Глава 62. Поворот судьбы

Глава 62. Поворот судьбы

Он нанял кого-то, чтобы избить Линь Мэй?

Это - полная чушь.

Сначала, когда Чан Син сказал, что Линь Мэй сама призналась в своих махинациях, Тан Сяо был искренне удивлён. Но как только услышал продолжение, он сразу понял, в чём тут дело.

Она хотела сыграть на жалости Чан Сина и председателя. Ход на опережение - умный приём. Чжан Шаотянь был её родственником: даже если он знал, что она была не права, услышав, что её избили, наверняка испытал бы негодование. В такой ситуации, даже с уликами на руках, Тан Сяо оказался бы в невыгодном положении - в глазах начальства он уже не выглядел бы так невинно.

- Руководитель, а что именно Линь Мэй вам рассказала? Как она сказала, я её якобы избил?

Тан Сяо хотел узнать, какой именно версией событий она их "покорила".

Чан Син, увидев, что он спокоен и собран, слегка удивился.

Чжан Шаотянь выглядел недовольно. Он первым заговорил, и голос у него был резкий:

- Линь Мэй сказала, что ты выманил у неё признание, а потом, разозлившись на то, что она сделала, избил её до такого состояния. Сам посмотри на неё.

Тан Сяо заметил, что Линь Мэй сидела, но её частично заслонял Чжан Шаотянь, поэтому он не разглядел, есть ли у неё действительно травмы.

Когда Чжан отступил в сторону, он наконец увидел её "пострадавший" вид.

Правая нога Линь Мэй была в гипсе - не только голеностоп, но и вся голень была плотно замотана. Левая рука тоже была перебинтована, а правая - покрыта синяками и ссадинами. На первый взгляд - всё выглядело довольно серьёзно.

Тан Сяо едва сдержал смешок.

Вчера у неё был только вывих ноги, а сегодня - уже гипс, синяки, перебинтованные конечности. Ради того, чтобы втоптать его в грязь, Линь Мэй была готова калечить саму себя. Вот уж действительно - в ход пошло всё.

Тан Сяо спокойно сказал:

- Я её не бил. Вчера она пыталась вырвать у меня диктофон, побежала и сама вывихнула ногу. Если уж на то пошло, я её даже пальцем не тронул.

- Раз ты её не бил, - раздражённо нахмурился Чжан Шаотянь, - то откуда тогда все эти травмы? Что, по-твоему, она и это выдумала, чтобы тебя оклеветать?

- Почему бы и нет? - спокойно ответил Тан Сяо. - Любой, кого прижали к стенке, в первую очередь думает, как себя выгородить. Как по мне, Линь Мэй испугалась, что я обнародуют её подставу, поэтому нарочно довела себя до такого состояния, чтобы выглядеть как жертва и вызвать у вас сочувствие.

- Тан Сяо, я действительно подставила тебя с этими данными, - вдруг заговорила Линь Мэй, уже с видом страдалицы. - Я призналась в этом председателю, сказала, что это моя вина, обещала извиниться. Меня на тот момент будто бес попутал, я натворила глупостей... У тебя есть доказательства, я не отрицаю. Но тебе и этого было мало - ты ещё и людей нанял, чтобы меня избить. Я признаю, я это заслужила, пусть так, но на этом давай всё и закончим: я подставила тебя, ты избил меня - считай, мы квиты.

Она говорила жалобным голосом, изображая раскаяние, но Тан Сяо уже не мог переносить её эту фальшивую игру.

Он с холодной прямотой ответил:

- Я не приму твоих извинений. Потому что ты придумала обвинение, которого не было. Я не нанимал никого, чтобы тебя избивать. И не собираюсь признавать то, чего не делал. Можешь не продолжать играть - ты и я прекрасно знаем, как всё было на самом деле.

Линь Мэй всхлипнула:

- Прости меня, Тан Сяо... Я знаю, что сильно тебя ранила, я правда сожалею...

- Тан Сяо, - вмешался Чан Син, тяжело вздохнув, - раз уж она извинилась, давай закроем эту тему. За то, что она тебя подставила, я сам тебе всё компенсирую. Видишь, она уже наказана - ей и так нелегко. Но я не позволю, чтобы ты оставался виноватым, не беспокойся об этом.

Тан Сяо нахмурился. Даже Чан Син начал становиться на её сторону. А уж что говорить о Чжане - он, как родственник Линь Мэй, наверняка и так был пристрастен. Похоже, что бы он ни говорил, они всё равно не поверят, что он не причастен к нападению.

Он глубоко вдохнул:

- Руководитель, мне бы очень хотелось просто ответить "хорошо", но, извините, я не могу.

Он был уверен: даже если никто ему не верит - он всё равно не признает того, чего не делал.

Чан Син и Чжан Шаотянь одновременно нахмурились.

Линь Мэй, воспользовавшись тем, что никто не смотрит, бросила в сторону Тан Сяо злобно-торжествующую улыбку. Её взгляд был полон вызова.

И вдруг - в кармане Тан Сяо зазвонил телефон.

Мелодичный рингтон зазвучал, и Тан Сяо на секунду застыл. Он достал телефон и, как и ожидал, увидел на экране имя: Гу Сюцзинь.

Немного поколебавшись, он подошёл к двери и только там ответил на звонок.

- Почему так долго? - раздался в трубке знакомый голос.

Тан Сяо и сам понимал - Гу Сюцзинь, должно быть, позвонил, потому что он так долго не возвращался и дело всё ещё не было улажено. И правда - как в воду глядел.

- Старший, просто... кое-что пошло не так...

- Что случилось?

Тан Сяо вкратце изложил всё, что произошло.

На той стороне повисла тишина, а затем:

- Подожди меня.

Перед тем как звонок оборвался, Тан Сяо отчётливо услышал, как захлопнулась дверца машины.

Когда он вернулся в кабинет, Чан Син, заметив, что он закончил разговор, слегка нахмурился, но мягко спросил:

- Тан Сяо, если у тебя есть какие-то дела...

- Руководитель, - перебил его Тан Сяо, - сейчас поднимется мой друг. Он может подтвердить мои слова.

Линь Мэй тут же закатила глаза и закричала, изображая испуг:

- Это он! Это тот самый человек, которого Тан Сяо вчера привёл, чтобы избить меня! Они ведь вчера вместе ушли после того, как избили меня!

Тан Сяо: ...
Вот же бесстыжая!

Чжан Шаотянь хмурился всё сильнее.

Прошло меньше трёх минут, как в дверях офиса появился Гу Сюцзинь. В тот же миг лицо Чжан Шаотяня, до этого слегка раздражённое, будто застыло - он взглянул на вошедшего и явственно напрягся.

Чан Син тоже остолбенел, а затем поспешно подошёл, лицо его сияло:

- Генеральный директор Гу? Вы... вы как тут оказались?

Лицо Линь Мэй тут же побледнело.

Гу Сюцзинь холодно скользнул взглядом по Линь Мэй и произнёс:

- Услышал, что у вас в компании некая сотрудница по имени Линь Мэй заявила, будто я с Тан Сяо вчера избили её. Так вот, решил сам посмотреть - до какого состояния её там якобы избили.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Чан Сина. Он только сейчас осознал, что "друг", о котором говорил Тан Сяо, - это никто иной, как генеральный директор корпорации "Шэнтэн", Гу Сюцзинь.

Теперь всё встало на свои места - объяснений не требовалось.

Президент "Шэнтэн" будет избивать рядовую сотрудницу страховой компании? У него столько способов стереть её с лица земли в пределах одного города, что прибегать к насилию было бы не просто бессмысленно - это выглядело бы как низкопробная выходка. Такой человек не стал бы мараться подобным.

Когда Чан Син увидел, как у Линь Мэй побелело лицо, он окончательно понял, кто здесь врёт. Мысль о том, что он поверил её словам и даже усомнился в невиновности Тан Сяо, наполнила его стыдом. Особенно учитывая, что вчера он сам звонил Тан Сяо и уверял, что верит ему.

- Что ж молчим? - Гу Сюцзинь окинул всех троих пронзительным взглядом, в котором читалась угроза.

Чжан Шаотянь натянуто улыбнулся и поспешно заговорил:

- Недоразумение, всё это недоразумение, господин Гу...

- Господин Чжан, - безразлично перебил его Гу Сюцзинь, - не думаю, что обвинения в мой адрес можно просто так списать на «недоразумение».

Он бросил ледяной взгляд в сторону Линь Мэй:

- Раз уж вы так явно покрываете свою родственницу, то я не буду спорить. Но и Тан Сяо здесь больше работать не будет. Более того... мне стоит пересмотреть вопрос нашего сотрудничества.

Лицо Чжан Шаотяня побледнело. Чан Син тоже сильно изменился в лице.

Гу Сюцзинь будто не замечал их реакций и повернулся к Тан Сяо:

- Пойдём.

- Господин Гу, подождите! Пожалуйста, выслушайте меня... - поспешно вмешался Чан Син.

Гу Сюцзинь, не обращая ни на кого внимания, взял Тан Сяо за руку и просто увёл его.

Только сейчас двое - Чжан Шаотянь и Чан Син - поняли, что недооценили Тан Сяо. Он сумел заключить сделку с Шэнтэн, и если бы не знал лично Гу Сюцзиня, с чего бы такой влиятельной компании вообще сотрудничать с Аньи?

Чан Син бросился за ними, но остановить не смог - Гу Сюцзинь даже не стал его слушать.

В офисе.

Чжан Шаотянь, не сдержавшись, с силой ударил Линь Мэй по лицу. На щеке мгновенно проступил яркий след от ладони, и от удара лицо сразу распухло.

Он был в ярости. Если бы не эта женщина, подговорившая его мать заступиться за неё, он бы не поверил ни единому её слову. В итоге же - из-за неё он поссорился с генеральным директором Шэнтэн.

- Убирайся! - выкрикнул он. - Чтобы я тебя больше не видел! Всё, что с тобой связано, я сам объясню маме. И не смей больше ей звонить, иначе не вини меня, если я от тебя откажусь даже как от знакомой!

- Шаомин, я была не права... Пожалуйста, дай мне ещё один шанс... Не говори об этом пятой тёте, хорошо? - Линь Мэй, закрыв лицо рукой, разрыдалась. Если бы она знала, что Гу Сюцзинь - это президент Шэнтэн, ни за что бы не посмела так поступить.

Чжан Шаотянь был в бешенстве. Он немедленно вызвал охрану с первого этажа, и те без церемоний вынесли Линь Мэй из офиса.

Руки и ноги у неё были в гипсе, и в таком состоянии охрана просто бросила её у входа в здание.

Если бы это произошло не в рабочее время, толпа зевак собралась бы моментально.

Линь Мэй очень дорожила своей репутацией, поэтому тут же позвонила матери. Но некоторые прохожие всё же заметили её - взгляды были полны недоумения и насмешки. Только через пятнадцать минут подъехала машина и увезла её.