Часть 28. Я имею право быть с вами!
Утром, едва открыв глаза, Кейсон вскочил с кровати. Не переодеваясь, прокрался в сорочке по коридору и ровно через минуту уже стоял у входа в комнату Хоруса, озадаченно смотря на табличку "не беспокоить", висящую на ручке двери. Догадавшись, что парень отсыпается после бессонной ночи, ушёл заниматься.
.
Не обнаружив Хоруса за обедом, Кейсон встревожился. Учитывая, что парень приехал около четырёх часов утра, он уже должен был выспаться.
Не смотря на запрет Отто, улучив момент, Кейсон проник в комнату Хоруса, не постучав. Замер, вглядываясь в полумрак - окно комнаты было наглухо закрыто плотной портьерой, почти не пропускающей свет.
Хорус лежал на кровати, отвернувшись к стене. На цыпочках, стараясь не шуметь, Кейсон подошёл ближе и услышал приглушенные подушкой рыдания. В тревоге он склонился над юношей, коснулся его плеча.
- Хорус? Что с тобой? Что случилось?
В ответ на это парень вжался в постель, отворачиваясь, не желая общения.
Словно пугающая чёрная гора, в воображении Кейсона взгромоздились предположения, одно страшнее другого. Он насильно развернул омегу к себе:
- Что произошло?!
Хорус вырвался и сел, отвернувшись. Его слова прозвучали вперемешку со всхлипами:
- Ты ничем не сможешь мне помочь, Кейсон. Тебе не нужно бесп... бесп-окоитьсяяя... - не сумев совладать с собой, разревелся он.
Стукнула дверь. Кейсон оглянулся на вошедших альф: хозяина и Отто.
- Как мой невероятный танцор? Доволен концертом? - Абнер явно был в приподнятом расположении духа. - Ты ещё спишь что ли?
Отто отодвинул портьеру и в комнату ворвался свет.
Хорус зажмурился. Выставил руку, загораживаясь от яркого дня. Он отвернулся от окна и все присутствующие увидели его опухшее от слёз лицо.
- Та-а-ак.... - Сказанное Абнером слово упало в тишине комнаты, нарушаемой неровным дыханием юноши и его всхлипами.
- То-то мне показалось, что ты расстроен... - произнёс Отто. - Но ты ничего мне не сказал! То, из-за чего ты плачешь, случилось у Анджело?
Хорус упал на постель вниз лицом, желая скрыть слёзы.
- Оставьте нас, - приказал Абнер.
- Я не помешаю... - взмолился Кейсон, но Отто взял его за плечи и так, держа перед собой, вывел из комнаты.
.
Абнер вышел через двадцать минут. Бросил взгляд на Отто, сидящего с Кейсоном на подоконнике напротив двери:
- Вызови Ройса. Пусть приедет сразу, как освободится.
Ничего не сказав вскочившему на ноги омеге, он направился в свой кабинет.
Подождав, пока хозяин скроется за дверью, а Отто в конце коридора, парень вошёл в спальню рыжего юноши.
.
Хорус одевался, стоя рядом с кроватью. Смятая ночная сорочка была брошена на постель. Натягивая водолазку, он пролез головой через высокий ворот и увидел подходящего к нему Кейсона.
Пытливый взгляд заставил Хоруса опустить глаза.
- Я беспокоюсь, - Кейсон умолк, предоставляя рыжему омеге возможность озвучить причину своих слёз, но тот молчал тоже.
- Почему ты не хочешь мне рассказать, что произошло? -Кейсону надоело играть в деликатность и он задал вопрос в лоб, высказывая предположение, не дающее ему покоя. - Тебя изнасиловали?
- Что?! Нет! - Хорус отшатнулся.
Кейсон смотрел, как он надевает брюки, не в силах скрыть того, что у него дрожат пальцы от сильного стресса. - Это было насилием, но не в этом смысле!
Хорус выправил волосы из воротника водолазки и они распушились рыжей гривой.
.
Почувствовав облегчение, что его тревоги не подтвердились, Кейсон не смог удержаться от вздоха. Он подошёл и обнял Хоруса. Увидев, что тот нахмурился, не решился поцеловать его в губы и чмокнул в покрасневшую от солёной влаги щёку:
- Я уже предполагал самое ужасное. Ладно, не хочешь говорить - твоё право. Главное, что ты здесь. А значит, всё плохое позади.
Возмущённый юноша оттолкнул его:
- Ты такой же, как Абнер! "Ничего страшного не случилось!" - передразнил он его, еле сдерживая слёзы. - Я так и думал! Поэтому не хотел ничего говорить! - парень быстрыми шагами покинул комнату, громко хлопнув дверью.
.
"Ну что за блажь, - думал Кейсон, один за другим обходя укромные места особняка. - Ничего не объяснив, обвинить меня во всех грехах!"
.
Он нашёл его в комнате с экзотическими рыбками. Хорус сидел на полу в темноте, наблюдая за их медленным передвижением в освещённой зоне аквариума.
Кейсон осторожно сел рядом.
В полной тишине прошло несколько минут, затем голос Хоруса неуверенно нарушил тишину:
- Сначала всё было отлично. Я танцевал, купаясь во всеобщем внимании. Ко мне никто не приставал, но это потому, что Анджело всё объяснил предельно строго, представляя меня своим рабам-альфам, а приехавший гость оказался богатым омегой. После каждого танца они хлопали мне и кричали браво. И я был счастлив стараться изо всех сил...
Хорус замолчал. Провёл рукой по мокрой щеке и подтёр нос.
- А потом... Они напились. Я чувствовал, что с каждым моим выходом запах вина в зале становился сильнее. В какой-то момент, я не знаю, что на них нашло... Анджело словно слетел с тормозов и начал куражиться, а его гость и все остальные были рады поддержать его в этом....
Кейсон молчал, не торопя Хоруса продолжать. И спустя несколько минут голос юноши зазвучал снова:
- Они велели мне раздеться. Им было интересно, будет ли танец столь же восхитительным, если я буду танцевать голым. "Узнаем, это талант танцора или магия струящихся тканей его одежды", - сдавленным голосом процитировал он.
- Я не хотел их даже слушать, не то, чтобы подчиниться этой глупости. Но они стали угрожать сорвать с меня одежду насильно, если я не выполню их приказ... - голос юноши задрожал. - Я представил, как все эти люди: альфы, омеги... набросятся на меня... Кейсон... У меня чуть сердце не встало от страха!
Светлый омега подался к нему в тревоге:
- Так и случилось?
- Нет. Я разделся сам... - парень поднял на Кейсона жалобный взгляд и заторопился, пытаясь оправдаться в своей слабости:
- Ты бы слышал, что они говорили! Я там был один! Я был в ужасе, что они выполнят свои угрозы... - он всхлипнул.
- Но почему ты не нажал сигнал тревоги? - Кейсон был возмущён ситуацией. - Выходит, я волновался не напрасно, но сам Абнер заверил меня, что у тебя была возможность вызвать Отто!
- Я растерялся... Я был дико напуган... Так сильно, что не мог соображать... Я только потом нашёл устройство, когда снова оделся...
Парень закрыл лицо руками. Поднял голову и откинул её назад, словно хотел остановить влагу, неудержимо наполняющую глаза. Вернулся в прежнее положение и сложил руки на груди, закрываясь:
- Стоило Анджело подать знак своим людям, как меня парализовал страх. Я снял с себя украшения и шаровары, полагая, что этого будет достаточно. Но они настояли, чтобы было снято всё. Но не это стало самым ужасным....
Хорус пошевелился. Раскрыл вспотевшие ладони, вытер их о брюки и принял прежнюю позу, обняв себя руками.
- Сделав свет максимально ярким, меня вытолкнули в центр зала. Окружили со всех сторон и включили музыку...
Они смеялись надо мной, Кейсон. Толкали меня, если я останавливался. Я танцевал, всё больше слабея от их насмешек и хохота... Но им было этого мало... Они решили меня добить...
Дыхание Хоруса сбилось, но он взял себя в руки и продолжил:
- Музыка играла без передышки и мне не разрешали уйти. Я совершенно обессилел... Мне не хватало воздуха в этом смраде. Я ничего не видел от слёз и стал падать. И однажды не смог подняться. Я задыхался от усталости и горя, Кейсон, а они смеялись надо мной!
Хорус разрыдался. Повернувшись к нему, светлый омега встал перед ним на колени и обнял. Он поглаживал его, стараясь успокоить, но Хорус так желал выговориться, что не мог остановиться:
- Такого унижения не позволяли даже в борделе! Никогда мой танец не был причиной насмешек! - голос Хоруса окреп. Он выпрямился, горя праведным гневом. Взмахнул рукой, словно призывая высшую силу как авторитетное подтверждение своих слов. - Ведь танец - это не просто перемещения тела под музыку! Это сакральное действо, движение энергий, история, оживающая на глазах зрителей!
Хорус замолчал, тяжело дыша, с трудом успокаиваясь в объятиях омеги.
Вскоре он снова заговорил. Его голос стих, став грустным и проникновенным:
- И всё это, вместе с моей душой, растоптано и полито грязью. Я убит, моя душа растерзана в клочья, и самое обидное, Кейсон, что после всего этого Абнер говорит, что "ничего страшного не случилось"! - страдание рыжего омеги тут же переросло в гнев. - Разве этого я ждал от него?! Разве равнодушие любимого может вернуть человека к жизни?!
- Я тебя люблю Хорус, - голос Кейсона звучал уверенно. Он мог бы поддержать рыжего омегу в его возмущении господином, но его чувство справедливости не позволило ему сделать это. - И ты не прав. Абнер вызвал к себе Ройса, и я уверен, он не оставит Анджело безнаказанным. Наверное, господин хотел успокоить тебя, но как видно, не слишком в этом преуспел.
Хорус взглянул на него, ожидая ещё каких-то слов, но Кейсон лишь продолжал обнимать его, поглаживая и целуя.
- Ты дома. Теперь всё будет хорошо.
Но Хорусу было мало его заверений. Он вскипел, не получив того, чего жаждал всем сердцем:
- И всё? Это твоё утешение? После всего, что я рассказал тебе?! Почему ты не говоришь, какие они уроды и мрази, почему не шлёшь проклятия на их голову, почему не желаешь им смерти?! Тебе что, всё равно?!
Кейсон оторопело посмотрел на него:
- Мне не всё равно, Хорус. И ты это знаешь. Но мои гневные вопли вряд ли что-то изменят. Не лучше ли потратить свои силы на что-то полезное, чем сотрясать впустую воздух?
- Значит, у меня гневные вопли? Значит это я сотрясаю воздух впустую? - Хорус задыхался от возмущения. Он вдруг прищурил глаза и обратил своё негодование на того, кто находился с ним рядом. - А ты? Чем занимался ты, в то время, когда надо мной издевались? Трахался с Абнером и получал удовольствие, радуясь моему отсутствию? Я прав?
Кейсону нечего было предоставить в пику обвинениям Хоруса.
Увидев в глазах молчащего омеги подтверждение своих слов, рыжий парень разозлился и с силой оттолкнул его. - Иди ты в жопу, Кейсон! Тебе до меня нет никакого дела! Уходи! Я не хочу никого видеть! Я хочу быть один!
Кейсон неловко поднялся на ноги:
- Хорошо, Хорус. Я правда, не хотел тебя обидеть... Я хотел помочь...
- Ты мне надоел со своей беспомощностью! От тебя никакого толка! Подстилка Абнера! Ненавижу тебя!
Увернувшись от брошенной в его сторону тапочки, Кейсон покинул комнату с экзотическими рыбками. В его душе был полный раздрай, но отчего-то он не чувствовал себя виноватым.
"Хорус сам захотел поехать к Анджело. Я не смог на это повлиять и предотвратить то, что случилось. - Однако сомнения не давали омеге успокоиться, и он снова и снова спрашивал себя, ища варианты. - Ведь я же не мог?"
.
Только поздно вечером Абнер и Ройс закончили обсуждение стратегии завершения всех совместных проектов с Анджело с требованием выплаты его долгов, на которые Абнер долго закрывал глаза и неустойки за сорванные сроки.
С чувством удовлетворения и выполненного долга господин отпустил своего юриста и откинулся на спинку кресла. Оставить безнаказанным унижение своего имени в глазах присутствующих у Анджело гостей он не мог.
"Моя репутация превыше всего. Пусть до каждого человека из нашего круга дойдёт, что нельзя связываться с Абнером даже в такой малости, как унижение его раба!"
Господин взглянул на часы и поднялся. Кейсон уже давно ждёт его в хозяйской кровати. Может быть, даже уснул.
Абнер представил, как забирается под одеяло к тёплому сонному омеге, разморённому и слегка заторможенному, уютному и милому. Лёгкая улыбка предвкушения тронула его губы.
"Как приятно будет его пробуждать, лаская его, дразня его чувственность. Завести его страсть и желание, чтобы он сам, также, как вчера, перехватил инициативу".
Господин поправил зону ширинки брюк - его организм отреагировал на эти мысли с поражающей самого Абнера готовностью.
Он погасил свет, вышел, запер кабинет на ключ и направился в свою спальню.
.
На душе Абнера было спокойно и хорошо. Да, ему ещё придётся понервничать, занимаясь совместными с Анджело делами, но сейчас он целиком и полностью отдался предвкушению секса со своим рабом, чьё присутствие рядом стало для него необходимым.
Он вошёл в тёмную спальню и посмотрел на кровать.
Разметав кудри по подушке, уставший его ждать Кейсон безмятежно спал.
Вопреки своему обыкновению разложить каждую вещь на своё место, торопясь, Абнер разделся, бросая одежду на стоящий в ногах кровати пуф. Его член слегка наполнился от приятных мурашек предвкушения ласк. Среди предоставляемых в воображении вариантов совокуплений, его будоражило воспоминание собственного члена во рту омеги и он жаждал повторить это вновь.
.
Сбросив трусы, обнажившись полностью, Абнер включил ночник, отрегулировав его на самый слабый свет. Он приоткрыл одеяло и глубоко вдохнул тёплый аромат земляники.
Кейсон пошевелился, просыпаясь:
- Господин Абнер...
Матрас промялся от веса альфы, вставшего коленями на кровать.
Губы омеги смял поцелуй, нежный, но требовательный, побуждающий сонного, заторможенного парня к действию. Абнер вкушал его жадно, дорвавшись, наконец, до воплощения своего желания.
- Наконец-то я с тобой. Я так ждал этого момента... Просыпайся, Кейсон. Ну же... Тебе понравился вкус моего члена? - зашептал господин, подстёгивая откровенными словами своё возбуждение, находя в них ту запретную сладость с ноткой пошлой разнузданности, которую смог, наконец, себе позволить. - Вкус большого сочного члена господина Абнера у себя во рту? Ты ведь не против повторить?
Кейсон не успел ничего сказать, как подушка под ним была смята так, чтобы приподнять голову. Он был не против, но его ошарашила поспешность хозяина.
Тот откинул одеяло полностью, перебрался ближе. Перенёс ногу по другую сторону лежащего парня и опустился ему на грудь, напряжением мышц удерживая вес, уберегая омегу от тяжести своего тела.
Толстая колбаска члена пошлёпала омегу по щеке и парень заморгал. Он повернул голову, открыл рот и высунул язык, пытаясь достать до наполненного органа хозяина. Тот подался ближе и омеге удалось его лизнуть.
- Ты хочешь его? Хочешь? - дыхание Абнера сбилось.
Не отвлекаясь от своего занятия, Кейсон кивнул.
Абнер направил головку члена ко рту омеги и провёл ею по губам.
.
Парень прикрыл глаза, наслаждаясь ощущением прикосновения нежной горячей упругости. Альфа подал бёдра вперёд, упёрся в губы и Кейсон послушно открыл рот, пропуская в себя наполненный член хозяина. Плотно обхватив его губами, присосался, прижимая языком.
Господин застонал. Уперев руки в спинку кровати, он начал качать бёдрами, аккуратно загоняя ствол в рот Кейсону и обратно, ограничивая себя малой амплитудой, чтобы омега не подавился, время от времени вытаскивая член, позволяя ему сглотнуть, жадно любуясь влажными от слюны и смазки губами.
- Как мокро и горячо... - Он слегка отстранился и остановил движения, но парень потянулся вслед, не отпуская. Покачивая головой, заскользил по напряжённому органу к аккуратно постриженному лобку и обратно.
Абнер с удивлением всмотрелся в его лицо и возликовал, настолько явно, посасывая и причмокивая, Кейсон наслаждался объёмным, горячим, с тонкой нежной кожей членом альфы во рту, всё больше входя во вкус, всё более жадно поглощая инструмент деторождения господина.
- Тебе нравится, Кейсон? - внутри Абнера заискрилась радость. Он почувствовал, как пал последний барьер, отделяющий его от вожделённого омеги. - Соси, малыш, соси... Чувствуешь пульсацию моего члена? Он хочет тебя. Больше. Глубже. Да-а-а...
Тело альфы томилось в ожидании оргазма. Он ощущал, как его охватывают волны подходящей эйфории, охватывая пах и ягодицы, пронзая всё его тело, от мошонки до груди насквозь, заставляя его усиленно дышать.
Абнер ощутил ладони Кейсона на своих ягодицах. Его поглаживающие движения, кончики пальцев, дотянувшиеся до поджавшихся яиц, и альфа уже не смог остановить накрывающую его волну удовольствия. Краем сознания уловив грозящую парню опасность, он подался бёдрами назад, вынимая член, беспокоясь, что лёжа на спине Кейсон может подавиться спермой.
Вовремя.
Светлый омега едва успел закрыть глаза. Под стон и рычание Абнера светлые выстреливающие струйки орошали лицо Кейсона, лишь небольшой частью попадая в его раскрытый в ожидании рот.
Тяжело дыша, Абнер слез с омеги. Наклонился. Лукаво улыбаясь, выбрав место почище, поцеловал смущённого своим видом парня в щёку. Упав спиной на постель, растянулся рядом с ним.
.
Кейсон сел, ладонью стирая эякулят хозяина с лица. Он начал находить всё больше удовольствия в оральных ласках. Не тех, какими баловался с Хорусом, даря и получая разрядку, но доставляя собственным ртом наслаждение хозяину.
Ему нравился большой, мясистый, упругий член альфы, словно живущий своей собственной жизнью. То, что тот пробуждается от его присутствия, заставляя хозяина терять голову от желания быть с омегой.
Но вот это вот, обильное и густое семя, при высыхании мгновенно стягивающее кожу, ему совершенно не понравилось. Он бы предпочёл проглотить всё до капли, как в прошлый раз.
- Я помогу тебе.
Абнер встал. Взял приготовленное слугой махровое полотенце, смочил край водой из кувшина. Сел на кровать и мягкими движениями протёр Кейсону лицо и руки от следов своей невоздержанности.
Отбросив полотенце, хозяин взял его за руку. Переплёл пальцы и потянул на себя.
- Завтра мы едем на занятия. - Господин заметил удивлённый взгляд. - Да, я поеду с вами. Я предполагаю трудный день, поэтому не хочу тебя отпускать так быстро сегодня, ведь завтра будет не до этого. Да и тебе нужна разрядка.
Господин потянулся к омеге, собираясь его поцеловать, но не успел.
.
Дверь распахнулась, явив удивлённым взорам присутствующих Хоруса в светлой ночной сорочке, с распущенными волосами. Его щёки пылали, а припухшее от слёз лицо выражало крайнюю обиду и непоколебимую решимость.
- Я имею право быть с вами! - закричал он. - Имею право!
Закрыв за собой дверь, рыжий парень стремительно преодолел пространство комнаты. Скинув перед кроватью сорочку и оставшись нагишом, он залез на постель. Понимая, на что напросился и страшась этого, упал лицом вниз, разделив своим телом господина и светлого омегу.