34. Обитель тьмы, часть третья

Тао Биюню от прикосновений и невесомого поцелуя Вэнь Шэня снесло крышу. Он толкнулся к его губам, жадно хватаясь за белые ткани одежд и притягивая к себе, так, будто Вэнь Шэня кто-то пытается отобрать. Мужчина пихнул его к стене, не прекращая кусать и жадно впиваться в губы Жреца, поражённого дикарскими повадками этого человека.

Когда Тао Биюнь оторвался от него, чтобы продолжить истязать его щёки, подбородок и шею, Вэнь Шэнь понял, что добром всё это дело не кончится, отпихивая его изо всех сил.

– Прекрати, – попросил он, но Тао Биюнь не думал останавливаться, с особой силой кусая Жреца. – Прекрати немедленно! – и Вэнь Шэнь стал отталкивать его ногой, даже пытался ударить, чтобы тот очнулся, но Тао Биюнь решил идти до конца, хватая его за голень и отводя конечность в сторону.

Вэнь Юнвань почувствовал себя униженным, полулёжа на земле с раздвинутыми перед Тао Биюнем ногами. Одно дело, если бы он действительно хотел этого, но сейчас мужчина явно переходил все допустимые границы. И чего он ожидал?..

Когда Тао Биюнь не остановился и сейчас, собираясь сделать нечто непозволительное, Вэнь Шэнь перешёл к крайним мерам. Пока Старейшина был увлечён осуществлением своих желаний, он выхватил у него с пояса кинжал и уткнул лезвие к его животу.

И только сейчас Тао Биюнь остановился. Его взгляд ничуть не изменился: он всё ещё был намерен идти до конца.

– Отойди, – Вэнь Шэнь, конечно, блефовал, ведь он не хотел всерьёз ранить Тао Биюня.

Руки мужчины легли на землю по бокам от Вэнь Юнваня, а после стали сцепляться за его спиной, таким образом Тао Биюнь обнимал его, пока острое лезвие прорезало ткань его одежды и вонзалось в его тело всё глубже.

– Ты!.. – Вэнь Шэнь попытался вытащить кинжал, но рукоять упиралась ему самому в живот, не давая отвести клинок в сторону. Он испуганно дёргался, но этим, похоже, делал только хуже.

– Биюнь!.. – он не мог говорить слишком громко и просто судорожно ронял слова. Тао Биюнь был слишком тяжёлым и сильным для того, чтобы спихнуть его с себя, поэтому Вэнь Шэнь беспомощно полулежал на земле и плакал, умоляя мужчину прекратить.

Наконец, Тао Биюнь ослабил хватку и безвольно свалился набок, держа Вэнь Шэня за руку. Тот вскочил на колени и перевернул бессознательное тело на спину, в панике вытаскивая впившийся во внутренние органы кинжал. Его руки и белые одежды оказались перепачканы в крови, тошнотворный металлический запах забил лёгкие.

– Зачем ты это сделал, зачем... – рыдал Вэнь Шэнь, таща за собой тело Тао Биюня через заднюю дверь. Оставив его на полу, он поторопился найти хоть какую-нибудь чистую ткань, как вдруг позади послышались голоса.

– Брось его, – раздался шёпот.

– Он ведь ненавидит тебя, разве ты не видишь?

– Дай ему умереть...

Вэнь Шэнь рукавом размазал слёзы по лицу и сел на колени перед едва дышащим Тао Биюнем.

– Зачем мне это делать?.. – он развернул его пропитанную кровью насквозь одежду и принялся вытирать его живот, чтобы приложить к глубокой ране травы.

Голоса рассмеялись, кружа возле ушей Вэнь Шэня.

– Дурак.

– Рано или поздно он убьёт тебя. Между собой и Тао Биюнем ты выберешь его?

На этот вопрос Вэнь Юнвань не ответил, стараясь как можно быстрее перевязать его ранение и начать читать молитвы Жреца, помогающие восстановлению.

Он произносил их раз за разом, сидя над раненым Тао Биюнем до самого утра и лишь иногда отходя от него для того, чтобы поменять бинты. Вэнь Шэнь чувствовал вину за произошедшее, хотя он действительно не сделал ничего плохого и даже в попытках защититься не хотел сделать Биюню больно.

К утру мужчина всё-таки очнулся, и Вэнь Шэнь мог бы обрадоваться, если бы он не уснул ещё пару минут тому назад прямо рядом с кроватью. Когда он проснулся, Тао Биюня уже не было.

Изменилось ли что-то после этого случая?

Нет.

Вэнь Шэнь всё ещё любил его больше, чем себя. И поэтому он ни за что не смог бы так просто отказаться от Тао Биюня.

...

Вэнь Шэнь со вздохом сел обратно на кровать, приставляя ко лбу сцепленные в замок руки. Тогда Духи просили убить его, сейчас хотят их встречи и напоминают о первом поцелуе. Он уже ничего не понимал и не разбирал их намерения.

Вэнь Шэнь вышел на главную дорогу и осмотрелся, чтобы убедиться, что деревня и правда сохранилась и всё было хорошо за время его отсутствия.

Жители косо смотрели на него, сторонились, а некоторые даже намеренно игнорировали вернувшегося Жреца, который отчаянно пытался поговорить с ними.

Вэнь Шэнь решил, что ему нужно идти, к Гу Цзюйхуа, ведь она хорошо к нему относилась всё это время. Может быть, она поможет ему найти выход из этой ситуации.

Он прошёл в её двор и уже направился было к двери, но у самого порога встретился с женщиной, идущей домой с корытом свежего белья.

– Здравствуй, Гу Цзюйхуа, – поклонился он в приветственном жесте и поднял голову. Она просто прошла мимо, даже не задержав на нём взгляда. Словно его здесь не было. Гу Цзюйхуа с невозмутимым видом спешно вернулась в дом, оставляя потерянного Жреца одного.

– Лю Чан несколько дней назад попал в беду из-за ослабленного талисмана, – послышался голос Цао Яо позади. – Именно поэтому тебе недосточно просто приезжать раз в пару месяцев ради Разлома. Ты нужен здесь всегда, Вэнь Шэнь.

– Как Лю Чан сейчас? – выдохнул Вэнь Шэнь, полуобернувшись.

– Жив и здоров, но только благодаря чуду.

Вэнь Юнвань уставился на землю, обдумывая свои дальнейшие действия. Было столько возможных вариантов, однако ни в одном из них не было гарантии на то, что всё будет хорошо.

– У тебя нет выбора, – продолжала Цао Яо. – На тебе большая ответственность.

Жрец помассировал виски, чтобы сосредоточиться на своих мыслях.

– Ты должен... Нет, ты обязан остаться.

– ...

– Ты слышишь?

– Цао Яо, – наконец, проронил Вэнь Шэнь.

– М?

– Ты говорила, что Жрецы всегда оставляли свои посты по причине смерти, так? Возможно, это необязательно. Умирать, я имею в виду.

– Даже не думай об этом. Не думай оставлять Сы. У тебя ничего не выйдет.

– Почему нет? – меланхолично возразил Вэнь Шэнь, оборачиваясь вслед за ветром.

– Духи не примут никого кроме тебя, – неуверенно отозвалась Цао Яо. – Твоё место здесь, а не там, – она указала на северо-запад, где был Гучэн. – Цю Шиянь была Хранителем, следовать её пути – это твоя обязанность.

– Мой отец государственный чиновник. Разве это не значит, что я могу следовать и его пути тоже? – мягко улыбнулся Вэнь Шэнь. – Я меж двух огней. С одной стороны – Хранители и Разлом. С другой – моя семья, Гучэн и... Я не хочу разрываться всю жизнь между ними. Поэтому я сделал свой выбор.

Цао Яо тяжело вздохнула, отворачиваясь к главной дороге со взглядом, полным осуждения.

– Думаешь, я не знаю, в чём причина твоего скорого уезда из Сы? – она скрестила на груди руки, говоря на удивление спокойно. То, что она оставалась уравновешенной даже тогда, когда из-за безответственности одного человека страдала её деревня, было достойно восхищения.

– Ты на что-то намекаешь? – бесстрастно парировал Вэнь Шэнь. – Я уехал, чтобы уладить политические неурядицы, которые могли затронуть Шесть деревень, разве в этой ситуации мне не стоило поторопиться?

– Я знаю о Тао Биюне, – она больше не могла держать это в себе и без промедления выдала то, что было у неё на уме.

– Я тоже знаю о Тао Биюне. Что с ним? Глава Лин снова угрожает Шести? – Вэнь Шэнь занервничал, но виду не показал, продолжая безэмоционально смотреть на Цао Яо из-под длинных ресниц.

– Не строй из себя дурака, Вэнь Шэнь. Мне известно, что за отношения вас связывают. Могу поклясться, что всё из-за него, не так ли?

Вэнь Юнвань молча прошёл рядом с ней и бросил на Старейшину Сы лишь один красноречивый взгляд, так и говорящий ей не вмешиваться в то, от чего она сама пострадает.

Он ведь знал о том, что она имела с Неизвестным тайные связи, что она единственная из всех Шести деревень знакома с истинной личиной Духов.

Цао Яо поняла его без слов и замолкла, провожая его пустыми глазами.

Вэнь Шэнь вернулся в дом Жреца и с усталым вздохом упал на кровать, глядя в потолок.

Останься он в Сы, разве не станет это проблемой для него и его семьи? «Советник сбежал на границы с Чжэнцзяном и не вернулся», разве не так будут звучать сплетни в Гучэне?

К тому же, если учитывать, что уже не впервые о нём будут говорить в таком ключе, это отразится на карьере отца, которого снимут с должности из-за недоверия народа. Что уж говорить о Вэнь Юйгуне, который постоянно живёт у границ? Не сочтут ли и его предателем Гучэна?

Да и как предать доверие Ли Шаньяо? Они работают вместе плодотворно, много, делают для Гучэна всё. Ли Шаньяо надеется, что его Советник будет надёжным и верным. Если это окажется не так, не пошлёт ли Князь несколько солдат в Сы, чтобы те привезли в столицу беглого Советника на казнь? А ведь так оно и будет.

Но если уехать в Гучэн, не найдя себе замену в лице нового Жреца, жители Сы продолжат страдать. Да, Ба Цзинь помогал им немного всё это время, но это не может продолжаться вечно, у него ведь полно своих обязанностей.

К тому же, Духи хотят видеть его здесь, за осуществление их желания, и борется Цао Яо, убеждая Вэнь Шэня остаться здесь. Если Неизвестному так нужно его присутствие, не начнут ли порождения Разлома творить бесчинства, вынуждая Вэнь Шэня вернуться?

Духи были самой большой проблемой, они манипулировали чувствами людей, но Вэнь Шэнь прекрасно знал, что они не зависят от жизненной силы Жрецов, по крайней мере, несильно.

Разлом – это лишь малая часть обители тьмы, так что вряд ли одни из самых сильных существ, способные исполнять чужие желания, питаются силами всего шести человек. Кстати, что всегда интересовало Вэнь Шэня, так это то, что Духи силы, скорее, дают, чем берут.

Духи могут открыть Разлом в любой момент, будь Жрецов хоть сотня, хоть один. Так что даже спуск души в тот мир необязателен, так, только для вида. То бишь Вэнь Шэнь сам всецело зависел от намерений Духов, от их желаний и целей, и, если им нужно было оставить его здесь, они не примут другого Жреца.

Он знал, что связан с Цю Шиянь. Знал, что она отдала своего супруга, чтобы получить что-то взамен. Ну не могла же она пожертвовать жизнью человека, чтобы сделать своего ещё даже не зачатого ребёнка Жрецом?

Но это только по словам Тао Биюня. Цао Яо же утверждала, что всё было совсем наоборот, и Цю Шиянь отдала своё дитя, чтобы умертвить супруга.

Слишком сложно. Может, просто взять и спросить обо всём у Духов напрямую? Узнать, что им, в конце концов, нужно, и уйти в закат?

Вэнь Юнвань повязал вуаль, вывел на главную улицу лошадь, забрался на неё и направился быстрым темпом в деревню У. Он ведь привёз Ба Цзиню подарки в благодарность за помощь.

Нужно не только отблагодарить его, но и хорошенько извиниться за такие неудобства.

//От автора: смотрю на то, как 60 глав мунлайта писалось два года... А у меня уже 34 главы Байхэ Гуаня за три месяца-.... Это что это будет ёмаё....... Вообще если посчитать, это около 11 глав в месяц. Это почти три главы в неделю

Я считаю, достойно

Ух, наварила я каши, сейчас будем потихоньку раскрывать всё и двигать сюжет дальше, потому что дальше ждёт много всяких интересных штучек пфхехехех

Самое интересное, что мой прописанный сюжет, который должен был быть изначально, начинался с того, что должно быть где-то на 60-ой главе

То есть по факту я щас в прологе лью воду-

Ладно, Байхэ Гуань должен был длиться 30 глав, просто меня понесло

Всем спасибо за внимание и интерес! Очень вас люблю!
07.05.23.