Часть 101

Я не хочу, чтобы ты думал, что я лезу не в своё дело, Джек но… это и моё дело тоже. Я твой лучший друг, поэтому, наверное, ты мог бы рассказать мне, что с тобой происходит.

Пауза.

— Слушай, Джек. Я тут подумал… Мы с Алексом обсудили инцидент в столовой, в общем… ты не прав.

Пауза.

Блин, интересно, это всегда так сложно?

— Привет, Джек. Я насчёт того, что было утром. Не отвлечешься на минутку?

— Я не занят, Зак.

Парень подскочил на месте и шарахнулся от высокого зеркала, когда друг, активно вытирающий полотенцем мокрые волосы, вошёл в спальню.

— Джек...я тут…

— Репетировал перед зеркалом.

Ещё раз, блин…

Парень покосился на собственное отражение.

— Ну… что-то вроде того.

— В последний раз ты это делал, когда собирался пригласить девушку на Рождественский бал, — Тейлор многозначительно поднял брови и прошёл к своему шкафчику, бросая полотенце  и доставая первую попавшуюся под руку футболку.

Зак молча смотрел, как друг натягивает на всё ещё влажные плечи серую ткань, от чего та темнеет в некоторых местах, впитывая воду. Нельзя было сказать, что Джек выглядел напряжённо или взволнованно. Целый вечер он был каким-то отстранённым, словно поссорился со всеми сразу. Но когда капитан команды завёл речь о баскетболе, обстановка разрядилась, и настроение его значительно улучшилось.

— Да. Я помню, это было непросто, — пробормотал Зак, кашлянув в кулак и смело шагая к своей постели. Падая на матрас и заводя руки за голову. — Слушай, я хотел...

— Я знаю.

— Да?

— Ага. Я слышал. Я не прав, и я мудак.

— Что? — Зак приподнялся на локте, глядя на брюнета, который уже полностью переоделся и теперь натягивал поверх футболки полосатую пижамную рубашку. — Я не это хотел сказать. Точнее, не совсем. Ну…

— Я обидел Алекса тем, что сказал то, что сказал.

Формулировка фразы была встречена частым морганием.

Но затем друг нахмурился.

— Ты был не прав.

— И это я тоже слышал.

— Джек!

— Что, Зак?

Он вздохнул. Сильнее сдвинул брови.

— Ты не прав.

Тейлор фыркнул. Встал с постели и принялся за слаживание одежды, намеренно игнорируя то, как друг резко сел на кровати, ткнувшись локтями в полусогнутые колени.

— Ты слышишь меня?

— Я не прав, да? Не прав? — брюнет раздражённо обернулся. — Ещё скажи, что ты не согласен!

— С чем?

— С тем, что он лижет ему пятки.

Губы Зака сжались.

Какого чёрта он имеет в виду? Разве Алекс не говорил, что всё это со Смитом ничего для него не значит? Разве он не сказал бы, если ситуация вдруг вышла бы из-под контроля?

— Нет, не согласен.

— Конечно, Зак. Просто потому, что ты не думал об этом.

— Я думал! — он спустил босые ноги с кровати, обжёгшись о холодный пол. — Я думал о том, что с ним происходило тогда, когда он был мрачным и… тогда, в общем. Ты помнишь.

— Я помню, как он пялился на него через весь зал. И как он таращится, когда думает, что никто не видит.

Зак наблюдал за другом несколько секунд. Он хреново — очень хреново — разбирался во всякой подобного рода чепухе, но что-то подсказывало ему: Джек ревнует.

— Значит, дело в этом?

— В чём? — сквозь чертыхания голос друга звучал глухо.

— Тебе не нравится, что тебе кажется, что Алекс и Смит...

Парень запнулся, понимая, что физически не может себя заставить закончить эту мысль. Язык не поворачивался, честное слово.

Алекс и Смит — что?

Дружат? Общаются?

Спят?

Нервный смех вырвался из горла и был тут же пойман и прижат ко рту ладонью. Это глупо и неправильно. Он бы так не поступил. Тейлор тем временем снова обернулся через плечо:

— Не только. Но и это тоже полный пиздец.

— Значит, ты думаешь, что они… того?

Джек вздохнул.

Зак ждал.

— Я устал. Я вообще думать не хочу, ладно?

— Тогда в чём причина этих внезапных вспышек гнева? — вопросом на вопрос протараторил он, что едва не заставило беспомощно застонать.

Он слишком много времени проводил с Алексом, судя по всему, потому что уже даже выражался как он.

— Это не вспышки гнева. У меня не всё в порядке с Грэгором и  нашими отношениями, грёбаный поход в город отменяют уже который раз, тренировки по баскетболу сократили, у меня стресс, блин!

— Стресс? — лицо Зака вытянулось. Он смотрел на друга так, будто видел его впервые. — От чего?

— Я только что всё объяснил. — У него не было настроения разжёвывать всё для незадачливого товарища. — Давай спать?

Через несколько секунд широкая ладонь  отодвинула одеяло с лица, а чужое лицо вглядывалось в глаза.

— А что с Грэгором?

— Отвали, а?

Зак упрямо смотрел. Когда он смотрел вот так, это означало, что легче ответить на вопрос, чем спорить.

Это, наверное, он тоже перенял у Алекса.

— Ничего. Мы поссорились, ясно?

— Почему?

— Зак, отвали, я прошу, — раздражённо прошипел Джек, отворачиваясь и подкладывая локоть под голову.

— Нет! — в голосе откровенная обида. — Одно дело, когда от нас обоих отгораживается Алекс, зарытый в свои бесконечные заботы старосты, а другое дело, когда со мной не хочешь говорить ты, понимаешь?

Тейлор несколько секунд молчал. Потом скосил на друга взгляд, щурясь.

— Я твой друг, я не обязан грузить тебя этим.

— Грэгор тоже. И он грузит меня всем, чем может. Сам знпешь, у него не так много друзей, а ты его парень, поэтому обсуждать ваши отношения он может со мной, или Алексом. Но о нынешней ситуации он и слова не говорил.

Тейлор тяжело вздохнул, вновь поднося руку к лицу, и потёр лоб, зарываясь пальцами во влажные волосы.

— Слушай… — он вдруг понял, что не имеет никаких сил на то, чтобы спорить. И ощутил реальное желание поделиться. — Тебя беспокоит, что мы ссоримся с Алексом?

— И это тоже, — угрюмо протянул Зак, тяжело садясь на край Джековой постели.

— Я обещаю, что попрошу у него прощения. Завтра. За то, что устроил… на завтраке. Так пойдёт?

Парень задумчиво поскрёб макушку. Потом кивнул. И добавил:

— И расскажешь, что там с Грэгором.

На этот раз пауза затянулась. Но Тейлор всё равно кивнул в ответ.

— Хорошо. Обещаю.

И, кажется, ему действительно стало легче. Потому что он всеми фибрами ощутил, как с души  друга рухнула огромная гора.

— Ладно. Теперь можем спать.

Через несколько секунд тихо скрипнула соседняя кровать.

— Добрых снов, Джек.

— Добрых.

Он ещё немного посмотрел в темноту перед собой, а потом вздохнул и закрыл глаза.

Не было никаких препон для того, чтобы держать что-либо из произошедшего в секрете. Всё было настолько банально, что просто вымораживало.

Тейлору хотелось движения. Он хотел тренировок по баскетболу, которые стали теперь какими-то скомканными и торопливыми. Он хотел походов в кафешку, как раньше. Пусть это просто стакан какого-либо коктейля и компания друзей, но это выметало любые мысли из головы. Он хотел, чтобы Грэгор прекратил наконец-то носиться за ним, как за маленьким ребёнком, не способным ни на что без посторонней помощи. На фоне этого они и поссорились вчера, прямо посреди гостиной, вызвав удивлённые взгляды в свою сторону.

Он хотел, чтобы Алекс вернулся.

Он соскучился по нему. До чёртиков не хватало его замечаний, его толчков к выполнению домашних заданий, его тёплого взгляда, когда он или Зак несли какую-то чепуху.

Вымораживало, что этот взгляд теперь он бросал только за  стол параллели. Грёбаные придурки. Уроды. Смит— сука.

Челюсти сжались, Джек сам не понял, когда его начало это настолько бесить. Наверное, через пару недель после их назначения, когда что-то начало неотвратимо меняться.

А Алекс, кажется, был даже не против этих изменений.

Просто катился  туда, куда его тащил этот идиот.

Джек даже не корил себя за то, что злость на Алекса стала уже чем-то привычным и близким. Он не имел права поступать так с ним. Он не имел права поступать так с их дружбой.

Потому что война с параллелью  была чем-то большим, чем правило. Это было установкой с младших классов. Тем, что принимается по-умолчанию всеми. И иначе быть не могло.

На соседней кровати заворочался Зак, и Тейлор ощутил давящее чувство острой вины где-то внутри. Друг переживал, когда всё шло не так. Сбивалось с ритма. Он наивно полагал, что верить можно всему, что говорит Алекс.

Джек пообещал извиниться перед ним.

Это будет правильно, не так ли?

Только ради друга. Он и так чувствовал себя достаточно виноватым перед Заком. Он сдержит слово. Попросит прощения. Но денется ли куда-нибудь эта обидная злость, которая просыпалась в нём каждый раз, когда Алекс смотрел в ту сторону?

Тейлор был не уверен.

Вообще ни в чём. Потому что в глубине души он надеялся, что завтра его не простят.