Глава 177 Линь Янь

Фу Ран больше ничего не говорил о Линь Яне.

Он засунул пригласительный билет в карман своего костюма, повернул голову и спросил Гу Цинрана: "Два главных героя-мужчины из фильма, который ты снимал, наконец собрались вместе?"

Гу Цин был ошеломлен и ответил: "Конечно, не вместе, в конце концов зрители убьют редактора и режиссера".

Фу Ран "ха-ха" дважды рассмеялся.

После еды Гу Цин попросил Цзян Ичэня отвезти его домой.

Войдя в дверь, Цзян Ичэнь обнял Гу Цинрана сзади за талию и прижал его худую талию к своим рукам.

Гу Цин попросил большого мастера не подшучивать над ним, взял его за руку, повернул в нужном направлении, а затем проявил инициативу, поднял голову и поцеловал его.

Он был примерно на голову ниже Цзян Ичэня, его голова была наклонена вверх, а шея через некоторое время оставалась напряженной.

Только подумав о том как бы заняться сексом, Цзян Ичэнь внезапно почувствовал прилив собственничества.

Губы и зубы начали кусаться.

Гу Цин тяжело вздохнула и неловко фыркнул.

Ударившись поясницей о обеденный стол, Гу Цин фыркнул, похлопал Цзян Ичэня по плечу, нахмурившись и тяжело дыша: "...что сходишь с ума?"

Цзян Ичэнь осторожно поднял Гу Цинрана, положил его на обеденный стол, наклонился вперед и прижал к нему Гу Цинрана.

На нем был аккуратный костюм, галстук в бордовую полоску на вырезе тщательно завязан, а брови холодны, в уголках его глаз таился легкий румянец.

Гу Цин в сердцах "вытаращил глаза".

Похоже, что сегодня вечером он и Цзян Ичэнь собираются заключить крупную сделку.

За обеденным столом...

Это действительно захватывающе!

Гу Цинран обхватил Цзян Ичэня за шею и улыбнулся: "хехехе", "Цзян Ичэнь, ты нежный подонок".

"Тогда как тебя зовут?"

Голос Цзян Ичэня был хриплым и сексуальным, чуть не убив Гу Цинрана. Он клюнул Цзян Ичэня в уголок губ и ухмыльнулся: "Я подонок, меня не убедили укусить... его!"

Гу Цин легонько хлопнул его по голове: "Ты действительно кусаешься!"

Цзян Ичэнь тихо рассмеялся, пожав плечами.

Говорят, что сила молодоженов не иссякаема, и они вдвоем бросили по два или три очка, прежде чем окончательно остановились.

Гу Цин чуть не развалился на части.

"Цзян Ичэнь, ты сегодня пил куриную кровь?"

Цзян Ичэнь взял Гу Цинрана за запястье и сказал: "А-Ран, давай получим свидетельство о браке".

Гу Цин позволил своим векам открыться: "А?"

Цзян Ичэнь нахмурился и тихо сказал: "Я боюсь".

Он боялся, что влюбленные не смогут в конце концов пожениться, и он боялся, что, как и Фу Ран, ему придется собственными глазами наблюдать, как человек, который ему нравится заключает брак с другим.

Он хотел крепко обнять Гу Цина.

Никогда не отпускать его из своей жизни.

Гу Цин некоторое время пристально смотрел на Цзян Ичэня, нахмурившись: "Давай поговорим об этом".

Цзян Ичэнь нервничал: "Ты же не хочешь выходить за меня, не так ли?"

"Нам и так хорошо". Гу Цин оттолкнул Цзяна, взял рубашку с изголовья кровати и пошел в ванную, чтобы принять душ после того, как встал с постели: "Я должен уйти, есть дела".

Лицо Цзян Ичэня внезапно побледнело, и в его глазах появилось немного прохлады.

"Как ты думаешь, между нами будет какой-нибудь несчастный случай?"

У Гу Цина перехватило горло.

Он не хотел ссориться с Цзян Ичэнем, схватил свою одежду и вышел из спальни.

Холодный душ заставил мозг Гу Цина немного проснуться.

Он не знал, почему отказал Цзян Ичэню.

Чтобы снова быть с ним, потребовался почти год до и после. Ему нравился Цзян Ичэнь, но он не мог отрицать, что семь долгих лет подорвали всю его уверенность в будущем этих двух людей.

Гу Цин решил поговорить с Цзян Ичэнем после принятия душа.

В результате, как только он вышел, Цзян Ичэнь обнял его.

"Мне очень жаль......"

Гу Цину было трудно слушать мягкие слова, его сердце смягчилось, и тон смягчился: "Почему... Я только что приняла ванну, не прикасайся ко мне."

Цзян Ичэнь прижал Гу Цинрана к углу, осторожно приподнял подбородок Гу Цинрана своими тонкими пальцами и коснулся двух тонких губ.

"Я не буду принуждать тебя, я буду ждать того дня, когда ты согласишься выйти за меня замуж".

Гу Цин спросила, подняв брови, поддразнивая: "Ты не боишься?"

Цзян Ичэнь на мгновение задумался, затем кивнул: "Я все еще боюсь".

Его глаза горели обжигающим огнем: "Но я клянусь, я не позволю нам стать как Фу Ран и Линь Ян".

Гу Цин одной рукой обхватил его за шею и вызывающе ухмыльнулся: "Тогда, президент Цзян, вы должны постараться, ваш любовный соперник - десятки тысяч людей".

Другая рука нежно коснулась красивых мышц живота Цзян Ичэня, намеренно пугая его: "Видишь, твои мышцы расслабились, ты не можешь сравниться с двадцатилетним парнем, кризис среднего возраста, президент Цзян".

Цзян Ичэнь выглядел серьезным, и, выслушав слова Гу Цинрана, он молча побежал в гостиную и сначала сделал двести отжиманий.

Затем он написал Ся Фэну и попросил его найти себе тренера по фитнесу.

С этой кучей молодых соперников кое-то действительно находился под слишком большим давлением.

*****************

Чжао Лу догнала Линь Яна на обочине дороги.

"Линь Ян, иди медленнее!"

Чжао Лу тяжело дышала.

Линь Ян остановился и оглянулся на нее.

Чжао Лу мелкими шажками подошла к нему: "Я ничего не ела, почему бы нам не пойти к моей маме поесть?"

Линь Ян нахмурился: "Ты возвращайся первой, я поеду в больницу".

"Моя мать просила тебя пойти к ней..." Чжао Лу была на полпути, и Линь Ян сразу бросил банковскую карточку.

"В нем триста тысяч".

Чжао Лу мгновенно улыбнулась и вытащила свою маленькую сумочку: "Хорошо, тогда я не буду тебя беспокоить".

Линь Ян безучастно открыл дверцу машины и сел внутрь. Выжал акселератор до конца и погнал машину далеко.

Машина мчалась по кольцевой дороге. Гора Юнменг, и там находился дорогой и современный санаторий.

Поскольку это очень далеко от города, Линь Ян приезжал сюда только два раза в неделю.

Как только машина остановилась, две медсестры, стоявшие у двери, подошли.

"Мистер Линь Ян, почему вы пришли так поздно?"

Линь Ян потер брови, его холодное выражение лица было немного усталым.

"Я пришел повидать Сяо Яня".

"Господин у Линь Яня все хорошо. Время года изменилось. Мы только утром сменили толстое одеяло. Я отведу вас туда. "

Медсестра показала дорогу и повела Линь Яна на третий этаж пансионата.

На горе температура всегда ниже, чем у подножия горы, а осенней ночью еще холоднее.

Пройдя по длинному коридору, в последней палате медсестра остановилась и осторожно приоткрыла дверь.

Выражение лица Линь Яна было немного жалостливым.

Его биологический брат, Линь Янь, мирно спит вот уже более восьми месяцев.

Линь Янь не мертв.

Из-за того, что его отправили к врачу слишком поздно, он пропустил лучшее время для лечения, и еще через день и ночь ему поставили диагноз "необратимая глубокая кома" из-за серьезного повреждения коры головного мозга.

Это то, что люди часто называют вегетативным состоянием.

Линь Ян задумчиво вошел в палату, и медсестра сказала Линь Яну, на что следует обратить внимание, и благоразумно вышла из палаты, чтобы дать двум братьям возможность побыть наедине.

Линь Ян подошел к кровати и медленно сел на стул.

Линь Янь сильно похудел.

У него не было понимания того как есть самостоятельно. Большую часть времени он полагался на специальный питательный раствор, приготовленный здешней медсестрой, чтобы поддерживать энергию, необходимую организму.

На двух тонких ручках были плотные точечные отверстия.

Его лицо было бледным, глаза мирно закрыты, дыхание ровным.

Волосы были обрезаны по совету медсестры, потому что ухаживать за ними было нелегко.

Когда Линь Ян пришел посмотреть на него в первый раз, он увидел на гладко выбритую голову и не смог сдержать слез. На следующий день он купил шляпу и подарил ее ему.

Медсестра сказала, что для вегетативных людей не существует эффективного медикаментозного лечения. Он может скоро проснуться, а может остаться таким на всю жизнь.

Попросила членов семьи приходить и побольше говорить с пациентом, когда они будут свободны.

Дыхание Линь Яна было немного синхронизировано с дыханием Линь Яня, и его голос был немного хриплым: "Эй, я сказал, что ты тоже должен проснуться? Прошло восемь месяцев... Как долго тебе нужно спать?

Кадык Линь Яна дернулся: "Ты знаешь? Несколько месяцев назад медсестра спросила меня, есть ли у тебя кто-нибудь, кто тебе нравится, сказала, что это может быть полезно для твоего выздоровления."

"Я знаю, ты не хочешь его беспокоить, но я действительно хочу, чтобы ты проснулся, поэтому я сыграл в игру со страховой компанией... Он действительно заглотил наживку, подбежал ко мне и спросил, где ты."

Линь Ян улыбнулся: "Я подумал, когда он пожалеет об этом, и когда он простит тебя, я расскажу ему все...Сяо Янь, мужчина, который тебе нравится... это действительно тяжело". Линь Ян встал, подошел к кровати и нежно погладил Линь Яня по лицу: "Он действительно больше не хочет иметь с тобой ничего общего. Твоя смерть - просто облегчение для него. Кого ты наказываешь тем, что заснул здесь? Фэн Цзиня, меня или себя?"

Горло Линь Яна онемело, и оно наполнилось подавленной мольбой: "Брат, пожалуйста, ты скоро проснешься, хорошо? Я собираюсь жениться через 17 дней.

Теперь, с женщиной... Тебя ничего не волнует, что делать мне и Фу Рану?

********************

Вэнь Жуйли чувствовал, что недавнее состояние Фэн Цзиня было не совсем правильным.

Фэн Цзинь провел гораздо больше времени в оцепенении, чем раньше.

Однажды он увидел, что Фэн Цзинь уже давно не выходил из туалета, и не смог удержаться, чтобы не толкнуть дверь, чтобы заглянуть внутрь. Он обнаружил, что Фэн Цзинь стоит перед зеркалом, не понимая, о чем говорит.

Вэнь Жуйли сразу почувствовал, как похолодело сердце.

Это симптом рецидива Фэн Цзиня.

Этим утром Вэнь Жуйли читал газету в гостиной. Увидев Фэн Цзиня, выходящего из спальни, он не смог удержаться и сказал: "Фэн Цзинь, недавно ты отложил свою работу. Я отвезу тебя в больницу на медицинский осмотр?"

Фэн Цзинь опешил, а затем мягко улыбнулся: "В чем дело? Какой повод..."

"Ничего". Вэнь Жуйли небрежно сказал: "В любом случае, ты некоторое время не обследовался, и разве в прошлый раз у тебя не было признаков рецидива?"

Фэн Цзинь сказал "Ах", как будто вспоминая это, снова и снова махал руками и смеялся: "Возможно, в то время это было слишком напряженно. Я думаю, что в последнее время мое состояние в порядке. Ты видишь, что у меня хороший аппетит, и я выспался. Это тоже очень хорошо, и лекарства я принимаю. Все должно быть хорошо."

Видя его настойчивость, Вэнь Жуйли ничего не мог сказать, а просто ответил: "С лекарством должно быть все в порядке".

"Хорошо, я знаю".

Фэн Цзинь скрыл странный цвет под глазами и сел завтракать.

У Вэнь Жуйли было чем заняться во второй половине дня. Он ушел рано. Как только он ушел, Фэн Цзинь вылил все лекарство из своей руку в раковину и смыл его.

Видя, как вода течет круг за кругом, глаза Фэн Цзиня стали немного ошеломленными.

Ухмыляющиеся улыбки вокруг были всепроникающи.

Барабанная перепонка грохотала и дрожала.

[Фэн Цзинь, почему ты выбрасываешь лекарство? Ты хочешь нас увидеть? 】

[Фэн Цзинь, ты напрасно тратишь деньги, ты только потратишь деньги Лао-цзы.]

[Сяо Цзинь, мне жаль твою маму... ты должен быть послушным...]

Фэн Цзинь покачал головой и попытался прогнать все эти голоса из своих ушей, его голос дрожал: "Это не ты...то, что я хочу видеть... не тебя."