28. Между Гучэном и Сы

Со стороны Ли Шаньяо послышался тихий кашель. Братья и правда должны были о многом поговорить, по крайней мере, темы уже назревали, но вести беседы здесь было как-то... некрасиво по отношения к Князю, который все ещё здесь.

Вэнь Юйгунь заложил руки за спину и отошёл от младшего брата, почтительно склоняя голову. Вэнь Шэнь обернулся на Ли Шаньяо.

Князь всё-таки очень красивый. Есть что-то необычное в его внешности, нечеловеческое, от этого всё сложнее связывать его с реальным миром.

Тао Биюнь был похож на него этой нечеловеченостью. Оно было ясно: они ведь были, по сути, очень дальними родственниками. Со слов Цао Яо, Тао Биюнь был сыном луна, а, как известно, все луны пришли с горы Нюй-вы. Значит, где-то давно их родственные линии всё же пересекаются.

Как так вышло, что сын луна, выходит, из княжеской семьи, оказался в Лин? Вэнь Шэнь спрашивал об этом. Сначала Тао Биюнь молчал, потом кратко объяснил, что его отец – бывший Князь Чжэнцзяна.

Сейчас Чжэнцзяном правит его сын, брат Тао Биюня. И вот когда этому наследнику исполнилось сорок, Биюню было всего двенадцать; придя к власти, его брат приказал распустить отцовский гарем и отослать его полукровных детей куда подальше. И как-то так вышло, что судьба привела его сюда.

О деталях Тао Биюнь не помнил или, может, просто не хотел рассказывать.

И вот это сходство во внешности и даже в характерах отталкивало Вэнь Шэня, пострадавшего по вине Тао Биюня. Но осознание того, что это разные люди, что Ли Шаньяо относится к нему хорошо и уважает его семью, даже благодарность за их дружбу всё таки сопротивлялись избеганию и отрицанию.

И вот сейчас Яцзы-лун, молодой, но уже вселяющий надежды и страх Князь, стоял на возвышенности и смотрел на него сверху вниз. Так спокойно и отрешённо, словно спустившееся с небес божество, которому нет дела до этого мира.

В Зал вошёл Гуй Фаньжэнь. Вэнь Шэнь заметил это, когда через силу оторвал взгляд от Ли Шаньяо и обернулся на звук шагов. Гуй Фаньжэнь шёл тихо, но не бесшумно. Походка его была умеренной, но решительной; он казался неконфликтным и беспроблемным человеком, но Вэнь Шэнь был готов поклясться, что у Гуй Фаньжэня было захватывающее прошлое.

– Ваша Светлость генерал Вэнь, – поздоровался он с Вэнь Юйгунем, и мужчина сделал то же самое, чуть кивнув в знак приветствия.

Советник взглянул сначала на Вэнь Юйгуня, после – на его брата, внимательно, вплоть до малейших деталей. Так делал каждый, кто узнавал, что они братья, ведь дело было в том, что они были совершенно не похожи. Отец говорил, что Вэнь Шэнь – вылитая мать, и от него самого у него разве что пара родимых пятен.

«Ох. Точно», – Вэнь Юнвань густо покраснел, осознав, что совсем позабыл о своём лице. Оно ведь открыто, а здесь Гуй Фаньжэнь, стоит и бесстыдно рассматривает его.

Повязав вуаль, Вэнь Шэнь со вздохом признал, что Хранители изменили его мировосприятие на корню.

Чуть позже в Зал вернулись и Ю Чуньдэ с Чу Ганьчжэ, толстяк и тощий, рядом друг с другом они выглядели более чем комично. Кроме того, пришло и ещё два генерала, и несколько высокопоставленных лиц. Все были в сборе, за исключением, конечно, Вэнь Вэйгуня, но он, увы, был сейчас на границах и не мог оставить солдат одних.

Все присутствующие расселись по местам, и только Вэнь Шэнь, единственный из всех Советников, стоял рядом со скамьёй Князя, заложив руки за спину с задумчивым видом.

– Речь пойдёт о ранее оговоренном плане насчёт Чжэнцзяна, – оповестил Ли Шаньяо и жестом показал своему помощнику, Вэнь Юнваню, принести стопку необходимых бумаг.

Вэнь Шэнь был предельно внимателен и старался не допустить ни единой ошибки, чтобы не ударить в грязь лицом перед таким количеством важных для Гучэна людей.

– Я хочу внести предложение, – продолжил Ли Шаньяо, – вернее, не я, а Советник Вэнь Юнвань. Не так ли?

Вэнь Шэнь почувствовал, как его спина покрывается холодным потом. Он видел, как доволен лун своей выходкой и как ухмыляется одними глазами, украдкой глядя на своего Советника.

Волнение только усугубит ситуацию... Нерешительность выставит его посмешищем. Необходимо быть смелым.

– В... верно, – севшим голосом произнес Вэнь Шэнь, позорно заикнувшись. Больше он не мог сказать ни слова. Как же хорошо, что никто не видит выражение его лица...

– Советник Вэнь, – вскинул бровь один из генералов, – расскажите нам о Вашем предложении.

Вэнь Шэнь уставился на Ли Шаньяо, который ликовал от его испуганного взгляда. Кто бы мог подумать, что этот человек окажется таким садистом! Он ведь упивается его страхом и неловкостью, получая от этого немыслимое удовольствие!

– Если кратко, – всё-таки встрял Князь, избавив Вэнь Шэня от необходимости откусить свой язык для быстрой смерти, – изначально наш план состоял в том, чтобы перебросить часть армии Чжэнцзяна к южным границам и тем самым освободить северные.

Все закивали, соглашаясь с тем, что это и правда был их план.

– Теперь же идея такая: что, если и правда пустить слух о сосредоточении армии Гучэна на южных границах, дождаться ответной реакции, после проделать то же самое с севером. На протяжении нескольких лет можно держать Чжэнцзян в напряжении, пока он, наконец, не перестанет воспринимать всерьёз эти слухи. И вот тогда необходимо нанести неожиданный удар.

– Ваше Величество, – сказал один из высокопоставленных чиновников, – что, если Чжэнцзян подошлёт во Дворец шпиона, который выяснит правду?

– Где бы ему её выяснять? Об этом будем знать только мы. Если выйдет так, что информация утечёт из Дворца, у нас уже будет список подозреваемых, – сказал Ю Чуньдэ, намекая, что подозреваемым может стать кто угодно из присутствующих.

– Верно, – согласился Чу Ганьчжэ, взмахнув метёлкой из конского хвоста. – Мы специально не ведём документацию, а все сообщения зашифрованы, так, что даже гонцы не могут прочесть их.

Все замолчали, задумавшись над вопросами, которые следует обговорить. Только Гуй Фаньжэнь сразу вскинул руку, озвучивая свои мысли:

– Ваше Величество, что мы будем делать, если Чжэнцзян разгадает наши намерения? Их терпение не безгранично, не решит ли Князь Лю нанести удар первым?

– Конечно, – кивнул Ли Шаньяо, – это возможно. Скорее всего, так оно и будет. Советник Вэнь, что ты думаешь по этому поводу? Как нам следует поступить?

Вэнь Шэнь снова едва не лишился души. Он впервые на собрании, притом на таком важном, а его этот дьявол уже мучает, не прекращая!

– У нас будет время на разработку плана, – рассудил Вэнь Юнвань неуверенно. – Пока Князь Лю будет в раздумьях, нужно принять необходимые меры для быстрой мобилизации. Содержание армии в постоянной боевой готовности дорого. Отправка семей военных ближе к границам – подозрительно, и всё же лучше, чем ничего. Нужно расположить их как можно ближе к линиям обороны.

– Предлагаете выделить средства на переселение семей военных? Это тоже дорого, – сказал Чу Ганьчжэ.

– Не совсем, – разошёлся Вэнь Шэнь, – когда я проезжал у линий обороны, я заметил, что земли там пустуют. Люди не хотят располагать семьи в зоне потенциальной опасности. Но если сильно опустить цены и дать исключительные льготы, предварительно сделав обязательной службу на линии, солдаты сами захотят перевезти туда свои семьи.

Озадаченные, все согласно закивали. Ли Шаньяо был доволен тем, как Вэнь Шэнь принял его вызов и уже смелее, чем до этого, рассказал о своих мыслях.

Ю Чуньдэ принялся что-то подсчитывать, загибая пальцы один за другим и отсчитывая бусины на специальном браслете. Что-то шептал себе под нос и Чу Ганьчжэ, видимо, размышляющий о том, насколько людям периферии Гучэна понравится эта идея. Генералы тихо переговаривались, обсуждая последствия таких мер.

Один только Гуй Фаньжэнь стоял поодаль, отчуждённо рассматривая окружение словно картину с бытовым сюжетом, а не реальность. И правда, кто подумает спрашивать совет у звездочёта? Особенно учитывая то, что его мнение для нынешнего Князя совсем не авторитетно.

– Советник Вэнь, принеси карты границ с Чжэнцзяном, – попросил Ли Шаньяо и освободил стол от других бумаг.

Собрание длилось достаточно долго для того, чтобы начало смеркаться. Совет обсудил все риски и возможные последствия; Вэнь Шэнь понял, что его идея пришлась всем по душе, раз в дальнейшем они стали рассматривать именно его предложение.

Хотя, конечно, то, что Ли Шаньяо толкнул его к этой пропасти, не зная, полетит ли птенчик, пробывший всю жизнь в гнезде, оставило свой след. Он, естественно, Князь и волен делать то, что хочет, но... Что ж, ничего не остаётся, кроме как надеяться, что Ли Шаньяо просто настолько уверен в нём.

Вэнь Шэнь украдкой бросил взгляд на брата. Он был увлечён обсуждениями, но иногда и сам посматривал на него с интересом. Было не только неловко, но даже как-то... гордо. Теперь никто не мог смотреть на него сверху вниз. Никто не посмеет назвать его бедой и несчастьем семьи Вэнь.

К вечеру собрание подошло к концу. Поспешив, Вэнь Шэнь решил уйти одним из первых, чтобы не говорить с Ли Шаньяо, который явно не хотел оставлять без комментариев его первый рабочий день. Он быстро поклонился, и Яцзы-лун, увидев его рвение поскорее сбежать, всё же отпустил его.

Вэнь Шэнь шёл домой с братом. Впервые они спокойно говорили по душам, и младший не пытался передразнить Юйгуня, пристыдить его за что-либо или оттолкнуть.

Вэнь Юйгунь был хорошим человеком и отличным генералом. Сейчас Жрец ни за что не сможет сказать, почему же он так возненавидел старшего брата. Разве что дело во внимании отца.

Но сейчас всё будет иначе. Это ведь его семья.

Да, Вэнь Вэйгунь окрестил его несчастьем семьи Вэнь, как только Цю Шиянь родила его и сразу же умерла, он давил все его начинания и увлечения, опасаясь, что, стань он кем-то важным и влиятельным, это несомненно приведёт к беде. Он игнорировал младшего сына, словно тот был нежеланно подкинут ему бродягами, а ему ничего не оставалось, кроме как жить с этим чужим ребёнком под одной крышей.

Только Вэнь Вэйгунь был таким. Но матушка любила его как собственного сына, сестра была верной подругой, а старший брат всегда старался поддержать его.

– Я горд за тебя, – признался Вэнь Юйгунь, когда они шли домой. – Отец был в ярости, когда узнал, что ты стал Советником. Но я рад. Рад, что ты будешь в Гучэне и сможешь присматривать за матушкой и Сяоли, что ты нравишься Яцзы-луну и будешь другом для него. Здесь ты на своём месте, сяо Шэнь.

Вэнь Шэню и правда начало так казаться. В Гучэне был его дом, семья, теперь и работа. В Сы же – Духи, питающиеся его жизненными силами, Тао Биюнь, раз за разом приносящий только боль. Там Вэнь Шэнь нужен был потому, что без него было никак, но на его месте мог быть кто угодно. А здесь... нужен именно он.

//От автора: прошу прощения за посредственные попытки в политику^^°... Это мой первый опыт, так что сделайте пж вид, что всё это действительно звучит круто, а не так, будто бы это третьеклашка написал ахахахах я стремлюсь к уровню шаполана но....... мне нужно время и практика) много времени и практики.....очень много...

Сейчас я медленно пишу. В разгаре учёба, а у меня кипит мозг от того, сколько ещё нужно вместить в Байхэ Гуань и как это всё оформить, да и я ещё хочу немного изменить планируемый сюжет....... там и так пиздец, но я хочу накашеварить прям вообще пиздец 🫦