Глава 11
26 АПРЕЛЯ 2012
Последний урок закончился, и мы вышли на школьное крыльцо.
Солнце уже клонилось к закату, воздух был тёплым, почти летним. Пахло весной — сырой землёй, первой зеленью, бензином от школьных автобусов. Где-то на парковке сигналила машина, кто-то смеялся, кто-то кричал «пока, до завтра».
Я смотрела на всё это и не чувствовала ничего.
Мы шли к остановке. Кристи смотрела на дорогу, я — под ноги, не поднимая глаз.
— Ты как? — спросила Майя тихо.
— Пойдёт, — ответила я, пожав плечами.
— По твоему заплаканному лицу и видно, — бросила Кристи.
— Кристи! — одёрнула её Майя.
Кристи закатила глаза, но промолчала. Только сжала губы, будто сдерживала ещё сто фраз, которые вертелись на языке.
Майя взяла меня за руку. Её ладонь была тёплой, уютной. Пальцы тонкие, чуть влажные.
— Молли, он тебя не достоин, — сказала Кристи, не глядя на меня. — Забудь его.
Было бы так просто, — подумала я. Забыть. Вычеркнуть. Не думать.
Но после того дня я вообще не могла ни о чём другом.
Мысли снова пошли по кругу. Я сжала пальцы, вцепилась в лямку рюкзака. Кожаные лямки были стёртыми, мягкими. Я тянула их вниз, натягивала, чтобы боль в плечах перекрыла боль внутри.
— Всё наладится, — прошептала Майя и обняла меня.
Я прижалась к ней на секунду. Хрупкая, маленькая, — она была такой тёплой, такой настоящей. Я почувствовала, как внутри что-то оттаивает. Совсем чуть-чуть. Как будто лёд тронулся, но ещё не растаял.
Потом она отстранилась. Помахала нам и побежала к парковке, где её уже ждала мама в машине. Белая «Шкода» стояла у самого выхода, фары мигнули два раза. Майя открыла дверь, скрылась внутри.
Машина уехала. Кристи повернулась ко мне.
— Если хочешь, я могу что-нибудь узнать у Эндрю про него? — сказала она.
Я покачала головой.
— Нет, не нужно. Мне нужно... — я запнулась, подбирая слова. Горло сжалось. — Мне нужно забыть его.
Кристи пожала плечами и ничего не сказала. Но я видела, как она кусает губу. Ей хотелось вставить какую-нибудь колкую фразу — про «я же говорила», про «такие парни не меняются», про «ты найдёшь ещё лучше него».
Но она сдержалась. Просто стояла рядом и молчала.
— Ну, мне пора, — сказала я.
Кристи подошла, обняла. Крепко, почти больно. Я чувствовала её ключицы, её дыхание у своего уха.
— Я с тобой всегда, — сказала она. — И я люблю тебя.
— Я знаю, — голос дрогнул. — Я тоже.
В глазах защипало. Я отвернулась, чтобы она не увидела. Сделала вид, что поправляю волосы.
Я зашла в автобус.
Достала наушники. Старые, белые, проводные — когда я дёргала их, звук пропадал в левом ухе. Я плюнула на это, включила свой плейлист.
Села у окна.
Автобус тронулся. Мимо проплывали дома, деревья, редкие прохожие. Кто-то спешил с работы, кто-то вёл ребёнка за руку, кто-то курил на скамейке, глядя в одну точку.
Солнце уже село. Небо наливалось густой синевой. Где-то за горизонтом ещё теплилась оранжевая полоса, но город уже погружался в сумерки.
Фонари зажигались один за другим. В их свете капли на стекле блестели как слёзы.
Он мне не нужен. Он меня не достоин.
Я прошептала себе под нос, глядя на мелькающие огни.
Но внутри, где-то глубоко, я знала — это не так.
Я зашла домой. Дома было тихо.
Мама, наверное, ещё на работе. Лана у подруги. Я зашла в свою комнату, бросила рюкзак на пол.
Я встала. Подошла к окну.
Как в тот самый вечер. Когда он стоял сзади, обнимал меня за талию, уткнулся носом в мои волосы. Я зажмурилась. Выдохнула.
Я забуду его.
Не вычеркну. Не вырву с корнем. Просто — забуду. Перестану ждать. Перестану смотреть на каждую чёрную машину. Перестану просыпаться и первым делом тянуться к телефону.
— Прощай, Нейт, — прошептала я.
И поверила, что это в последний раз.