Книга четвёртая. Рождение звезды.Часть 54. Ссора

Прошёл почти месяц после возвращения экспедиции домой. Сидя перед телевизором, Абнер внимательно следил за новостями.

"Отрадно, что осиное гнездо Нормана вычищено, а омеги, получив медицинскую помощь, включающую аборт, благополучно возвращаются в своё племя", - думал он.

Господин поморщился и потёр переносицу, предвидя громкий судебный процесс с привлечением прессы.

"Как бы я не хотел там светиться, но придётся".

Абнер встал. Выглянул в окно, ожидая, что уж теперь-то увидит машину, которую послал в больницу за Онэ.

"Персонал наверняка счастлив избавиться от чудного пациента".

Абнер не смог удержаться от смешка, вспомнив взволнованного заведующего отделения.

"Заберите его побыстрее, ради всего святого. Онэ перепугал половину персонала! Он каждый день, как только смог подняться на ноги, в палате проводит обряд!"
Абнер был озадачен: "Обряд? Какой?", и тот пояснил, на полном серьёзе, что Онэ встречает весну. "Встречает весну? Как?"
"Танцует!"

"Сегодня вечером вручу ему документ об освобождении и сделаю предложение. - планировал господин. - Надеюсь, он не откажется".

Машины внизу не оказалось. "Опять пробки".

Абнер вернулся за стол и положил перед собой папку с расходами на спасательную операцию, которую организовал Отто, и которую его господину наконец-то удалось выцарапать у верного слуги, ненавидящего всевозможные цифры.

Абнер вздохнул: "Наконец-то я получил отчёт!" и открыл папку. Бегло посмотрев первый лист, он переложил на левую сторону ещё два и упёрся взглядом в семизначное число.

Его лицо покраснело. Он вскочил и ринулся из комнаты вон, громко топая и крича имя страшного транжиры, превысившего ожидаемую Абнером сумму в пять раз:

- Отто!!!

***
Праздничный обед для маленькой семьи удался на славу.

Сытый Хорус отвалился от стола, с улыбкой смотря на то, как Онэ с растерянным видом ковыряет вилкой в незнакомых блюдах. "Почти как Кейсон в самые первые дни приезда к нам", подумал рыжий омега и перевёл взгляд на вышеупомянутого парня, с аппетитом уплетающего бифштекс.

- Это третий? - с удивлением спросил Хорус, невольно привлекая внимание своего господина к тому, что Кейсон, по его мнению, переедает.

Светлый омега пододвинул тарелку к себе поближе:

"Ешьте, ешьте восьмой бутерброд, мы не считаем!" - передразнил он Хоруса и повернулся к владельцу особняка, положившему руку на его предплечье.

- Ты в порядке? - спросил Абнер, предполагая, что Кейсон заедает стресс.

- Да, господин Абнер, - ответил омега. - Я в полном порядке! Просто очень вкусно!

Владелец особняка взял салфетку и аккуратно промокнул губы. Он смотрел на своего лакомку, и замечал в нём перемены, невидимые его глазу ранее.

"Парень всё время хочет спать. Стал больше есть. А его грудь увеличилась, словно во время течки", - размышлял господин.

Пронзившая его мысль была столь острой, что он физически ощутил укол в районе пупка.

"Кейсон... Беременный?!"

Абнер глубоко вдохнул. Он сел ровно, стараясь, чтобы никто не заметил его волнение. "Не стоит торопиться с выводами".
.

Заставив себя переключиться на то, что запланировал, он встал, привлекая внимание присутствующих. Глаза Отто, Кейсона, Хоруса и Онэ остановились на лице господина Абнера.

- Онэ, - Абнер повернулся к альфе. - Ты теперь свободный человек и можешь поступать так, как тебе заблагорассудиться. Но у меня к тебе предложение, - господин сделал паузу, внимая устремлённым на него взглядам. - Пока идёт суд, ты можешь пожить у меня, для тебя приготовлена комната. Но я хотел предложить тебе другое. Работу. На базе, где Хорус и Кейсон учились ездить на упряжках.

Хорус вскочил. Сел. С блестящими от радости глазами схватил Онэ за руку и повернулся к Абнеру.

- Онэ будет инструктором?

Абнер улыбнулся в ответ:

- Можно и инструктором. Там и климат для Онэ привычнее, есть жильё и город относительно близко. И мы сможем его навещать.

- Онэ! - Хорус умоляюще сложил руки. - Ты же примешь предложение?

Онэ положил вилку. Было видно, что альфа чувствует себя "не в своей тарелке".

- Онэ благодарить гаспадина. Но Онэ хатеть вернуца в сваё племя. Ф свой чум.

- Но тогда я никогда больше не увижусь с тобой! Это слишком далеко! - Не выдержав шквала обрушившихся на него эмоций, Хорус вскочил с места. Не в силах сдержать хлынувших слёз, выбежал из столовой.

В комнате стало тихо. Онэ смотрел на распахнутую дверь, а остальные - на бывшего раба-альфу. Онэ бросил на них виноватый взгляд и встал.

- Простите, гаспадина Абнир. Я не хатеть абидить Насека Хаер.

- Давай так, - хозяин дома выставил перед собой ладонь, жестом удерживая альфу на месте. - Мы свозим тебя на базу и потом ты решишь где тебе лучше. Хорошо?

Онэ задумался на секунду. Кивнул.

- Я гатоф. - Альфа повернулся к двери. - Найти Насека Хаер. Хорса не нада плакать.

Кейсон резко поднялся. Абнер напрягся, ожидая вспышки гнева омеги, но парень его удивил:

- Я провожу Онэ в комнату Хоруса. Мы вместе успокоим его. Вы не против?

Абнер выдохнул:

- Это хорошая идея.
.

Отто и Абнер остались в столовой одни. Получивший днём взбучку, Отто виновато потупил взор. Он сидел, не стараясь не делать лишних движений, опасаясь поднять глаза.

Вскоре ему надоело ждать непонятно чего. Он набрал воздуха в грудь, вздёрнул подбородок и открыл рот, чтобы повторить свои "весомые аргументы", оправдывающие его траты. И растерянно заморгал, смотря на Абнера, едва сдерживающего улыбку.

Отто прокашлялся и поёрзал на стуле, теряясь в догадках, что господина так развеселило.

Абнер встал. Не беспокоя прислугу, сам разлил вино по бокалам и поднял свой:

- Выпьем за тебя, Отто. Мне невероятно повезло, что ты со мной. И если вдруг тебе снова придётся меня спасать, можешь потратить ещё в пять раз больше.

- Вы искушаете меня, господин Абнер, - мысленно выдохнув, Отто тоже встал и поднял свой бокал.

- Искушаю? Чем?

Отто лукаво улыбнулся:

- Нанять похитителей, чтобы провернуть указанную вами сделку.

Абнер округлил глаза, рассмеялся и легко стукнул свой бокал о бокал надёжного слуги и друга:

- За тебя, Отто. - Он вдруг стал совершенно серьёзным. - За того, кто спас всем нам жизнь.

***
Утром следующего дня Абнер стоял в кабинете поликлиники, где за дверью дополнительного помещения сдавал анализы Кейсон.

Господин так не нервничал, пожалуй, никогда в своей жизни. Это не был страх на свою или чью-то жизнь, или волнением перед крупной сделкой. Это было вообще ни на что не похожее состояние. Будто он стоит перед пропастью и не знает, что ждёт его внизу: безопасное приземление или гибель.

Наконец вышел бета в белом халате и направился к Абнеру:

- Ваш омега одевается. Вот его тесты. - Он вложил в руки Абнера пластиковые палочки с крохотным дисплеем на каждом. - Разрешите вас поздравить. Все три теста показывают беременность.

Бета замолчал, ожидая реакции на новость, но Абнера взяла оторопь и он не нашёлся, что ответить.

- Обследование показало, что срок совсем небольшой, около месяца, но ошибки быть не может.

Поправляя одежду, из кабинета вышел Кейсон. С ожиданием в глазах посмотрел на господина, но тот молчал.

Сдерживаемая радость омеги, притаившаяся внутри и ждущая сигнала, чтобы овладеть всем его существом, сжалась, стараясь вовсе не занимать места. Парень заволновался и начал оправдываться:

- Господин Абнер... Я не знаю, как это возможно... Меня много раз проверяли - я бесплоден... Должен быть... Наверное... - Он озадаченно замолчал.

Абнер слишком хорошо помнил страстный секс в пещере и держащий его в Кейсоне "узел", чтобы поставить под сомнения заверения медика. Как и то, что в северном Загоне парень отсутствовал в их комнате несколько дней и до сих пор не рассказал ему, что с ним происходило, пока он был у Нормана.

"Он может и не знать, что ему подсадили готовый эмбрион монстра, если держали в бессознательном состоянии все те дни".

Кейсон поднял на Абнера взгляд и тут же опустил, обжёгшись о напряжённое выражение лица господина.

Спохватившись, Абнер натянуто улыбнулся, обнял омегу за плечи и повёл его вниз, к стоящей на парковке машине.
.

В кабинете Абнера было темно и тихо. Шуметь было некому - альфа находился там один. Задёрнув шторы от яркого дневного света, он сидел перед монитором компьютера, по видеосвязи общаясь с Главным врачом Западного Загона. Того Загона, где родился и рос Кейсон.

Абнер уже поделился с ним новостью и сомнениями, и только что закончил смотреть видео, на котором в ускоренном режиме было видно, как яйцеклетки Кейсона разрушают то, что вводят в них искусственным путём.

- Ты видел, что происходит, - снова появившись на экране, подытожил Главный врач. - Даже если не разбираешься в процессе, я думаю, что тебе достаточно моих слов. Мы пытались оплодотворить яйцеклетки Кейсона, а также внедрить в матку уже оплодотворённые чужие, но с ними происходило то же самое. То, что парень забеременел - само по себе чудо. Или Норман изобрёл какое-то невероятное средство, позволившее импланту закрепиться в теле.

- В том то и дело, что такое вполне возможно, Раймонд, - упорствовал Абнер, не сводя полного беспокойства взгляда с изображения альфы в белом халате. - И даже ты не можешь мне в этом возразить.

Изображение главного врача развёло руками.

- Когда срок будет побольше и эмбрион сформируется, можно будет сделать узи. Посмотреть, что там растёт.

Абнер не смог удержаться от скепсиса:

- Последнее поколение монстров выглядит абсолютно так же как обычные люди. Это не показатель.

- Возьмём пробы тканей тела. Сделаем генетическую экспертизу.

- Если есть риск навредить моему ребёнку - я на это не пойду.

- Риск есть всегда. Но мы постарается его минимизировать.

- Нет. - Абнер поднял руку, ограждаясь от кощунственных предложений. - Мой наследник неприкосновенен.

- Абнер, - вспылил Главный врач. - Я не понимаю, что ты от меня хочешь! Тогда жди, пока малыш родится! Там будет видно!

- Подожди воевать со мной, Раймонд! Ты один из клана Карем, ты сам должен быть заинтересован в том, чтобы найти истину! - Абнер сделал паузу, стараясь взять себя в руки и не кипятиться. - Прости.

Извинившись, продолжил:

- Течка Кейсона началась тогда, когда мы покинули Загон. - Абнер цеплялся за малейшую возможность убедить себя в том, что его страхи беспочвенны. - Может ли это служить подтверждением того, что это мой ребёнок? Ведь оплодотворение яйцеклетки и беременность возможны только во время течки?

- В теории да, - Раймонд с любопытством наблюдал за Абнером, обычно спокойным и рассудительным, но сейчас взволнованным до такой степени, что было слышно, как тяжело он дышит. - Обычно так и происходит. Но я достаточно долго занимаюсь проблемами репродукции и даю тебе сто процентную гарантию, что исключения возможны. Человеческий организм способен преподносить сюрпризы.

- Ладно. Но могло ли вмешательство Нормана пройти бесследно? Так, чтобы после подсадки импланта в матку у омеги ничего не болело, не тянуло?

- Это навряд ли. Даже на фоне обезболивающих неприятные ощущения всё равно присутствуют. Это вмешательство в живые ткани. Система нервов очень чутко на это реагирует.

Абнер задумался.

- Есть мысли на этот счёт? - Поинтересовался Главный врач.

Абнер покачал головой:

- Кейсон был в таком состоянии, что это граничило с невменяемостью. Навряд ли он что-то осознавал. Я наблюдал за ним, но условия содержания оставляли желать лучшего - я мог не рассмотреть признаки боли и дискомфорта в темноте, даже если он невольно их демонстрировал, а физическое напряжение - списать на обстоятельства.

Главный врач посмотрел на поникшего Абнера.

- Тебе, пожалуй, нужен не я, а психотерапевт. Иначе ты сам себя скушаешь за восемь месяцев ожидания. Я могу тебе предложить вести беременность Кейсона, если ты мне это доверишь. Понимаю, я нахожусь далеко и долгие дороги в его положении не полезны, но я могу приезжать сам. С твоей оплатой билетов, разумеется.

- Без проблем. Я буду присылать за тобой вертолёт.

Абнер встал. Тепло попрощавшись с Главным врачом, отключил сеанс связи, находясь в полном раздрае чувств.
.

Не утруждая себя стуком, Хорус влетел в комнату Кейсона. Подбежал к нему, стоящему у окна и обнял крепко-крепко:

- Я в таком восторге, Кейсон! В таком восторге! Это всё-таки произошло! Я так счастлив!!!

Погружённый в свои мысли, расстроенный реакцией Абнера, Кейсон поднял на него глаза и неуверенно спросил:

- Ты думаешь? Стоит радоваться этому?

- А как же иначе? - ослеплённый счастьем Хорус не замечал настроения светлого омеги. - Может для тебя это не имеет особого значения, но я страшно рад!

Кейсон опустил голову:

- Я тоже рад, что ты рад. Но реакция Абнера на новость заставляет меня усомниться, что это хорошо.

- Да ты что говоришь такое! - возмутился Хорус. - Абнер приложил к этому столько усилий! Он не может не обрадоваться!

- А вот не обрадовался. - Кейсон сглотнул подкативший к горлу комок. - Я тоже думал как ты, а он услышал новость и даже ухом не повёл. Стоял, как истукан.

- Ты Абнеру уже сказал? - Хорус был ошарашен. - Как же так? Откуда ты узнал? Я ведь только что говорил с Онэ, и он сказал, что я должен узнать об этом первый!

- С Онэ? - Ничего не понимая, Кейсон посмотрел на любимого омегу. - А он-то откуда знает?

- Так. Стой. - Только сейчас рыжий парень заметил печаль в глазах и расстроенное лицо. - Мне кажется, мы говорим о разных вещах. И я вижу, что ты огорчён. - Хорус начал припоминать события, случившиеся несколько часов назад. - Вы же с утра куда-то ездили с господином Абнером. Что случилось?

- Мы точно говорим о разном. Нет, сначала ты. Моя новость подождёт. Не такая уж она важная.

Хорус с сомнением посмотрел на него. Но раз уж Кейсон сам отдал ему пальму первенства, парень перестал сдерживать своё счастье:

- Онэ принял предложение Абнера! Он будет жить на базе и работать с собаками!

Его эйфория от этой новости была столь велика, что он резко вдохнул и завопил так, что сидящий на кухне Отто передумал пить из поднесённой ко рту кружки и посмотрел на потолок - голос Хоруса пронзил полы, стены и перекрытия между этажами.

- Это по-о-олный улё-ё-ёт, Кейсон!!! Ура-а-а!!! - Счастье переполняло Хоруса. Он раскинул руки. Растопырив на секунду пальцы, сложил ладони вместе, пытаясь удержать свою радость в рамках дозволенного. - Я буду к нему приезжать! А может, упрошу Абнера тоже там поработать! И пожить! Хотя навряд ли он это разрешит, конечно!

Губы Кейсона тронула улыбка. Несмотря на своё плохое настроение, он обнял и поцеловал рыжеволосого омегу:

- Я тебя к Онэ сильно ревную! Но я рад! Ведь ты сможешь видеться с тем, кто для тебя важен!

- Ой, ну полно тебе, Кейсон! Ревность к Онэ? - он на мгновение смутился и поспешил заверить омегу в обратном. - Между нами просто дружба! Но очень крепкая! Теперь говори, что у тебя случилось?

Секунду Кейсон молчал, подбирая слова. Улыбнулся, предвидя удивление Хоруса, знающего о нём абсолютно всё.

- Оно не сейчас случилось, а месяц назад. И случится снова через восемь месяцев.

Мысли Хоруса так были заняты Онэ и его решением остаться, что парень не сразу сообразил, о чём речь.

- Случится снова? Через девять месяцев после... После чего? - он не договорил, начиная догадываться.

Хорус моргнул. Моргнул снова. Его брови поползли вверх, улыбка растянулась от уха до уха, губы разомкнулись, обнажая ряд белых зубов.

Уже готовый разделить с ним счастье, Кейсон остановил свой порыв, с тревогой наблюдая, как за несколько мгновений лицо рыжего омеги начало меняться, уступая место далёкому от радости выражению:

- Ты спал с Абнером во время течки?! - в обвиняющем жесте Хорус выставил указательный палец. - Несмотря на правила! Ты спал! Как ты мог?!

Кейсон открыл рот. Последняя надежда на то, что хотя бы Хорус порадуется свершившемуся чуду и прибавлению в семействе, разбилась об углы неумолимой реальности.

- Что мне оставалось делать? Абнер потерял память! Нужно было каким-то образом удерживать его в пещере, когда он то и дело порывался идти искать в снегах свой особняк!

- Ты соблазнил его! Несмотря на наши правила изоляции в течный период! Ты беременный!

Хорус заходил по комнате. Его прекрасная жизнь втроём, где для него наконец-то нашлось место, разрушилась в одночасье:

- Значит, вся моя борьба за любовь господина Абнера коту под хвост! Я и раньше был здесь никем, а теперь он вообще перестанет обращать на меня внимание! Ещё бы! У его любимчика Кейсона будет от него ребёнок!

Кейсон пытался прервать поток самоуничижений:

- Наоборот! Во время беременности нас в Загоне ни с кем ни спаривали, а значит, секс под запретом в это время! Абнер весь твой на целых восемь месяцев! Ты можешь демонстрировать свою любовь ему столько, сколько захочешь! Он половозрелый альфа! Не будет же он ждать, пока ребёнок родится и ещё пару месяцев после этого!

Кейсон замолчал. Тяжело дыша, парни враждебно смотрели друг на друга, не произнося ни слова.

Хорус посмотрел на живот Кейсона, который пока ещё не отражал его положения. Резко повернулся и выбежал из комнаты, громко хлопнув дверью.

Дверь тут же открылась снова. С надеждой на примирение Кейсон обернулся на звук и увидел заглянувшего к нему Отто:

- У вас тут всё нормально?

Едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться, Кейсон утвердительно покачал головой.

Парень стоял спиной к окну, залитому светом, поэтому Отто не рассмотрел выражения его лица.

- Ну ладно. А то Хорус выскочил отсюда, как ошпаренный. Я думал, случилось чего.

Дверь закрылась.

Внезапно почувствовав слабость, Кейсон добрался до безупречно застеленной кровати. Рухнул на неё лицом вниз, изо всех сил желая дать волю слезам, но те, стоящие в горле комом, отчего-то не желали литься из глаз.

Омега протиснул руку между собой и покрывалом, дотянулся до низа живота. Судорожно вздохнув, замер, через тонкую ткань одежды согревая теплом своей руки место, где находился его ребёнок.

"Не бойся, малыш. Ты уже есть. И это самое большое чудо, которое могло бы случиться".

Будто услышав его слова, слёзы хлынули потоком, даря Кейсону чувство облегчения от того, что он в состоянии выплакать накопившийся стресс. Освобождая внутри него место решимости бороться за место под солнцем для своего ребёнка. Для сил, чтобы беречь его и защищать, чтобы малыш чувствовал себя любимым и нужным. Вне ситуаций и независимо от обстоятельств.