только один шанс.
Я улыбнулся. Один шанс - это единственное, что мне нужно. Я уверен, что мы с Цином сможем показать маме, что мы можем быть счастливы вместе. Но тогда мама - это только часть проблемы…
- Баба и Дедуля? Как насчёт них? - спросил я у мамы.
- Твой Баба? - мама слегка усмехнулась. - Он относится к тебе мягче, чем я. Я могу поговорить с ним о Ванг Цине. Но вот твой Дедуля… с ним будет сложнее справиться.
Я вздохнул:
- Я знаю, что Дедуле будет труднее всего.
- Но сейчас ты изменился, верно? - Мама погладила меня по голове. - Теперь ты можешь сказать, что у тебя на сердце. Теперь ты можешь бороться за своё счастье. Тогда покажи нам это. Покажи нам, каким счастливым ты можешь быть.
Я улыбнулся, кивнул и обнял маму:
- Я люблю тебя, Мама. Спасибо.
- Я люблю тебя больше, Юй, ах. Всё, чего я когда-либо хотела, это чтобы ты был счастлив и был рядом. Если я смогу видеть тебя каждый день улыбающегося и довольного, то этого мне будет достаточно. - Мама шмыгнула носом.
Я заглянул ей в лицо и дразняще улыбнулся:
- Даже если я не унаследую школы?
- Фэн Цзяньюй! - нахмурилась мама. Я рассмеялся над ней. Мама широко улыбалась и игриво шлёпнула меня по предплечью. - Даже если ты не унаследуешь школы. - Подтвердила она. - Не думай слишком много, Юй, ах. Это я могу чувствовать обиду из-за того, что так и не получила своё наследство, издательство, но это потому, что это была моя мечта. Я знаю, что наследовать школы - не твоя мечта. Однажды твой дедушка поймёт это и найдёт кого-нибудь другого в качестве своего наследника. Но ты… Я просто хочу, чтобы ты был рядом и был счастлив.
Я кивнул:
- Я понял…
Мы с мамой улыбнулись друг другу. Думаю, что теперь мы лучше понимаем друг друга.
Вот так медленно, но уверенно я проникаю сквозь оборонительные позиции своей семьи.
Ванг Цину же всё труднее пробиваться сквозь защиту своей.
.............................................
Автор: ginaddict
Перевод: weramax
Редактор: mzikina
Уважаемые подписчики и просто читатели, проголосуйте и нашу историю увидят больше читателей на wattpad.
Спасибо всем, и приятного прочтения.