Глава 87. Неудачное искушение

Глава 87. Неудачное искушение

Как Тан Сяо ни крутил эту мысль в голове, всё равно чувствовал, что что-то не так. В конце концов, он решил проверить Гу Сюцзиня.

Тот всё ещё был в кабинете - наверное, из-за того самого звонка. После ужина он сразу поднялся наверх и до сих пор не выходил, даже не принимал душ.

Тан Сяо взглянул на часы на стене - было уже почти десять. Скоро Гу Сюцзинь, должно быть, придёт в спальню. И Тан Сяо нужно было придумать, как именно испытать его на «сексуальную холодность». Если подозрения подтвердятся - он не будет в претензии.

Он достал из шкафа халат. Обычно он носил просто пижаму, а такие лёгкие, свободные халаты он ни разу не надевал. Все они принадлежали Гу Сюцзиню. От этой мысли Тан Сяо тут же вспыхнул.

Разве это не слишком прямой намёк?

Он почувствовал себя неловко, но всё же решил - не важно. Он уже и так много об этом думал, и если не проверит, будет продолжать накручивать себя.

Переодевшись в халат, он спрятал снятую пижаму обратно в шкаф, потом вытер пот со лба. Хотя Гу Сюцзинь ещё даже не вошёл, Тан Сяо уже нервничал до такой степени, что вспотел весь.

Он поспешно включил кондиционер. Через десять минут температура в комнате опустилась, воздух стал прохладным и свежим, очень приятно. Только вот сам халат был неудобным - первый раз в нём, и он казался ему ужасно неловким.

**Щелк.**

Погружённый в свои мысли, он вздрогнул - дверь спальни внезапно открылась.

Вошёл Гу Сюцзинь. Увидев Тан Сяо, он сразу заметил, что тот был не в обычной пижаме. Халат сидел на нём свободно, болтался на плечах - видно было, что не по размеру. Это же... его халат?

Тан Сяо тут же напрягся:
- Старший... ты собираешься в душ?

Гу Сюцзинь с улыбкой в глазах подошёл к кровати, поднял с неё свой халат и спросил:
- Ты же обычно предпочитаешь пижаму. Почему сегодня решил надеть халат?

- Я... просто захотел попробовать, - заранее приготовленную отговорку Тан Сяо выдал без запинки. Это ведь и правда была не ложь - ему действительно было любопытно, правда ли халат удобнее пижамы, и вот он воспользовался возможностью.

- Если понравится, можем через пару дней купить тебе ещё, - сказал Гу Сюцзинь, улыбаясь, словно верил каждому слову.

- Не надо, я просто попробовать хотел. Всё равно пижаму больше люблю, - поспешно отказался Тан Сяо. Он знал, что стоит ему сказать «нравится», Гу Сюцзинь на следующий же день принесёт целую стопку новых халатов.

Гу Сюцзинь взглянул на него, но ничего не сказал и направился в ванную.

Тан Сяо с облегчением выдохнул и забрался в кровать. Первый шаг выполнен. Теперь второй. Всё он придумал сам. Хотел было спросить у Цюй Юя, как именно соблазнять Гу Сюцзиня, но потом подумал, что тот, наверное, уже спит - и передумал.

Когда Гу Сюцзинь вышел из ванной, он скользнул взглядом по комнате, пока не заметил подозрительно вздыбленное одеяло на кровати. С усмешкой подошёл, положил на прикроватную тумбу мокрое полотенце, которым только что вытер волосы, и потянул за плотно натянутое одеяло:
- Тан Сяо, что ты делаешь? Хочешь задохнуться?

Через несколько секунд из-под одеяла показалась взъерошенная тёмная голова, а за ней - раскрасневшееся от духоты лицо. Увидев Гу Сюцзиня, Тан Сяо отвёл взгляд, пряча глаза.
- Н-ничего...

Гу Сюцзинь, конечно, не поверил. Сегодня Тан Сяо ведёт себя слишком странно - совсем не так, как обычно. Тут явно что-то не так. Но он не стал давить. Несколько минут сушил волосы феном, а затем забрался под одеяло.

Тан Сяо слегка напрягся, почувствовав, как кровать под ним прогнулась.

Гу Сюцзинь, как обычно, обнял его за талию и притянул к себе, но на этот раз его пальцы наткнулись на нечто совсем непривычное - гладкую, мягкую, обнажённую кожу. Он на секунду замер и инстинктивно опустил взгляд на молодого человека в своих объятиях.

Тот лежал с закрытыми глазами. Неизвестно, от смущения или от волнения, но длинные чёрные ресницы дрожали. Он не смел взглянуть на Гу Сюцзиня, боясь, что с трудом набранная смелость тут же рассыплется в прах.

Уловив, что Гу Сюцзинь остановился, Тан Сяо, боясь сорвать всё, просто зажмурился сильнее и руками-ногами обвил его, прижавшись почти голым телом - халат он уже давно развязал. Обнажённая кожа соприкасалась, тела тёрлись друг о друга... И наконец он услышал над собой тяжёлое, прерывистое дыхание.

- Тан Сяо... не балуйся! - донёсся сдавленный голос Гу Сюцзиня.

Гу Сюцзинь тут же обхватил Тан Сяо, чтобы остановить его беспорядочные движения. Его голос был хриплым, сдавленным, будто он с трудом сдерживал какие-то желания.

Но Тан Сяо вместо того чтобы испугаться, наоборот - обрадовался. Похоже, его план почти удался. Осталось только надавить чуть сильнее - и всё станет ясно. Вот только... *что делать дальше*? На этом этапе его стратегия дала сбой.

Пока он растерянно колебался, ситуация в одно мгновение перевернулась - буквально. В следующий момент он оказался под Гу Сюцзинем, с прижатой к постели спиной.

- Вот ты какой... шалун, - прошептал тот, уткнувшись лицом в его шею. Тёплое дыхание обжигало ухо, и от одного этого ощущения у Тан Сяо вспыхнули щеки. Голос Гу Сюцзиня звучал ласково и притягательно, с какой-то хищной снисходительностью, и сердце у него забилось вдвое быстрее.

Теперь Тан Сяо совсем не знал, что делать дальше. Всё пошло слишком быстро. Он уже жалел, что не позвонил Цюй Юю за инструкциями.

Гу Сюцзинь приподнял голову и повёл взглядом вниз по его телу. Халат, который с самого начала был небрежно повязан, полностью сполз с плеча, открывая одну гладкую, белую половину груди.

Взгляд Гу Сюцзиня остановился на едва заметной, но явно возбуждённой точке на его теле. Она дрожала, как и её хозяин - беззащитная, смущённая, но в то же время соблазнительная. Настолько, что он просто не смог удержаться... и сделал то, что подсказывало желание.

Тан Сяо резко вздрогнул, распахнул глаза - не веря в происходящее. Но ощущения, что передавались от того места, которое Гу Сюцзинь теперь ласкал губами и языком, были слишком реальными, чтобы игнорировать. Стоило ему чуть опустить взгляд - и он увидел, как Гу Сюцзинь целует, лижет и чуть прикусывает его возбужденный сосок... Зрелище было настолько откровенным, что Тан Сяо едва не отпрянул, ему казалось, что даже воздух в комнате стал пошлым.

Он прикрыл лицо ладонью - хотя это только усилило ощущения. Его тело становилось всё более чувствительным. А главное - он ясно чувствовал, как под его бедром прижимается к нему горячая, напряжённая плоть Гу Сюцзиня.

Всё это вместе было неопровержимым доказательством: **Гу Сюцзинь вовсе не сексуально холоден**.

И Тан Сяо только сейчас осознал, **насколько большую ошибку он совершил**.

Он задрожал, и срывающимся голосом прошептал:
- Я...

Гу Сюцзинь внезапно слегка втянул в себя, и Тан Сяо больше не смог сдержаться - с губ сорвался стон. Даже во время прежних поцелуев он никогда не испытывал такого острого, всепоглощающего наслаждения. Его выгнувшееся тело будто само просило большего... но Гу Сюцзинь внезапно отстранился.

Тан Сяо внезапно почувствовал пустоту, а затем его руку потянули в сторону.

Лицо Гу Сюцзиня, казавшееся увеличенным, появилось прямо перед ним. Его глубокие, спокойные глаза пристально смотрели на него, и, словно зачаровывая, он произнёс:

«Разжёг огонь - сам и отвечай».

Сказав это, он наклонился и поцеловал его в губы - этот поцелуй был гораздо напористее и страстнее, чем когда-либо прежде.

Тан Сяо был настолько ошеломлён поцелуем, что его сознание помутилось. Обжигающий поцелуй поглотил все его звуки, не оставив ни единого. Когда именно его наполовину распахнутый халат был сорван, он и сам не заметил - на нём остались только одни боксёры, почти полная нагота.

Только когда Тан Сяо был уже на грани удушья, Гу Сюцзинь наконец отпустил его губы.

Тан Сяо, пребывая в полусонном состоянии, встретился взглядом с ним и в одно мгновение заглянул в пару черных глаз, полных желания и сдержанности. Его тело вздрогнуло: «С-старший...»

Гу Сюцзинь погладил его по щеке, легкий, словно касание воды, поцелуй опустился на его лоб, затем скользнул вниз по кончику носа, губам, подбородку, шее, ключице и дальше. Когда он начал лизать его пупок языком, другая рука скользнула к талии Тан Сяо, стягивая вниз последний кусок ткани.

Между ног юноши уже дрожала нежная плоть, вставшая во весь рост, с кончика капала кристально прозрачная жидкость. Когда Гу Сюцзинь протянул руку и сжал её, глаза Тан Сяо резко распахнулись.

Впервые уязвимое и чувствительное место оказалось в чужих руках, и волна еще более сильного удовольствия, словно электрический ток, мгновенно разлилась по всему телу. Молодой человек от наслаждения невольно хотел свернуться калачиком, будто не в силах вынести эту острую стимуляцию, а из уголков его глаз непроизвольно потекли слезы.

Гу Сюцзинь наклонился и поцеловал его слезы, их раскаленные тела тесно прижались друг к другу. Обычно спокойные и мудрые глаза теперь, казалось, пылали огнем всепоглощающего желания, отражая растерянное выражение лица Тан Сяо. Их взгляды переплелись, и что-то внутри, казалось, рухнуло.

Гу Сюцзинь медленно прикрыл глаза - его терпение достигло предела. Он вытащил из-под халата уже набухший до предела огромный член, положил его рядом с членом Тан Сяо, затем взял его руку, положил на него, и, обхватив своей рукой, начал направлять его движения.

Тан Сяо давно потерял рассудок от мучительного удовольствия. Молодой девственник, за одну ночь столкнувшийся с таким количеством стимуляции, уже не мог справляться с переполняющими его ощущениями.

Спустя неизвестное время Тан Сяо почувствовал, как внизу живота что-то сжалось, и возникло стремительное желание освободиться.

Но в самый последний момент, когда оставался лишь шаг до кульминации, кончик вдруг оказался заблокирован. Гу Сюцзинь прижался лицом к его шее, тяжело дыша и хриплым голосом произнося: «Подожди меня, вместе. . .».

Тан Сяо крепко обнял Гу Сюцзиня за шею, из его горла вырвался тихий всхлип. Он не понимал, о чем говорит Гу Сюцзинь, зная лишь, что отчаянно хочет разрядки, но что-то мешает ему, и от этого дискомфорта он невольно начал тереться ногами о тело над ним.

Гу Сюцзинь резко втянул воздух и наконец достиг пика. Когда он отпустил руку, два потока белой мутной жидкости вырвались одновременно.

Измотанный до предела Тан Сяо погрузился в полусонное забытье.

Гу Сюцзинь глубоко вздохнул, очистил их обоих и, обняв его, лег спать.