19. Гость нашёл дорогу домой

С того момента, как Князь Яцзы-лун взошёл на престол преждевременно, прошло чуть меньше двух лет.

В первые месяцы своего правления он уже начал постепенные реформы, касающиеся не только государственных дел, но и устройства Дворца.

У него не было примера хорошего правителя, ведь прошлый Князь был довольно нерешительным и без особого энтузиазма выполнял свои обязанности, предпочитая спокойную жизнь политическим распрям, из-за чего и затянул с конфликтом между Гучэном и Чжэнцзяном.

Но Яцзы-лун был жёстким, изредка милосердным и почти никогда – нерешительным. Он быстро обдумывал всю окружающую его ситуацию и не медлил с ответными действиями, иногда поступая довольно неосмотрительно и всё же выходя сухим из воды.

Он ловко маневрировал между людьми и событиями, оборачивая каждое падение в очередной трюк, из-за чего казалось, что он не допустил ни единой ошибки за время своего правления.

Его поддерживали крестьяне, боялись солдаты, а чиновников он заставлял падать в обмороки в холодном поту! Ведь никто не знал, что он выкинет в этот раз, приводя весь двор в полнейший ужас.

И сейчас он раздумывал над одним делом, которое вполне можно было провернуть для окончательной победы над Чжэнцзяном.

Сегодня в Гучэне был обычный день. Рынок был переполнен людьми из разных княжеств, за что можно было поблагодарить Яцзы-луна. Его приказы относительно торговых отношений усилили экономику. Улица пестрила цветами одежд и лицами любых оттенков, поэтому никто не заметил в толпе высокого мужчину в белом, ведущего лошадь за собой.

Он никого не искал и знал, куда нужно идти, так, будто рос здесь с самого рождения и мог миновать самые малоизвестные переулки с закрытыми глазами.

Некоторые всё же сопровождали его заинтересованными взглядами. Мужчина привлекал внимание своей утончённостью и необычными украшениями, поблёскивающими в лучах вечернего солнца. Кроме того, его лицо, дразня воображение, было скрыто вуалью, что заставляло прохожих дорисовывать самые необычные черты.

Он остановился у ворот дома Вэнь и мягко улыбнулся, самостоятельно открывая калитку и проводя лошадь за собой. Первым делом он оставил животное в стойле и лишь затем прошёлся по двору, внимательно оглядывая убранство и попутно стягивая с себя вуаль.

Надо же. Почти ничего не изменилось. Матушка детально описывала в своих письмах всё, что происходило в Гучэне и в их поместье в частности, поэтому Вэнь Шэнь чувствовал, будто и не уезжал отсюда.

А вот домочадцы вряд ли узнают своего родственника в этом элегантном человеке, мягко улыбающемся из вежливости прохожим.

– Вэнь Шэнь, – услышал мужчина за спиной и обернулся. У дверей дома стоял отец и явно старался скрыть удивление ни то от внезапного приезда сына, ни то от того, как сильно он изменился. Вероятно, ему даже стало стыдно из-за того, что он отдал Вэнь Шэня Хранителям, не попытавшись удержать его в поместье и очистить репутацию всеми возможными способами. По крайней мере, Вэнь Шэнь из прошлого хотел бы в это верить.

– Отец, – Вэнь Шэнь поклонился родителю с уважением.

Он и раньше кланялся ему, но тогда в его движениях всё ещё сквозило что-то юношеское и необузданное, словно он был дикой кошкой, норовящей вырваться на свободу. А теперь он был спокоен и чист, будто постоянная и неизменная река, не выходящая из своих берегов.

– Вэнь Шэнь! – послышалось восклицание девушки, и сестра выбежала из дому, с каждым шагом становясь всё сдержаннее. Она первым делом поприветствовала брата, но уже спустя пару мгновений всё же повисла у него на шее.

– Сяоли, – мягко рассмеялся Вэнь Шэнь, замечая, как та повзрослела, но, судя по всему, даже не думала о замужестве, раз жила в родительском доме и носила свободную причёску.

Сестра потащила его в дом, а Вэнь Шэнь и не сопротивлялся, послушно идя вслед за ней.

– Эй! Вэнь Шэнь приехал! – закричала она на всё поместье то ли от радости, то ли от желания позвать всех, кто ещё не знал о приезде молодого господина.

На голос юной госпожи сбежалась пара слуг, которые раскланялись мужчине издалека, издавая радостные возгласы. Они не являлись частью семьи, по крайней мере, не считали себя слишком уж близкими людьми для своих господ, поэтому и не смели приближаться.

Наконец, показалась и матушка. Она ожидала его приезда, поэтому не была сильно удивлена, однако от крепких объятий удержаться не смогла. За эти три года она заметно постарела, или, может, это Вэнь Шэнь помнил её куда более молодой.

– Ты ведь надолго, правда, А-Шэнь? – улыбнулась женщина с надеждой, пока рядом вертелась Сяоли, которой явно не доставало внимания брата.

– Я уладил все дела в Сы, мне нужно лишь возвращаться туда раз в пару месяцев, – Вэнь Шэнь мягко улыбнулся в ответ.

Его близкие и правда были в потрясении из-за таких перемен в его личности. Раньше его было не удержать на одном месте, ведь он, как и Вэнь Сяоли, был полон нескончаемой энергии и бунтарства. А теперь из непослушного подростка он превратился в статного мужчину с чистым сердцем и спокойным взглядом.

– Какой странный день: сегодня приехал ты, а завтра уезжает твой отец, – покачала головой матушка. – Его отправляют на границы.

Теперь Вэнь Шэнь понял, почему Вэнь Юйгуня нигде не было. Вероятно, его уже отослали на границы, оно и ясно, ведь именно по этой причине Вэнь Шэнь был сегодня здесь, в столице.

Дело было в том, что достопочтенный Яцзы-лун, Его дражайшее Величество, задумал вести свои войска через Разлом, что, естественно, развернуло бы боевые действия вблизи леса и Шести деревень. Когда матушка сообщила об этой новости, услышанной от Вэнь Юйгуня, в письме, Вэнь Шэнь незамедлительно собрал все необходимые вещи и выехал в Гучэн.

Со стратегической точки зрения, это было довольно умно: Чжэнцзян неофициально заверил о мире на южных границах, ожидая почтения и уважения к Хранителям, а Яцзы-лун, пользуясь тем, что мир не был заключён в письменном виде, а, значит, взятки гладки, поведёт войска через Разлом.

Но с точки зрения Хранителей эта идея была самой глупой из всех, что только можно было себе вообразить. Тысячные легионы самоубийц, вот, кем по факту является армия Гучэна!

К тому же, даже если бы всё прошло хорошо, это повлекло бы за собой недовольство Князем и его неуважением к тяжкому труду Хранителей, защищающих его народ.

Чжэнцзян, конечно, не так глуп, чтобы поверить Гучэну, но так может показаться только со стороны: луны, будучи дальними родственниками друг другу, нечасто вступали в войны и относились друг к другу с пониманием. Но закоренелый конфликт нужно было решить, притом сделать это можно было бы и мирным путём, чего хотел прошлый Князь. Яцзы-лун же был другого мнения.

Поэтому Вэнь Шэнь, как уроженец столицы, отправился в Гучэн, решив, что ему во что бы то ни стало нужно остановить Ли Шаньяо.

Высказав должное уважение своим родителям, Вэнь Юнвань преподнёс им и Сяоли подарки в виде защитных оберегов и прочих мелочей, которые могли понравиться его родным.

После дороги сил совсем не было. Вэнь Шэнь на протяжении почти всего пути не слезал с лошади, останавливаясь только тогда, когда животному требовался отдых и пища. Он устал настолько, что не мог заставить себя остаться с семьёй дольше, чем на ужин, сразу же упав в постель и благополучно уснув.

Будто и не уезжал.

У него была возможность вернуться домой и не одна, но у Вэнь Шэня было слишком много проблем в Сы, которые он никак не мог решить.

Главным образом, все беды исходили из прошлого, которое зацепилось за Вэнь Шэня и не собиралось отпускать. Он прошёл через такие ужасы, которые даже вспоминать не хотелось, и это по своей сути и стало причиной, по которой его личность претерпела такие существенные изменения.

Самой главной его проблемой стали вовсе не Духи или загадочная Цао Яо, не работа и не Разлом.

Тао Биюнь. Он просто разрушил, если не всю его жизнь, то значительную её часть точно. Вэнь Шэнь всё же решил ответить ему доверием на доверие и обманутым вовсе не оказался, просто обнажил душу, ненароком позволив ранить себя.

Вэнь Шэнь давно собирался уехать, чтобы поговорить с Князем, но всё время откладывал поездку, опасаясь оставлять жителей без Жреца. Благодаря Тао Биюню он здесь. Можно сказать, он стал последней каплей, заставившей Вэнь Шэня вернуться в Гучэн.

Но сейчас вспоминать об этом было не время. Да и желания особого не было. Необходимо было как следует отдохнуть и уже завтра добиться аудиенции у Князя.

Вэнь Шэнь проснулся довольно поздно, уже тогда, когда отец отправился на границы, даже не желая попрощаться с сыном. Если быть до конца откровенным, попрощаться с сыном он всё же хотел, но был слишком холодным и отстранённым для того, чтобы заставить себя проявить любовь.

Вэнь Шэнь оделся, не забывая и свои украшения Жреца, к которым слишком уж сильно привык и не мог отказаться. Он чувствовал, что стал единым целым со своей работой.

Вышел к завтраку, когда за столом уже сидели матушка и Вэнь Сяоли и о чём-то говорили. Чтобы не мешать, Вэнь Шэнь остановился за углом.

– Ма-ама, ты ведь не отдашь меня замуж за этого... Он же старый, – ныла девушка. Она очень уж старалась казалось взрослой, но порой срывалась и снова начинала вести себя как ребёнок.

– Брак – жест уважения к семье и предкам, – поучала женщина. – Если не он, то какие у тебя ещё предложения? Сын чиновника Лю слишком молод, сын По слишком распущен, сын Шу слишком беден.

– Что это значит – «слишком молод»? Он ведь мой ровесник.

– Ты юна, красива, твоя семья влиятельна и богата. Тебе нужен супруг, положение в обществе которого высокое и крепкое, а сын Лю пока ничего не добился, – спокойно парировала матушка и продолжила есть. Вэнь Сяоли понимала, что разговор не закончится в её пользу, поэтому замолчала.

– А в Сы девушки могут выбирать себе супруга самостоятельно или вовсе не выходить замуж, – улыбнулся Вэнь Шэнь и вышел, присаживаясь за стол к семье. – И никакого гнева предков пока не было.

– Вот-вот!

– В Сы, – приподняла брови они с абсолютным спокойствием, – нет иерархии и борьбы за влияние. Твои предки положили жизни на то, чтобы ты родилась в счастье и достатке, и ты обязана отдать им должное.

– Тогда я сама добьюсь для Вэнь ещё большей власти, – упрямо ответила девушка.

– Ты не сможешь удерживать власть, когда отца и Вэнь Юйгуня не станет. По любым причинам. Разговор окончен.

Вэнь Сяоли, кажется, не была расстроена. Очевидно, что эта тема была поднята не в первый и не в последний раз. Гораздо интереснее ей был её брат, вернувшийся из дальней поездки и узнавший много нового.

– Ну, Шэнь-гэгэ, рассказывай, как там, у Хранителей? Ты так мало рассказывал в письмах, а я хочу знать всё!

Вэнь Шэнь лишь на мгновение помрачнел, едва заметно, быстро взял в себя в руки и улыбнулся:

– Если Сяо-мэй так интересно, она может лично посетить Сы.

Глаза Вэнь Сяоли мгновенно загорелись, но ей пришлось лишь расстроенно вздохнуть под тихий кашель матери, намекающей на то, что девушку никуда не отпустят, особенно в Сы.

– Там спокойно и тихо, – чтобы хоть немного умерить любопытсво сестры, Вэнь Шэнь всё же начал рассказ, – целыми днями только работаешь, ночью едва ли можешь поспать – Разлом может приоткрыться и выпустить страшных тварей... У них огромные клыки, и рычат они так, что холодный пот выступает на лбу. Был как-то один случай...

Он, конечно, приукрашивал, но делал это только для утоления жажды знаний о Хранителях Вэнь Сяоли. А она, довольная, сидела и слушала брата, охая и ахая.

//От автора: юхуу!! основной сюжет начался, камбэк Ли Шаньяо!!