Глава 29: Если бы ты была мужчиной

—

Когда Тэн Юнь услышал слова Сюэ Цзюньляна, ему захотелось рассмеяться. Конечно же, король всегда хотел обладать всем, даже отрядом в тысячу солдат, который он не мог отпустить. Кроме того, Сюэ Юй привел с собой тысячу солдат; эти солдаты должны быть его главным источником силы и его верными помощниками.

Сюэ Цзюньлян намеренно хотел дать императрице решить неразрешимую проблему. Он своими собственными глазами видел, что императрица и Сюэ Юй только что разговаривали. Он был уверен, что она никогда не найдет решения, и поэтому не мог доказать, что у нее и Сюэ Юя нет никаких связей.

Но он никогда бы не подумал, что императрица действительно улыбнется.

Он уже знал, что эта императрица умна, но какой бы умной она ни была, она все равно оставалась женщиной императорского гарема. Покорные и послушные женщины ничего не знают о военной тактике.

Но Сюэ Цзюньлян не знал Тэн Юня. Может быть, Тэн Юнь и мог молча переносить трудности, но он всегда был талантлив и дальновиден. Когда дело дошло до соперничества за благосклонность с другими женами Сюэ Вана, он предпочел сидеть спокойно. Но когда дело доходило до военных действий и военной тактики, никто не был более способным, чем Тэн Юнь.

«Ваше Величество может просто силой захватить его солдат, нужно всего лишь несколько слов», - сказал Тэн Юнь.

Сюэ Цзюньлян сказал: «Я хочу, чтобы Сюэ Юй не смог отказаться».

«Когда ты чего-то хочешь, ты должен сначала что-то дать. С давних времен ни один правитель не давал кому-то милостей просто так. Если Ваше Величество хочет забрать солдат Маркиза Чжэньцзяна, почему бы вам сначала не дать ему чего-нибудь сладкого?»

Только после этих нескольких фраз разум Сюэ Цзюньляна прояснился, и он уже мог видеть, что собирается делать, но ему все еще хотелось услышать больше от императрицы, поэтому он сказал: «Продолжай».

«Цель приезда Маркиза Чжэньцзяна в столицу состоит в том, чтобы провести церемонию поклонения предкам. После церемонии он вернется на границу. Прежде чем он вернется, Ваше Величество может провести военную оценку и решить, что его солдаты недостаточно хороши. Тогда Ваше Величество может передать от двенадцати до двадцати человек из вашей личной императорской гвардии для сопровождения Лорда Маркиза».

Услышав это, Сюэ Цзюньлян не смог сдержать улыбки: «Я никогда не предполагал, что Айфэй окажется такой хитрой».

«Это всего лишь мысль, - сказал Тэн Юнь. - Ваше Императорское Величество вручает свою личную Имперскую Гвардию, это такая большая услуга тому, кто ее получает. Лорд Маркиз не сможет сказать «нет».

«Хорошо, тогда я могу использовать эти двенадцать-двадцать человек Имперской Гвардии в обмен на тысячу солдат, это действительно хорошая сделка».

Сюэ Цзюньлян протянула руку, чтобы поймать несколько распущенных волос на щеках императрицы и заправить их за ухо. Его прикосновение было очень нежным. «Я никогда не думал, что у меня будет женщина, которая не только обладает интеллектом, не уступающим мужскому, но и очень изобретательна, как моя императрица».

Услышав эти слова, сердце Тэн Юня похолодело. Используя свою нынешнюю личность Великой Принцессы страны Фэн, чтобы говорить о военной тактике, он определенно привлечет подозрения.

Однако Сюэ Цзюньлян не стал продолжать удивляться необычным знаниям императрицы, а вместо этого открыл новую тему: «Я почти забыл о другом... Приближается дата трехлетнего отбора. Я хочу, чтобы Айфэй помогла мне организовать и контролировать мероприятие, чтобы оно прошло гладко в соответствии с правилами».

[Трехлетний отбор: отбор императорских гаремных дам (супруг, наложниц и жен), который проводился один раз в три года.]

Сюэ Цзюньлян подумал, что императрица будет нервничать, когда услышит о трехлетнем отборе. В конце концов, у императрицы все еще не было ребенка, на которого можно было бы положиться, и она даже не согласилась лечь с ним в постель. Услышав о трехлетнем отборе, она должна была бы почувствовать кризис.

Но выражение лица императрицы не изменилось; она казалась совершенно спокойной и безразличной, как будто трехлетний отбор не касался ее лично.

Это окончательно запутало Сюэ Цзюньляна... Независимо от того, насколько уверенно чувствует себя жена в своем положении в Императорском гареме, она будет вынуждена сделать свое положение еще более безопасным. Если бы у нее было честолюбие, она непременно попыталась бы подняться выше других жен. Но эта императрица никогда не была такой.

Сюэ Цзюньлян уставился на Тэн Юня прищуренными глазами, полуулыбчиво наполовину серьезный и сказал: «Когда ты со мной, я всегда чувствую, что тебя так трудно читать».

Тэн Юнь рефлекторно замер. Никто не знал, что он занимал тело и личность Великой Принцессы страны Фэн. Даже самый верный друг Тэн Юня, Тэн Шан, не знал этого. Услышав слова Сюэ Цзюньляна, сердце Тэн Юня начало учащенно биться, думая, что, возможно, Сюэ Цзюньлян узнал об этом.

Но ведь это должно быть невозможно, верно? Императрица и великий полководец вражеской страны были слишком разные, люди не должны быть в состоянии связать одного человека с другим.

Сюэ Цзюньлян добавил: «Видишь ли, ты даже не позволяешь мне прикоснуться к тебе. Другие жены курили благовония три раза в день, молясь, чтобы я всегда оставался рядом с ними. Я уже знаю, что ты умна, но ты более осведомлена, когда говоришь о стратегиях. Как и сейчас, ты выглядела готовой к походу в бой... Но потом я заговорил о другом, и ты немедленно отступила назад».

Полный веселья, он спросил: «Или Айфэй ошиблась при рождении? Если бы ты родилась мужчиной, сейчас ты, должно быть, была бы очень талантливым военным генералом».

Руки Тэн Юня в рукавах были сжаты в кулаки, когда он боролся с дрожью.

Сюэ Цзюньлян обнял Императрицу и подумал, что та дрожит от холода. Он сказал: «Тебе холодно? Страна Фэн расположена на юге, я думаю, что тебе будет трудно приспособиться к здешней погоде... Но разве у вас там нет снега?»

Тэн Юнь ответил, не задумываясь: «Нет...»

Страна Фэн была расположена на юге страны Сюэ, как и страна Тэн. Но погода в Фэн была не такой теплой, как в Тэн, и зимой там все еще шел снег. За всю свою жизнь Тэн Юнь лишь однажды видел снег. В то время он был в приподнятом настроении, он победил Маркиза Ваньняня из страны Сюэ на границе страны Сюэ. В тот год шел сильный снег. Это был единственный раз, когда Тэн Юнь видел снег.

Осознав свою ошибку, Тэн Юнь быстро поправил: «Не очень часто».

Сюэ Цзюньлян, в конце концов, все еще сомневался в связи императрицы с Сюэ Юем.

Два человека, обнимающиеся в маленьком павильоне, создавали такое приятное зрелище, но в глубине души каждый скрывал беспокойство.

—

В конце концов, маркиз Чжэньцзян все еще был членом королевской семьи, прямым потомком короля. Хотя Сюэ Цзюньлян и не любил его, ему все равно приходилось притворяться, что он относится к младшему брату с теплотой и добротой. Видя это, придворные чиновники не посмели нагрубить Маркизу Чжэньцзяну. После обмена тостами придворные чиновники подошли к маркизу и попросили его посетить их дома, чтобы поесть.

Выпив вина на банкете, Сюэ Юй не должен был возвращаться домой верхом на лошади, поэтому чиновники тактично приготовили паланкин, чтобы отвезти его домой. Они также подумывали о том, чтобы послать несколько красивых девушек сопровождать Сюэ Юя, но Сюэ Юй был таким эрудированным и скромным, что не выглядел так, будто ему нравилось предаваться мирским удовольствиям. В конце концов, Сюэ Юй принял только паланкин.

Сюэ Юй откинулся на спинку своего паланкина и открыл занавеску, закрывавшую боковое окно. Он увидел кого-то в лунно-белой одежде, идущего по улице. Мягко улыбаясь, он сложенным веером постучал в дверь паланкина. Носильщик у каждого подножия паланкина остановился.

Сюэ Юй не спускался вниз. Он высунулся в окно, чтобы рассмеяться и крикнуть: «Господин Тэн, вы все еще помните меня?»

Тэн Шан вдруг услышал, как кто-то зовет его по имени, и остановился. Он обернулся и увидел молодого джентльмена. Лицо молодого человека слегка покраснело, возможно, он выпил несколько рюмок, и он улыбался.

В голове у Тэн Шаня вспыхнуло смутное признание, но он сдержал свое удивление. Затем его взгляд скользнул по великолепию паланкина.

Сюэ Юй ехал верхом на лошади, когда пришел на банкет, а когда вернулся, то, естественно, приказал людям отвести его лошадь назад. Иерархия и система ранжирования страны Сюэ были очень строгими. Разделение между прямыми линиями королевской семьи и их ветвями строго регламентировалось.

Тэн Шану достаточно было одного взгляда, чтобы понять положение Сюэ Юя в королевской семье страны Сюэ.

Увидев, что Тэн Шан не удивлен их встречей, Сюэ Юй улыбнулся и поднял бровь: «Мы давно не виделись с господином Тэном, как насчет того, чтобы пойти в чайный домик и поговорить?»

—

Цель приезда маркиза Чжэньцзяна в столицу состояла в том, чтобы отдать дань уважения его предкам. Когда покойный король умер, Сюэ Юй был на северной границе, решая конфликт, и не мог вернуться домой, чтобы сопровождать покойного короля в его последние дни. В конце концов он так и не вернулся.

Когда покойный король был еще жив, он особенно обожал младшего принца, который был намного моложе своих старших братьев. Маркиз Чжэньцзян признался, что чувствует себя виноватым и сожалеет, поэтому он хотел вернуться и провести церемонию поклонения и попросить прощения.

Конечно, церемония поклонения предкам не была чем-то таким, что можно было бы сделать в любой момент, потому что требовались некоторые передвижения; поэтому она считалась особым событием.

На этот раз Сюэ Цзюньлян тоже пойдет и примет участие в церемонии, что сделает это событие еще более особенным. Все были заняты подготовкой к мероприятию, им также нужно было упаковать еду. Место, куда они направлялись, было не так уж далеко, но всегда лучше было приготовить достаточно еды для всех.

Они должны были отправиться в путь на следующий день. Сюэ Цзюньлян приведет с собой наследного принца и императрицу. Среди обитателей внутреннего гарема была приглашена только императрица; это разочаровало всех остальных супруг и жен.

В ту ночь шел снег и дул сильный ветер. В мгновение ока земля была полностью покрыта снегом.

С тех пор как она услышал план, составленный Цзяо Шуй, Тэн Цяньи с нетерпением ждала исполнения этого плана. Ранее в тот же день она узнала, что Сюэ Ван разрешил только императрице идти с ним. Движимая ненавистью и негодованием, она решила, что сегодня был идеальный день. Так уж случилось, что погода была очень благоприятной: падал сильный снег и ветер дул достаточно сильно.

Тэн Цяньи заставила нескольких дворцовых служанок выполнить первую часть плана. Когда служанки вернулись, Тэн Цяньи немедленно отправила их на верную смерть. Она обвинила их в том, что они грязные воры, которые украли ценности своей хозяйки. Боясь, что о них доложат и казнят, дворцовые служанки повесились.

На следующий день на рассвете дворцовые служанки и слуги отправились убирать двор. Вчера вечером снег еще не убрали, и он начал скапливаться на заднем дворе Ее Величества Императрицы. Они сразу же начали расчищать снег, и вот тогда-то и обнаружили под деревьями кукол в форме людей.

Тэн Цяньи, ненавидя тот факт, что Сюэ Ван благоволит только императрице, сделала несколько кукол, очень похожих на Маркиза Чжэньцзяна. Она также сделала несколько кукол, одетых в черные мантии, и порезала их ножом.

Цзян Юй, которого Тэн Юнь только что отослал обратно, услышал, как кто-то бежит за ним, чтобы доложить о случившемся. Он замер, как будто его с головы до ног окатили холодной водой, но потом успокоился, пытаясь убедить себя, что беспокоиться не о чем.

Он вошел и доложил о случившемся, низко склонив голову. Сюэ Цзюньлян выслушал доклад от начала до конца, не меняя выражения лица.

Цзян Юй не осмеливался произнести ни единого слова, помогая Сюэ Вану переодеться. Но через некоторое время он уже не мог сдерживаться и спросил: «Ваше Величество, не следует ли нам отложить отъезд?»

Сюэ Цзюньлян издал странный смешок: «Неужели мы должны откладывать отъезд только из-за такого пустяка?»

«Нет, нет... Этот старый слуга невежествен».

Сюэ Цзюньлян взмахнул своими рукавами и сказал: «Как скоро мы должны будем уехать?»

«Отвечая Вашему Величеству, есть еще один Шичэнь».

«Эн, - кивнул Сюэ Цзюньлян. - Давай сначала отправимся во дворец Юньфэн».

—

Было еще очень рано, но в Императорском гареме уже вовсю кипела жизнь. Сюэ Ван поспешил во дворец Юньфэн и призвал всех своих супруг и жен тоже собраться там. Все слышали об инциденте с куклами сегодня утром, и если прямо в это время Сюэ Ван хотел, чтобы все они были здесь вместе, то причина не должна быть хорошей.

Супруги и жены не смели медлить, опасаясь вызвать гнев Его Величества. Когда Сюэ Цзюньлян прибыл во дворец Юньфэн, все его супруги и жены уже были там. Они тут же опустились на колени, чтобы поприветствовать его.

Сюэ Цзюньлян был одет великолепно. Одежда, которую он носил, была особенной для церемонии поклонения предкам, естественно, она была самой сложной и наиболее подходящей для его статуса Верховного монарха.

Он прошел прямо в главную комнату, не обращая внимания на супруг и жен, стоявших на коленях на полу, подойдя к огромному креслу он сел в него.

Усевшись, Сюэ Цзюньлян улыбнулся и сказал: «Императрица, подойди и сядь рядом со мной», - он похлопал по сиденью рядом с собой.

Как только он это сказал, все остальные занервничали. Очевидно, этот инцидент был связан с императрицей, но Сюэ Ван позволил ей сесть рядом с ним? Может ли быть так, что Сюэ Ван узнал и планировал убить преступника?

Тэн Юнь поблагодарил Сюэ Вана и подошел, чтобы сесть.

Сюэ Цзюньлян сказал: «Вчера был сильный ветер и сильный снег. Я приказал Цзян Юю принести теплую одежду во дворец Юньфэн. Вы все знаете, что он тогда увидел?»

Он сказал это так убедительно, как будто это была правда. Тэн Цяньи, все еще стоявшая на коленях на полу, была так напугана, что чуть не упала в обморок. Если бы не Цзяо Шуй, поддерживающая ее, она боялась, что ее сразу же раскусили бы.

Сюэ Цзюньлян мягко улыбнулся: «Я слышал, как люди говорили, что король страны Сюэ - тиран, у него нет сердца и чувств, и он обращается с людьми безжалостно и подло... Я занимался самоанализом, похоже, что для того, чтобы быть сострадательным правителем, нужно быть более понимающим к чувствам людей в решении дел. Так что на этот раз, кто бы ни был виновником, я хочу, чтобы вы сами признались».

После его речи Дворец Юньфэн погрузился в тишину, как и все остальные. За спиной Сюэ Цзюньляна Цзян Юй увидел, что он обильно потеет, потому что вчера ему не приказали идти во дворец Юньфэн...

Тэн Юнь тихо сидел, обводя взглядом всех супругов и жен, стоявших на коленях на полу; все они низко опустили головы и закрыли рты.

Выражение лица Сюэ Цзюнляна слегка изменилось, как будто он вдруг что-то вспомнил. Он повернулся к императрице и ласково сказал: «В последнее время погода была холодная, ты должна хорошо заботиться о себе, не изнурять себя, готовясь к отбору».

Тэн Юнь мысленно усмехнулся. Сюэ Цзюньлян, несомненно, был очень способным человеком. Он только что угрожал и говорил так зловеще. Затем он выразил беспокойство по поводу императрицы, хотя Тэн Юнь видел, что эти слова на самом деле предназначались для всех дворцовых служанок.

Сюэ Цзюньлян намеревался дать знать дворцовым служанкам, что приближается трехлетний отбор, и предложить дополнительные услуги тем, кто сознается. Если бы дворцовые служанки были умны, они бы сразу поняли, какая это хорошая возможность.

Тэн Юнь уже собирался ответить на напоминание Сюэ Цзюньляна, но тут услышал тихий крик.

Цзяо Шуй опустилась на четвереньки и отчаянно поползла вперед. Затем она обняла щиколотки Тэн Юня и завыла: «Да Ван, Императрица, пожалуйста, спасите эту слугу!»

—