23

Через некоторое время карета въехала в ворота дворца. Юань Миньдао был ребенком и находился под защитой Фу Чжию, поэтому стражники у дворцовых ворот не осмелились разглядывать его слишком пристально, и они вошли без происшествий.

Просто император быстро узнал об этом деле, что тоже было нормально. Император в данный момент находился во дворце Люли, и Фу Чжию только что вернулся, почти встретившись с ним лицом к лицу.

“Почему ты ушел из дворца и привел ребенка обратно?” Император Цинъюань не рассердился. Он подозвал Юань Миньдао, посмотрел на его ладони без каких-либо отметин, расслабился, улыбнулся и сказал: “Зачем Сяо Цзю привел его? В нем есть что-то особенное?”

Фу Чжию не нервничал. Он знал, что невозможно привести Юань Миньдао, не пройдя проверку императора. Император часто приезжал во дворец Люли, и спрятать еще одного ребенка было невозможно. Он также не хотел прятать Юань Миньдао; он хотел привести его открыто.

Но Юань Миньдао действительно был слишком маленьким и худым, и у него не было никаких признаков обучения боевым искусствам. Фу Чжию также обсуждал это с ребенком в коляске. Не нужно беспокоиться, просто веди себя немного робко, как обычный ребенок, который никогда не видел мира, и предоставь остальное ему.

“Я встретил его на улице, мне стало жаль его, поэтому я вернул его”. Причина Фу Чжию тоже была очень простой: “Разве я не могу? Я хочу вырастить его для развлечения, но нынешняя резиденция еще не готова, поэтому я привез его обратно во дворец. ”

Императору Цинъюаню понравились его простодушие и прямота, поэтому он кивнул и позволил Юань Миньдао остаться.

Когда Фу Чжию посмотрел на него, он понял, что император думает не о том, о чем следует, но не собирался ничего объяснять. Наследный принц и Третий принц выросли, и в их дворцах было несколько наложниц. Это был не первый случай, и в нем не было ничего особенного.

После встречи с императором все пошло более гладко. В ту ночь Фу Чжию поставил маленькую кровать для Юань Миньдао недалеко от его кровати. В любом случае, сейчас он был еще маленьким, и ему было нормально спать там.

“На этот раз мне не нужен мастер боевых искусств, чтобы обучать меня боевым искусствам”, - сказал Юань Миньдао. “Я могу практиковаться сам. Все это заложено в моих костях, но мое тело пока не может за этим угнаться. Я вспомню все после того, как немного попрактикую ”.

Фу Чжию кивнул и добавил: “Ятаган, которым ты пользовался в своей предыдущей жизни, все еще должен быть в древних странах Западных регионов, сюда его еще не привезли. Не волнуйся, я верну тебе это, но ты не можешь взять это с собой во дворец. Просто подожди, пока мы не переедем в мою резиденцию. ”

“Хорошо!” Юань Миньдао сел на свою маленькую кровать. Он оценил расстояние между собой и кроватью своего учителя и почувствовал себя еще более счастливым. “Я не спешу. Теперь во дворце никто не должен прикасаться и ко мне.”

Фу Чжию погладил его по голове и успокаивающе сказал: “Иди спать. Не бойся, я защищу тебя в этой жизни”.

“Учитель, ” Юань Миньдао схватил его за край одежды, его взгляд был нежным, - в этих двух жизнях самое большое счастье для Миньдао - это встретить вас”.

Изначально Фу Чжию хотел сказать, что ему повезло встретить Миндао, но он не произнес эту фразу, заменив ее на: “... Мне жаль”.

Юань Миньдао поспешно покачал головой и сказал: “Я делал все это добровольно в своей прошлой жизни! Мастер не виноват!”

“Я, очевидно, стал императором, но не смог защитить тебя. Это моя вина, что я трачу так много времени на людей, которые недостойны, но на самом деле не забочусь о людях, которые достойны ”, - серьезно сказал Фу Чжию. “Прости, Миндао, в будущем так не будет ”.

Юань Миньдао не знал, что ответить. Так сказал его учитель, но он всегда был очень добр к нему, и Юань Миньдао снова не смог удержаться от слез.

“Почему ты такой плаксивый?” Фу Чжию не знал, смеяться ему или плакать, вытирая слезы ребенка рукавом: “Маленький плакса”.

Юань Миньдао отрицал это, рыдая и объясняя: “Я ... просто ничего не могу с этим поделать. Сегодня произошло слишком много событий, а я все еще в теле ребенка. Это инстинктивно, я ничего не могу с этим поделать ...”

“Да, наш Миндао все еще ребенок”. Глаза Фу Чжию сияли любовью: “Тогда не думай так много сейчас, просто играй беззаботно, как ребенок”.

“En!”

Но я все еще должен практиковать боевые искусства и пытаться защитить своего учителя!

Юань Миньдао сжал кулаки и молча принял решение.

Новости во дворце распространились быстро. На следующий день все знали, что Ван Чжао привез особенно красивого ребенка, и это вызвало у всех много разговоров.

Девятый принц Фу Чжию действительно сильно изменился в последнее время, как будто он стал новым человеком. Раньше он был джентльменом и соблюдал этикет, не говоря уже о том, что у него не было наложниц и он даже никогда не оставался наедине в одной комнате с женщиной. Теперь кто знает, что произошло; вчера он принес во дворец ребенка извне. Ребенок выглядел хорошо, но это был мальчик, и, кроме того, он был слишком молод. Разве это не чудовищно?

“Я думаю, Ван Чжао увидел свет. Раньше его не заботили мирские вещи, цок-цок… Но разве это похоже на воспитание тощей лошади(1)? Что за способ играть, ах.”

“Но я думаю, Ван Чжао действительно добр к этому ребенку. Этим утром он лично кормил его кашей, ложка за ложкой, как будто это был его собственный сын. Увы, на самом деле это не его сын, не так ли?”

“О чем ты говоришь! Сколько сейчас Ван Чжао?”

Как только Фу Чжию возродился, он мог делать все, что хотел, и слухи во дворце не могли причинить ему вреда. Кроме того, эти слухи были хороши для него. Он хотел заставить окружающих думать, что сейчас он действительно иррационален и что Миндао пользуется огромным благосклонностью, чтобы он мог защитить себя и Миндао.

Тем не менее, он четко объяснил Супруге Юн, что все было не так, как говорили слухи. Он просто увидел, что ребенок жалок, беспомощен и является хорошим саженцем для обучения боевым искусствам, поэтому привел его во дворец.

Супруге Юн не испытывал неприязни к ребенку. Она всегда поддерживала все действия своего сына, и дело было не в том, что дворец не мог позволить себе растить ребенка.

В прошлой жизни ей очень нравился Юань Миньдао. В конце концов, Юань Миньдао была верна своему сыну, что резко контрастировало с Се Кэ, как он мог ей не нравиться?

В какой-то степени супруга Юнь унаследовала некоторые черты Старой госпожи Юань. Увидев худощавый вид Юань Миньдао, она немедленно приказала приготовить на кухне побольше еды.

“Ты должен хорошо заботиться о себе. Почему ты такой худой и слабый? Я не знаю, как сильно ты страдал”, - вздохнула супруга Юнь. “Когда Чжию было десять лет, он был на полголовы выше тебя”.

Когда все сплетни во дворце достигли ушей Се Кэ, он, казалось, весь день был в плохом настроении и часто пребывал в оцепенении. Как только император вызвал его, ему потребовалось некоторое время, чтобы ответить.

“Что случилось с боссом?” Лу Линьхай не удержался и снова посплетничал с Ду Инь: “Это из-за инцидента во дворце Люли? Эй, как ты думаешь, будь я на несколько лет моложе, Ван Чжао запал бы на меня? Я тоже могу это сделать. ”

“... тебе действительно следует замолчать, ” беспомощно сказала Ду Инь. “ Если ты скажешь еще одно слово, даже мне захочется ударить тебя”.

“Что я опять сказал не так?” Лу Линьхай выглядел невинным: “Разве я не могу сказать правду? Кроме того, посмотрите на босса, если бы он знал, что у Ван Чжао действительно были такие интересы, он бы не сдерживался, верно? Но это все равно бесполезно. Я слышал, что этот ребенок из древних стран Западных регионов, с зелеными глазами, действительно отличающийся от нас.”

Ду Инь потерял дар речи. Он подумал про себя, что то, о чем думал Лу Линьхай, было слишком простым; он понятия не имел, что за персонаж Се Кэ. Он действительно не стал бы сдерживаться. Это был ребенок… жизнь ребенка была в опасности.

Он не сомневался, что у его босса были способности и мотивация разобраться с ребенком во дворце.

Но он кое-что забыл. Каким бы ревнивым ни был Се Кэ, он не мог прикоснуться к Юань Миньдао. Это был тот, кого защищал Фу Чжию. Он действительно не осмеливался.

Если бы он что-то сделал, они с Чжию отдалялись бы друг от друга все дальше и дальше.

В этот момент Се Кэ вышел из кабинета императора, и они оба сразу перестали разговаривать.

Возможно, именно из-за предыдущего инцидента император глубоко запомнил Се Кэ, или, возможно, потому, что Се Кэ действительно был чрезвычайно хорош, но среди императорской гвардии он теперь пользовался наибольшим расположением императора.

Однако, после того, как его только что вызвали в кабинет императора, лицо мужчины все еще было мертвым, выражение его лица трудно описать. Вероятно, это было мрачное выражение человека, чья жена была похищена. Никто не осмеливался прикоснуться к нему.

Лу Линьхай несколько раз виновато кашлянул, а затем попытался сменить тему: “Босс, зачем император искал вас?”

Выращивание тощей лошади - практика покупки красивых девушек из бедных семей и последующего их обучения, обучения пению, танцам, игре в цинь и шахматы, каллиграфии и живописи, а затем продажи их в качестве наложниц богатым людям. Поскольку бедные девушки часто были худыми, их называли “тощими лошадьми”.