Глава 21 Расставание

Ся Фэн играл с мобильным телефоном в машине и был застигнут врасплох внезапным громким шумом.

Увидев, что это Цзян Ичэнь, он поспешно опустил стекло машины.

Сердитое выражение лица Цзян Ичэня заставило его встревожиться: "Мистер Цзян, все в порядке?"

Все точно не было в порядке.

Выражение лица Цзян Ичэня ухудшилось, и он краем глаза взглянул на Гу Цинрана.

Этот парень, вероятно, одержим телефоном, сразу схватился за него и сфотографировал свидетельство о разводе.

Черт, неужели это действительно так здорово - развестись с ним?

Раньше, очевидно...

Цзян Ичэнь поперхнулся, затем повернулся и тяжело зашагал к Гу Цину.

Гу Цинран все еще разговаривал с Сяоми: "Сяоми, ты сказала, что если бы большинство пользователей сети знали, что я бросил Цзян Ичэня, их мнение изменилось бы? Тебе обязательно хвалить меня как воина?"

Сяоми надвинула на него солнцезащитные очки и облила его холодной водой в жаркий день.

"Брат Гу, у тебя сейчас тысячи антифанатов, даже если люди узнают, что это ты бросил президента Цзяна, они только назовут тебя слепым и не знающим, как лелеять..."

"О, самое слепое в Лао-цзы - это отказаться от семейного богатства Вангуань и жениться на Цзян Ичэне".

Пока он говорил, он увидел, как выражение лица Сяоми изменилось, оно стало уважительным и немного испуганным, она смотрела прямо ему за спину.

Гу Цин повернул голову и наткнулся на холодные глаза Шан Цзян Ичэня.

Гу Цин был ошеломлен: "Ты что болен? Не подкрадывайся так тихо. Я напугаю тебя до смерти, как только разведусь".

"Иди".

Цзян Ичэнь холодно выплюнул одно слово.

Гу Цин спросила его: "Куда идти?"

"Ужин, тебе нужно сверить время".

Когда время приближалось к полудню, у обоих были пустые желудки, не говоря уже о том, что их раздражал Гу Цин.

"Поблизости есть китайский ресторан. Разве тебе не нравилось бывать там раньше?"

"Президент Цзян приглашает меня на ужин?"

Цзян Ичэнь стиснул зубы.

Перед разводом "Старший брат Ичэнь" звучало не слишком интимно. Теперь "Господин Цзян" звучало так ровно.

Знал ли он фальшивого Гу Цинрана раньше?

Цзян Ичэнь сопротивлялся несчастью в своем сердце и холодно сказал: "Партнерство".

Гу Цин немедленно отступил на несколько шагов и спрятался подальше, как будто уклонялся от чумы.

"Гу Цинран, что ты делаешь?"

"Мистер Цзян, мне очень жаль. После того, как мы выйдем за эту дверь, мы пойдем разными дорогами. Хотя я и не являюсь известной знаменитостью, у меня все еще есть основные качества и требования, необходимые для того, чтобы быть знаменитостью. Если мы пообедаем вместе, это окажет большое влияние на мою репутацию".

"Гу Цинран!"

Он ясно знал, что даже если бы вспыхнул се*с-скандал с участием Цзян Ичэня, средства массовой информации не осмелились бы рассылать случайные сообщения наружу.

Гу Цин моргнул: "Извините меня, президент Цзян, позвольте мне сформулировать по-другому. Звезду кормит ее лицо. Сколько вы заплатите, если я пойду с вами? А?"

Гу Цин быстро прикинул цену: "Плата не может быть меньше этого числа".

Цзян Ичэнь не выдержал и сделал два шага вперед, схватив Гу Цинрана за воротник.

Как маленький цыпленок, он морочит людям головы.

"О, черт".

Гу Цинран не ожидал, что этот человек начнет прямо сейчас.

Дай палец откусит руку!

Сяоми, которая могла только тупо смотреть отодвигалась все дальше и дальше от них, не реагируя на его стенания "Сяоми, помоги! Тут человека грабят!"

Сяоми просто подбежала, кивнула и поклонилась, улыбаясь ослепительно, как цветок: "Господин Цзян, наша семья должна вернуться к съемочной группе во второй половине дня. Вы можете попросить кого-нибудь отвезти его пораньше после того, как вы поедите. Завтра будет еще один съемочный день. Не позволяйте людям его ждать для сцены Повешения..."

Гу Цинран:..

Тебе больше не нужна зарплата? Не слишком ли велика премия по итогам года?

"Цзян Ичэнь, отпусти меня, позволь мне сказать тебе, я..."

Цзян Ичэнь прямо шлепнул Гу Цинрана по круглым ягодицам.

Гу Цин был прямо ошеломлен.

Заставляет ли эта собака-человек бить его? Отшлепать его?

Можно ли это терпеть?

Кто терпит тот внук черепахи!

"Цзян Ичэнь, ты смеешь меня бить?"

"Это не в первый раз, что за суета",

"Не в первый раз?"

"Когда я был в постели..." Цзян Ичэнь вдруг нехорошо рассмеялся, понизил голос, и его тон был полон насмешки: "Тебе это очень нравилось..."

Голова Гу Цина загудела.

Его лицо стало красным.

"Ты, ты, ты, ты, не говори глупостей!"

Как невинная девушка, которая была одинока в течение двадцати лет, Сяоми с покрасневшим лицо закрыла уши.

Она не понимает, она ничего не понимает.

Она все еще ребенок.

Она не понимает веселья между взрослыми.

"Мистер Цзян, вы хотите, чтобы я помогла Цинрану взять выходной?"

"Чжао Сяоми!"

Цзян Ичэнь открыл дверцу машины и втолкнул его в машину, прежде чем он закончил реветь.

"Езжай в двор Дуньюэ".

Гу Цин сделал недовольное лицо, чувствуя себя неловко. Радость развода не могла подавить потерю, и он съежился в кресле и ничего не сказал.

Вскоре машина остановилась перед рестораном.

Гу Цин неохотно последовал за Цзян Ичэнем в ложу.

Вскоре подошел официант, чтобы принять заказ двух людей.

"Заказывай все, что захочешь".

Гу Цин взглянул на меню - блюдо с картофельными ломтиками стоимость - две тысячи, так почему бы не взять его.

"Ты угощаешь меня по полной?"

"Когда Цзян Ичэнь жалел денег?"

Гу Цин облегченно вздохнул и сказал: "Я хочу камчатского краба".

Один стоил пять тысяч и он взял 5 штук, он не Гу Цин, если не съест все это.

Прежде чем официант успел взять ручку и записать, Цзян Ичэнь прямо сказал: "Отмени это".

Гу Цин чуть не сломал меню.

"Мистер Цзян, это всего лишь краб. Не будь таким скупым? Если ты не можешь себе этого позволить, не притворяйся богатым. Я не испытываю неприязни к придорожным шашлыкам."

"Разве ты не знаешь, что у тебя аллергия на морепродукты?" Цзян Ичэнь сразу же взял меню.

Гу Цин был шокирован, у него... аллергия на морепродукты?

"Что у тебя на уме? Когда мы только поженились, шеф-повар дома не знал об этом и приготовил для тебя пирожные с креветками. После того, как ты их съел, то отправился прямо в больницу для оказания помощи. Я почти испугался..."

Цзян Ичэнь, казалось, понял, что сказал что-то, чего не следовало говорить, опустил голову и заказал семь или восемь блюд.

Вскоре тарелки были принесены одна за другой, и два человека, которые сопротивлялись, почему-то притихли в этот момент.

Трапеза закончилась гладко.

"Мы поели, давай уйдем", - попросил Гу Цин, поглаживая волосы, он редко бывал серьезным. "Какие бы противоречия ни были в прошлом, сейчас все они позади. Если мы встретимся снова в будущем..."

Он сделал паузу, затем изменил свои слова: "Забудь об этом, больше не встретимся".

Он встал и направился к двери.

"Ясно..."

Гу Цин чувствовал неудобство, оглядываясь назад, его семь лет подошли к концу.

Он повернул голову и улыбнулся Цзян Ичэню: "Ты су*ин сын должен хорошо относиться к Шэнь Чжияну, индустрия развлечений...не так уж плоха, но это действительно тяжело, ты видел, как много людей в Интернете ругают меня ... Ха-ха, иногда мне немного грустно, но я не такой беззащитный. Ты должен защищать Шэнь Чжияна намного лучше. Не так как со мной..."

Гу Цин повернул голову и ушел.