Глава 54. Парад начинается

Действия Хань Синсин, казалось, вызвали цепную реакцию - пациенты, ранее находившиеся в палатах, один за другим высунули головы, с любопытством глядя на него.

Су Цзыли только сейчас заметил, что двери палат уже были открыты, и теперь пациенты могли свободно передвигаться. Однако по какой-то причине они не спешили покидать свои палаты. Даже когда они собирались вместе, чтобы пошептаться, это были лишь люди из соседних палат, стоящие в дверных проемах и разговаривающие друг с другом.

- Он врач, у нас уже давно не было новых врачей.

- Он такой красивый, намного красивее, чем самый популярный парень в моей школе. Может, он раньше был звездой? Почему он пришел работать врачом к нам?

- Ты просто не понимаешь, жизнь звезды кажется glamorous, но на самом деле это очень тяжело. Даже времени на сон не хватает, постоянно критикуют. Где уж это сравнится с работой врача. Звучит престижно, да еще и зарплата высокая - вот это действительно надежно.

...

Со всех сторон доносились не очень тихие голоса, все пациенты были очень любопытны к этому новому врачу. Они не отрывали от него глаз, открыто разглядывали его, нетерпеливо пытаясь проанализировать информацию о нем.

Такое откровенное внимание заставило Су Цзыли почувствовать себя немного неловко, и он инстинктивно отступил на два шага, пытаясь избежать этого. Но, повернув взгляд, он заметил среди пациентов знакомое лицо.

— Та умершая игрок.

Вчера вечером она все еще сохраняла позу мертвеца, ползая по комнате, но сейчас она, как нормальный человек, разговаривала с пациентом из соседней палаты. Как раз другой пациент тоже была молодой девушкой, они сблизились, и когда они разговаривали, их взгляды были ясными, речь логичной, на теле не было ран, лица румяные - они не выглядели как пациенты, и тем более не выглядели как... мертвецы.

Су Цзыли нахмурился.

Это отличалось от его вчерашних предположений. Он думал, что даже если закрытая комната может воскрешать людей, она может воскресить только оболочку, но сейчас...

Он оглядел окружающих, глядя на оживленно беседующих пациентов, и почувствовал холод в сердце.

Если все так, как он думает, то — сколько среди этих людей, смотрящих на него, действительно живых? Или, скорее, что за существа скрываются под человеческой оболочкой, так живо их изображая?

- Доктор Су?

Ву Лин, казалось, не заметила настороженности на его лице и с улыбкой снова спросила:

- Вы знаете, где столовая? Хотите, я вас провожу?

- Нет необходимости, спасибо, - Су Цзыли покачал головой, отказываясь.

- Хорошо, тогда я поведу их есть первыми.

Ву Лин не обиделась на отказ, она с улыбкой кивнула ему, повернулась и позвала остальных, потянув за собой успокоившуюся женщину в направлении коридора. После того, как она начала двигаться, другие пациенты организованно последовали за ней, покидая палаты в порядке их расположения.

Без споров и толкотни, даже скорость ходьбы у всех была примерно одинаковой, что выглядело странно и заставляло чувствовать холодок по спине.

Когда они почти дошли до лестничной площадки в конце коридора, Ву Лин, словно внезапно что-то вспомнив, обернулась и громко сказала Су Цзыли:

- Я забыла спросить, доктор Су, вы раньше были знакомы с доктором Хэ? Я только что видела, как доктор Хэ пошел в столовую за едой, он даже специально заказал лапшу у шеф-повара малыша Го. Если пойти сейчас, как раз успеете к готовому блюду. Может, пойдете с нами? Как раз сможете поесть, пока горячее.

Она снова пригласила его.

На этот раз Су Цзыли не отказался.

- Спасибо, тогда я вас побеспокою.

Он кивнул Ву Лин и последовал за ними, но не пошел вперед, чтобы идти рядом с Ву Лин во главе группы. Вместо этого он вошел в ряды пациентов, найдя свою цель — Хань Синсин.

- Хань Синсин?

Он окликнул ее, и лицо девушки в больничной одежде напряглось, она неохотно повернула голову:

- Что тебе нужно?

- Ты меня помнишь?

Су Цзыли был немного удивлен, он думал, что Хань Синсин, как и Ву Лин, подверглась очистке памяти. Неожиданно, она явно его помнила. Можно ли сказать, что это достойно ядра закрытой комнаты?

- Что означал твой удивленный взгляд?

Он продолжил спрашивать.

- Я видел твой взгляд, когда ты увидела меня здесь целым и невредимым, ты, кажется, была очень удивлена.

- Ты говоришь очевидные вещи,- Хань Синсин бесцеремонно закатила глаза, - Доктор Су, ты, похоже, еще не совсем осознаешь свою личность? Раньше ты был главным врачом здесь, потом ушел, помогая тому мужчине, который чуть не разрушил нашу больницу. Это все равно что во время работы помогать шпиону конкурирующей компании украсть секреты, а потом сбежать. Как ты думаешь, какое отношение к тебе должно быть здесь в нормальной ситуации?

Су Цзыли: "..."

Он на мгновение замолчал, не ожидая, что раньше был таким человеком.

Он смущенно улыбнулся: - Я просто не помню...

- Если не помнишь, значит, не делал?- Хань Синсин закатила глаза так сильно, что они чуть не перевернулись, она процедила сквозь зубы: - Я просто не понимаю, почему она не тронула тебя? Как бы то ни было, она не могла позволить тебе так спокойно спать так долго!

Су Цзыли: "..."

Хотя он не знал, о ком говорила Хань Синсин, но примерно понял, почему Хэ Сюань настаивал на том, чтобы остаться в его комнате и спать на диване.

Думая о своем парне, Су Цзыли почувствовал тепло в сердце и не смог сдержать улыбку:

- Наверное, потому что у меня есть чит-код, и еще у меня есть сильная поддержка.

Хань Синсин шокированно отступила на два шага:

- Как ты можешь говорить такие вещи без стыда?

Су Цзыли немного удивился:

- Иметь сильную поддержку - это мое умение, почему я должен стыдиться?

Хань Синсин: "..."

Она снова закатила глаза и слегка отодвинулась в сторону.

Су Цзыли перестал ее провоцировать и сменил тему, пытаясь выудить из нее другую информацию, но Хань Синсин была очень осторожна и отвечала только бессодержательными фразами.

Су Цзыли также заметил, что она явно хотела отделаться от него, но, похоже, чего-то опасалась. Она не осмеливалась покинуть очередь пациентов, даже не могла ускорить или замедлить шаг, чтобы нарушить строй, и вынуждена была позволить ему идти рядом и раздражающе разговаривать с ней.

Какую функцию выполняет эта очередь?

И эта странно открывшаяся новая больница, все еще ли она сосредоточена на истории Хань Синсин?

Хотя все оборудование полностью изменилось, общая планировка больницы осталась примерно такой же, как раньше. Следуя по прежнему пути к столовой, вскоре почувствовался аромат еды.

Легкий аромат риса сопровождался поднимающимся паром, мужчина в поварской форме суетился за ярко освещенной витриной. Каждый пациент послушно держал поднос, получая свой завтрак.

Су Цзыли огляделся, не увидел Хэ Сюаня и решил просто встать в очередь.

Ожидая, он рассмотрел шеф-повара малыша Го. Тот все еще был одет в поварскую форму, с простодушным и обычным лицом, раздавая еду особенно ловко. Единственное изменение - длинный серо-черный хвост, который тянулся за его нижней частью тела, теперь исчез без следа.

Он стоял там, как обычный шеф-повар на кухне, настолько обыденный, что его можно было забыть в мгновение ока.

Но Су Цзыли не мог забыть, как он вел его по узкому проходу, с длинным хвостом, свисающим сзади, сгорбившись, очень похожий на какое-то животное.

Крики той женщины снова эхом отозвались в его голове: "Нельзя есть то, что он готовит, превратишься в крысу", "Он убил слишком много крыс, его накажут, и он постепенно превратится в крысу"...

Пальцы скользнули по гладкому краю подноса, Су Цзыли поднял голову и улыбнулся шеф-повару малышу Го.

- Доброе утро, шеф-повар малыш Го.

- Доброе утро, - приглушенный голос донесся из-за маски, шеф-повар малыш Го положил на его поднос только чайное яйцо, больше ничего не дал.

Су Цзыли: "????"

Он застыл в недоумении.

У шеф-повара малыша Го тоже стерта память? Вчера вечером он еще давал маленьких раков, а сегодня... даже каши не дает попить!

Этого явно недостаточно, чтобы наесться!

- Твое там, - шеф-повар малыш Го кивнул в сторону левой стороны, выражение его лица было очень беспомощным: - В следующий раз, когда вы двое решите разорить мою кухню, не могли бы вы предупредить меня заранее? Он забрал большую часть ингредиентов для фрикаделек, которые я планировал готовить на обед.

Су Цзыли повернул голову и увидел Хэ Сюаня, несущего две большие миски. Горячий пар поднимался над ними, в белых мисках теснились маленькие вонтоны, украшенные водорослями, сушеными креветками и яичными полосками, выглядело очень аппетитно.

Су Цзыли, держа чайное яйцо, быстро подбежал к нему.

- Это ты приготовил для меня? - он заглянул в миску с вонтонами, его глаза сияли, все мысли о превращении в крысу вылетели из головы.

- Хэ Сюань, ты потрясающий!

- Мм.

Хэ Сюань спокойно принял его похвалу, делая вид, что не помнит о более чем сотне неудачных попыток на кухне, и усадил Су Цзыли.

- Ешь, пока горячее. Если не хватит, там еще немного осталось.

Они сидели вместе, наслаждаясь едой, что резко контрастировало с другими людьми, которые могли есть только кашу, чайные яйца и баоцзы, что выглядело несколько печально.

Хань Синсин с завистью посмотрела на аппетитные вонтоны, затем осторожно выбрала место подальше от них и села. Затем... к ее "я так и знала" взгляду, женщина, которая говорила, что еда шеф-повара малыша Го превратит их в крыс, села рядом с Су Цзыли и Хэ Сюанем.

Казалось, она забыла о своих прежних словах и начала жадно есть кашу и баоцзы. Опустошив весь стол, она подняла голову, прочистила горло и громко сказала:

- Сегодня облачно, максимальная температура 25-27°C, без сильного ветра, можно устроить парад!

- Ура!!!

- Отлично!

Как только она закончила говорить, вся столовая словно закипела. Пациенты, которые только что сидели тихо и организованно за столами, один за другим вскочили.

Они нетерпеливо хлынули наружу, с возбужденными лицами устремившись к месту назначения.

Су Цзыли отставил миску в сторону и пошел за ними, еще не совсем понимая, что происходит. Вдруг он увидел Хань Синсин неподалеку, которая, держа фруктовый нож, умело вонзила его в грудь какого-то человека.

Человек вскрикнул от боли, ярко-красная кровь капала по подолу платья на землю, красные туфли на высоких каблуках безвольно свисали.

Она подняла голову к небу, ее взгляд был пустым и безжизненным.

Это была тетя Хань.