глава 35
***
Если объективно, Чжоу, наверное, не был самым красивым человеком, из всех, кого Джонни встречал за свою жизнь. Но никто на свете не вызывал в его душе такую гамму сильнейших чувств, от разрывающей сердце нежности до жгучего вожделения. Только на его лицо Джонни мог бы любоваться часами. Вымотанный волнениями вечера, бессонной ночью и любовными страстями, ЧжоЧжо спал, пристроив голову на его руке, как на подушке. А Джонни не мог уснуть. Восход окрашивал потолок и часть стены в мягкие оранжевые оттенки, и воздух в комнате будто светился золотом. В этом утреннем золотом сиянии лицо Чжоу казалось отлитым из прозрачного розового фарфора. Только маленькие недостатки вроде плохо стертого тона на переносице, или маленького прыщика на ноздре, или шелушащейся кожицы на обветренных губах, делали его живым и настоящим. За это несовершенство Джонни любил его еще сильнее. Он помнил, как во времена съемок и их жизни в одной комнате, он частенько просыпался в несусветную рань и валялся без сна, рассматривая спящего ЧжоЧжо. Заглядывал в лицо, осторожно откидывал одеяло и изучал его руки, спину и плечи, его задницу, ноги и ступни. Наверное, он знал его тело лучше, чем любой из тех девушек, что у него были, даже лучше, чем свое. И все равно не мог насмотреться, жертвуя часами драгоценного сна. А потом ему целый день ужасно хотелось спать.
Первые два звонка Лю Чжена Джонни сбросил, а потом вспомнил, что сам же и просил его звонить, пока не разбудит. Кстати, Чжоу даже бровью не повел во сне, продолжал спокойно дышать, не просыпаясь. Джонни быстро вставил наушник, обрывая мелодию звонка.
- Фак! Я не мечтал на это смотреть! — Лю быстро заслонил экран и камеру ладонью.
- Черт, прости, - шепотом воскликнул Джонни. Он понял, что забыл перевести видео-звонок в звуковой режим, и Лю успел заметить и его голый торс, и Чжоу, спящего на его плече. — Прости, я сейчас встаю. Во сколько мне нужно быть?
- К девяти. Я вообще-то о другом, - голос Лю Чжена звучал на удивление серьезно. — Ты, понятное дело, новостей еще не видел.
- Нет, конечно. А что в новостях? — мгновенно напрягся Джонни.
- Ну, черный пиар — лучший пиар...
Джонни осторожно вытащил руку из-под головы Чжоу, встал и отошел к окну.
- Что случилось?
- Я ж тебя по-хорошему просил не бить того уебка. Просил ведь?
- Просил, - вздохнул Джонни, начиная понимать, куда клонит Лю.
- Ну, значит, моя совесть чиста. И теперь я могу сказать от души: мало ты ему врезал, Джонни! Надо было нахер нос ему сломать, чтоб на ринопластику тратился, сучонок. Кругом уже его фотки с расквашенной физиономией. Специально не умывался, кровищу поразмазывал и так позировал. Вот ведь гаденыш! Что вы с ним не поделили вчера?
- Да разозлил он меня. Я собирался честно его игнорировать, но он сам нарвался, - Джонни сморщился и почесал переносицу. — Я ж ему ничего не повредил?
- Все с ним нормально, губа только разбита. Ты еще и переживаешь за него! Он ничего не комментирует, но я боюсь, чтобы жалобу не подал. В принципе, журналюги нового ничего не пишут, все в духе «милые бранятся»... Они тебя уже окончательно с Лу поженили, считают, что ты его приревновал к кому-то. Или он тебя. Кстати, что у тебя со штанами было? Хотя, нет! Не говори, не хочу знать! Ты, блин, Джонни совсем уже на четвертом десятке умом тронулся, ведешь себя как пацан влюбленный.
- Иди ты! Мне всего тридцать два! — шепотом возмутился Джонни. — И да, я влюбленный, это так. И что?
Он отвернулся от окна и встретил взгляд Чжоу, уже совсем не сонный. Чжоу смотрел такими глазами, и так улыбался, что Джонни захотелось положить трубку и залезть обратно в постель.
- ...и не оберешься проблем!
- Каких проблем? — среагировал на последнее слово Лю Джонни.
- Блядь, ты меня слушаешь вообще? Я говорю, ты должен осторожнее быть! Еще чуть-чуть и проколешься. Мало тебе Лу, еще и Тимми Сюй на твою голову. Скоро ни одной приличной рекламы не будет, и играть будешь только старых трансвеститов, понял? Нашелся тут герой-любовник!
- А что, я бы сыграл, - усмехнулся Джонни, не отводя глаз от Чжоу. — Все интереснее, чем эти бандиты-полицейские.
- Поговори мне еще! — рыкнул Лю, но по голосу было слышно, что он не злится. — Ты на чем уехал вчера? Машина на стоянке.
- Меня ЧжоЧжо подвез, так что такси мне вызови.
- Что?! — взревел Лю Чжен. — Блядь, ты точно рехнулся! Там же кругом камеры, ты теперь во всех ракурсах, в полный рост заснят. Сегодня все будут знать, что ты сел в машину к Тимми Сюй. Твою мать! И что теперь делать?
- Ну и хорошо, - сказал Джонни, хотя внутри все неприятно похолодело и сжалось.
- Да что ж хорошего? Я хренею с твоего спокойствия! — Джонни услышал звук битого стекла и долгий выдох. — Так. Ладно. Машину я тебе вызову. Езжай на съемки, а я что-то буду думать. Фак! — снова что-то разбилось. — Надо еще его менеджеру позвонить. Куда этот идиот Ян Мин смотрел, как такое допустил?
Джонни нажал отбой, бросил телефон на кухонный стол, а сам вернулся на диван и залез под одеяло к ЧжоЧжо. Тот с готовностью обнял его, прижался всем телом.
- Что случилось?
- Да, неважно. Тебе потом менеджер расскажет. А у нас всего минут 15-20.
И Джонни поцеловал его, такого теплого, разнеженного ночными ласками, податливого после сна, такого родного.
***
Атмосфера за столом была напряженная. Менеджер намазывал масло на хлеб с энтузиазмом асфальтоукладчика. ЧинЧин взглядом разлагала на молекулы чай в своей кружке. Только у Тимми было чудесное настроение и зверский аппетит после почти бессонной ночи. Он допивал вторую кружку кофе и доедал третью булочку. Он понимал, что намечается трудный и неприятный разговор, но в голове был только Джонни, и дурацкая счастливая улыбка не хотела сползать с лица. Наконец, Ян Мин отложил нож и истерзанный кусок хлеба.
- Может, сама расскажешь? — обратился он к ЧинЧин с язвительными интонациями в голосе.
- А что я такого сделала? — как нашкодившая школьница заныла ЧинЧин. — Подумаешь, видео сняла! И что в этом криминального?
- Она сняла, как ты вчера после шоу выезжал со стоянки.
- И что? — легкомысленно пожал плечами Тимми и осекся: — Оу.
- Вот именно: оу! Ты-то чем думал, когда сажал его в машину? Вы что, не могли каждый в своей поехать? Ты! — обернулся он к девушке. - Иди уже!
Она встала, обиженно скривив губы. Посмотрела на Тимми в надежде услышать что-то утешительное, не дождалась и вышла за дверь кабинета.
- А теперь поговорим серьезно.
- Ну, давай, - Тимми отставил пустую кружку.
- Видео она успела выложить, тут уже ничего не поделаешь. Пока резонанс не очень большой, но шума не избежать. Менеджер Джонни тоже уже в курсе. Мы с ним обсудили ситуацию. Стратегия такая. Отрицать ничего не будем. Да, начали карьеру с веб-драмы «Героин». Да, встретились на шоу после длительного перерыва. Решили поехать выпить вместе, вспомнить прошлое. Все.
- А прокатит? — поинтересовался Тимми. Внутри у него уже зудело желание быть пойманным с поличным, чтобы уже не надо было ничего скрывать, ничего выдумывать, умалчивать, недоговаривать.
- Если вы нигде больше не прокололись, то да. Вы вроде вполне сдержанно на этом видео себя вели. Слава богу, целоваться-обниматься не бросились.
Тимми подумал о прогулке за ручку по Ванфуцзин, но не стал ничего говорить.
Весь день он провел в студии. Записывал гитарную партию для песни, занимался сведением и аранжировкой. Пытался записать вокал для «Камикадзе», но получалось что-то не то. Тимми прогонял трек по сотому разу и все отчетливее осознавал, что песня раскладывается на два голоса. Он перебирал в уме тех, кого мог бы пригласить для исполнения второй вокальной партии, а сам понимал, что прямо-таки слышит, как эту партию поет Джонни. Тимми достал наушники и нашел в телефоне свой маленький плейлист на две песни. «Я не хочу никаких обещаний. Я просто хочу быть рядом каждый день» - пел Джонни слова Терезы Танг. А Тимми словно наяву услышал, как он пропел строки из его песни: «Я знаю — ты навечно со мной, ты будешь рядом со мной до конца». И решил, что обязательно заставит сегодня Джонни спеть для него. Пусть это будет один раз, но он должен услышать «Камикадзе» в исполнении Джонни.
Вечером он аккуратно упаковал любимую гитару и вышел из студии. В холле его уже караулило с десяток репортеров.
- Что вас связывает с Джонни?
- Вы вчера встречались с Джонни?
- Какие у вас отношения?
- Вы планируете играть в кино?
- Вас с Джонни сняли вчера вместе в вашей машине?
- Куда вы поехали?
Так и подмывало ответить: трахаться! Вопросы сыпались со всех сторон. Тимми нажал кнопку лифта и с улыбкой обернулся к журналистам.
- В юности мы с известным актером Джонни снялись в одной веб-драме. За время съемок мы подружились, но потом выпустили друг друга из вида, потому что занимались каждый своей карьерой. Вчера на шоу мы неожиданно встретились. Мы были рады увидеться. Поэтому мы решили где-то посидеть, вспомнить былые времена.
- Вы планируете встречаться с Джонни?
Тимми внутренне улыбнулся двусмысленности вопроса, но не стал давать поводов для сплетен:
- Мы еще увидимся на гала-концерте, а в дальнейшем будем поддерживать отношения насколько позволит работа.
В этот момент раскрылись двери лифта, и Тимми смог скрыться от надоедливых репортеров, пока они не перешли к более каверзным вопросам. Войдя в лифт, он перегородил проход гитарой, чтобы никому не пришло в голову сунуться следом. Он понимал, что внизу на стоянке будет второй раунд, поэтому планировал сразу заехать домой, чтобы не вести за собой «хвост» на съемную квартиру. В подземном паркинге все повторилось: и вопросы были практически идентичные, и ответил Тимми заученным текстом. Репортеры засняли, как он сел в машину и отстали.
В зеркале заднего вида Тимми засек парочку машин, следующих за ним по улицам почти не скрываясь. Сначала он их игнорировал, но чем дальше, тем больше они начинали раздражать. Конечно, каждый зарабатывает на жизнь, как умеет. Но это не означает, что Тимми будет терпеть. Что ж, у них такая работа, так пусть работают. Чувствуя себя Джеймсом Бондом, он резко свернул, по извилистому переулку вырулил к многоуровневой парковке, покружил по этажам, покинул ее через другой выезд, сделал петлю вокруг универмага и спустился в тоннель. Преследователей не было видно. И тогда Тимми подумал, что, наверное, можно воспользоваться отсутствием «хвоста» и прямо сейчас рвануть на квартиру, а не домой. Там ведь тоже скорее всего дежурят папарацци, и снова придется хитрить и отрываться от них. Натянув маску и надвинув пониже кепку, он купил еды на вынос в маленьком ресторанчике и отправился в их с Джонни укрытие. «Любовное гнездышко», как назвали бы его репортеры, подумал Тимми и засмеялся. Ему было все равно, как это называть, пока там ждал Джонни, это был - дом.