Глава 196 Палец двигался

Тон Фэн Цзиня казался очень оживленным: "Я связался с экспертом по китайской медицине, и он предложил мне попробовать иглоукалывание..."

Фэн Цзинь повернул голову, чтобы посмотреть на Гу Цинрана, его глаза сверкали: "На прошлой неделе его указательный палец правой руки немного пошевелился, Брат Гу, я думаю, он скоро проснется".

Гу Цин бросил взгляд на Линь Яня, лежащего на кровати, на мужчину, который был моложе его, который спокойно лежал там.

Яркий солнечный свет за окном заливал его лицо мягким светом.

Хотя он лежал уже больше года, он не мог двигаться или говорить, но на его лице не отражалось никакой боли.

Сердце Гу Цина в этот момент сжалось.

Если бы Линь Янь все еще был в сознании, что бы он подумал?

Видя, что покрытый шрамами Фэн Цзинь был последним человеком в мире, который сражался за него, насколько сильно он должен сожалеть?

Чем больше Гу Цин думал об этом, тем больше ему становилось не по себе. Сделав еще два шага к кровати, он увидел, что в руке Линь Яня было много крошечных дырочек.

После слишком долгого лежания в постели кожа Линь Яня стала очень бледной, почти прозрачной, что делало его кровеносные сосуды очень заметными, а его руки были в два раза тоньше, чем у Гу Цинрана.

Увидев, что Гу Цинран пристально смотрит на Линь Яня, Фэн Цзинь смущенно спрятал руку Линь Яня обратно под одеяло.

Гу Цин поднял брови: "Не коли его без разбора. Что, если ты сделаешь неверный ход?"

Фэн Цзинь был немного стеснен: "Это не просто так, всему этому меня научил доктор...Я также прочитал много книг, и я знаком с этим".

"Так ли это?"

Фэн Цзинь прижал Гу Цинрана к кровати и сел, положив руки на плечи Гу, надавливая немного сильнее: "Это называется точкой покалывания в плече, и с помощью нее можно расслабиться".

Гу Цинран словно открыл в себе второе дыхание, его спокойные глаза сузились, а затем он пнул Цзян Ичэня с криком: "Научись от него немного!"

Цзян Ичэнь действительно закатал манжеты, отодвинул Фэн Цзиня в сторону, и начал надавливать ладонями на плечи Гу Цинрана.

"Что!"

Гу Цин издал крик.

"Цзян Ичэнь, ты хочешь убить своего мужа?"

Цзян Ичэнь не сдержал смеха, и уголки его рта дернулись вверх.

Гу Цин был взволнован и обеими лапами бросился на Цзян Ичэня: "Нет, Сяо Цзянцзян, я разобью тебя..."

Цзян Ичэнь не был глуп, и они вдвоем вышли из спальни.

Фэн Цзинь лишь улыбнулся, но больше не мог смеяться.

Он не мог удержаться и взглянул на Линь Яня, который все еще был тих и неподвижен. Услышав шум Гу Цинрана и Цзян Ичэня из гостиной, в его глазах появилась легкая зависть.

Через некоторое время он вздохнул, встал и сказал: "Погода сегодня хорошая. Погрейся на солнце. Если ты почувствуешь, что солнце ослепляет, позови меня". Как обычно, Фэн Цзинь встал у кровати и подождал несколько секунд. Убедившись, что человек на кровати не даст ему никакого ответа, он закрыл дверь спальни. Гу Цин и Цзян Ичэня ушли после ужина.

Фэн Цзинь собрал посуду и связался с медсестрой.

Днем он собирался в аптеку, и его не было дома. Хотя он знал, что с Линь Янем ничего не случится, даже оставь он его одного на целый день, но он всегда беспокоился.

Поэтому, когда он выходил, он всегда обращался к медсестре, чтобы та помогла позаботиться о Линь Яне.

Фэн Цзинь сел в машину и не спешил уезжать, а включил монитор на своем мобильном телефоне.

Он установил монитор в углу спальни, во-первых, чтобы видеть ситуацию Линь Яня, а во-вторых, чтобы убедиться, что сиделка не будет оскорблять Линь Яня после того, как он уйдет.

Тот факт, что над Линь Янем издевались в пансионате, наложил на Фэн Цзиня большую психологическую тень.

Фэн Цзиня не было дома, и ему приходилось проверять систему наблюдения почти каждые двадцать минут, параноидально.

Получив лекарство, Фэн Цзинь снова посмотрел на монитор в машине. Он целую минуту смотрел на содержимое монитора. Когда он собирался закрыть его, он вдруг мельком увидел указательный палец правой руки Линь Яня, тот слегка изогнулся.

Фэн Цзинь был застигнут врасплох.

Затем он яростно схватил свой телефон!

Он двинулся...

Он двигался?

Он просто пошевелил пальцем!

Рука Фэн Цзиня чуть не раздавила маленький мобильный телефон, его сердце бешено колотилось в левой части груди, и кровь бешено прилила обратно в мозг. Она была готова вырваться из его вен. Его глаза уже были шокирующе красными.

Дрожащими руками он выключил телефон, а затем отчаянно погнал машину обратно. Как только машина остановилась внизу, он поспешно вышел и отчаянно побежал наверх.

Молодая девушка-медсестра была ошеломлена тем, что Фэн Цзинь тяжело дышал: "Фэн..."

Фэн Цзинь стиснул зубы, его плечи сильно задрожали, он обошел комнату и поспешно вошел в спальню.

Линь Янь был все таким же, как и тогда, когда он ушел, даже изгиб уголка его рта ничуть не изменился.

Но Фэн Цзинь знал, что что-то меняется. Он отчетливо видел, как его пальцы двигаются на экране монитора.

Он вот-вот проснется!

Горячая кровь в сердце Фэн Цзиня кипела, а его глаза были полны красного света, отраженного налитыми кровью глазами.

Он подошел к кровати, убрал недавно отросшие волосы со лба Линь Яня и прижал ладонь ко лбу: "Линь Янь, посмотри на меня, я знаю, что ты сейчас проснешься".

Линь Янь тихо спал, его бледное и слабое лицо, напоминающее кадр из комикса, не изменилось.

Фэн Цзинь часто дышал, его грудь болела от учащенного сердцебиения. Он обхватил рукой шею Линь Яня и сел, обхватив его руками: "Не притворяйся, Линь Янь, не притворяйся, я видел, как твои пальцы двигаются, это..."

Голова Линь Яня слабо откинулась назад, и Фэн Цзинь надавил ему на затылок. Он тут же прислонился к плечу Фэн Цзиня, и его голова немного опустилась.

Тонкой рукой, болтающейся в воздухе, как марионетка, которой могут манипулировать только другие.

Дыхание Фэн Цзиня было слегка застойным, и он долгое время подавлял себя, гнев смешивался с давлением и, наконец, вырвался наружу в одно мгновение.

Он яростно толкнул Линь Яня на кровать.

Голова Линь Яня сильно ударилась о изголовье кровати, и раздался приглушенный звук.

Кому нибудь другому, должно быть было бы больно, но Янь даже не нахмурился.

Фэн Цзинь был очень зол, встал и стал ходить взад и вперед вокруг кровати, как яростный кусающийся лев, указывая на Линь Яня и дрожа: "Ты... как долго ты будешь спать? Как ты можешь так спокойно спать? Здесь?"

Фэн Цзинь внезапно опустился на колени у кровати, схватил Линь Яня за воротник и приподнял его верхнюю часть тела: "Ты разрушил всю мою жизнь, и ты сделал меня сумасшедшим, который может сорваться в любое время! Ты причинил боль Фу Рану, Брат Линь Ян расстался с ним! Это все из-за тебя! Как ты можешь спать здесь со спокойной душой!"

Голова Линь Яня энергично затряслась вместе с его движениями, подпрыгивая вверх-вниз, и вся его фигура была похожа на ветхую куклу.

Медсестра стояла в дверях с бледным от испуга лицом: "Господин Фэн Цзинь, не надо так. Он - овощ. Каково ваше отношение к овощу? Он ничего не знает..."

Спина Фэн Цзиня внезапно напряглась.

"Овощ..." Гнев в его глазах постепенно рассеивался, становясь легким и пустым, и он бормотал и повторял: "Да, он овощ, он ничего не знает..."

Из уголка глаз Фэн Цзиня внезапно скатились крупные слезы.

Он крепко обнял Линь Яня, прижал его голову и уткнулся ей в шею, рыдая во все горло.

После того, как он достаточно успокоился, Фэн Цзинь отпустил Линь Яня и осторожно убрался.

Натягивая на него одеяло, Фэн Цзинь подсознательно потер голову, которую ударил раньше.

Увидев, что Фэн Цзинь успокоился, медсестра тоже тихо вздохнула с облегчением и шагнула вперед, чтобы помочь Фэн Цзиню.

Фэн Цзинь отказался от ее помощи и позволил ей уйти.

После того, как медсестра ушла, Фэн Цзинь позвонил доктору.

Рассказал ему о движении пальца Линь Яня.

"Доктор Ван, как вы думаете, он вот-вот проснется?"

Тон доктора Вана был ровным: "Для вегетативного человека нормально двигать пальцами рук и ног. Это может быть признаком улучшения, а может быть просто нормальной реакцией на мышечные спазмы. "

Фэн Цзиня, казалось, окатили холодной водой, и он не мог скрыть своего разочарования: "Это просто нормальная мышечная реакция..."

Доктор Ван утешил его: "Как член семьи, не слишком волнуйтесь. Самое главное - пробудить его сознание и побольше говорить с ним о прошлом. Если это его раззадорит, он сможет внезапно проснуться."

Фэн Цзинь разочарованно сказал "спасибо" и повесил трубку.

Фэн Цзинь сел у кровати и долго смотрел на Линь Яня, прежде чем пойти на кухню, чтобы приготовить ужин для Линь Яня.

Чтобы он мог поддерживать необходимые организму питательные вещества, Фэн Цзинь почти каждый вечер готовил куриный суп для Линь Яня.

Линь Янь не обладал способностью жевать и глотать, и пища, которую он ел, можно было передать только только заполнив прозрачную назогастральной трубкой, идущей от носа до желудка.

Казалось, что только в это время у Линь Яня появлялось слегка смущенное выражение лица.

Фэн Цзинь сел на край кровати, немного подкармливая: "Я знаю, что ты не любишь куриный суп, но ты не можешь есть другие вещи. Когда ты проснешься... я... я отведу тебя поесть чего-нибудь вкусненького." ."

Кормление растений - чрезвычайно тяжелая работа. Когда Фэн Цзинь дал Линь Яню миску куриного супа, его спина была мокрой от пота.

Он вытер пот со лба и побежал открывать окно для вентиляции.

Внизу, в сквере, раздались взрывы смеха детей. Фэн Цзинь долго смотрел вниз, прежде чем пошел в гостиную, подтолкнул инвалидное кресло и поставил его рядом с кроватью.

"Ты давно этого не видел, не так ли? Я отведу тебя отдохнуть, хорошо?"

Линь Янь был намного выше Фэн Цзиня. Хотя в этом году он быстро худел, скелет все еще был здесь. Фэн Цзинь занимался боевыми искусствами, и потребовалось много сил, чтобы усадить Линя в инвалидное кресло.

Его две ноги уже давно не касались земли, и были тонкими и немного неестественными. Фэн Цзинь достал из шкафа одеяло и накрыл его.

Он уставился на Линь Яня, который сидел, опустив голову, и вдруг улыбнулся: "Ты выглядишь как Когоро Мори из "Конана"? Спящий Когоро, а ты спящий Линь Янь".

Это была шутка, на которую он не мог получить ответа. Фэн Цзинь хорошо провел время, прежде чем обошел сзади и вытолкнул инвалидное кресло.

Фэн Цзинь редко выводил Линь Янь, а тело вегетативного человека было слишком хрупким, чтобы часто поднимать его из постели.

То есть, когда погода хорошая, Фэн Цзинь иногда выводил его погреться на солнышке и посидеть на ветерке.

Внизу группа детей играла в футбол.

Фэн Цзинь подтолкнул Линь Яня к тенечку под деревом, закрепил инвалидное кресло, а затем присел на корточки, держа голову Линь Яня, и засмеялся: "Смотри, это так оживленно. Когда тебе станет лучше, ты тоже сможешь прийти сюда поиграть... Но ты должен чувствовать себя наивным."

Фэн Цзинь долго что-то бормотал Линь Яню, пока в его кармане не зазвонил телефон.

Фэн Цзинь отошел в сторону, чтобы ответить на телефонный звонок. Звонивший был из цветочного магазина. У Фэн Цзиня был членский билет в цветочном магазине, и каждую неделю кто-нибудь приходил дарить цветы ему домой.

"Хорошо, я буду дома завтра утром. Вы можете принести их прямо сейчас, эм... Я все еще хочу лилии и подсолнухи... Тогда принесите мне букет роз, красных роз... Ладно, это хлопотно."

Когда Фэн Цзинь только повесил трубку, он повернул голову и замер.

Он увидел, как футбольные мячи один за другим летели прямо в Линь Яня.

Скорость была слишком велика, настолько велика, что он вообще не мог его остановить.

Футбольный мяч, сильно ударил Линь Яня по лицу, а затем тот кряхтя, упал на землю.

Группа детей бросилась к нему, чтобы схватить мяч. Инвалидную коляску Линь Яня сильно ударили, и она мгновенно опрокинулась.

Линь Янь выкатился из инвалидного кресла.

____________________________________________

Автору есть что сказать:

Сегодня длинная и плотная глава.

Сяо Янь сейчас действительно жалок, он из тех, кого любой может запугать.

Но это не имеет значения, он будет еще более жалким, когда проснется.

Продолжайте следить и дальше.