28 глава.

Корабль плавно отрывался от поверхности Талориса. Ощущения отличались от того, что Лорета испытывала, стартуя на земной ракете. Здесь, в этом аппарате, казалось, не было той жесткости, того дикого рёва двигателей, что сотрясал её тело. Вместо этого - мягкое, почти неслышное скольжение, плавное ускорение, словно сам космос принял её в свои объятия. Технология, без сомнения, была на ином уровне.
Вместо привычного иллюминатора, на борту был подобие обзорной панели - огромный, слегка выпуклый экран, покрывающий часть стены кабины. Он не показывал реальную картину за бортом, а скорее создавал иллюзию, визуализацию звёздного неба, пронизанного пульсирующими потоками энергии. Это было завораживающе, но Лорета не хотела на это смотреть. Она старалась сосредоточиться на своей работе, на навигационной консоли, на данных, которые нужно было доставить на Землю.
Аппарат покинул пределы атмосферы Талориса, вынырнув в безмолвную черноту космоса. Лорета почувствовала, как сердце её начало биться чуть быстрее. Земля была так далеко. Ответственность давила на плечи.
И вдруг всё изменилось.
Сначала едва заметное подрагивание. Затем мерцание экрана, искажающее звёздные потоки, превращая их в хаотичные вспышки. Красные предупреждающие сигналы замигали, заполняя кабину зловещим светом.
—Сбой системы, - прозвучал спокойный, но уже лишенный прежней уверенности голос ИИ, "Эхо". - Критическое повреждение основного двигателя. Система компенсации инерции...отключена.
Лорета почувствовала, как её вдавило в кресло. ИИ замолчал. Тишина, наступившая после его слов, была оглушительной. Она снова была совсем одна.
Аппарат начал неумолимо падать. Не было ощущения свободного падения, скорее  - контролируемого, но всё же стремительного спуска. Корабль вращался, панель иллюминатора показывала уже не звёздное небо, а размытое пятно планеты, стремительно приближающееся.
Внезапно, с тихим треском, сработала аварийная система. Лорета почувствовала, как кресло вдавилось в неё, активируя какие-то ремни безопасности, словно обнимая её. Вокруг неё, на панели, начали появляться странные, светящиеся нити, которые, казалось, обволакивали её, создавая невидимый кокон. Это было совершенно не похоже на жесткие, неудобные ремни земных спасательных капсул. Это было... мягко. И эффективно.
Она почувствовала резкую головную боль, словно миллионы иголок впились в виски. Перед глазами на мгновение потемнело, затем мир снова вернулся, но уже более тусклым. Ощущение легкого головокружения и ломота в шее - вот и всё, что осталось от столкновения.
Затем снаружи послышались звуки. Глухие удары, шорохи, голоса, но вначале неразборчивые. И вот, с характерным свистом, отсек, где находилась Лорета, открылся.
В проёме показались центаврианцы в форме.
—Южане! - выдохнула Лорета с облегчением. Хоть какой-то шанс, что она не попала на территорию Доминиона.
Они бурно обсуждали, что могло вызвать такой сбой.
—Никогда такого не случалось, - говорили они, изучая повреждения. - Наши системы всегда были безупречны.
И вдруг все почтительно расступились. Аралия Вэйл, чья фигура сейчас казалась воплощением решимости, стремительно приближалась. Рейвен, однако, опередил её. Она думала, что больше никогда не увидит его, а вот он - здесь, напуганный, но такой живой.
Он подбежал к ней, и из его глаз, словно потоки слез, сочились световые импульсы. Его тело дрожало. Лорета, несмотря на свои боли, почувствовала, как её собственное состояние улучшилось от его вида.
—Ты чего так, Реи? - спросила она, голос её был ровным, но в нем звучало удивление. - Мы ведь... попрощались. - Видеть его таким, после той церемониальной холодности, было шоком.
Аралия приблизилась. Её взгляд, обычно проницательный и оценивающий, теперь изменился. В нём читалась не только обеспокоенность, но и глубокое сочувствие.
—Друг мой, - сказала она, протягивая ему небольшой флакон. - Возьми это. Тебе нужно успокоиться.
Рейвен, однако, лишь жестом отказался.
—С тобой все хорошо? - спросил он, обращаясь к Лорете. Его голос был сломлен.
—Да, нормально, - ответила Лорета, хотя её тело всё ещё ощущало последствия падения.
—Я уже думал, ты погибла, - прошептал он, и словно что-то внутри него прорвалось. Голос его был полон боли и отчаяния. - Понимаешь, дело в том, что я...Я не хотел давить на тебя, - продолжил он, его губы дрожали. - Это было твоё решение... твоё право вернуться домой. Я думал, я...Должен быть сильным, не проецировать свои эмоции на тебя. Но когда я увидел, как корабль падает... я... я думал, я потерял тебя. Мне было невыносимо... ужасно.
В этот момент до Лореты дошло. Его холодность, его отрешенность - всё это было лишь маской, попыткой справиться с собственными чувствами, страхом потери. Он любил её. И этот страх, эта боль, которую он испытывал, когда думал, что потерял её, говорили об этом громче любых слов.
«Мама, неужели это ты шлешь мне ангела хранителя?» -  Лорете стало почти смешно от этой мысли. Мысль о том, что она, такая одинокая и холодная, могла бы стать объектом такой защиты, казалась абсурдной. Но в то же время, в её сердце зародилось нечто тёплое.
Она нежно провела рукой по его щекам, пылающим от слёз. Кожа соларха под пальцами была гладкой, но казалась чуть более сухой, чем у людей, словно в ней было меньше влаги. Волосы, влажные от выступающих световых потоков, приобрели более яркий, почти оранжевый оттенок. Техники, наблюдавшие за этим, смотрели с нескрываемым шоком. Для них, привыкших к строгому соблюдению дистанции, к формальному общению, это было немыслимо. Лорета и сама почувствовала укол сомнения. Её, всегда склонную к соблюдению норм и правил, к следованию течению, подобные проявления эмоций были чужды. Это было проще, комфортнее. Плыть по течению. Но видя Рейвена таким, сломленным, потерянным, она не могла сдержать своего человеческого импульса.
—Тише, тише, Реи, - прошептала она, и, обняв его, почувствовала лёгкость его тела. Его кости, как она знала, были полыми, что делало его тело невесомым, хрупким, но в то же время удивительно грациозным. Её объятия, казалось, были для него якорем в этом бушующем море эмоций. - Я здесь. Со мной всё хорошо.
Она сделала глубокий вдох. Земля. Дом. Туда и хотелось. Её миссия, её задачи... Но почему-то улететь не получилось. Может, не просто так?
—Когда у тебя будет твой... твой день? - спросил Рейвен, его голос всё ещё звучал немного потерянно.
—Мой день? - переспросила Лорета.
—День, когда ты появилась на свет," – кивнул Рейвен.
—А, день рождения... - Лорета задумалась. Она не знала, как называется этот день по центаврианскому календарю, и как точно его вычислить. - Я родилась...Тридцатого ноября по земному календарю. Не знаю как вам объяснить.
Рейвен, словно прочитав её мысли, улыбнулся.
—Сегодня будет твой второй день рождения, Лори, - сказал он, и его биолюминесценция вновь засияла, но теперь уже мягким, тёплым светом. - День, когда ты осталась жива. - Он произнес какую-то сложную, мелодичную последовательность звуков, которая, по всей видимости, означала дату.
—Это день, когда Первая Звезда возвращается на свой пик, а вторая зеленеет.
Лорета не поняла всех тонкостей, но почувствовала, что это очень символично. Второй день рождения. И браслет на её руке, этот фиолетовый символ Вечности, стал тому подтверждением.
Когда все формальности были улажены, и врачи подтвердили, что Лорета в полном порядке, Рейвен, всё ещё взволнованный, но уже более спокойный, подошел к ней. Он держал в руке что-то небольшое, фиолетовое, мерцающее в мягком свете зала.
—Это тебе, - сказал он, его голос был тихим, но в нем звучала теплота. - На память о нашей планете.
Лорета взяла украшение. Это был тонкий, изящный браслет, сотканный из тончайших фиолетовых нитей, которые, казалось, светились изнутри. На нём был выгравирован узор, напоминающий спираль галактики, с крошечными, переливающимися кристаллами, похожими на звезды.
—Наш символ, - пояснил Рейвен. - Спираль Вечности. Он символизирует непрерывность жизни, цикличность и связь всего сущего. Пусть он напоминает тебе о том, что даже в самых трудных моментах есть свет и надежда.
Лорета прикоснулась к браслету. Это было так трепетно. В этот момент ей совершенно не хотелось думать о будущем, о войне, о возвращении домой. Надоело жить отложенной жизнью. Почему бы не здесь и сейчас? Не чувствовать каждый миг, каждый момент? Пусть будет как будет. Почему она должна глушить свои чувства, что есть в ней сейчас?
Техники, между тем, продолжили своё разбирательство. Оказалось, что причиной сбоя стало не только отсутствие "Кристаллового катализатора", но и, как выяснилось впоследствии, некая диверсия со стороны северян. Они внедрили в систему корабля микроскопический вирус, который был призван саботировать аппарат в случае, если бы он достиг космоса. План северян был сорван, но это лишь усиливало напряженность.
Поговорив с Рейвен и Аралией, они пришли к выводу, что для нападения на Землю Доминиону, в первую очередь, нужно было бы одолеть и захватить Южную Центавру. И это, как они поняли, было возможно предотвратить. Лорета невольно задумалась: а что, если это крушение - не просто неудача, а некий поворотный момент, который может повлиять на ход надвигающейся войны? Так странно было ощущать себя центральной фигурой, когда всю жизнь она была "серой мышью".
Решено было сосредоточить все силы на укреплении обороны и подготовке к возможной войне. Лорета же, за время пребывания на Талорисе, получила навыков, которые превосходили всё, чему она научилась на Земле за всю свою жизнь. Операции, проведенные на её теле, словно изменили её, сделав её мозг более восприимчивым, а процесс обучения  - мгновенным.
Рейвен, сжимая её руку, не говорил о скором прощании. В его взгляде читалась не только обеспокоенность, но и глубокое понимание. Он знал, что её долг перед Землей никуда не денется. Но сейчас, в этот момент, они были вместе. И этого было достаточно.
—Возможно, - сказала Лорета, глядя на него, когда тремор в его теле утих, а биолюминесценция обрела мягкое, успокаивающее сияние. -  Моя миссия на Талорисе ещё не закончена.
—Мы поможем тебе, - сказал он, и его слова звучали как клятва. - и предотвратим нападение.
Лорета кивнула, чувствуя, как решимость наполняет её. Да, ситуация была опасной, но она больше не была прежней. Она была готова. Она научилась управлять кораблями, она получила новые знания, новые навыки. И, что самое главное, она обрела новых союзников, которые готовы были бороться за неё, за Землю.
Лорета почувствовала, как тепло его руки разливается по всему телу, даря ей силу и уверенность. Она посмотрела на браслет на своем запястье. Это было не просто украшение, это был символ связи, надежды, того, что даже в самых темных временах есть место свету и доброте. И этот символ она увезет с собой на Землю, как напоминание о том, что она не одна в этой вселенной.
Вернувшись в свои покои, Лорета почувствовала внезапное, необъяснимое помутнение рассудка. Мир вокруг неё словно начал плыть, краски исказились, звуки приглушились. Голова закружилась, словно она снова оказалась в падающем корабле, только на этот раз падал её собственный разум. Она почувствовала, как равновесие ускользает, и инстинктивно схватилась за ближайшую опору. Это были не стены её комнаты, а что-то другое, более гладкое и холодное.
Она попыталась сфокусировать зрение, чтобы понять, где находится. Перед ней, в густой, непроглядной тьме, проступили два светящихся огонька. Один - алый, как раскаленное солнце, другой - черный, как бездна космоса. Это были глаза. И по их странному, двойственному свечению, по тому, как из темноты вырисовывался изящный, угрожающий изгиб хвоста, Лорета мгновенно узнала своего незваного гостя.