Часть 22. Главная добродетель воспитанника
Свет ночника рассеивал тьму.
Абнер сидел на кровати в позе лотоса, поставив телефон на громкую связь. У него болела голова, поэтому он изменил своей привычке разговаривать по телефону как обычно, приложив трубку к уху.
- Я не знаю, Раймонд. Прежде я не замечал никакой зависимости ни к кому, но с появлением Кейсона мне совершенно изменила сдержанность, а мои поведенческие реакции поражают меня самого. Я словно мальчишка-подросток, у которого вместо мозгов гормоны. Да я и в юности таким не был, поверь! А сейчас... Мне нужно, чтобы он был рядом двадцать четыре на семь. А если парень попадает в моё поле зрения, мне сложно сосредоточиться на чём-то другом, кроме как уединиться с ним в укромном углу.
- Что, и в туалет бы с ним ходил?
- Смешно тебе? Ходил бы. - Абнер порадовался, что собеседник не видит его лица. Туалет в торговом центре стал апогеем его несдержанности, но об этом он предпочёл умолчать. И перевёл всё в шутку: - Следил бы, чтоб никто не украл.
- Любовь к рабу? Ты не первый и не последний в этом плане. Тебя можно поздравить, что это твой раб, а не чужой.
- Перестань шутить, Раймонд! - Абнер рассердился. - Я понимаю, что это ненормально! Но мои, годами сложившиеся установки не работают. И это... Это безумие... Чувства поглощают меня. Лишают воли. Подчиняют себе, срывая с меня покровы цивилизованности, выпуская на волю инстинкты дикого, первобытного человека. Я вдруг узнал, что такое ревность. И мне это совсем, совсем не понравилось!
Голос Абнера дрогнул. Он замолчал, опасаясь, что его собеседник поймёт, что он на грани нервного срыва.
Альфа сглотнул, благодарный, что его слушают не перебивая. Взял себя в руки и продолжил:
- Раймонд, ты врач. Помоги мне. Я чувствую, что сам не могу с этим справиться. Я мог бы отвезти его в мой дом на другой континент, с глаз долой, но всё настолько плохо, что боюсь, это не поможет.
- Я врач, но я не понимаю, чего ты хочешь от меня. Чувства... Это не про ту медицину, которой я занимаюсь...
- Я хочу вернуть Кейсона, - перебил его Абнер, торопясь высказать свою просьбу, пока решимость не покинула его. - Вернуть в Загон хотя бы на время и посмотреть, что будет. По моим предположениям, если я уберу то, что меня триггерит, моё состояние должно улучшится, ведь так? Ты же изучал психологию в университете, так ответь?
Главный врач размеренно дышал в трубку, размышляя. Предполагая, что тот подбирает слова для отказа, Абнер поспешил добавить:
- Я оплачу его содержание. С тем условием, что парню обеспечат хороший уход и никто его не тронет. Это возможно?
- Забавно, - главный врач Загона хорошо знал своего собеседника. То, что он рассказывал, настолько выходило за рамки его обычного поведения, что светило медицинского мира стал искать другие возможные причины. - Возможно, дело не в тебе. Может быть, детородная проблема Кейсона устранилась сама собой, и теперь его организм восполняет упущенное, каким-то образом провоцируя окружающих противоположного пола. Теория феромонов не доказана, но и это нельзя исключать. Нужно выяснить, что на тебя так действует. Как другие альфы на него реагируют?
- Альфа с ним рядом только один, мой доверенный. Тот ухом в его сторону не поведёт, даже если будет течь от мальчишки.
- А омеги? Беты?
- Нет. Я не замечал.
- Я приеду, как только разгребу дела. Заинтриговал ты меня. Я договорюсь с Директором о проведении обследования Кейсона и его проживании на это время. Загон нуждается в дополнительном финансировании, думаю, он не будет против.
- Хорошо, Раймонд. Буду тебя ждать. Избавь меня от всего этого. Тем или иным способом. Избавь. Я устал от постоянного напряжения.
Абнер отключил связь и откинулся на кровать.
.
Рыжий омега осмотрел коридор, чтобы убедиться, что его никто не засёк подслушивающим возле двери, и продолжил свой путь в туалет. То, что он услышал, ему совсем не понравилось.
"Надо держать ухо востро. Кейсону говорить ничего не буду. Не нужно его пугать. Но при малейших признаках опасности я непременно придумаю, что делать".
***
Кейсон натянул плотную шапочку для плавания. Сделал разминку, подошёл к бортику бассейна, надел очки. Глубоко вздохнув, с тихим плеском нырнул. Удивился на необычно холодную воду.
Сегодня он пришёл раньше. На него свалилось столько всякой новой информации, что ему хотелось остаться подольше наедине с самим собой.
Вдох, несколько гребков руками, движения ногами, плавный выдох. Выполняя отработанные до автоматизма движения, парень наслаждался прикосновением воды к его коже, её бурлению вокруг тела, мягкой поддержкой и сопротивлением плотности. Голова освободилась от мыслей, давая омеге необходимый отдых.
.
Кейсон потерял счёт времени. Чувствуя, что устал, сделал вдох, нырнул, и принял в воде свою любимую позу, ощущая, как его тело медленно и плавно опускается на дно.
"Что ж как холодно-то сегодня?"
По воде раздался глухой звук нырка и Кейсон поморщился. "Абнер". Он заработал руками и ногами и всплыл.
Вовремя. Чтобы только-только убраться с дорожки.
.
Хозяин притормозил. Всмотрелся в лицо с посиневшими губами.
- Давно в воде?
- Н-не знаю. - Кейсон сам удивился, что у него стучат зубы.
- Быстро в душ! Только переохлаждения не хватало!
Кейсон откинулся назад. Несколько сильных гребков и вот он уже поднимается по лесенке, снимает шапочку, и идёт в душевую кабинку.
.
Абнер продолжил рассекать воду своим сильным поджарым телом. Перед глазами стояло лицо замёрзшего Кейсона. Под ложечкой засосало от желания согреть омегу, сердце застучало сильнее, разгоняя кровь.
Абнер нырнул и поплыл под водой, тщетно надеясь, что временный недостаток кислорода позволит переключить сознание на более насущные проблемы, но желание близости не пропало.
Он вынырнул. В тишине бассейна слышался шум воды, доносящийся из душевой. Он представил, как струи воды, шипя, обтекают мускулистый торс, стекая по широкой спине в ложбинку между ягодиц, по мышцам груди и кубикам пресса на кудрявый лобок и мягкий пенис, сбегают по сильным бёдрам и капают вниз.
Абнер сглотнул слюну.
"Какого чёрта! - разозлился он сам на себя. - Я имею полное право! Тем более, парень скоро уедет..." Эта мысль поторопила его.
.
Расставив ноги, склонив голову, закрыв глаза, обнажённый Кейсон стоял под струями горячей, едва терпимой воды. Почувствовав, как его обдало прохладным воздухом, проникшим в душевую от открытой на несколько секунд двери, он с удивлением оглянулся.
Душевых кабинок было несколько, и сперва омега решил, что кто-то не понял, что эта занята. Увидев Абнера, он отшатнулся, выходя в просторной кабинке из-под горячих струй.
Абнер приблизился, попал под душ и издал недовольный возглас.
- Как горячо! Ты свариться тут собираешься? - господин сделал воду похолоднее, но так, чтобы она согревала охлаждённое бассейном тело.
Кейсон обхватил себя руками и опустил глаза, опасаясь спровоцировать хозяина взглядом.
Тот протянул руку. Коснулся большим пальцем скулы омеги. С усилием поднял за подбородок голову с прилипшими ко лбу мокрыми волосами.
- Смотри на меня.
Кейсон невольно дёрнул головой, избегая прикосновения. Он вовсе не хотел быть дерзким, но тело реагировало само, стараясь избежать того, что должно было произойти.
Абнера это не остановило. Он положил руку на плечо Кейсона. Не отпуская пальцев от его влажной светлой кожи опустил руку на грудь омеги, ладонью накрывая сосок, чувствуя возбуждение от мягкости небольших молочных желёз, набухающих в период течки, но сейчас существенно потерявших объём.
Кейсон отвернулся. От волнения ощущая нехватку воздуха, задышал глубже, разомкнув губы, покрасневшие от горячей воды.
- Чем я тебе так не мил? - В голосе Абнера чувствовалось раздражение. - Я не насильник, но с тобой по-другому не получается!
.
За дверью душевой раздался голос. Кто-то кого-то звал, но шум воды искажал звук.
Ища спасения, Кейсон повернул голову. Он хотел уже рвануться к выходу, как дверь распахнулась и в душевую влетел Хорус в домашней одежде.
Увидев обнажённых альфу в боевой готовности и взволнованного омегу, стоящих лицом друг к другу, парень обомлел и попятился к закрывшейся за ним двери.
- Ох... Простите меня, господин Абнер... Я искал Кейсона.
Увидев новые возможности, тоном, не предполагающим возражений, хозяин приказал:
- Стой где стоишь. Раздевайся.
Кейсон бросил на него непонимающий взгляд и снова посмотрел на омегу.
Удивлённый неожиданным приказом, Хорус моргнул, сомневаясь, правильно ли он расслышал и понял. Неотрывно смотря в глаза хозяина, неловко поднял руку к шее, словно искал пальцами несуществующие на футболке пуговицы.
- Снимай одежду, Хорус. Живо!
Заторопившись, омега разулся. Скинул на пол футболку и спортивные брюки, оставшись в белых боксерах. Встал, вытянув руки по швам, боясь даже предположить, зачем всё это нужно.
- Трусы тоже снимай.
Хорус стянул резинку со своей округлой попы, обнажаясь полностью. Его небольшой пенис расслабленно висел, прикрывая мешочек с неразвитыми, как у всех омег, тестикулами. Теперь его взгляд выражал сильное волнение, но он не боялся.
- Подойди ближе.
Хорус подошёл к стоящим мужчинам. Бросил взгляд на омегу и с надеждой посмотрел на Абнера.
- Ты любишь меня, Хорус?
Парень мог не отвечать - столько подобострастного обожания было в глазах, смотрящих на хозяина неотрывно.
- Да, господин Абнер.
Голос Хоруса дрожал от предположений. Неужели хозяин удостоит его своим вниманием? Но несмотря на то, что здесь был Кейсон, омега продал бы душу, чтобы господин оплодотворил своим семенем его лоно.
Абнер перевёл глаза на Кейсона, весь вид которого выражал протест и возмущённое отрицание возможности того, что сейчас произойдёт.
Но никто из омег оказался не готов.
Шум воды прервал звук сильной пощёчины. Рыжеволосый парень схватился за лицо.
- На колени, Хорус.
Абнер отдавал команду Хорусу, но смотрел на светлого омегу, в чьих глазах стояла растерянность от происходящего. Растерянность мгновенно сменилась гневом и он с вызовом посмотрел Абнеру в лицо, пробуждая в ответ горячее желание альфы настоять на своём, заставить его подчиниться воле господина.
- Если ты не хочешь, чтобы страдал твой друг, ты будешь делать всё то, что я скажу. Ты понимаешь меня, Кейсон?
Тот, к кому он обращался, сжал кулаки:
- Не бейте его! Я и без этого сделаю всё, что требуется!
- На колени, Хорус, - повторил Абнер.
Тот рухнул вниз, ударившись коленями о плитку пола. Поднял глаза на мощно стоящий, текущий смазкой член альфы, возжелавшего не его.
- Приласкай меня, мальчик. Ты умеешь, я знаю. Сделай это хорошо.
Не выпуская Кейсона из поля зрения, Абнер отдавался наслаждению. Тому, как рыжеволосый омега старательно сосёт и облизывает его детородный орган, едва помещающийся во рту. Как насаживается ртом так глубоко, что Абнер ощущает, как член протискивается между миндалин в горло.
От невероятного кайфа у господина дрожали ноги. Но не с Хорусом он хотел разделить своё наслаждение.
Сильная рука сжала шею Кейсона со стороны спины и притянула его к Абнеру. Потянувшись, господин впился поцелуем в его губы.
Хозяин взял руку светлого омеги и положил себе на грудь, застонав от прикосновения ладони к чувствительным, тут же сжавшимся соскам.
Прикосновение замкнуло электрическую цепь наслаждения, соединяющую пах, грудь, живот и рот, жадно поглощающий вкус светлого омеги.
Градус напряжения рос. Вот-вот хозяин изольётся в экстазе оргазма.
Шум воды сопровождал стон альфы и чмокание поцелуев. Но Кейсон услышал ещё один звук. Мучительный и резкий.
Он разорвал поцелуй. Абнер схватил его снова, принуждая к подчинению, но доли секунды парню хватило, чтобы понять, что за звук это был.
Хорус давился. Увлёкшись, хозяин силой удерживал голову юноши, не позволяя ему отстраниться и сделать вдох.
Со всей силы Кейсон оттолкнул Абнера. Так, что тот впечатался в стену, едва не упав. Жадное, хриплое дыхание Хоруса прервал кашель.
- Вы чуть не задушили его!
Восстановив равновесие, Абнер шагнул к Кейсону и ударил его по щеке. Толкнул и прижал к стене, к мокрой от конденсата плитке.
- Как ты смеешь?!
Тот пытался оттолкнуть его, сорвать его руки, но безуспешно.
- Кейсон, не надо! Всё хорошо! Господин, я люблю вас! Не сердитесь на него! - всё ещё кашляя, вытирая брызнувшие слёзы молил Хорус, не поднимаясь с колен, протягивая к ним руки.
- Главная добродетель воспитанника - послушание! Делай, что говорят! Каждое твоё неповиновение будет отражаться на Хорусе, ясно? - перекрикивая шум воды зло произнёс Абнер.
Он ударил рыжего парня по щеке наотмашь:
- Встань!
Хорус поднялся и Кейсон не поверил своим глазам - маленький член омеги стоял торчком, истекая тонкой блестящей нитью смазки из дырочки уретры.
Абнер снова нанёс удар. Щека Хоруса покраснела, но парень не плакал. Его трясло от возбуждения, надежды и сексуальной эйфории. "Хозяин сделает это со мной!" Даже за малую толику такой возможности, он отдал бы всё, что у него есть.
В порыве охватившей его благодарности, Хорус припал к телу Абнера. Целуя его грудь, вылизывал соски, поглаживая рукой возбуждённый член альфы, но Абнеру уже было этого мало.
- Повернись!
Хорус отстранился и Абнер снова с силой шлёпнул его по лицу. Омега покачнулся.
- Живо!
Кейсон дёрнулся, пытаясь защитить юношу, но Абнер припечатал его к месту.
Рыжий парень повернулся к Абнеру спиной.
- Ближе!
Рыжего омегу так трясло, что казалось, что ещё немного, и он грохнется в обморок.
Резкая команда Абнера застала Кейсона врасплох:
- Держи его! Крепко!
Но светлый омега не спешил выполнять приказ.
Хорус поднял к нему лицо с такой смесью восторга, благоговейного трепета и ожидания счастья, что у Кейсона зазвенело в ушах.
- Помоги мне! Я не устою!
Светлый парень подхватил его под руки. Хорус прижался к нему, радуясь предоставленной опоре.
Мягкую ягодицу смял удар, но парень лишь выдохнул, обдав обнажённую кожу Кейсона горячим дыханием.
Слюна на члене хозяина облегчила проникновение.
Закрыв глаза, запрокинув голову, приоткрыв рот, Хорус терпел сладкую, растягивающую анус боль, ощущая, как в его лоно протискивается член господина. Он стонал и рвано дышал, дрожа всем телом, находясь в экстазе экзальтации от происходящего.
Абнер вошёл до упора. Толкнулся и начал фрикции.
Кейсона раздирали эмоции. Ревность, гнев, обида и вдруг взбесившаяся сексуальность, требующая немедленного выхода, пламенем бушевала внутри. Колоссальным усилием воли он заставлял себя стоять неподвижно, удерживая своего любимого человека для трахающего его Абнера, сдерживая крик бешенства и бессилия, желая прекратить это немедленно, чувствуя себя связанным не только своим рабским положением, но и счастьем в глазах Хоруса.
Тем временем Абнер оценивал ощущения: "Вход, конечно, более разработанный, что не удивительно, ведь парень занимался проституцией. С другой стороны, Кейсон рожал..." - Он застонал от подкатившей волны наслаждения, аккомпанируя своим голосом тонким непрекращающимся стонам рыжего омеги.
Альфа остановился, пережидая, не допуская оргазма, накапливая его силу и мощность, смотря на потерянного Кейсона, стоящего к нему лицом.
Господин притянул его к себе за шею и стал целовать, грубо и требовательно. Одновременно с этим обнял Хоруса и начал ласкать его соски, вызвав новую, весьма ощутимую волну дрожи.
Колени младшего омеги подогнулись, он еле удержался, чтобы не упасть.
- Держи крепче, Кейсон! Хорус едва на ногах стоит! - повторил Абнер.
Он опустил руку ниже. Легко сжал мошонку омеги, насаженного на член мягкими булками, провёл пальцами по пенису, готовому излиться, до головки.
- Не трогайте, господин Абнер, - взмолился Хорус.
Убрав руку, хозяин продолжил фрикции. Меняя ритм и амплитуду проникновения, вдруг ускорился и Кейсон кожей живота ощутил первый выстрел спермы Хоруса, почувствовал, как тот дрогнул в мощном, потрясшем его оргазме, вздрагивая снова и снова.
Кейсон напряг руки, подхватывая разом ослабевшего омегу.
Абнер с рычанием кончил следом, долго сливая накопившийся за дни воздержания запас. Хорус блаженно улыбался, ощущая анусом подёргивания члена альфы.
Не вынимая ствол, Абнер снова приник губами ко рту Кейсона, чей пенис стоял так жёстко, как только это вообще было возможно.
Хорус почувствовал, как член Абнера выскальзывает из его попы.
Абнер подхватил на руки ослабевшего, разморённого испытываемой послеоргазменной эйфорией омегу, забирая его из объятий Кейсона:
- Отпусти мальчика. - Он направился к выходу из душевой, оставляя парня потерянно стоять с членом наперевес. - Ты сегодня наказан. Выключи воду и возвращайся к себе. Вечером придёшь ко мне сам и останешься на ночь. И учти на будущее: чем больше ты будешь упрямиться, тем меньше Хорусу будет нравиться за тебя отдуваться.
Кейсон сглотнул, смотря вслед ушедшему хозяину. Он ощущал некую неосязаемую утрату и тяжесть в яичках, но более всего - растерянность от того, что не мог найти себе места в изменившейся в одночасье системе координат.
.
Держа Хоруса на руках, Абнер унёс его в комнату отдыха, расположенную напротив душевых. Завернул его в большую махровую простынь, избегая взгляда влюблённых глаз.
- Я помню, что тебя возбуждает боль. Но я не сильно переборщил?
Глаза Хоруса увлажнились, не в силах сдержать переполняющих его эмоций:
- Я вас так люблю, господин Абнер! Так люблю!
- Я рад. - Хозяин поднялся. — Отдохни и возвращайся к своим занятиям. Кстати, зачем ты искал Кейсона?
Хорус замялся. Он не хотел признаваться, что подслушал разговор хозяина и сегодня, увидев в почте письмо из Загона, встревожился. Продумывая ответ, вытер слёзы.
- Отто сказал мне, что через две недели мы едем учиться управлять упряжкой. Я хотел сказать ему об этом.
- Тебя это радует? - Абнер был удивлён.
- Я люблю собак. - Хорус опустил голову и тут же вскинул её снова. - Но вас я люблю больше, господин Абнер!
- Какой ты ещё ребёнок, Хорус.
Абнер поворошил ему волосы и спокойным шагом покинул комнату.
.
Кейсон смыл с себя семя Хоруса, выключил воду и собрал с пола одежду.
Пройдя в раздевалку, не зная, что парень находится рядом, в комнате отдыха, машинально, не думая, сложил вещи на стул. Одевшись, направился к себе, подавленный, в полном раздрае чувств.
.
Прислушиваясь к себе, завёрнутый в мягкую простынь Хорус лежал в шезлонге, умиротворённый и счастливый. Он надеялся, что теперь так будет всегда. Что Абнер наконец понял, как сильно Хорус желает разделять с ним любовь. С ними обоими. Что он может быть если не полноправным членом их любовных битв, то хотя бы принимающим участником, готовым на самое скромное вознаграждение.
"Хотя сегодня оно не было скромным. Я обкончал всего Кейсона".
Эта мысль смутила его. Он встал. Не снимая с себя простынь, пошёл искать свою одежду, разминувшись с Кейсоном всего на пять минут.