Глава 5

Вся моя бравада испарилась, когда наступило субботнее утро. Закончится один день, потом – другой, и наступит новая учебная неделя.

Каждые полчаса я бросала настороженные взгляды на окно, за которым виднелся тренировочный плац. Нервы стягивались в тугой комок, но любопытство опережало инстинкты. Я выглядывала из-за штор и наблюдала, как молодые никриты бегают вокруг школы, разучивают приёмы, дерутся друг с другом под пристальным вниманием учителей.

Вчера Артур решил показать места в школе, где мне придётся бывать чаще всего. Я старалась запоминать каждое слово Артура, каждый поворот и лестничный пролет.

Компания парней сидела возле входа в школу, когда мы возвращались с прогулки по лесу. Некоторые из них бросили в мою сторону заинтересованные взгляды.

– В этой школе есть личности, которых лучше не трогать, – сказал Артур, пропустив меня в школу первой.

– Как эти?

– Я уверен, что ты с легкостью могла разобраться с тем парнем из твоей школы.

– Остин? С ним не было проблем.

– А теперь подумай о том, что у него появились способности, которые он может использовать против тебя.

Всего лишь фраза, брошенная ради моей защиты, напомнила мне, кем я была в этом месте.

«У тебя нет силы, которой владеют они. Ты слабее».

Я по-прежнему могла дать отпор словами, но что толку, если меня лишат воздуха или заденут пламенем? Стихия даже не думала проявляться, и было сложно понять: хорошая это новость или плохая.

Единственным старинным местом в этой школе, была библиотека. Стук о темный паркет отдавался в ушах. Стены были выкрашены в темный коричневый цвет. Я сидела на небольшом диванчике возле камина, в котором горел огонь, и наслаждалась моментом. На стенах библиотеки висели картинных различных стилей и художников. С двух сторон он камина стояли небольшие статуи горгулий.

Мне нравилась тишина, которая заполнила каждый уголок библиотеки. Я вдыхала приятный запах. Трогала грубые обложки и проводила пальцами по выпуклым буквам. Через окно слышались потрескивания веток и шелест листвы. Я наслаждалась спокойствием недолго. Тишину резко разорвал на части голос:

– Новенькая!

Я оторвала свой взгляд от горгулий и уставилась на парня, который чуть не прибил меня мячом. Рыжеволосый ворвался в библиотеку, подобно вихрю, с широкой раздражающей улыбкой.

– Это ты, – констатировала я.

– Не думал, что увижу тебя здесь, – сказал он и плюхнулся на диван напротив меня.

– А где ты думал увидеть меня?

– Новенькие редко выходят из своих комнат до начала занятий. Нервы и все такое.

Шон не вызывал у меня плохих эмоций. Его рыжие, слегка взъерошенные волосы были яркими и непослушными. Глаза отдавали зеленью, но мне не удавалось ухватиться за оттенок. При разном свете они переливались и мерцали, будто открывая всем озорной характер их носителя.

Он не был слишком накаченным, но и худым назвать его у меня не поворачивался язык. Длинные изящные пальцы больше подошли бы художнику или музыканту. От него исходили волны доброжелательности, однако, за обманчивой тёплой улыбкой скрывался настоящий дьявол.

– Чего ты на меня уставилась? – спросил Шон. – Я такой горячий, что ты не можешь оторвать от меня глаз?

– Утешай себя этим.

Он засмеялся. Настал его черёд пялиться на меня. Я гадала, о чём думал Шон, пока его цепкий взгляд исследовал моё лицо.

– Перестань смотреть на меня.

– Тебе не нравится, когда на тебя смотрят?

– Нет. Не нравится.

– Но ты смотрела на меня. Бесстыдно разглядывала моё лицо и явно думала о непристойных вещах.

– Перестань.

– Я просто пытаюсь найти ответы.

– А я пытаюсь сдержаться и не ударить тебя по лицу.

Шон громко засмеялся, наклонив голову назад.

– Думаю, мы подружимся, Грейс Джонс.

Шон закинул ногу на ногу без особого изящества и ткнул пальцем в бок статуи.

– Почему ты пришла сюда в воскресенье?

– Я мало знаю о вас и вашей жизни. Думала, что смогу найти здесь что-нибудь.

Шон оживился после моих слов, подпрыгнул с дивана и погнался вглубь библиотеки, крикнув мне, чтобы я не смела уходить.

Его нелепые движения вызвали у меня улыбку. Хорошее настроение испарилось, стоило Шону исчезнуть из видимости. Нахлынули старые ощущения.

Я почувствовала себя некомфортно, скованно, испуганно. Это произошло резко, неприятно и без возможности избавиться от гнетущего осадка. Что-то в этой ситуации не давало мне покоя. Я встала с места, поставила книгу на полку и сделала шаг в сторону выхода.

– Ты куда?

Шон вынырнул из-за поворота.

– Мне срочно нужно вернуться в комнату, я...

– Что-то случилось. – Шон наклонил голову в бок. Мне показалось, что его глаза засияли изумрудом.

Он не задавал вопрос, рассматривая меня. В голове начало покалывать. Я поморщилась и злобно зыркнула на Шона.

– Остановись.

– О чем ты?

– Я чувствую, как ты пытаешься залезть ко мне в голову. Даже не думай об этом, ясно? Ты не имеешь права находиться у меня в голове.

По правилам школы, о которых я узнала от Артура, ни один школьник не может применять силу к другому. Сомневаюсь, что это правило безгранично исполняли, но я о нем знала. От этого было проще.

Шон схватил мой локоть, когда я попыталась уйти.

– Слушай, извини. Твоя аура изменилась. Я подумал, что это из-за меня и... – Шон почесал свой затылок. – Хотел удостовериться, что это не так.

– Какая тебе разница, что я думаю о тебе?

– Не люблю, когда вокруг есть какая-то недосказанность. А ещё я могу что-нибудь ляпнуть и не заметить. Поэтому прости, если чем-то обидел. Хорошо?

Волнение притупилось. Я не ожидала услышать столько искренности в его словах. Шон не был виноват. Это я слишком резко реагировала на всё, что касалось никритов.

Шон протянул мне книгу.

– Это твой учебник по «Классификации сил и способностей никритов». Можешь не переживать на счет этого предмета. Его ведет Марта. Она классная.

Я разглядывала ровную поверхность учебника. Не было чего-то необычного или странного. Шон наблюдал за моими действиями. Почувствовав, что обстановка перестала быть напряжённой, парень принялся рассказывать мне про Марту и её предмет. Я бегло поглядывала на него. Всё-таки, Шон казался идеальным. Это касалось не только внешности. Каждое его движение буквально кричало, что передо мной стоит парень, который знает себе цену, но не собирается этим хвастаться.

– Считаешь меня идеальным?

– Да ты...

– Тебе не стоит так долго смотреть на кого-то. Ты открываешь свои мысли.

Я опять попыталась уйти, но Шон быстро встал передо мной и перегородил путь.

– Слушай, давай заключим сделку?

– Какую еще сделку?

– Я пообещаю не лезть в твою голову без разрешения, а ты не будешь вести себя так грубо, идет?

– Я не веду себя грубо.

– Ты смотришь на меня так, будто я кретин.

Я выгнула бровь.

– И вот снова. Перестань! Ты понижаешь мою самооценку.

Вряд ли что-то было способно понизить его самооценку. Шон протянул руку.

– Договорились?

Наверное, я просто надышалась этим магическим воздухом в пределах школы. Потому что мои дальнейшие слова и действия было невозможно объяснить.

– Если ты не будешь вынуждать меня вести себя так.

– Договорились.

Шон заулыбался. Либо для него это многое значило, либо он чертовски хорошо притворялся. Мы ещё немного поговорили про предстоящую учебную неделю, пока Шон не сообщил, что ему пора идти.

Я кивнула ему и направилась в сторону выхода.

– Эй, Джонс!

Разворачиваясь, я почувствовала порыв ветра на своём лице. Книга упала на пол. Руки Шона окутало едва заметное голубое свечение. Я удивленно посмотрела на парня. Волосы на макушке подрагивали в такт ветру.

– На будущее: не стой у сквозняков. – Парень подмигнул мне, поднял книгу и через секунду скрылся за дверью.

Шон – никрит воздуха.

Я провела пальцами по коже, продолжая ощущать на себе следы магии.

Наступила учебная неделя. Атмосфера, которая ничуть не отличалась от той, что была в обычной людской школе, помогла хотя бы немного успокоиться.

Мне не хотелось, чтобы кто-то обращал на меня внимание, поэтому я села в самый конец класса к стене. Марта, как и сказал Шон, была милой женщиной, которая обращалась ко всем ученикам одинаково, не выделяя кого-то одного.

От начала учебного года прошло только две недели, поэтому я не чувствовала себя лишней. Здесь были и те, кто находился в школе уже несколько лет, но они терялись на фоне остальных.

Марта объяснила систему обучения, от которой у меня заболела голова. Школа принимала всех никритов до двадцати, желающих освоить необходимые навыки. Условия для всех были одинаковыми. Разным было время обучения. Минимальный срок учёбы – пять лет. Это установленный срок, за который никрит получает требуемые навыки для дальнейшей жизни в мире с крейгами. Никриты, желающие продолжить обучение и подняться по карьерной лестнице, были вынуждены учиться больше пяти лет, изучая дополнительные предметы и проходя сложные практики.

Марта говорила об этом легко, но я понимала всю серьёзность ситуации. В школе не просто учили справляться с крейгами. Здесь учили их убивать. Я вспомнила восьмилетних детей, которые бегали вокруг пруда. Сейчас они учат теорию. Через год или два в их руках окажется оружие.

Марта была женщиной лет пятидесяти с легкой сединой на висках и добрыми глазами. Волосы, когда-то полностью черные, она убрала в высокий пучок, оставив несколько прядей у лица и шеи. На ее губах красовалась бежевая помада.

Мы сидели в просторном классе с панорамными окнами, выходящими на самую густую сторону леса. Окна пропускали через себя приятный теплый ветерок и пение птиц, заполнивших крышу. У каждого из нас были небольшие стеклянные парты, на которых умещался только учебник с тетрадкой. Марта рассказывала про базовые способности, присущие всем никритам. Сюда относилась скорость, обострённое чутье, выносливость и хорошая память Эти навыки, с которыми никрит рождался, требовали постоянного развития и поддержки.

Я посмотрела на раскрытые ладони. Мысли тут же закрутились в воспоминаниях. Замечала ли я в себе подобные способности? Быстроту, хороший слух или обоняние? Замечала ли я то, чего не видели люди вокруг? Моя жизнь была серой и, как мне казалось, совершенно бессмысленной. Я хотела лишь поскорее уехать из Атланты, не замечая ничего рядом с собой. У меня никогда не было потребности бегать, прыгать и драться. Выживать – да. Но не всё остальное. Мир никритов и людей отличался. Здесь мне придется использовать способности, о существовании которых я не подозревала.

– Марта, а когда ты будешь рассказывать о четырех стихиях? – Девушка за первой партой уставилась на Марту. Я посмотрела на лист тетради с некоторыми именами и вспомнила, что ее зовут Холи.

Она была красивой, но за очками с большими стеклами всё её изящество исчезало. Когда я обратила на это внимание, Артур только улыбнулся.

– У никритов, как и людей, бывают исключение. Мы связаны с природой, потому не можем идти против неё. Если никрит рождается с плохим зрением, слухом или слабым телом, его дополнительные способности развиваются сильнее. У каждого из нас есть преимущество.

– Кончено, Холи. Я вам все расскажу.

Ученики засуетились и снова притихли.

– Наша история развивалась вместе с историей людей и была тесно с ней переплетена. Самых первых никритов, появившихся в начале развития человеческой расы, назвали Высшими никритами. Они контролируют деятельность никритов, устанавливают правила и наказывают за их несоблюдение.

Последние слова повисли в воздухе. Ученики переглянулись между собой. Марта продолжила:

– Энергия никритов связана с силами четырех стихий. Земля, вода, воздух и огонь. Когда никриту исполняется двенадцать, в месте, где он живет, происходят стихийные бедствия различного масштаба, но тесно связанные с этим никритом. Если это наводнение, значит никрит будет обладать силой воды, если это землетрясения – земля. Это просто. Но с огнем все иначе. Только рожденные никриты могут получить подобную способность. – Марта села за свой небольшой столик и скрепила руки на груди. – Холи, скажи, кто такие рожденные.

– Это никриты, которые были рождены такими. Обычные никриты получают силу после испытания.

– Что касается двух детей в семье, – продолжила Марта. – Я приведу в пример Джессику Паркер, которую многие из вас знают. Ее старший брат – рожденный никрит, а она стала никритом, пройдя испытания. У нее не так много возможностей со своей стихией, но Джессика на многое способна.

Судя по оживлённым обсуждениям, многие действительно знали про Джесску Паркер и её брата.

– В одной семье может быть только один рождённый никрит ребёнок. . Это такое же важное правило, как и наличие только четырех основных стихий.

Это было очень сложно, но суть я поняла. Если ты старший ребенок в семье – тебе повезло. Младшему суждено довольствоваться малым. Но Марта не уточнила, что бывают и другие случаи, когда второй ребенок становился рожденным, а первый – нет.

Урок у Марты на этом закончился. Он был единственным сегодня, поэтому я сразу же вернулась в свою комнату, чувствуя себя измотанной.

На следующий день в моём расписании снова стоял её урок. Артур сказал, что какое-то время мне нужно ходить к ней, как тому, кто мало изучал историю и способности никритов. Я не была против. Марта создавала впечатление приятной женщины с огромным опытом и умением этот опыт донести до других.

– Все стихии сами по себе имеют большое значение для своего обладателя, – продолжила Марта на следующий день. – Овладеть стихией никриту иногда бывает тяжело. Выстраивание связи с природой – длительный и трудоёмкий процесс. Важна самодисциплина, ответственность.

Марта продолжила рассказывать различные легенды о каждой из стихий.

«В Атланте не было ни наводнений, ни землетрясений, ни смерчей. И ничего связанного с огнем у меня тоже не было. Так как же Артур определил, что я никрит?».

Звезда на левом запястье будто кричала о своем присутствии.

«Но Артур никак не мог знать о том, что у меня есть знак. Он как-то почувствовал это?».

– А что касается крейгов? – спросил кто-то с передней парты.

Марта перестала тепло улыбаться и опустила голову.

– Многие источники утверждают, что крейги – это проклятые никриты.

– Почему они прокляты?

– Как и никриты, они появились на стыке создания современных цивилизаций. В некоторых старинных документах сказано, что Боги прокляли их из-за желания стать самыми сильными существами. Другие утверждают, что никриты стали убивать людей и сами превратили себя в чудовищ.

«Значит ли это, что в появлении крейгов, в любом случае, виноваты никриты?».

– Они ведь не смогут попасть на территорию школы, верно?

Марта оживилась, когда услышала голос, полный страха.

– Наша школа защищена магическим куполом, который установила Селеста. Она самый мудрый и сильный никрит, которого я только знаю. На счет своей безопасности вы можете не переживать. А теперь, вернемся к стихиям.

Женщина встала в центре.

– Стихии – это четыре первоначальных вещества. Считается, что у каждой стихии есть своя душа. Поэтому они, в какой-то степени, материальны внутри вас. Вы сможете почувствовать её, прикоснуться к ней.

– Вы сказали о четырех стихиях.

– Именно, Холи.

– Но ведь символика всех стихий состоит из пяти знаков.

Я резко подняла голову. Все та же Холи доставала Марту своими вопросами. Мне кажется, что Холи не станет тем никритом, который будет защищать людей от крейгов. Она будет сидеть где-нибудь в офисе и искать молодых никритов.

Исследовать природные...

В этот момент я поняла кое-что, быстро прокрутив в голове диалог с Артуром.

«Этого не может быть».

Он говорил, что молодых никритов находят по природным явлениям, которые возникают недалеко от места, где живёт ребенок. И Марта сказала то же самое. А Мери...

«Черт возьми. Она работает в организации, где исследуют необъяснимые природные явления по всему земному шару. Ее компания сотрудничает с миром никритов?».

Я сжала руки в кулаки, ругая себя за такую медлительность в понимании вещей. Это же было таким очевидным. Значит, Артур и Мери познакомились из-за чего-то подобного. Он ведь столько раз намекал мне о участии Мери в мире никритов.

– Это так. Символика состоит из пяти знаков. – Марта нажала что-то на своем компьютере, и на экран вывело черно-белое изображение.

Четыре стихии были расположены по кругу, переплетаясь какой-то лентой. А пятым знаком в центре оказался... Все ученики одновременно подались вперёд, чтобы рассмотреть знак поближе, но даже на последней парте я видела знакомые плавные лучи, исходящие от небольшого шара.

Солнце, которое я видела в своих снах на протяжении последних пяти лет.

– По легенде в мире существует не четыре, а пять стихий. Солнце означает объединение всех четырех стихий. Только очень сильный никрит способен овладеть такой мощью. Так гласит легенда. Но на свет еще не появился никрит с подобной силой.

Ученики зашептались.

– Я уверяю вас, что это всего лишь легенда, которой не стоит придавать большое значение. Мы не знаем, что собой представляет источник этой силы. Это может быть что угодно. Мы даже не знаем, как он называется.

Я глубоко вздохнула. О нем ничего не известно. Неужели никто в мире нириктов даже не интересовался пятой стихией?

Я пришла сюда, чтобы найти ответы, но вместо этого погрязла в новых вопросах.

Дверь громко открылась и стукнулась об стену. Ещё до того, как я подняла голову, над головой пронёсся довольный голос:

– Джонс!

В класс влетел рыжеволосой смерч, который моментально заполнил пространство своей энергией. Шон был одет в такую же стандартную форму школьника, как и я. Обычный черный костюм из плотных черных штанов, футболки и кофты.

Шон подбежал ко мне и плюхнулся рядом на стул. Два парня и девушка, сидящие рядом, шарахнулись и отодвинулись.

– Как дела?

Я косо глянула на него.

– Перестань смотреть на меня, как будто хочешь заехать мне по лицу.

– Ты серьезно?

– А почему нет? – спросил он.

– Все отлично.

– Тебя никто не обижает? – спросил Роджер. – Я бы мог защитить тебя, в случае чего. Знаешь, у меня здесь есть немного власти.

Я засмеялась. Не громко, но насмешливо.

– Ну да, – фыркнул он. – Ты и сама можешь защитить себя.

Никрит просто ввалился в кабинет и сел возле меня, заводя непринужденную беседу. Будто это самое обычное, что происходило в его жизни.

На заднем плане Марта объявила небольшой перерыв.

– Что ты тут делаешь?

– Не я, а мы, – поправил меня парень. – Проходили мимо и решили зайти. Метт очень любит уроки Марты.

Только сейчас я заметила еще одного парня, зашедшего с ним в класс. Он стоял и мило беседовал с Мартой, смущаясь и улыбаясь от ее слов. Я нагло соврала, когда говорила, что в моей школе есть парни лучше этих никритов.

Темно-каштановые волосы аккуратно уложены на голове. Его серые глаза искрились, когда он начинал смеяться, а его улыбка с ямочками была самым милым, что я когда-либо видела. Из-под чёрной футболки выступали плотные крепкие мышцы. Я машинально опустила взгляд на левое запястье.

Звезда.

В нашем классе из двадцати человек только у семи был знак звезды на запястье, включая меня.

С разных сторон послышались вздохи женской части класса.

«Я даже не могу проигнорировать ответную реакцию. Почему никриты вокруг выглядят так, будто собираются совратить меня в коридоре?».

Парень повернулся и направился в нашу с Шоном сторону.

– Вот же подхалим ты, Андерсон, – пробубнил Шон.

– Ты бы тоже мог завоевать расположение Марты, чтобы она не издевалась над тобой. Тогда ты бы сдал ее предмет с первого раза. А не с двадцать первого.

– Она просто не слушала меня.

Голос парня был хриплым, но плавным и теплым. Его скулы напряглись, когда он заговорил с Шоном. Всеобщее внимание ничуть их не волновало, хотя некоторые девушки были готовы упасть на пол. В какой-то момент парень посмотрел на меня, продолжая разговаривать с Шоном.

– Ты ее любимчик, – прошептал Роджер в надежде, что Марта не услышит его.

На губах парня расцвела улыбка.

– Значит, ты Грейс?

– Да. Это она.

– Девушка, которая дала отбой самому Шону Роджеру, – ухмыляясь сказал незнакомец. – Я Метт. Метт Андерсон. Приятно познакомиться.

Я пожала его руку слабо, хотя хватка Метта была сильной. По какой-то причине слова застряли где-то в горле.

Шон хмыкнул рядом.

– Знаешь, она еще более крутая, когда говорит. – Шон пихнул меня в плечо.

– Мне тоже приятно познакомиться.

Метт усмехнулся.

– Мне сказали, что Артур оформил опекунство над тобой.

– Это было его решение.

– У Артура повышенная потребность защищать всех вокруг. – Парни обменялись взглядами. – Хотя Артур никогда не брал опекунство раньше.

Шон пожал плечами. Казалось, что Метта очень интересовала эта ситуация.

– Мне надо идти. – Метт кивнул на прощание. – Было приятно познакомиться.

– И мне.

Пожелав хорошего дня другим ученикам и Марте, он вышел в коридор и закрыл за собой дверь. Шон обратился ко мне:

– Ну что, до встречи...

– Мистер Роджер. – Марта подошла к нам со скрещенными руками и ярким недовольством на лице. Шон вжался в парту и взглянул на нее невинными глазами.

– Марта!

– Поскольку, вы не появлялись на моих занятиях уже две недели, – начала она. – Думаю будет справедливо, если вы уделите своё внимание сейчас.

На соседних партах послышались смешки. Я сама еле сдерживала себя, чтобы не засмеяться над ним. Уверенный в себе парень вдруг неожиданно запаниковал.

– Но Марта, я уже давно прошел этот материал! – возмутился Шон и резко встал, когда Марта отошла к своему столу.

– Очень в этом сомневаюсь.

– Мне нужно на тренировку!

– Ваши физические способности находятся на нужном уровне. Я переживаю за умственные.

Роджеру нечего было сказать, поэтому он упал обратно на стул и глубоко вздохнул.

– Чертов Метт, – пробубнил он себе под нос.

Я кашлянула в кулак и стала слушать Марту дальше, пока Шон рядом со мной осыпал Метта ругательствами.

Последующие удары коленями о пол были почти невыносимо болезненными. Понадобилось несколько глубоких вздохов, чтобы найти в себе силы встать. Не это я представляла, когда Артур сообщил, что на тренировке с нами позанимаются совсем немного. Тренер Смит ни разу не дал нам передохнуть. В его голосе проскальзывало столько насмешки и недовольства, что я каждый раз оглядывалась, когда он говорил.

Легкие горели адским пламенем. Волосы прилипли к лицу, а по телу стекал пот. Футболка промокла, оставляя неприятные ощущения на спине и животе.

– Быстрее. Быстрее. Вы не на пляже бегаете.

Различные ругательства вылетали из моего рта со скоростью света, поэтому несколько раз я получила подзатыльник от тренера Смита за несоблюдение правил поведения. Желание огрызнуться в ответ почти пересилило, но от мысли, что за это я получу дополнительные круги, у меня подкашивались колени.

Остальным было не легче. Преимущество оказалось у тех никритов, которые проходили подготовку не первый год. Для остальных тренировка больше походила на пытки. Тренер Смит накалял обстановку замечаниями и насмешками.

После тренировки нас выстроили в ряд, и тренер начал говорить.

– Вы лишь жалкое подобие никритов. – Его голос резал мой слух. Он не скромничал, подбирая выражения, которые смогут описать нашу подготовку.

Его высокий рост, перекаченные мышцы и лицо, не отражающее ни одной хорошей эмоции, придавливали студентов к полу. Иногда, в буквальном смысле.

Свои русые волосы Смит убрал под черную повязку. Светлые глаза останавливались на каждом никрите, прожигая его душу изнутри. Этот мужчина не вызывал ничего, кроме ужаса и необъяснимого отторжения. Чего он добивался, принижая наши способности?

– За эти пару месяцев, вы должны стать, как они!

Все обернулись и посмотрели в дальнюю часть зала, где занимались другие никриты. Их там было немного, но Смит указывал на определенную группу из девяти никритов.

Я приметила среди них Шона и Метта. Судя по тому, как они слаженно работали друг с другом, они команда. Артур говорил, что никриты официально собирают постоянные группы. После объединения их практически невозможно победить.

Между участниками должна быть крепкая ментальная связь и доверие. Объединение в команды входило в часть школьной программы. Ещё в юношеском возрасте учителя могли понять, кто из учеников способен пройти на данный этап. Это было необязательное условие, но в мире никритов особенно ценилось, когда ученики объединялись.

– Их же всего девять, – возмутился какой-то парень.

– Не переживай, скоро они станут одной из самых сильных команд за всю историю, – гордо произнес тренер и свистнул в свисток, давая нам время для передышки.

Видимо, он принимал неотъемлемое участие в их подготовке. Не могу представить, чтобы Шон или Метт бились в конвульсиях от боли после тренировок со Смитом.

Я упала на мат и принялась восстанавливать свое дыхание. Перед глазами то и дело мелькали черные точки. Они кружились вокруг меня. Я никогда не жаловалась на плохую спортивную подготовку, но это было сложно сравнить с уроками физкультуры в школе.

Положение усугублял внезапный интерес Метта. Во время тренировки я ловила его взгляды на себе. В них почти не было эмоций, словно он смотрел сквозь меня. Я игнорировала столько времени, сколько отдыхала от зверств тренера. Пока дрожащие руки собирали вещи в сумку, до ушей доносились голоса:

– Неудивительно, что тренер жалуется на них. Они же не способны даже вещи в руках удержать.

Навстречу мне шли две девушки из команды Метта: блондинка и брюнетка. Первая девушка была обладательницей длинных стройных ног, изящной шеи, жемчужного цвета волос и точеных черт лица. Каждое движение отдавало резкостью, серо-зелёные глаза смотрели на всех надменно и с издевкой.

Брюнетка выглядела спокойнее и дружелюбнее. Длинные чёрные волосы были убраны в невысокий хвост. В синих глазах читалась вина за поведение подруги. Она слабо улыбалась всем, мимо кого они проходили.

– На что вообще они тогда могут быть способны? – продолжила блондинка.

Девушки прошли мимо моей группы. Блондинка смеялась громко, чтобы все её слышали. Ученики зашептались им вслед, а я просто села на скамейку и смотрела на место, где они стояли недавно. Все обратили внимание на слова девушка. Я же могла думать только о волне внезапной энергии, которая окатила меня подобно холодной воде. В кожу будто вонзились сотни игл. Спина покрылась мурашками.

«Здесь у меня нет преимущества. Если кто-то из них захочет задеть меня, они сделают это магией, а не словами».

После того случая я старалась избегать знакомых никритов (кроме Артура), и сконцентрироваться на учёбе. Понадобилось всего пару дней, чтобы потерять бдительность и приглушить инстинкты. У меня не будет никаких шансов против возможных недоброжелателей. Дабы не искушать судьбу, я старалась вообще не высовываться и привлекать к себе внимание.

Разумеется, план был шатким с самого начала, но я могла контролировать хотя бы малую его часть. Несколько раз мы сталкивались с Меттом в коридоре. Он вежливо здоровался, желал хорошего дня и бросал напоследок тот самый взгляд из тренировочного зала.

Один раз Артур проболтался, что Метт несколько раз спрашивал обо мне. Я постаралась клешнями вытянуть из него информацию.

– Он просто заинтересовался тобой.

– Думаешь, что я поверю тебе?

– Почему нет? Метт хороший парень.

– О чем он говорил с тобой?

– Ты должна успокоиться.

– Из-за них у меня началась паранойя. Мне постоянно кажется, что эта ненормальная нападет из темного угла.

Я говорила про Кристу Брейн – ту самую блондинку, которая изводила половину школу ради забавы.

– Грейс!

– Что? Хочешь сказать, что она нормальная?

Никрит больше ничего не ответил.

В воскресенье я не решилась пойти в библиотеку. Там мог быть Шон с его постоянными расспросами и разговорами. Марта немного рассказала нам про команду, в которой состояли Метт, Шон и Криста. Им действительно пророчили великое будущее. О них говорили на каждом шагу. Каждый никрит пытался быть похожим на эту элитную команду.

Последнее свободнее место манило абсолютно всех. Никриты, подходящие по возрасту, старались изо всех сил, сдавали зачёты, тренировались так, чтобы их заметили. Хотели попасть в команду Метта Андерсона так сильно, что работали на износ.

Даже в этот выходной некоторые молодые никриты проводили время в залах, с тренерами, надеясь, что мимо дверей пройдёт кто-то из команды и заметит их усердия.

Своё время я решила провести, просто гуляя по школе. В здании было пусто. Многие ученики покинули школу и поехали в Атланту отдыхать. Я была так напряжена, когда Артур вёз меня сюда, что даже не замечала времени.

«Как далеко Атланта находится от этого места?».

Я чувствовала себя одиноко в этой школе. Моя способности общаться мысленно развивалась быстро. Артур позволил мне потренироваться на нём.

«Артур так хорошо относится ко мне. Но заслужила ли я такого отношения?».

Внутри колыхнулось неприятное предвкушение, но я его проигнорировала. А зря. Мне стоило осмотреться по сторонам прежде, чем вылетать из-за поворота.

Опомниться не успела, как на меня кто-то налетел, едва не сбив с ног.

– Прости!

Голос женский.

Передо мной стояла та брюнетка, которая была в зале. Ее длинные черные волосы локонами спадали на плечи. Серые глаза с волнением смотрели на меня.

– Ты всегда пытаешься убить новеньких?

Девушка глубоко вздохнула и улыбнулась мне.

– Грейс, верно?

Я кивнула.

– Джессика, – сказала она, улыбаясь ещё шире. – Все правда в порядке?

– В полном.

– Почему ты здесь? – удивленно спросила Джессика.

– В каком смысле?

– Воскресенье для того и есть, чтобы выбираться из этого ада. – Она обвела взглядом помещение. – Почти все поехали в город.

– Но ты не поехала.

– Была сложная неделя. Я хотела отдохнуть от никритов. Раз все поехали в город, я приняла решение остаться в школе.

В здании и правда почти никого не было. Младшие классы увезли на экскурсии, а остальные решили с комфортом провести свои выходные.

– Атланта далеко отсюда?

– В пределах двадцати минут, если не встать в пробку на въезде.

«Может, я смогу попросить Артура отвезти меня в город на следующих выходных повидаться с Мери».

– Не хочешь составить мне компанию?

– Что?

– Если ты не собираешься уехать, хочешь прогуляться со мной? Я могу показать тебе интересные места, в которых ты ещё не была. Или ответить на твои вопросы.

– Ты серьёзно?

– А почему нет?

– Ты из команды крутых ребят, которые не должны обращать внимание на таких обычных нкиритов. Разве, это не так работает?

– Обычных никритов, говоришь.

Она взяла меня за руку и подняла ее перед собой, а потом коснулась пальцем знака звезды на левой рукой.

– Ты рожденная. И называешь нас крутыми? Ты с легкостью сможешь дать нам отпор. Конечно, в свое время. А мне так прямо сейчас. Я стала никритом. Вся слава досталась моему братцу выскочке.

– Нам говорили о тебе.

– Неужели? Ну, хоть где-то про меня говорили. – Джессика засмеялась. – У прохождения ритуала есть свои минусы, но я не жалуюсь. Ну, так что? Составишь компанию?

Мысли крутились в водовороте противоречий. Джессика казалась дружелюбной, открытой и искренней. Она не смотрела на других свысока и часто улыбалась.

– Да, давай.

Она немного вскрикнула от радости и потащила меня в свою комнату.

Мы сидели на ее кровати, застеленной темно-фиолетовым покрывалом. Комната выглядела живой, обставленной различными милыми мелочами. Над комодом висело зеркало, обклеенное фотографиями и вырезками из журналов. Дверца шкафа была открыла, поэтому я смогла увидеть аккуратно сложенные вещи.

– А где ваша команда?

– Поехали отдыхать в город.

– Почему ты осталась в школе?

Джессика смущённо закусила губу.

– Боишься выходить за ее пределы? – спросила я.

– И да, и нет. – Джессика встала со своего места и подошла к столу. Вытянув оттуда коробочку, она протянула ее мне. – Бери. Это обычные конфеты. Заставила Шона притащить их из города.

Я улыбнулась ей и взяла одну.

– Ты очень комфортная, – вдруг сказала Джессика. – Как человек, с которым ты познакомился недавно, но уже чувствуешь себя в безопасности.

– Ребята из моей прежней школы с тобой поспорят, – усмехнулась я.

– У тебя не было друзей в человеческой школе?

– Я не самый общительный человек. Общалась только с теми, кто ко мне не лез. С остальными вообще старалась не контактировать.

– Может, там просто не было подходящих для тебя людей?

Я подняла голову.

– Нам нужно оказаться в нужном месте и в нужное время, чтобы встретить подходящих людей. Ты можешь прожить много лет, оставаясь в одиночестве. А потом встретить их и понять, что больше не можешь без них.

– Что, если я всегда отталкиваю людей вокруг себя?

– Люди, созданные для тебя, проберутся через любые препятствия.

Я взяла ещё одну конфету, чувствуя, что больше не смогу остановиться. Джессика сменила тему, но предыдущие слова повисли в воздухе.

– Почему ты решила стать никритом?

Она что-то промычала, намекая мне на то, чтобы я повторила вопрос.

– Тебе ведь выпал шанс.

– Шанс?

– Быть обычным человеком. Разве ты не хотела обычной жизни без страха и риска?

– А ты, значит, любительница спокойной жизни?

Я задумалась.

– Не могу сказать, что это так. Но если мне придется выбирать, я выберу ту жизнь, которая у меня была до этого.

– Я почему-то так и думала.

– Что ты имеешь в виду?

Джессика усмехнулась и снова села на кровать.

– Такие никриты, как ты, всегда говорят одно и то же.

– Такие... как я?

– Никриты, которых приводят из людских семей. Здесь таких много. И многие вернулись обратно.

– Это плохо?

– Смотря, что ты имеешь в виду под этим словом.

– Плохо, что они хотят вернуться домой, к жизни, которую любят, и к людям, которые любят их?

– С точки зрения вашей жизни – это совсем неплохо. Это просто прекрасно. – Джессика посмотрела на небо через неплотные занавески. – А если посмотреть со стороны жизни никритов...

– А что с ней?

– Мы теряем много способных ребят, которые могут помочь в борьбе с крейгами. Я родилась в семье, где все были никритами. На несколько поколений вперед. У меня не было выбора. Я не могла прийти к своему отцу и сказать, что не хочу быть никритом. В эту школу меня поместили вместе с братом. На тот момент я еще не была никритом. Испытания можно проходить в пятнадцать.

– Это не рано?

– Некоторым позволяют проходить испытания в десять. Все зависит от семьи. Чистота крови и все такое. Чем раньше, тем лучше. Не переживай. За это я тоже получила от своего отца. Что никак не могла решиться пройти испытания раньше. Это произошло, когда мне было одиннадцать. Я думаю, ты представляешь их не так, как есть на самом деле.

– А что они из себя представляют?

– Ты просто говоришь.

Я вопросительно вскинула бровью.

– Говоришь?

– Ага, – усмехнулась она. – Будем называть это просто... Силой. Ты попадаешь в специальное помещение, где сосредоточены сразу четыре стихии. Они объединяются, и появляется Сила. Она проникает в сознание и общается с тобой. Исследует твои страхи, переживания и душу. Не все, по ее мнению, достойны стать никритом. Но, когда в твоей крови течет наследие никритов, выбора особо нет. Я прошла это испытания за час и получила свою стихию.

– Просто взяла и получила?

– Я не помню, как это было. Меня вырубили. По словам папы, я вошла в эту комнату, и появился свет, а потом я потеряла сознание.

– И как ты получила ее?

– Мое тело перестало функционировать в этом мире. Уверена, Марта говорила вам про наличие души у стихии.

Я кивнула.

– Ну вот. Считай, что в этой комнате обитают души стихий. Какой ты понравишься, той стихией ты и будешь обладать.

– И у тебя...

Джессика широко распахнула глаза и махнула рукой. Бутылка на ее столе начала шевелиться. Спустя какое-то время вода стала быстро подниматься и превратилась в узор, застывший в воздухе.

Вода. Могу поклясться, что глаза Джесс зажглись синими свечением. Вода разлетелась на множество частей и погналась по воздуху. Несколько капель пронеслись у меня перед носом.

– Это... потрясающе.

– Согласна.

– Но в чем недостаток этого испытания? Чем твое управление стихиями отличается от управлением рожденного никрита?

– Я не могу брать воду из ниоткуда. Только, если поблизости есть источник моей стихии. Вот ты сможешь использовать свою стихию независимо от того, есть источник или нет. Через руки.

Игнорируя голос разума, я начала расспрашивать у Джессики про ее стихию. Она была рада показать мне несколько приемов, которым научилась за это время.