Глава 17

Когда он согласился выделить помещение под проект, Алесс даже представить не мог, что Север приведёт всю компанию. Но теперь отступать было поздно. Тяжело вздохнув, он бросил недовольный взгляд в сторону улыбчивого парня, который с чрезмерным энтузиазмом расписывал однокурсникам планы, явно не касающиеся работы.

Большая часть обсуждений вертелась вовсе не вокруг чертежей и сроков. Лили наконец подвела итог своего рассказа:

– В общем-то, больше ничего нового... Я временно живу у Реи, Ария в отеле... Димитрий в коме, а Моры незаконно заняли наш дом. Не знаю, что дальше будет... – её голос дрожал от негодования, – Ник предложил сделать паузу, пока ситуация с нашим домом не прояснится...

Ария подняла взгляд на сестру. На языке вертелось пару слов о Нике, но она почти сразу проглотила их. "Всё равно отмахнется от меня... он сразу сбежал, как нас выгнали с дома, хорошо хоть Роб дал денег на первое время."

Их троюродные дяди, Джеймс и Джек Мор, будто выжидали удобный момент: стоило Димитрия увезти в больницу, как через пару дней они уже стояли на пороге главного дома Близнецов. Вошли, как хозяева: заменили охрану, расставили своих людей. "Им плевать, что брат еще дышит... они мысленно его похоронили" – думала Ария, однако в обсуждении не участвовала, – "Если в ближайшее время не найду денег, то и с отеля выселят..."

Ребята тоже пытались помочь, но оказалось, что у всех свои проблемы. Север остался без средств, сестрам Дункан урезали лимиты, а Кей после ссоры с отцом и вовсе сбежал жить к Джону.

Однако Север выглядел так, будто всё это его не коснулось. Ни тени тревоги: улыбка на лице, лёгкость в голосе. Он продолжал тратить, как привык, не стесняясь пользоваться картой Алессандро. Подключил её ко всем своим аккаунтам и вёл себя так, будто мир по-прежнему крутился вокруг него.

– Вернёмся к проекту? – осторожно предложила Анна, оглядывая друзей.

В ответ послышались тяжёлые вздохи. Никому не хотелось возвращаться к расчетам и чертежам, но выбора не было. Самое трудное оставалось впереди: пора было переходить от разговоров к делу.

Алессандро слушал вполуха. Ребята спорили о планировке, кто-то упрямо листал каталоги, кто-то жаловался на цены. Он снова и снова возвращался к Морам. "Все кланы уже в курсе. Все дали добро на то, чтобы эти шакалы временно взяли руководство клана... Временно..."

Джеймс Мор не терял времени даром: успел заявить своё право на крупные заказы, будто Димитрий и правда мёртв. Никто не хотел терять прибыль, но выполнять поставки было чертовски рискованно – поджигателя так и не нашли.

Работа Воронов застопорилась. Всё встало в тупик, как только из кабинета бесследно исчезла флешка с маршрутами их машин и контактами перекупов оружия. Отправлять фуры по старым дорогам было безумием: слишком велик риск, что их ждут. Питер перерыл всё, но следов не нашёл. Оставалось только взять паузу, как это сделали многие кланы, переждать, не высовываться. Но флешку нужно было вернуть как можно быстрее. И, словно издёвка, на столе у брата снова лежала подкинутая записка: «Драконы».

Тем временем Джозеф Рейн и Риддан Дункан ненавязчиво намекнули, что неплохим выходом мог бы стать союз. Если Агнус согласится заключить брак с одной из сестёр-близняшек, то Вороны смогли бы объединить два клана в один.

Алессандро перевёл взгляд с Лили на Арию. Первая – жёсткая, с характером, в глазах огонь. "Пойдет по головам, если понадобится... "  Вторая – мягкая, спокойная.

Мысли прервал звонкий голос, направленный в его сторону:

– Что скажешь? Нравится? – Север подвинул картину так близко, что Алессу пришлось чуть откинуться назад.

Он всмотрелся. На холсте темные пятна хаотично перемешивались с приглушённым жёлтым светом, будто где-то сбоку горела лампа. На переднем плане угадывались две смазанные фигуры. Казалось, они то ли спорили, то ли сидели слишком близко друг к другу на ковру. Вино, бокалы – детали были выписаны внимательнее, чем лица.

В груди кольнуло узнавание. Он медленно перевёл взгляд на Север, и тот, заметив это, ухмыльнулся.

Рабочий день был закончен. Алессандро отпустил ассистентку, шумная компания давно разъехалась по домам. В кабинете повисла тишина, только часы мерно отсчитывали время. Север лежал на диване, закинув руки за голову, лениво осматривая уголки помещения. Он выглядел беззаботным.

Алессандро подошёл ближе и навис над парнем. Север не успел сесть, как его руки резко прижали к дивану, пальцы мужчины сомкнулись на запястьях так крепко, что костяшки тут же заныли.

– Эй... – Север дёрнулся, но хватка только усилилась.

Губы Алессандро скользнули по его шее, лёгкое прикосновение контрастировало с грубой силой рук. Север попробовал высвободиться, но было безрезультатно.

– Отпусти руки, – произнёс он медленно, почти по слогам.

Ноль реакции. Мужчина будто не слышал его слов. Запястья горели от давления, а в следующий миг хруст суставов заставил Севера вскрикнуть:

– Алессандро, отпусти руки!

И только тогда он заговорил. Голос был низкий, слишком спокойный для того, что происходило:

– Тебе понравилось? – горячее дыхание обжигало кожу, – Я наслышан о лабиринте... Не думал, что тебе такое нравится. С кем ты был?

Боль в кистях стала невыносимой. Север поднял колени, пытаясь хоть как-то оттолкнуть мужчину, но силы были слишком неравны.

– Ты следишь за мной? – голос прозвучал ровно, хотя внутри всё кипело. Зелёные глаза чуть прищурились, в них мелькнул вызов, – Между нами только секс, мы не в отноше...

Фразу оборвал жесткий поцелуй. Алессандро грубо вцепился в его губы, не обращая внимания на то, что причиняет боль. Ему было важно одно – стереть ухмылку, которая сводила его с ума. Когда он прервался, голос зазвучал тяжело, сдерживая гнев:

— Ты несколько дней не отвечал на мои звонки и сообщения, Север. А сегодня заявился ко мне на работу и, как ни в чём не бывало, попросил помещение для проекта... – он вдавил его глубже в диван, – Чего тебе не хватает?

– Я не обязан ничего объяснять.

Алессандро резко отдёрнул руки, освобождая его. Сел прямо, тяжело дыша. Взгляд скользил по тёмным узорам на стене и не обернулся на звук битого стекла.

Осколки вазы рассыпались по полу, вплетаясь в мягкий ворс ковра. Север потянул на себя папки с полок: одна за другой они с глухим стуком падали вниз, разлетаясь страницами.

Алессандро всё так же сидел неподвижно. Никакой реакции. Ни слова, ни движения. От этого злость внутри юноши только закипала. Схватив стеклянный круглый столик, за которым ещё недавно кипело обсуждение проекта, он перевернул его с оглушительным грохотом. Стекло треснуло, ножки с лязгом ударились о пол.

Коридор встретил его глухой тишиной. А в кабинете остался Алессандро. Он сидел среди осколков.