Глава 8. Я убил его

Возможно, из-за ненаучной природы этой комнаты голова сохранилась очень хорошо. Она выглядела целой, без признаков разложения, только как будто высушенной.

Вся голова была сморщенной. Кожа собралась в морщины, придавая ей очень старый вид.

Но судя по густым черным волосам и не сильно изношенным зубам, возраст этого человека не должен был превышать пятидесяти лет.

Су Цзили бросил на пол соломинку, которую использовал как зубочистку, чтобы приподнять губу головы. Он присел и решительно сдернул мешковину с алтаря.

Ему в лицо ударил запах почти высохшей крови и гнили. Смешанный с неприятным запахом пыли.

Тело без головы было насильно втиснуто в алтарь. Для крепкого мужчины его поза, конечно, не могла быть красивой. Даже по той части, что виднелась из алтаря, было видно, что его руки, ноги и даже ребра в области груди и живота были насильно искривлены.

Возможно, у того, кто это сделал, было некоторое навязчивое расстройство.

Способ складывания был довольно аккуратным, создавая впечатление, будто открываешь шкаф и видишь аккуратно сложенную одежду. Только эта "одежда" была довольно ужасающей.

Если бы это случилось, когда Су Цзили только начал игру, он бы точно испугался, увидев такую картину. Но после случая с Ли Вэнь он стал намного спокойнее.

По крайней мере, он не был настолько шокирован, чтобы не мог думать.

- Прошу прощения, - тихо пробормотал он, обходя выкатившуюся голову, и начал ощупывать алтарь.

Было странно, что стены вокруг были из глины и соломы, но под алтарем обнаружился ряд кирпичей, а сверху были деревянные доски, похожие на пол. При внимательном обнюхивании можно было уловить приятный запах древесины, видимо, материал был не из дешевых.

Су Цзили провел рукой по деревянным доскам и прямо перед алтарем нащупал две неглубокие ямки. Вероятно, это были следы от долгих коленопреклонений.

Края лотосовых ламп были гладкими, видимо, их часто протирали.  То есть, в этой комнате жил верующий, поклонявшийся какому-то божеству. Был ли он здесь добровольно или по принуждению, пока неизвестно.

Единственное, в чем Су Цзили был уверен, это то, что -Этот человек не был тем умершим мужчиной средних лет.

Потому что следы коленопреклонений перед алтарем были очень маленькими, они должны были принадлежать ребенку или очень худой женщине.

Су Цзили обошел алтарь кругом и бесцеремонно вытащил тело.

Он положил его рядом с головой.

Поскольку тело умерло давно, кости сильно окоченели и не гнулись, поэтому пришлось оставить его в прежнем положении, просто аккуратно поместив голову сверху тела.

Он даже постарался приложить ее по прежним следам.

Можно сказать, он помог сохранить тело целым. Но кроме этого, он ничего не нашел. 

Подняв голову, он увидел знакомый обратный отсчет, висящий в воздухе и тикающий как часы смерти.

Все еще полчаса, но на этот раз даже без системного напоминания, без болтовни о том, чтобы поторопиться или нет. Видимо, считалось, что все уже знают правила игры, так что не стоит тратить слова впустую.

[0:21:07]

Он обыскал большую часть комнаты за девять минут.

С точки зрения прогресса, это было довольно быстро.

Су Цзили глубоко вздохнул, достал из сумки флягу с водой и сделал глоток. Закрыв глаза на несколько секунд, он продолжил поиски.

Деревянная кровать сильно прогнила, при нажатии на размягченное дерево оставался четкий отпечаток пальца. Солома и одеяло сверху тоже были пропитаны влагой, если сжать их, можно было выжать несколько капель воды.

В такой среде, даже если и были оставлены какие-то подсказки, они могли быть повреждены.

Су Цзили все перевернул, несколько раз перетряхнул одеяло, осветил фонариком стены, и в конце концов нашел на покрытых плесенью досках кровати некоторые размытые надписи.

Эти надписи покрывали почти всю поверхность кровати. От изголовья до изножья, проводя рукой, можно было нащупать кривые буквы.Чаще всего повторялся иероглиф "правильный".

Остальное были короткие предложения.

"Я хочу вернуться в школу."
"Я скучаю по маме."
"Живот сильно болит."
"Холодно."
"Голодно."
"Мне страшно."

...Похоже, они были выцарапаны ногтями. Проводя пальцами, можно было почувствовать, что все штрихи были глубже в середине и мельче по краям, а между ними были черно-коричневые следы, похожие на кровь.

Запертой здесь, должно быть, была девочка. И она была не старой. Потому что единственное длинное предложение на этой доске гласило:

"Папа сказал, что выпустит меня, когда я смогу выйти замуж. Когда же я смогу выйти замуж?"

Держать ребенка здесь, не пускать в школу, дать только эту рваную постель, даже без простыни, и заставлять кланяться этому божеству.

Су Цзили нахмурился.

Су Цзили с презрением относился к отцу этого ребенка. Он считал его ужасным отцом.

Су Цзили инстинктивно повернул голову и посмотрел на труп. Он осторожно переместил деревянные доски. Годы коррозии полностью разрушили эти и без того плохо закрепленные доски. Приходилось вынимать их по одной, переворачивать, а затем складывать обратно в том же порядке.

На обратной стороне досок тоже были надписи.

Эти надписи были еще более неразборчивыми и хаотичными.

"Почему, почему, почему..."

"Это правда, что оно сказало?"

..."Папа пришел навестить меня."

..."Я выхожу замуж."

"За дядю, который еще старше папы."

..."Все, что оно сказало, правда."

"Они пришли за мной, я стащила папу вниз."

..."Я убила его."

Я убила его?

Су Цзили на секунду оцепенел, а затем в изумлении широко раскрыл глаза.

Он не ожидал, что его случайная догадка окажется правдой, и этот труп действительно принадлежал тому ужасному отцу.

Согласно имеющимся уликам, ситуация развивалась так: отец запер свою дочь здесь, заставляя ее каждый день кланяться какому-то божеству, не позволял ей ходить в школу или видеться с матерью, и говорил ей, что выпустит ее только когда она сможет выйти замуж.

Это звучало как нечто, что могло произойти в отсталой деревне.

Бесплатное обязательное образование позволило маленькой девочке учиться, ей нравилось ходить в школу, но отец жестоко оборвал этот путь. В ее жизни осталось только безрадостное заключение и безнадежное будущее. И тогда -Какое-то существо сообщило ей что-то, пока неизвестно что именно, но это явно оказало на девочку сильное влияние.

Поэтому в начале было столько "почему".

И, похоже, позже к ней пришла помощь. Судя по слову "они", можно предположить, что это были другие девочки из деревни, также находившиеся в заключении, или женщины, сочувствовавшие им?

В итоге отец был убит.

И насильно запихнут в алтарь.

Здесь нет других останков, что указывает на то, что остальные, вероятно, не пострадали. Но как они выбрались отсюда? И еще один момент, который его все время беспокоил...

В алтаре находился труп.

Так куда же делось божество, которому поклонялись?

В этот момент Су Цзили внезапно почувствовал холодок за спиной.

Он инстинктивно обернулся и увидел, что голова, которую он аккуратно поставил спиной к себе, каким-то образом повернулась.

Волосы были растрепаны, лицо сморщено как кожура апельсина, глубоко запавшие глаза все еще были широко раскрыты, даже полоска крови, стекающая от уголка рта к шее, не изменилась.

Но уголки его рта странно изогнулись.

Он смотрел прямо на него.

Это осознание заставило Су Цзили похолодеть, неудержимая дрожь мгновенно пробежала по коже головы. Он резко встал и заметил, что руки и ноги трупа, казалось, тоже немного сдвинулись.

Он был похож на монстра, запечатанного в алтаре.

Тот, кто снял печать, медленно начинал контролировать свое тело, пытаясь распрямиться.

Что он хочет сделать?

Отомстить или сначала убить его, того, кто потревожил его покой?Кадык Су Цзили дернулся, он открыл рот, пытаясь что-то сказать, но не смог. Мелкие капли холодного пота медленно стекали по вискам. Он глубоко вдохнул и посмотрел вниз на свои толстые ботинки, которые, как говорили, были обтянуты воловьей кожей, купленные им в игровом магазине.

- Чего уставился!

Красивый молодой человек холодно усмехнулся в сторону головы, а затем... с силой пнул ее ногой.