Глава 65 Разве твои уши не слышат

Голубые вены на лбу Цзян Ичэня дико вздулись.

Первоначально то, что Линь Чжаочжи присвоил его обнаженное тело, уже очень расстроило его. В результате Линь Чжаочжи все еще снова упоминает об этих вещах. Разве не очевидно, что он не был рад приглашению?

С ним что-то не так?

Ся Фэн посмотрел на выражение лица Цзян Ичэня и поспешно сказал: "Господин Цзян, если вам что-то нужно, я помогу это сделать".

Цзян Ичэнь усмехнулся, протянул руку, чтобы взять пригласительное письмо, и легонько взглянул.

Ся Фэн своими глазами увидел, что в глазах его босса таился намек на убийственное намерение, но тьма исчезла в одно мгновение.

Это ужасно, обиды между мужчинами слишком сложны, он не может понять и постичь их.

Как раз в тот момент, когда Ся Фэн подумал, что Цзян Ичэнь собирается разорвать пригласительное письмо, Цзян внезапно дважды рассмеялся и сунул пригласительное письмо в карман.

Ся Фэн был поражен: "Господин Цзян, вы пойдете?"

"Поскольку они так любезно пригласили меня, почему бы и не пойти?"

Если бы он не пошел, разве он просто не дал бы Линь Чжаочжи и Гу Цину шанс наладиться их отношениями наедине?

Цзян Ичэнь не только должен был пойти, но и должен был пойти в великолепном костюме.

Ночью выходного дня Цзян Ичэнь действительно переоделся в дорогой, роскошный, но сдержанный и элегантный костюм высокого класса ручной работы, и разодетые отправился на праздничную вечеринку.

Праздничный банкет был небольшим, но он не казался переполненным. После того, как фильм "Абсолютный вызов" стал популярным, большинство актеров получили много работы, и было не так много актеров, которые смогли найти время, чтобы прийти.

Когда Цзян Ичэнь прибыл, он с первого взгляда увидел Гу Цинрана.

На нем был светло-серый свитер с закатанными до локтей рукавами. Он сидел рядом с Линь Чжаочжи. Они оба склонили головы друг к другу.

Глаза Цзян Ичэня внезапно покраснели.

Гу Цинран стоял к нему боком. Со своего угла, он не мог читать по губам Гу Цинрана.

Гу Цин улыбался так ярко и солнечно.

Красивый и уверенный в себе.

Он не знал, что случилось. В этот момент Цзян Ичэнь внезапно подумал о Гу Цинране в средней школе. У молодого Гу на той выпускной фотографии тоже была такая самонадеянная улыбка.

Цзян Ичэнь был ошеломлен на месте и внезапно потерял мужество сделать шаг вперед.

Пока не подошел обслуживающий персонал банкета, приглашая Цзян Ичэня занять место.

Место Цзян Ичэня было за другим главным столом.

У него большое влияние, и многие люди подходили, чтобы произнести за него тост.

Цзян Ичэнь поздоровался с ними, подняв бокал вина, но его взгляд всегда падал на Гу Цинрана и Линь Чжаочжи, которые стояли неподалеку.

Он не знал какую шутку произнес Линь Чжаочжи, но Гу Цин положил голову Линя себе на плечо.

Цзян Ичэнь крепко сжал бокал, его глаза были такими же красными, как красное вино в бокале.

Рядом с Цзян Ичэнем сидел пьяный заместитель режиссера, уставившийся на руку Цзян Ичэня и с расширившимися глаза: "Молодой человек, если вы снова сожмете его, бокал разобьется".

Цзян Ичэнь смотрел прямо перед собой и видел, как Гу достал свой телефон и сделал селфи с Линь Чжаочжи.

Руки Цзян Ичэня сжались.

Заместитель режиссера запаниковал.

"Поставьте свой бокал с вином! Он действительно разобьется!"

Как раз в тот момент, когда бедный бокал с вином вот-вот должен был треснуть, ведущий на сцене заговорил.

"Фильм "Абсолютный вызов" добился таких хороших результатов. Это неотделимо от усилий нашего режиссера Линя и Брата Гу. Поэтому давайте попросим режиссера Линя и А-Рана сказать несколько слов, хорошо?"

Снизу сразу же раздались бурные аплодисменты и радостные возгласы.

Линь Чжаочжи встал и осторожно уступил место Гу Цинрану, и двое людей вышли на сцену друг за другом.

Цзян Ичэнь ясно видел, что, когда Гу Цинран вышел на сцену, рука Линь Чжаочжи неосознанно поддерживала талию Гу.

Очень по-джентльменски, но в то же время... очень неудобно.

Линь Чжаочжи, получивший микрофон, уже выступал.

"Я человек, который не любит говорить глупости. Люди, которые пришли сюда сегодня, все мои друзья. Если вам понадобится помощь в будущем, просто скажите".

"Режиссер Линь потрясающий!"

"Наставник Линь, я люблю тебя!"

Внизу царила суматоха.

Цзян Ичэнь "Ха-ха", кто хочет дружить со своим соперником в любви?

Разве это не забавно?

После микрофон был передан в руки Гу Цинрана.

Гу Цин выглядел намного более нервным, чем Линь Чжаочжи.

"Я очень благодарен режиссеру Лину за то, что он выбрал меня в качестве ведущего актера. У меня... плохое прошлое. Все вы это знаете. Я не думал, что смогу заниматься этим до конца своей жизни... Но, к счастью, я выжил. Вы все очень важные люди в моей жизни, я люблю вас!"

Ведущий улыбнулся и пошутил: "Тогда режиссер Линь для вас важнее".

Гу Цин без колебаний кивнул: "Да, он самый важный человек в моей жизни".

В этом году, когда он потерял память, именно Линь Чжаочжи был с ним, выведя из тьмы и сплетен.

Он не помнил никого другого, кто оставил бы следы в его 28-летней жизни, но сейчас Линь Чжаочжи действительно был самым важным человеком.

Как только Гу Цинран закончил произносить эту фразу, он внезапно почувствовал обжигающий взгляд на своем лице. Было так жарко.

Он был прострелен насквозь.

Он смотрел на картины прошлого, руководствуясь инстинктом и интуицией

Только два красных глаза Цзян Ичэня.

Он сидел в кресле неподалеку от него, глядя на него тяжелым взглядом.

Сердце Гу Цина на мгновение замерло.

Цзян Ичэнь?

Почему он здесь.

После короткого взгляда Цзян Ичэнь слегка опустил голову, на мгновение замер, затем поднял голову и отпил красное вино из бокала. С улыбкой он приветствовал людей вокруг, произносящих тосты. Почти все они спрашивали о Линь Чжаочжи и Гу Цине молча стоявшем рядом с Линем, наблюдающим за тем как Цзян пьет с другими, чокается бокалами.

Вы не боитесь отравления алкоголем, если будете пить таким образом?

Когда Гу пришел в себя, Линь Чжаочжи уже сошел со сцены.

"Я пригласил его, ты сердишься?"

Спросив Линь Чжаочжи заметил, что Гу очень пристально наблюдает за Цзян Ичэнем.

Гу Цин тут же покачал головой, как погремушкой: "Банкет - твой, как я могу сердиться".

"Ты чувствуешь себя неловко, видя его? Он твой бывший муж."

Гу Цин честно признался: "Нет, я скажу тебе, я... не могу вспомнить прошлое. Я совсем забыл о Цзян Ичэне и обо мне. Очень жаль."

"Это не позор". Линь Чжаочжи улыбнулся. "Если ты все забыл, то со мной ничего не случилось, верно?"

"Что ты сказал?"

"Это пустяки".

Линь Чжаочжи покачал головой: "Сначала сядь, а я пойду туда, чтобы поприветствовать своего друга".

"Хорошо".

После того, как Линь Чжаочжи ушел, Гу Цин повернул голову, чтобы посмотреть на Цзян Ичэня.

Он все еще пил с людьми, бокал за бокалом.

Гу Цинран молча поднял большой палец вверх в своем сердце.

Выдувая алкоголь как воду, Цзян Ичэнь, этот идиот, хочет провести приятный вечер с ангелом в белом в отделении неотложной помощи больницы?

Гу Цин не хотел беспокоиться о том, что Цзян Ичэнь сойдет с ума, он планировал найти Фэн Цзиня, чтобы поиграть.

Маленькая милашка Фэн Цзинь похож на белого кролика, который упал в волчью нору.

Он увидел, как три человека спрашивали Фэн Цзиня, как с ним можно связаться.

Он должен был помощь Фэню, его китайская капуста не могла снова быть захвачена свиньями.

Гу Цинран несколько раз обошел банкетный зал и, наконец, нашел Фэн Цзиня в углу.

Он сидел на стуле, держа в руках телефон, его лицо было бледным и мокрым, как будто его вытащили из воды.

"Фэн Цзинь?"

Гу Цинран похлопал его по плечу.

Фэн Цзинь пришел в себя и поспешно улыбнулся: "Брат, то, что ты только что сказал, действительно трогательно!"

"Ты в порядке?"

Лицо Фэн Цзиня все еще было бледным и страшным, и он немного натянуто улыбнулся: "Все в порядке".

Как это все может быть в порядке.

Гу Цин попросил Фэн Цзиня отдать чертов телефон ему.

"Брат!"

Фэн Цзинь бросился, чтобы схватить его, но было слишком поздно.

Гу Цин ясно дал понять, что видит текстовые сообщения, полученные по телефону более получаса назад.

Человек, отправивший текстовое сообщение, Линь Янь.

[Линь Янь: Мне приглянулись эти часы, 30 000 юаней, Цзинь, ты можешь купить их для брата Яна, хорошо, приходи ко мне в среду, ты можешь переспать со мной один раз. 】

Гу Цин был ошеломлен.

Что это за подонок такой?

Просить людей тратить деньги на покупку часов, чтобы переспать с ним?

У Гу Цина от злости разболелась голова, и что еще больше его разозлило, так это то, что Фэн Цзинь действительно ответил словом "Хорошо" на такое текстовое сообщение.

Хорошо???

Гу Цин оттащил за одежду Фэн Цзиня в комнату отдыха, закрыл дверь и яростно пнул его.

"Неужели ты такой дешевый? Что ты обещал мне в прошлый раз? Ты накормил собаку тем, что сказал?"

Глаза Фэн Цзиня были красными, а его голос дрожал: "Брат, не сердись..."

Гу Цин пнул Фэн Цзиня со всей ненавистью к железу и стали, а затем сел и бросил телефон Фэн Цзиню.

"Отправь ему сообщение".

"Послать что?"

"Скажи ему, чтобы он не приходил к тебе в будущем".

Фэн Цзинь побледнел, посмотрел на Гу Цинрана и, наконец, с дрожью отправил сообщение.

"Брат, я отправил это, не сердись, я знаю... это неправильно, я снова буду игнорировать его".

Гу Цин тяжело вздохнул и не знал, о чем и думать: "Фэн Цзинь, мы все заслуживаем лучшего. Я страдал, брат не хочет, чтобы ты делал это снова, ты все еще молод, у тебя лучшее будущее, чем у брата, ты понимаешь?"

*******************

Цзян Ичэня вырвало.

Он не знал, сколько бокалов вина выпил, он больше ничего не мог с собой поделать, бросился в ванную комнату отеля, и его вырвало всевозможными напитками вместе с красным вином, белым вином и пивом из желудка.

Изжога была сильной, но перед ним стояла картина Гу Цинрана и Линь Чжаочжи, стоящих плечом к плечу.

Он наклонился и набрал пригоршню воды, чтобы хоть на мгновение прийти в себя.

Затем, когда он повернул голову, то увидел мужчину, стоящего в дверях ванной, лениво держащегося за грудь и смотрящего на него с улыбкой в уголках глаз.

Линь Чжаочжи.

Глаза Цзян Ичэня на мгновение стали холодными, и он поднял ногу, чтобы пройти мимо него.

Тонкая рука мягко коснулась плеча Цзян Ичэня.

Помешала ему уйти.

Цзян Ичэнь холодно посмотрел на Линь Чжаочжи: "Что?"

Линь Чжаочжи улыбнулся: "Задам тебе вопрос".

" Какой? "

"Твои уши... Они не слышат?"

Зрачки Цзян Ичэня внезапно расширились, но в них быстро промелькнули сарказм и презрение: "Вы можете есть рис, но не можете говорить глупости, режиссер Линь".

"Так ли это?"

Линь Чжаочжи кивнул, затем протянул другую руку и осторожно прикрыл рот.

Десять секунд спустя он снова опустил руку.

"Тогда, президент Цзян, ответьте, что я только что сказал?"