60. Близок ли штиль?

Вэнь Шэнь только покачал головой и, быстро поклонившись, вышел прочь. Оставаться с Ли Шаньяо наедине было сложно, особенно учитывая, что он уже вынашивает мысли о предательстве. Однако это были только мысли – Вэнь Шэнь подозревал, что не сможет в действительности пойти на что-то страшное.

Однако, только он вышел из здания архивов, как за ним вышел и Ли Шаньяо. Советник уже приготовился слушать очередную волну извинений, однако тот ничего не сказал и ушёл, напоследок оставив ему только долгий и мучительный взгляд.

Чувство вины перед ним и перед кланом Вэнь раздирало душу Вэнь Шэня изнутри, словно удары булавы. Он мог бы ради семьи устроить скандал или воспользоваться своим положением ввиду дружбы с Его Величеством, но было стыдно перед Ли Шаньяо. Он мог бы ничего не делать, дожидаясь, когда отец что-нибудь придумает, но так поступать по отношению к брату было нельзя.

Вэнь Шэнь ещё некоторое время задумчиво простоял у входа в архивы, пока его напряжённые размышления не были прерваны мелькнувшими рядом одеждами с вышитыми хризантемами, которые сразу же привлекли его внимание.

– Советник Вэнь, – кивнул Гуй Фаньжэнь и красноречивым взглядом поинтересовался, смогут ли они поговорить в архивах. Вэнь Юнвань, мигом ожив, тут же юркнул в здание, ведя за собой мужчину, который, пусть и пришёл не один, но своё сопровождение оставил снаружи.

Гуй Фаньжэнь присел за стол, туда, где обычно работал Ли Шаньяо. Напротив разместился Вэнь Шэнь, в ожидании глядя на него с большим интересом.

– Завтра последний день перед казнью, – сказал Советник Гуй, и его замечание словно молнией ударило Вэнь Юнваня по сердцу.

Последний день, когда они ещё могут что-то сделать, и тот посвящён Дню Северных Ветров, из-за чего расследование будет почти невозможным.

– Мне известно, как сильно Советники Вэнь хотят помочь генералу, – медленно качнул головой Гуй Фаньжэнь и замолк, обдумывая каждое слово. – Минчжу, вероятно, уже рассказала, что я не в силах повлиять на Ю Чуньдэ, но, – он поднял палец к небу, взвывая к предельному вниманию, – я уделил достаточно времени изучению патруля и планировки Дворца для того, чтобы быть уверенным в состоятельности побега завтрашним вечером.

Вэнь Шэнь и сам рассматривал этот вариант, но из чужих уст это звучало как предательство Его Величества, что делало такой исход событий не самым желательным в его глазах. Не было гарантии, как поведёт себя Ли Шаньяо, если рассказать ему о таком плане, да и подобный побег ставит под сомнение компетентность Советников, которые приравнивают жизнь генерала к верности Князю.

– Я уверен – или, по крайней мере, надеюсь, – что Вы не расскажете об этом Его Величеству, – осторожно сказал Гуй Фаньжэнь, честно заглядывая в глаза Вэнь Юнваня. – Он доверяет Вам и Вас не тронет, но все остальные в его глазах лишь соучастники преступления. Не поймите превратно.

Перед ним, выходит, стоял выбор. Семья или Ли Шаньяо. И ответ был очевиден.

– Расскажите о Вашем плане подробнее, пожалуйста, – с готовностью кивнул Вэнь Шэнь.

– Хорошо, – Гуй Фаньжэня не могло не радовать то, что его ожидания насчёт Советника Вэнь оправдались. Многие видели его как верного пса Его Величества, пусть причин для этого было немного, однако Советник Гуй, зная его чуть ближе остальных, был уверен в нём и не ошибся.

– Для начала Вам стоит услышать кое-что важное. Генерал Вэнь Юйгунь и правда собирался вывести одну персону из Запретного Города во время празднования. К счастью, её личность так и не оказалась раскрыта перед Его Величеством, однако этот вопрос остаётся нерешённым ещё со времён деда Яцзы-луна – и его, поверьте, стоит решить незамедлительно.

Гуй Фаньжэнь ходил вокруг да около, подогревая интерес Вэнь Шэня, который даже привстал, чтобы лучше слышать загадочно приглушённый голос пособника. Но он вдруг замолчал, выпрямляясь и оборачиваясь на дверь.

– Будьте добры, войдите, госпожа.

Вэнь Юнвань оторопело уставился на дверной проём, где совсем скоро показалось знакомое лицо, которому, как сейчас вдруг подумалось Вэнь Шэню, не очень шли одежды придворной дамы.

– Добрый день, Сыту Лань, – сдержанно поздоровался Вэнь Шэнь, озадаченный неожиданной личностью в деле его старшего брата.

– Добрый день, Советник Вэнь, – поклонилась она.

– Дело в том, – встрял Гуй Фаньжэнь, который собирался как можно более сжато донести основную мысль, – что дева Сыту, являясь главной и уже забытой причиной вражды двух держав, должна попасть в Чжэнцзян. Эту светлую цель и преследовал Ваш старший брат. Таким образом, Вы поможете нам завершить начатое, а мы освободим Вашего брата, – заключил Гуй Фаньжэнь.

Теперь всё медленно начало складываться. Обрывки фраз, разговоров мелькали в голове, а необъяснимые взгляды становились вполне себе объяснимыми. Вэнь Шэнь никак не ожидал таких поворотов событий, однако старался сохранять внешнюю невозмутимость, не позволяя сомневаться в своём желании участвовать во всём этом деле.

Гуй Фаньжэнь выдвинул достаточно справедливые условия, заручаясь поддержкой близкого Ли Шаньяо человека в обмен на помощь. Что ж. Справедливо.

– Дева Сыту, всё так, как говорит Его Светлость? – уточнил на всякий случай Вэнь Шэнь.

– Верно. Эта Сыту не хотела бы углубляться в причины её длительного проживания в Гучэне, однако Чжэнцзян и правда её дом не только по праву рождения, но и по праву её родства с княжеской семьёй, – скромно подтвердила Сыту Лань и развела руками в стороны.

Вэнь Шэнь задумался о датах и фактах, прочитанных в архивах и исторической литературе.

В действительности, вражда между Гучэном и Чжэнцзяном началась не так давно. Ещё шестьдесят лет назад два этих государства жили в мире, однако после смены главы государства всё пошло наперекосяк. Новый император разогнал отцовский гарем и внёс множество изменений в политическом устройстве Чжэнцзяна, укрепил военную мощь. Однако фактическая причина вражды так и не была описана.

Выходит, что Гучэн успешно удерживал княжну Чжэнцзяна почти шесть десятков лет, и всё же для чего? И почему она вдруг понадобилась нынешнему Князю Чжэнцзяна, если он ещё тогда распустил гарем и разогнал всех отцовских отпрысков? Или Сыту Лань всё-таки из побочной семьи? Что ж, это только предстоит узнать.

Затем Вэнь Шэнь стал вспоминать слова тех знакомых, которых хотелось бы никогда не знать, и, наконец, выдал вполне себе резонный вопрос:

– Дева Сыту знакома с сыном луна по фамилии Тао? Если этот Вэнь не ошибается, вы должны быть ровесниками.

– Тао? – Сыту Лань приподняла тонкие брови. – Дева Тао была одной из наложниц Его Величества. Если упомянутый Вами мужчина сын луна, возможно, речь идёт о княжиче, по имени... по имени...

– Биюнь, – кивнул Вэнь Шэнь, и Сыту Лань сдержанно улыбнулась, подтверждая его предположение.

Как тесен мир, выходит. Кто бы мог знать, что придворная дама, его верная помощница, окажется ближайшей родственницей Тао Биюня?

– Что ж, Ваша Светлость, что от меня требуется? – ненавязчиво прочистил горло Вэнь Шэнь, обращая на себя внимание молчащего Гуй Фаньжэня. Тот, наконец, ожил.

– Во время фейерверка будет наилучшее время. К счастью, я обо всём позаботился: к вечеру начнётся пожар, перед которым мы с Вами встретимся и приступим к выполнению плана. Затем...

За тщательной проработкой каждого шага подошёл и весь оставшийся день, делая завтрашний вечер последним шансом на спасение Вэнь Юйгуня.

Вэнь Шэнь плохо понимал, почему же Гуй Фаньжэнь и Вэнь Юйгунь, словно зачарованные, настолько сильно заинтересованы в освобождении Сыту Лань. Если всё так, как они говорят, то это дело войны и мира между двумя государствами, так почему не рассказать об этом Ли Шаньяо? Разве он будет противостоять?

Но суть была не в этом. Вэнь Юйгунь, какую бы светлую цель он ни преследовал, решился на предательство и осуждён должен быть именно за это. И единственный способ помочь ему – это убедить Ю Чуньдэ забрать свои показания. А сделать это невозможно. Вэнь Шэнь никак не может повлиять на него, если только не начать угрожать... Или предложить Вэнь Сяоли в жёны одному из его сыновей. Это могло бы удовлетворить его жажду укрепиться.

Вэнь Юнвань направлялся к вратам, но тревога задержала его и заставила повернуть назад, чтобы посетить брата, находящегося под стражей. Сначала он просто хотел увидеться с ним, но, застыв перед решёткой, мужчина вдруг махнул рукавом, говоря твёрдо и строго:

– Выйдите. Этот Советник хочет поговорить с заключённым.

Стражники оторопели; быстро проанализировав ситуацию, они сошлись на той мысли, что ключи есть только у них, да и ослушаться приказа приближенного лица Его Величества, об отношениях которых ходит столько слухов, означало навлечь на себя беду, а потому два солдата сразу оказались рядом с выходом.

– Юйгунь-гэ, – прошептал Вэнь Шэнь, прислоняясь к решётке, когда убедился, что лишних ушей нет.

Состояние брата никак не изменилось. Он всё так же смиренно сидел на скамье, обессиленный и безмолвный. Разве что присутствие члена семьи смогло его немного расшевелить, заставить подняться и подойти к решётке, делая разговор куда более конфиденциальным.

– А-Шэнь, – слабо улыбнулся бывший генерал.

– Скажи, что произошло на границах? Зачем Чжэнцзяну Сыту Лань? – прошептал Вэнь Шэнь, и в его голосу сквозила нетерпеливость.

Улыбка медленно сползла с лица Вэнь Юйгуня, сменяясь навязчивой печалью.

– Ты всё ещё хочешь вытащить меня? Я предал Его Величество, – покачал головой он.

– Хватит ныть. Матушка уже второй день не может встать с постели; семья развалится, если ты сдашься, – процедил сквозь зубы помрачневший Вэнь Шэнь. – Если не хочешь жить – пожалей матушку, пожалей Сяоли, которую выдадут замуж из-за тебя.

Вэнь Юйгунь глядел на младшего брата исподлобья, словно провинившийся щенок, и в этом смиренном мужчине теперь невозможно было узнать великого генерала.

– Отвечай на вопросы, – нетерпеливо напомнил Вэнь Шэнь, потопывая ногой.

– Всё дело в ней... – вздохнул Юйгунь, поникая ещё больше, будто увядающий цветок. – Мы устали от вечных стычек Гучэна и Чжэнцзяна, столько простых людей погибло из-за споров князей. А она...

– Кто – она? – повысил голос Вэнь Шэнь и тут же притих, поджимая губы.

– Байхуа. Генерал Байхуа случилась на границах, – сдался Юйгунь. – Она рассказала, что Князь Чжэнцзяна ищет пропавшую много лет назад княжну. Мне удалось выяснить, что Его Светлость господин Сунь успел поучаствовать в этом деле; зная его, княжна должна была быть во Дворце. Байхуа назвала её отличительной чертой пятно на руке. Так сложились обстоятельства, что я встрял в эту историю... И не мог поступить иначе.

– Для чего им Сыту Лань? – отрывисто повторил Вэнь Шэнь.

– Всё дело в прошлом Князе Чжэнцзяна... – пробормотал Вэнь Юйгунь. – Он запер...

– Ваше Величество Яцзы-лун! – раздались голоса стражников, упавших на колени перед вошедшим в здание тюрьмы Князем. Вэнь Шэнь хлопнул себя по ноге от разочарования.

Ли Шаньяо возник в самый неподходящий момент. Он появился из-за угла, медленно спускаясь по лестнице; заметив Советника, он устало улыбнулся.

– Советник Вэнь.

– Ваше Величество, – кивнул Юнвань, отступая от решётки. И что Ли Шаньяо понадобилось здесь? Неужели хотел вытянуть из Вэнь Юйгуня имена пособников напоследок? Глупости. Не выйдет. Он ведь генерал, в умении хранить тайны достоинство всех военных.

– Этот Чжэнь всего лишь хотел убедиться, что Его Светлость господин Вэнь ни в чём не нуждается, –  напряжение Советника Ли Шаньяо разглядел сразу и понял его немой вопрос без лишних слов.

– Его Светлость господин Вэнь, – в тон Князю заметил Вэнь Шэнь, – нуждается в увеличении данного ему срока.

Ли Шаньяо только бессильно пожал плечами, мол, ничего не могу с этим сделать. Вэнь Юйгунь вернулся на скамью в другом конце тюремной комнаты и продолжил бесцельно передвигать шашки вэйци по старой доске.

//От автора: ну я вообще выпала жёстко... реально извиняюсь... Столько дел появилось, я плюс ещё начала редактировать старые главы, плюс у меня по учёбе завал, плюс курсач ещё пишу, плюс конец сезона в Вайлдрифте скоро, плюс у меня ещё очень активная рп

я как закончу с редактированием глав, постараюсь втянуться обратно в прежний темп написания

честно😔