Том 2. Глава 71. Советник раздвигает ноги

«Честно тебе говорю, луна – это сердце небес».

Голоса напоминают о том, каким был первый поцелуй Вэнь Шэня.

«Тогда звездопад – кровотечение?»

Казалось, будто всё его нутро разрывает на мелкие части, а затем Тао Биюнь собственными руками собирает его сущность заново вокруг этого дня.

«Небеса кровоточат. Взгляни».

Оставляя этот момент в центре его глиняного тела на месте сердца.

«Сотню лет назад в Лин убивали таких, как ты»

«Ты бы убил меня?»

«Я бы убил весь Лин ради тебя».

Забавно вышло. Слова, которые ничего не значили. Поцелуи, которые оказались лишь прикосновениями губ, но ничем больше. Объятия, ставшие удушающей хваткой.

Страшно.

В глубине души Вэнь Шэню казалось, что он не заслуживает счастья. По его вине погибло столько людей, разве может он продолжать жить как ни в чём не бывало? Это нечестно по отношению к Гуй Фаньжэню, который был казнён ради спасения Юйгуня, к Гуй Минчжу, к убившему себя евнуху, к погибшей от яда служанке.

Немало было и людей, которые остались в живых, но так или иначе страдали по его вине. Жители деревни Сы, Ба Цзинь, госпожа Сунь, Ша Байтянь... матушка и отец.

Справедливо ли рассчитывать на собственное счастье, являясь при этом гнусным паразитом?

Он помнил ожидающий взгляд Ли Шаньяо, полный надежды, и каждый раз, когда в мыслях возникали его глаза, Вэнь Шэня охватывала паника. Он не хотел причинить боль себе и ему, боялся каждого своего шага.

Поэтому Вэнь Шэнь стал искать оправдания для постоянного бездействия и отказов.

Можно убедить себя в том, что Ли Шаньяо тянется к нему только потому, что плохо его знает. Ли Шаньяо даже не представляет, какая грязь заполняет нутро того, к кому он так страстно тянется. Он не готов к тому, что, если Вэнь Шэнь откроется, все душевные нечистоты окажутся прямо на его руках, пятная невинные заблуждения.

Он держит Ли Шаньяо на расстоянии для его же блага.

С Ли Шаньяо поговорить об этом было нельзя, и оставался единственный человек, который мог поддержать его одним своим присутствием. Поэтому Вэнь Шэнь, недолго думая, направился в лавку Вэнь Сяоли.

Пока она занимается только закупкой тканей из близлежащих государств, но раздумывает над открытием собственного производства. Но и без того торговля продвигается неплохо, а траты на аренду и бесконечные проверки, которыми её мучил Ю Чуньдэ, уже окупились.

Помещение пока небольшое, в нём работают четыре знакомые на лицо женщины. В первый свой визит Вэнь Шэнь был поражён до глубины души, ведь встретить танцовщиц дома Гу за прилавком в магазине сестры было большой неожиданностью.

Тогда Вэнь Шэнь узнал, что, как только умер господин Гу, за его дело взялся сын, которому было, в целом, плевать на судьбу подопечных. Большую часть танцовщиц он сдал обратно в бордели, откуда их вытащили его родители.

Вэнь Сяоли отыскала девушек и подарила им второй шанс на достойную жизнь. Те, кто его приняли, теперь работали здесь.

Вэнь Шэнь поздоровался со всеми и направился в небольшую комнатку за прилавком, где сидела Вэнь Сяоли и вела подсчёты, контролировала рабочий процесс и разбиралась с возникающими конфликтами.

– Сяоли, – он слабо улыбнулся.

– Шэнь-гэ, – она подняла взгляд со счёт и вернула ему улыбку. – Давно ты не заходил.

– И у меня, и у тебя полно дел, ты же знаешь, – Вэнь Шэнь сел за небольшой столик напротив Вэнь Сяоли. – Есть какие-нибудь новости?

– Нет. К счастью, нет. Всё так же хорошо, как и было. Разве что матушке утром сделалось плохо, ты тогда уже ушёл, но всё обошлось, – девушка опустила взгляд, в котором таилось куда больше печали, чем она позволяла себе продемонстрировать. – Возраст берёт своё.

Вэнь Шэнь знал, что дело тут совсем не в возрасте. Госпоже Лянь не было и пятидесяти лет. Её здоровье забрал маленький Вэнь Юйгунь, и она медленно чахнет без всяких сожалений.

– Хорошо, что всё обошлось. Рад...

Из-за двери послышались громкие голоса. В зале очень не вовремя разгорелся конфликт, вынуждая Вэнь Сяоли и Вэнь Шэня выйти и посмотреть, что происходит.

– Что ты можешь понимать? Не обижайся, конечно, но ты ведь женщина, – язык у говорящего заплетался, но он достаточно чётко высказал свою мысль.

– Меня называли последней шлюхой Гучэна, я, по-Вашему, должна обидеться на то, что меня назвали женщиной? – дерзко ответила работница.

Пьяный мужчина ляпнул по столу, за которым стояла продавщица, та неожиданно резко дёргнулась и вскрикнула, прикрывая рот руками. Годы в борделе не проходят бесследно и подкашивают дух даже самых смелых.

– Ах, Вэнь Сяоли! Мы как раз говорили о Вашей прелести, молодая госпожа Вэнь.

Девушка нахмурилась, лицо её потемнело, она сжала ладони в кулаки.

– Вэнь Сяоли, ты снова велишь меня выгнать?

– Вам и правда следует уйти.

Смуглым мужчиной с родинкой прямо под носом был Ю Тай, младший сын Ю Чуньдэ.

О, он не впервые докучал Вэнь Сяоли, не теряя надежды сделать её своей женой. Вэнь Шэнь так и не понял, было это его собственным желанием или указанием отца, который всеми силами пытался забросить якоря до того момента, как ненароком перейдёт Его Величеству дорогу.

Отец и матушка были согласны на брак. Как ни крути, а семья Ю богата, и Вэнь Сяоли не будет знать бед в их доме. К тому же, и сам Ю Тай не последнее место в стране занимает, работает в департаменте экономики под началом отца.

Однако последнее слово оставалось за девушкой, которую многие считали избалованной, и её ответом всегда было твёрдое и решительное «нет».

Отчаянные ухаживания Ю Тая плавно переросли в преследование. Казалось, он был искренне влюблён в Вэнь Сяоли, раз начал увлекаться алкоголем от горя, а затем зачастил с пьяными перепалками в её лавке.

– Молодой господин Ю, дева Вэнь ведь попросила Вас покинуть помещение, – встрял Вэнь Шэнь, выступая вперёд и закрывая сестру собой. – Будьте добры.

Расфокусированный взгляд Ю Тая метнулся к Советнику, на лице отобразилась кривая усмешка, больше напоминающая оскал.

– Ох! Какие почётные гости, – Ю Тай поклонился чрезмерно торжественно, едва устояв на ногах, – и в самых отдалённых деревнях Гучэна дела без Его Светлости Советника Вэнь не делаются. Даже сейчас он пытается влезть в личную жизнь других людей.

Вэнь Сяоли, наученная многими инцидентами, молча стояла за спиной брата. Это ранило её гордость, но сохраняло крохи душевного спокойствия.

Она была из тех, кто, вступив в спор, не закончит говорить, пока не останется права. Ю Тай был из тех, кто, даже будучи неправым, будет идти до конца. А потому им было решительно противопоказано спорить друг с другом.

– Молодой господин Ю, – повторил Вэнь Шэнь. – Дева Вэнь хороша собой, но Вам стоит научиться ценить достоинство Вашей семьи и Вашего отца в том числе больше, чем женщин.

Ю Тай темнеет, словно грозовая туча, выпрямляется, мышца на его лице вздрагивает от кипящей внутри злобы.

– Ваша Светлость не скупится на непрошеные советы, – процедил сквозь зубы он.

– Кто знает, может, следуя непрошеным советам моей Светлости, молодому господину Ю удастся выйти из-под родительского крыла в своём-то возрасте.

– А! – махнул рукой Ю Тай. – К сожалению, этот Ю не обладает необходимыми качествами, и ему никогда не достичь высот, до которых добралась Ваша Светлость.

– И что же мешает молодому господину Ю? – острый взгляд Советника метнулся к Ю Таю. Они смотрели друг на друга как хищники, борющиеся за территорию.

– Этот скромный Ю, к своему несчастью, всё же ценит женщин и не хочет ложиться под мужчин. Удобно, наверное, раздвинуть ноги перед Князем и получить что угодно, даже ванфэй Ша о таком мечтать не может. К сожалению, приходится всего лишь оставаться под родительским крылом.

На лице Вэнь Шэня внезапно появляется слабая улыбка. Его взгляд острый, словно кинжал, а голос необыкновенно спокойный.

– Выметайтесь отсюда, молодой господин Ю.

– Иначе что? – скрестил на груди руки Ю Тай.

– Иначе Вы узнаете, как можно превратить Вашу жизнь в ад всего лишь раздвигая ноги.

Ю Тай на мгновение задумался, но затуманенный алкоголем мозг напрочь отбил чувство самосохранения. Он встряхнул головой, словно отгоняя от себя здравые мысли.

– Оставьте свои угрозы. Я пришёл поговорить с Вэнь Сяоли, а не с Вами.

– Молодой господин Ю, – Вэнь Сяоли вышла из-за спины брата и остановила его, намеревающегося разобраться с назойливым поклонником по-мужски. – Пожалуйста, уходите. Из-за Вас всё пропахло алкоголем, а клиенты боятся заходить из-за поднятого шума.

Ю Тай пронзительно смотрел на девушку, словно ожидая, что она передумает, но сдался. Разочарованно махнул рукой, напоследок сплюнув:

– Княжеская подстилка и его шлюха-сестра. Во что превращается Гучэн...

Дверь захлопнулась.

Вэнь Сяоли взглянула на брата, опасаясь, что тот разгневан, но Вэнь Шэнь спокойно стоял и смотрел на дверь, заложив руки за спину.

– И часто он сюда приходит? – спросил Юнвань с поразительно хладнокровной улыбкой.

Вэнь Сяоли покачала головой.

– Меня его визиты нисколько не беспокоят, не переживай, – она повернулась к своим подопечным. – Прошу прощения за неуместную сцену. Это больше не повторится. Продолжайте работать.

Вэнь Шэнь не мог смотреть на то, как от выходок какого-то недоумка страдает его сестра, но всё ещё старается оставаться сильной.

Такой была Вэнь Сяоли. Её первый старший брат был надеждой семьи, родители гордились им до безобразия сильно. В то время как второй брат оставался в тени, но всё равно не сдавался, учился, работал, так и не заслужив той же любви отца, что получил Вэнь Юйгунь.

Глядя на Вэнь Шэня, девушке было стыдно оставаться ни в чём не нуждающейся молодой госпожой, которая не может ничего сделать без помощи посторонних. Пришлось притворяться сильной и самостоятельной, дабы не разочаровывать старшего брата и не проигрывать на его фоне.

Но для Вэнь Шэня Сяоли всё ещё была юной девочкой, которой нужна была защита и поддержка.

Поэтому на следующий день он решил провернуть кое-что некрасивое, пусть и справедливое. Иногда Вэнь Шэнь пользовался доверием и невнимательностью Ли Шаньяо, но сейчас всё ощущалось иначе.

Сердце панически колотилось.

Ли Шаньяо сидел за кипой бумаг, рассеянно постукивая кистью по краю стола. Как только дверь скрипнула, он быстро поднял взгляд с надеждой, которая была оправдана появлением его Советника.

– Ваше Величество, – прочистив горло, поприветствовал его Вэнь Шэнь и скользнул в приёмную, сжимая в руках подготовленный документ.

– Вэнь Шэнь, – Ли Шаньяо привстал, видимо, намереваясь подойти и поговорить, но мужчина замотал головой и протянул Князю пергамент, глядя на него из-под полуприкрытых ресниц.

– Поставь печать. Это срочно.

Ли Шаньяо тяжело вздохнул. Опустил взгляд, не удосужился прочитать даже название приказа и без сомнений оставил алый государственный символ внизу. Вэнь Шэню он доверял, чем и воспользовался Советник, сделав решение насчёт Ю Тая официальным.

– Спасибо. Продолжай работать, – Вэнь Шэнь не стал дожидаться, когда Ли Шаньяо начнёт говорит и обсуждать произошедшее, и мгновенно исчез за дверью под шум аритмичного пульса в ушах.

Совсем скоро в департамент экономики заявится чиновник, который зачитает приказ:«Волей Его Величества Яцзы-луна чиновник второго ранга господин Ю Тай награждается чином первого ранга».

Ю Тай, не веря своим ушам, воспрянет, гордо выпрямится, наивно полагая, что его поощрили за усердный труд в департаменте. Однако текст документа на том не заканчивается.

«И переводится на должность главного секретаря губернатора города Ланьпао, куда ему необходимо прибыть не позже, чем через тридцать дней с момента подписания приказа».

Ю Тай побледнеет и схватится книжный стеллаж позади, чтобы устоять на ногах.