Глава 29

В темноте раздался шипящий звук, и длинный тонкий хлыст мадам Юй, ныне принадлежащий Цзян Чену, рассек воздух яркой пурпурной молнией .

Дзидянь был подобен заряду чистой небесной энергии. Цзян Чен во всей своей неистовой ярости держал одну сторону духовного оружия в своей хватке, и кнут светился.

Тело Лань Ванцзи напряглось, как струны на его гуцине.

Лань Ванцзи с нарастающим страхом вспоминал, что Дзидянь мог вытеснить любого одержимого духа, демона или гуля, прекратить их существование, измельчив на части, которые никогда не будут соединены в единое целое.

Нет.

Когда молния сверкнула в сторону неприкрытой спины Вэй Ина, заклинатель вынул свой гуцинь и поставил между ними, закрывая его собой. Страх заставлял его руки очень быстро перемещаться по струнам, посылая духовную энергию волна за волной, образовывая защитную стену.

Дзидянь схлестнулся с Ванцзи, и энергия кнута остановилась перед силой музыки. Цзян Чен не мог ни продвинуться вперед, чтобы атаковать Вэй Ина со стороны, ни преодолеть энергию, высвобождаемую мелодией гуциня, созданной основательницей клана Гусу Лань на основе многолетнего боевого опыта.

Противостояние длилось долгие минуты. Гнев Цзян Чена усилился, и Лань Ванцзи сосредоточился исключительно на защите Вэй Ина, надеясь дать ему достаточно времени, чтобы сбежать.

Вэй Ин двигался, как змея в высокой траве. Он всегда был быстр.

Пробежав короткую дистанцию, мужчина собирался исчезнуть в тени леса, но что-то пошло не так. Он был не так быстр, как раньше.

Цзян Чен сделал ложный выпад влево в центр защитного купола, затем одним гневным жестом отправил хлыст вправо, за пределы того места, где энергия кнута задерживалась волнами энергии синего света.

Словно хвост дракона, кнут ударил Вэй Ина по спине, и тотчас ужас произошедшего отозвался в сердце Лань Ванцзи. Звук удара древнего оружия по незащищенной спине будет преследовать его во снах.

Вэй Ин!

Крик не вырывался из его горла, оба заклинателя, и Лань Ванцзи, и Цзян Чен, остановились, глядя на то, как Вэй Ин подлетел в воздух, едва не зацепив пасущегося рядом осла, и с болезненным стоном свалился на землю. Хлыст оставил длинный разрез на его спине.

Заклинатель в черных одеждах бледной рукой ощупал талию, и каким-то образом, в отличие от множества людей на протяжении веков, пострадавших от  Дзидяня, он сам поднялся на ноги. Затем мужчина ухватился за поводья осла и встал позади него.

Серые глаза казались черными в темноте, они смотрели с безрассудной храбростью Вэй Ина прямо в глаза Цзян Чена: 

«Потрясающе! Ты действительно можешь делать что угодно, если ты из могущественного клана, не так ли? Ты даже можешь избивать кого угодно просто так!»

Неистово колотящееся сердце Лань Ванцзи постепенно стало биться ровнее. Прилив облегчения затопил всю его сущность, когда он услышал слова возмущения Вэй Ина.

Одновременно шокированный и разгневанный, Цзян Чен крикнул: 

«Что происходит?»

Лань Ванцзи подумал, что есть только одно объяснение, и чувство чистого восторга нежно пробилось сквозь безутешное горе. Если Дзидянь не освободил его душу от этого тела... значит, Вэй Ин не захватил это тело. Он просто был тем человеком, стоящим напротив.

Как?

Лань Ванцзи смотрел на возмущенное лицо мужчины в темной мантии, тело которого надежно держало в стенах из плоти и костей душу человека, за которого он с радостью готов умереть.

Вэй Ин был темным заклинателем, настоящим и знаменитым создателем Темного Пути. Он держал в руках знания, которые другие никогда не могли понять. Знания, которые позволили ему вырваться из хаоса и вернуться в мир живых в теле, которое не было его по рождению.

Это был Вэй Ин, и он достиг невозможного.

Он вернулся.

Недоумение не помешало Цзян Чену поднять кнут во второй раз, когда голос Лань Цзинъи внезапно остановил его: 

«Глава клана Цзян, этого должно быть достаточно, верно? Это же был Дзидянь!»

В этот момент Лань Ванцзи решил не наказывать Цзинъи за его дерзость. Было так мало тех, кто защищал Вэй Ина в его предыдущей жизни, поэтому Ванцзи считал бесценным то, что этот молодой ученик, который редко уделял должное внимание урокам в классе, возражал против пыток Вэй Ина.

Если Цзян Чен осмелится снова поднять кнут, он и его ученики встретятся с ним в битве, у которой будет только один исход. Никто не сможет снова причинять вред Вэй Ину.

Затем взгляд Лань Ванцзи скользнул мимо Цзинъи к юноше, движущемуся в свете огня. Сычжуй.

Облегчение от того, что сын остался невредимым, наполнило его грудь, несмотря на беспокойство. Синие глаза покраснели от дыма, но он стоял среди толпы, высоко подняв голову, легкий кашель сразу же скрывался за его рукавом.

В этот момент он был так похож на Вэй Ина, застыв в ожидании неприятностей и как всегда готовый к бою.

Ванцзи видел, если дело дойдет до открытого боя, его сын без колебаний вступит в бой, несмотря на то, что не осознает, что человек, который стоял рядом и смотрел на заклинателей с таким негодованием, на самом деле был его отцом. Его Сянь ГеГе.

Мысленно он увидел нежную улыбку Сичжуя и снова услышал теплое приветствие мужчине: 

«Молодой господин Мо, мы снова встретились».

Вэй Ин был Мо Сюань Юем.

Тот самый сумасшедший. Тот, кто помогал ученикам во дворе господ Мо. Все ученики упоминали его как сумасшедшего, но щедрого на информацию, который помог им, а затем таинственно исчез. Они были неопытны и привыкли к советам старших, поэтому не считали странным, что молодой человек знал, что делает. У Лань Ванцзи же была масса вопросов.

Теперь он ясно понимал, где искать ответы.

Вэй Ин защищал его учеников. Он спас юношей от проявления темной энергии меча в той деревне, и убедившись, что они в безопасности, убежал. Возможно, он думал, что ученики сообщат о нем клану Гусу Лань. Он не доверял Гусу... решил, что клан Лань заключит его в тюрьму... Или, что еще хуже, передаст его Юньмэн Цзян.

И все же, как Вай Ин вообще оказался в деревне Мо? Как давно его любовь вернулась в этот мир?

Почему он не знал об этом? Неужели Вэй Ин действительно думал, что он не защитит его? Что-то слишком похожее на разочарование и печаль наполнило его, когда он задумался, действительно ли Вэй Ин считал, что Ванцзи бросит его.

Нет, это было несправедливо. Он не мог винить Вэй Ина.

Он думал об этом, глядя на мужчину, которого любил. Вэй Ин не нападал на него, не считал своим врагом. Он бы непременно сделал это, если бы считал его угрозой. В этих глазах не было гнева, во всяком случае, он казался удивленным. Как будто появление Лань Ванцзи было неожиданным.

Сейчас Вай Ин был спокойным. Он не выглядел загнанным в угол или настроенным враждебно, несмотря на ситуацию, в которой находился сейчас. Он был другим. Не тянуться к темной энергии, он мыслил рационально. В его взгляде не было злого умысла, и его голос не был полон ненависти. Не было ни печали, ни тоски.

Он был в деревне Мо под именем Мо Сюань Юй, это означало, что он совсем недолго был «молодым господином Мо», иначе он бы исчез задолго до прибытия Сычжуя.

Его не было тринадцать лет... он не мог знать, что происходило сейчас в мире: новые союзы и политика кланов.

Все, о чем Вэй Ин знал, - это то, как его ненавидят.

А знал ли он, что юноша, которому он самоотверженно помог в деревне Мо и сейчас, на самом деле был его сыном?

Сычжуй теперь был молодым заклинателем. Все еще ребенок в его глазах, но он так отличался от малыша, которого Вэй Ин отчаянно скрывал от своих собственных убийц. Сейчас он был задумчивым и милым, нежным и довольно тихим, и никак не напоминал того ребенка, который бегал со своей игрушечной бабочкой и всегда звал Сянь ГеГе.

Лань Ванцзи подумал, что сейчас на горе Дай Тань есть лишь два сильных заклинателя: он сам, и Цзян Чен, их духовные оружия почти равны по силе, а значит есть хороший шанс, что Вэй Ина не раскроют сегодня вечером.

Цзян Чен, не обращая внимания на хмурый взгляд на лице Вэй Ина, прорычал: 

«Кто ты такой?»

Робко заговорил один из заклинателей, постигающих совершенство, но не принадлежащий к великим кланам:

«Глава клана Цзян мог не обращать внимания на некоторые слухи, поэтому не знал об этом. Мо Сюань Юй был членом клана Ланьлин Цзинь... Гм, он раньше был приглашённым учеником клана Цзинь. Его способности не были выдающимися, и он не выказывал учредил в учебе, а также он..."

Здесь он остановился, и Лань Ванцзи сосредоточил свое внимание на словах заклинателя, глядя при этом на Вэй Ина, наблюдая, как эти глаза также устремились на рассказчика.

Вэй Ин уже что-то планировал.

«... Он преследовал сверстника и был изгнан из клана Ланьлин Цзинь. Я также слышал, что он сошел с ума, и выбрал иной путь. Старейшина Илин не захватил бы это тело».

Цзян Чен в искреннем замешательстве спросил: 

«Что? Как это?»

Практикующий смутился и заикался: 

«Это... Как бы...»

Другой заклинатель в серых одеждах добавил кисловатым тоном: 

«Мо Сюань Юй был обрезанным рукавом!»

Цзян Чен с отвращением смотрел на Вэй Ина, в то время как кто-то другой сказал: 

«Это не он, как ни крути... На флейте так ужасно играл..."

Если бы Лань Ванцзи еще не знал, что этим человеком был Вэй Ин, он мог бы согласиться с такими доводами. Никто не мог сравниться с Вэй Ином, который играл на флейте, особенно визг плохо вырезанной флейты, которая сейчас лежала на земле. Его мастерство владения инструментом было легендарным, и резная бамбуковая флейта, на которой он сейчас играл, не могла сравниться с Чэнь Цин.

Темные брови Вэй Ина раздраженно дернулись, серые глаза сузились, и в груди Ванцзи снова появилась надежда. Лицо не принадлежало Вэй Ину, но именно это выражение он видел много раз. Уязвленная гордость.

К счастью, Цзян Чен не заметил этого выражения и сделал краткий жест своим ученикам, безмолвно приказав схватить Вэй Ина. Вэй Ин, догадавшись об их намерениях, проворно прошел мимо осла, прежде чем Ванцзи смог встать на его защиту. Вместо того, чтобы попытаться еще раз попытаться сбежать, заклинатель предпочел встать за спину Ванцзи.

Лань Ванцзи еле сдержал свой удивленный вздох, его сердце начало бешено колотиться от того тепла, которое проникало сквозь его мантию из-за близости Вэй Ина. Ясно, что он действительно доверял ему. Вэй Ин прошлого под воздействием темной энергии счел бы их всех своими врагами. Тем не менее, Вэй Ин решил положиться на него. Отдать свою жизнь и свободу прямо в руки Лань Ванцзи. Казалось, никто не заметил, как его дыхание стало прерывистым, он радовался доверию, которое оказал ему Вэй Ин.

Вэй Ин, театрально сыгравший роль сумасшедшего, громко закричал, прижимая руку к груди: 

«А! Что ты собираешься со мной делать?»

Это была полная противоположность тому, как гордый Вэй Ин, загнанный в угол, отреагировал бы на угрозу пыток.

Умно, но была одна вещь, о которой Вэй Ин не знал. Никогда бы не узнал. Тринадцать лет Ванцзи давал одно и то же обещание земле и небу. Когда Вэй Ин вернется, он, Лань Ванцзи, сделает все, чтобы защитить его. Вэй Ин в этой новой жизни не сможет так просто снова встретить смерть. Лань Ванцзи будет использовать свою духовную энергию, свою душу и свое тело, чтобы охранять его. Он защитит его любой ценой, кроме жизни сына. Ради Вэй Ина он столкнулся со своим собственным кланом, напал на своего брата и приложил всю свою волю, чтобы обезопасить его. Он потерпел неудачу.

Небеса дали ему второй шанс. И он не потратит его впустую.

Итак, как и ожидалось от него, Ванцзи повернул голову, чтобы посмотреть на Вэй Ина, и бросил на него невпечатленный взгляд, словно пытаясь смягчить его крайне невежливое, шумное и чрезмерно преувеличенное поведение.

Раздраженный тем, что Ванцзи был спокоен, как горы Гусу, Цзян Чен посмотрел на него: «Второй молодой господин Лань, вы специально усложняете мне задачу?»

Он не мог сказать правду.

Вы не представляете, что я готов ради него сделать.

Сычжуй выступил вперед, и Ванцзи обратил свое внимание на сына. Он мог видеть в этих синих глазах тень учения Сиченя, прозвучавшую, когда он сказал: 

«Глава клана Цзян. Доказательства очевидны. Тело Мо Сюань Юя не было захвачено. Тогда зачем беспокоить этого человека?»

Сычжуй никогда никого не считал незначимым человеком. Он был вежлив со всеми: от слуги до главы клана, его этому с самого раннего возраста учил сначала Вэй Ин, а затем и он сам, - ценить все жизни одинаково.

Раздосадованный, Цзян Чен холодно ответил: 

«Тогда почему Второй молодой господин Лань идет на все, чтобы защитить такого человека, как он?»

Позади Ванцзи раздался низкий смех. Его ритм был неправильным. Тон был слишком низким для голоса Вэй Ина, но веселье в нем взывало к сердцу Ванцзи, вызывая незаметную дрожь по спине.

«Глава клана Цзян, ммм, я буду очень волноваться, если вы и дальше будете меня так беспокоить», - сказал Вай Ин почти застенчиво.

Бровь Цзян Чена снова дернулась, и казалось, что его почти тошнит.

Вэй Ин знал своего брата так же, как и свою флейту, и легко мог добиться желаемого. Он сказал Цзян Чену, наклонившись близко к Ванцзи: 

«Спасибо за такой энтузиазм. Однако вы не в моем вкусе. Даже если меня привлекают мужчины, мне не нравятся все подряд. Например, меня не интересуют такие, как вы".

Вместо того чтобы оттолкнуть, эти слова, похоже, задели Цзян Чена: 

«О, правда? Тогда могу я спросить, какой тип мужчин тебя интересует?»

Отвлеченный близостью Вэй Ина, Ванцзи чуть не задохнулся, когда услышал: 

«Какой тип? Ну, меня очень привлекают такие люди, как Ханьгуан-Цзюнь».

Если бы только это было правдой! Эти слова были словно нож в любящее сердце. Если это правда, Вэй Ин... Если только ты действительно имеешь в виду то, что сказал... Эти слова согреют мои сердце и душу. В конце концов, они и так принадлежат только тебе.

Лань Ванцзи не был уже тем человеком, который давным-давно скрывался за оплотом правил своего клана каждый раз, когда Вэй Ин переступал черту. Он поклялся своей жизнью, что защитит Вэй Ина, приютит его любого и будет заботиться о нем до конца своих дней, если только он позволит это ему. Он пойдет туда, куда будет идти Вай Ин, разделяя его бремя и ответственность. Каким бы путем тот ни пошел, Ванцзи будет стоять рядом с Вэй Ином, не задавая вопросов и не выказывая сомнений. Даже если бы Вэй Ин не пожелал бы быть рядом, Ванцзи все равно остался бы рядом с ним. Теперь же благодаря этим необдуманным словам Вэй Ина, он мог сдержать данное себе обещание. Вэй Ин добровольно объявил, что хочет остаться рядом с ним...

Его лицо скрывало радость, а крылья легко раскрывались за грудиной.

«Запомни свои слова».

Без сомнения, отвлеченный Цзян Ченом, Вэй Ин ответил мягким очаровательным «Хм?»

Тринадцать лет он молился об этом дне. С каждым вздохом, начиная с этой ночи, он будет защищать Вэй Ина. Любить его издалека и хранить от всякого зла.

Лань Ванцзи, младший из Нефритов Гусу Лань, повернулся к группе заклинателей и посмотрел на Цзян Чена.

«Я забираю этого человека в клан Лань».    

Перевод фанфика по "Магистр дьявольского культа"

Дорогие, следующая глава будет заключительной. Всегда с вами,

emerald_dust)

Есть группа в Телеграмм, буду писать там о выходе новых глав перевода и о хороших фанфиках/переводах/ориджиналах) https://t.me/masterfanf