61. Отлив

Вэнь Шэнь поджал губы в сомнениях. С одной стороны, Ли Шаньяо и правда ничего не может сделать и опасается потери доверия своих подчинённых. С другой стороны, Юнвань помнит, какое впечатление на него произвёл тот Яцзы-лун, от малейшего движения которого Советники тотчас падали ниц, дрожа от страха. Разве нельзя хотя бы сейчас сделать хоть что-то для Вэнь Юйгуня?

Вэнь Шэнь, окинув тяжёлым взглядом сначала брата, а затем и Князя, метнулся к лестнице под взмах рукавов с лисицами.

***

Вэнь Шэнь почти ввалился в дверной проём, стягивая с ног мокрую обувь не без помощи слуг.

- Как матушка?

Один из работников помог снять верхний халат, который, пусть и был светлым, но не выпачкался. Молодой господин, похоже, бережно приподнимал подол, опасаясь даже малейшей капли грязи.

- Госпожа плохо спала и теперь отдыхает, - слуга, сказав это, поторопился на кухню, чтобы подогреть Вэнь Юнваню ужин, пока другие два остались с ним, ожидая дальнейших указаний.

- Где Сяоли? - Вэнь Шэнь не дал забрать халат с лисицами и аккуратно сложил его, намереваясь утащить в свою комнату.

- В гостевом зале, молодой господин.

Вэнь Шэнь, не имея сил на распоряжения, просто махнул рукой и отправился в гостиную, где, как и сказали слуги, у окна сидела задумчивая сестра. Только после нарочного кашля Юнваня она приподняла голову и оторвала усталый взгляд от созерцания поздней осени, воцарившейся не только во дворе, но и по всему Гучэну.

- Сяоли, - Вэнь Шэнь прошёл в гостиную и сел рядом с сестрой. - Мне нужен твой совет.

- Говори, - девушка вздохнула, массируя переносицу с измученным видом.

Вэнь Юнвань сгорбился, опустил глаза и стал беспокойно перебирать ткань зауженных рукавов, обдумывая, что нужно и можно сказать.

- Ты бы предала близкого тебе человека?

Сяоли помрачнела, её тонкие брови устремились к переносице, а губы с напряжением дрогнули. Она поняла, о чём идёт речь, и ходить вокруг да около не стала:

- Ты приравниваешь жизнь брата к предательству Его Величества?

Вэнь Шэнь не ответил. В такой формулировке это и правда звучало так, будто ему всё равно на Юйгуня, однако это было не так. Слишком много обстоятельств влияло на его выбор.

- Юйгунь-гэ твой брат, ты разве не видишь, что без него семья разваливается? - Сяоли поднялась и остановилась напротив Вэнь Шэня, сжимая руки в кулаки. - И ты ещё думаешь? У тебя же есть возможность спасти его, а ты боишься, что об этом подумает какой-то там Ли Шаньяо?!

- Ли Шаньяо поможет, - воспротестовал Вэнь Шэнь, тоже становясь в полный рост, и оттого глядя на сестру сверху вниз. - Он делает всё, что может, для Юйгуня. С его поддержкой есть хоть малый шанс спасения, но если я предам его, если нас поймают...

- Разве ты не понимаешь? Он не собирается ничего делать, - голос Сяоли дрогнул и сорвался. - Ты определись, где шанс на спасение нашего брата выше. Или ты просто пытаешься убедить себя, что твоя собачья верность окупится?

- Окупится, - упёрся Вэнь Шэнь. Ли Шаньяо уже рисковал раз, спасая его от козней матери, и потому он был уверен, что Его Величество не оставит его брата, точно поможет в самый последний момент.

- Почему ты думаешь, что для него ты особенный? Думаешь, он бросится с обнажённым мечом на помощь*? Кто ты ему, чтобы он шёл против Ю Чуньдэ, во всеуслышание наступая на правила?

- Я его друг, - машинально ответил Вэнь Шэнь и был на грани того, чтобы закрыть лицо руками. Эта фраза прозвучала настолько по-детски наивно, что во рту невольно чувствовался горький привкус.

- А Юйгунь твой брат, - выплюнула Сяоли. - Я без понятия, что перед тобой за выбор, но я надеюсь, он будет в пользу клана Вэнь, - девушка, взмахнув неразглаженными рукавами, удалилась в комнату.

*拔刀相助 (bá dāo xiāng zhù) - бросаться на помощь с обнаженным мечом (вставать на защиту кого-то или чего-то).

Вэнь Шэнь, сглотнувший ставший в горле ком, медленно присел обратно на отделанную расшитой тканью скамью.

Сяоли права. Гуй Фаньжэнь наиболее надёжный вариант в этом деле, к тому же, это поможет Сыту Лань вернуться домой и, возможно, предотвратит полномасштабную войну между Гучэном и Чжэнцзяном. Неужели придётся предать Ли Шаньяо, скрыть пособников брата? Не касался бы вопрос Чжэнцзяна, всё было бы немного проще, однако ситуация на границах требует предельного внимания к каждому предателю.

Вэнь Шэнь не мог уснуть, а потому провёл полночи у пруда с водяными лилиями, которые должны были вот-вот отцвести и на несколько месяцев спрятаться под толщей воды, набираясь сил для пробуждения весной.

Навязчивая игра саньсяни помогала немного расслабиться и настроиться на предстоящий день, обдумать дальнейшие действия.

Свет лилий помог сделать правильный выбор.

Теперь он точно знает, что будет делать.

* * *

Вэнь Шэнь с помощью слуг сплёл волосы в тугой хвост, который захватывал передние локоны, а потому полностью открывал обесцвеченные пряди и пятно на коже. Советник больше не боялся. Этой ночью он набрался смелости и сил для того, чтобы достойно встретить сегодняшний день.

Вэнь Шэнь не стал надевать украшения жреца, к которым так привык. Ханьфу с лисицами бережно сложили и спрятали в тканевую сумку, а вместо него Юнвань надел пыльно-фиолетовый комплект, превративший его из меланхоличного жреца в траурных одеждах в решительного советника, знающего своё дело.

Вэнь Шэнь и отец ехали во Дворец вместе, но не сказали друг другу ни слова. Советник Вэнь-младший выскочил из повозки первым и поторопился в Запретный Город, чтобы сделать всё необходимое перед встречей с Гуй Фаньжэнем.

Несмотря на сегодняшний праздник таковой атмосферы не было не только из-за неподходящего настроения, но и из-за отсутствия должных подготовлений. Слуги, как и обычно, быстро сновали туда-сюда, пряча руки в рукавах от холода, но никаких украшений или свидетельств пышного празднества в честь Дня Северных Ветров не наблюдалось.

Вэнь Шэнь сделал всё, что хотел, и, выходя из павильона, посмотрел на небо. Время близилось к обеду, а это значит, стоит поторопиться в здание старых архивов, где Гуй Фаньжэнь назначил встречу.

Ноги заплетались, но парень продолжал идти, несмотря на тысячи сомнений в его сердце.

Полумрак помещения старых архивов заставлял нервничать ещё больше. При виде Советника Гуй, уже ожидающего внутри, Вэнь Шэнь беспокойно ухватился за край своего рукава, стараясь сохранять самообладание.

Гуй Фаньжэнь быстро поклонился сообщнику, на всякий случай глядя за его спину, чтобы убедиться, что их не заметили.

- Всё готово, - негромко оповестил мужчина. - Как только сгорит две палочки благовоний, в западной части Дворца начнётся пожар. На страже в тюрьме сейчас мои люди. Генерала Вэнь спрячут в пустой бочке, которые вывозят после обеда для закупа на рынке, и проведут через восточные ворота.

Вэнь Шэнь шумно сглотнул, пока тяжёлый взгляд стал опускаться к потрёпанному временем деревянному полу.

- Советник Вэнь?

Дверь позади Вэнь Шэня со скрипом открылась, и за его спиной выросло три широкоплечие фигуры в доспехах. Глаза невольно метнулись к обескураженному Гуй Фаньжэню, лицо которого побледнело, но не потеряло прежнего достоинства. Даже когда стражники завели его руки за спину и повели прочь из павильона, он не проронил ни слова, принимая свою участь без лишних истерик.

Оставшись один, Вэнь Шэнь, мучимый совестью и сожалениями сжал в пальцах тёмную ткань на плечах. Лишь спустя несколько минут он придёт в себя и найдёт силы для того, чтобы запереть здание старых архивов на ключ и направиться к Главному Залу, где предстоит наблюдать встречу Советника Гуй и Его Величества Яцзы-луна.

Миновала знакомая драконья арка, но Вэнь Юнвань обошёл Зал с другой стороны, появляясь за спиной Ли Шаньяо, словно немая тень, повсюду следующая за Князем.

Там, внизу, стоял Гуй Фаньжэнь, не смеющий поднять головы. Где-то рядом ожидали вердикта и другие Советники, опасающиеся лишний раз пискнуть. Даже Вэнь Вэйгунь стоял там, внизу, и глядел на сына, занявшего почётное место рядом с Его Величеством.

Ли Шаньяо хранил мрачное молчание, постукивая пальцами по виску в ожидании, когда нужная мысль придёт в голову.

Тогда Вэнь Шэнь склонился к его уху и настойчиво прошептал:

- Ваше Величество не хочет ещё раз опросить свидетелей по делу генерала Вэнь? Может быть, они что-то вспомнят?

Ли Шаньяо, сжав губы в тонкую линию, полуобернулся к Советнику, а затем окинул усталым взглядом присутствующих, ожидающих внизу.

- Этот Чжэнь не ожидал предательства от Советника Гуй, - сказал Князь и поднялся с широкого кресла, обходя низкий столик перед собой. - Этот Чжэнь правильно понимает, что его сегодняшний план касается обвинения генерала Вэнь? Советник Гуй не оставляет попыток вывезти некую персону из Дворца. Мне известно о договоре со стражниками и способе миновать восточные врата. Может быть, у кого-то из Совета найдётся, что сказать?

Его холодный голос был уверенным и твёрдым, словно стремительно падающая в ущелье ледяная глыба. От каждого его слова сердце Вэнь Шэня, полное сожалений, разрывалось на клочья.

- Ваше Величество, этот Советник просит дать ему слово, - внезапно послышался голос Ю Чуньдэ, но для Юнваня это не было сюрпризом. Не дрогнув, он стал слушать, что тот собирается сказать.

Ли Шаньяо кивнул.

- Этот старый Советник хотел бы забрать свои показания против генерала Вэнь, ссылаясь на проблемы с глазами, - Ю Чуньдэ низко поклонился Князю, не смея взглянуть на него. - Теперь он видит, что издалека не разглядел как следует предателя и умудрился спутать его с Его Светлостью генералом Вэнь. Этот Советник просит проявить снисходительность к его плохому зрению, - взмахнув рукавами, Ю Чуньдэ и вовсе упал на колени в нижайшем поклоне.

Вэнь Шэнь ощущал, что его горло всё туже затягивает верёвка в руках чувства вины.

- Этому Чжэнь известно, что показания Советника Ю сыграли немалую роль в приговоре генерала, - замечание прозвучало как обвинение в сторону Ю Чуньдэ, будто бы Ли Шаньяо грозился припомнить об этом чуть позже, а потому пухлый мужчина даже не смел подняться. - В таком случае, решение будет пересмотрено в соответствии с действующими показаниями.

Взгляд Вэнь Шэня невольно потянулся к лицу отца. Вэнь Вэйгунь не знал, как реагировать на столь неожиданную развязку событий. Бывший жрец мог бы ожидать от него похвалы или хотя бы сдержанной улыбки, но на этот раз он не собирается тешить себя ложными надеждами. Отец всегда будет недоволен тем, что делает его младший сын.

Со стороны драконьей арки послышался шум. Совсем скоро в проёме показалась пытающаяся отдышаться гуйфэй. Остановившись, она воззрилась широко раскрытыми глазами на связанные за спиной руки отца; затем её взгляд взметнулся к стоящему позади супруга Вэнь Шэню, издалека кажущемуся предельно спокойным.

Не в силах поверить собственным глазам, Гуй Минчжу растратила всякую возможность сохранять достоинство.

- Что это значит? - её голос дрогнул в гнетущей тишине. Советники с траурным сочувствием смотрели на девушку, а Вэнь Шэнь, только заслышав её голос, попятился назад, к выходу.

Даже Ли Шаньяо, кажется, почувствовал укол вины и опустил глаза. Гуй Фаньжэнь же не оборачивался к дочери, продолжая буравить пол смиренным взглядом. Минчжу, похоже, быстро поняла, как обстоят дела и лишь раз беззвучно открыла рот, собираясь опровергнуть все обвинения - но без единого слова замолкая.

Слова «преданность» и «предательство» смехотворно сильно похожи друг на друга. Как быстро преданный кому-то взгляд сменяется преданным кем-то.

//От автора: в честь чего камбэк легенды? Зоологию на две недели отменили :D Я пока тут домой сгоняла, туда-сюда, поделала дела. Ради главы пожертвовала домашкой по двум предметам, буду ночью ебаться с этой хернёй🥀

Ох как же я люблю, когда у персонажа начинает сбиваться моральный компас из-за его чувств🥰