Глава 124. Тайна последних времен

Цянь-гэ стиснул зубы и, не говоря ни слова, уставился на Чэн Тяньби. Чэн Тяньби не успел и рукой пошевелить, как порыв ветра снес ему вторую половину неповрежденного крыла. Цянь-гэ взвыл от боли:

— Не убивай меня! Пожалуйста, не убивай меня!

— Отвечай на вопрос.

— Я... Я из Эрцзянмэнь округа Цзюцзянь. Наш босс послал меня сюда.

Чэн Тяньби холодно сказал:

— Это твой последний шанс. Если ты не скажешь правду, я убью тебя.

Если человек не проходил аналогичную подготовку или не был особенно искусен во лжи и обмане, Чэн Тяньби мог определить, что тот лжет под пытками. Хотя он и не был так точен, как Чжуан Яо, который мог уловить даже малейшее движение волос противника, он был более чем способен справиться с обычными людьми.

Цянь-гэ в ужасе смотрел на него. Цун Ся тоже подошел и холодно спросил:

— Кто ты такой, черт возьми?

Этот человек, действительно, не был похож на члена округа Цзюцзян. Во-первых, после того как они получили защиту Академии наук и 27-го подразделения, округ Цзюцзян никогда бы не смог так откровенно ограбить их на улице. Во-вторых, судя по разговору со вторым дядей, Яо Цяньцзян общался с ним и они помогали ему с лечением. Яо Цяньцзян был ранен во время выполнения задания от армии. У армии не было причин отказывать ему в этой просьбе. Его выздоровление было вопросом времени. У Яо Цяньцзяна не было никакой необходимости совершать столь пагубный поступок, ведь это все походило на желание подставить округ Цзюцзян. Однако, если этот человек действительно не из округа Цзюцзян, значит, и владелец рыбного магазина тоже был подкуплен?

Чэн Тяньби поднял руку. В глазах Цянь-гэ появились страх и отчаяние.

Чэн Тяньби поспешно наклонился, чтобы ущипнуть его за подбородок, но опоздал на шаг: у Цянь-гэ внезапно пошла пена изо рта, он скрючился и замертво упал на землю.

Цун Ся нахмурился:

— Он проглотил яд?

Чэн Тяньби кивнул и повернул голову, чтобы посмотреть: люди, пришедшие с Цянь-гэ, были мертвы или разбежались, и спросить было не у кого.

Затем они обратили свой взор на владельца магазина морепродуктов, мистера Суна. Он выглядел испуганным:

— Я ничего не знаю.

Чэн Тяньби холодно сказал:

— Вы его знаете. Кто он?

— Он из Эрцзянмэнь округа Цзюцзянь.

— Вы уверены?

Господин Сун отчаянно кивнул:

— Да, я уверен. Все на этой улице его знают. Эрцзяньмэнь отвечает за логистику в округе Цзюцзянь, а Цянь-гэ всегда занимался закупками здесь.

Сяо Ван добавил:

— Я тоже об этом слышал. Эрцзяньмэнь действительно отвечает за все вопросы логистики в округе Цзюцзянь, как административный отдел компании. Но их боевая мощь самая слабая. Зачем им посылать людей из Эрцзяньмэнь, чтобы кого-то схватить?

Другие тоже были озадачены. Что здесь происходило? Неужели люди из округа Цзюцзянь настолько глупы, что считают, будто всего несколько человек могут похитить кого-то из мутантов, контролирующих природные силы? В этот момент сяо Ван с суровым выражением лица сделал серьезный звонок, сообщив собеседнику, что на них напали, и попросил сотрудников Академии наук приехать и забрать их. Положив трубку, сяо Ван сказал:

— Сегодня утром, когда я собирался вывести вас всех, я специально посоветовался с профессором Цуном, стоит ли нам брать с собой телохранителей. Профессор Цун считал, что раз Чэн Тяньби с нами, и мы все еще в пределах города, то телохранители нам не понадобятся. Но теперь, похоже, они нам понадобятся.

Цун Ся криво усмехнулся:

— Не ожидал, что в первый же день нас настигнут неприятности. Похоже, они уже давно следят за нами.

— Скорее всего.

Чэн Тяньби спросил:

— Сяо Ван, есть ли здесь что-то, что может экранировать колебания энергии мутантов?

Сяо Ван кивнул:

— Да, есть. Это устройство уже давно широко доступно и стоит недорого.

Цун Ся сказал:

— Действительно, после прибытия в Пекин мы заметили, что многие мутанты, с которыми мы сталкивались, не излучали никаких колебаний энергии. Что это за штука? Давайте купим себе по набору.

— Это металлический пластырь, который наклеивается на тело, и все. Я не понимаю принципа действия, но, когда мы вернемся в Академию наук, я попрошу профессора Цуна подготовить для вас набор.

Через несколько минут подъехала полицейская машина, работающая на солнечных батареях. Из нее вышли несколько офицеров в полицейской форме и окружили магазин морепродуктов, убирая трупы и опрашивая свидетелей. Еще через десять минут приехали охранники, которые должны были их забрать, на своем автомобиле-гибриде на солнечных батареях с большей мощностью. Они купили рыбу у мистера Суна и прикрепили прицеп к задней части своего автомобиля, после чего отправились в зоосалон.

Когда они вернулись в зоосалон, было уже за полдень. Абу наконец поднял голову, но выглядел вялым и отказывался двигаться. С лысым телом и удрученным выражением лица он выглядел жалко.

Чжуан Яо сказал:

— Абу подождет, пока стемнеет, прежде чем мы уйдем.

Цун Ся удивился:

— Почему?

— Конечно, потому что Абу не хочет, чтобы его видели, — сочувственно похлопал Абу Лю Фенъюй, — Я тебя понимаю. Если бы у меня была плохая стрижка, я бы тоже не хотел, чтобы меня видели.

Абу понюхал рыбу и с тоской посмотрел на машину охранника. Цун Ся улыбнулся и указал на большую рыбу:

— Абу, ты хочешь съесть рыбу? Если да, то пойдем домой.

Абу мяукнул, выглядя нерешительно.

Чжуан Яо сказал:

— Пусть ест здесь.

А-Цин присел и, держась за подбородок, сказал:

— Гости, если вы будете есть здесь, то запачкаете пол, и будет запах. Придется брать дополнительную плату, скажем, 200 банкнот.

Сяо Ван выпучил глаза:

— Мы просто занимаем ваше место, чтобы поесть рыбы...

А-Цин закатил глаза и встал:

— Разве мне не нужно использовать воду, электричество и рабочую силу для уборки?

Цун Ся сказал:

— Все в порядке, мы заплатим.

А-Цин улыбнулся:

— У меня есть большая кастрюля. Не хотите взять ее напрокат? Она стоит всего 20 банкнот, а нож для разделки — 5.

Цун Ся засмеялся:

— Конечно, мы возьмем и то, и другое.

Сяо Ван сказал:

— Вам не нужно тратить лишние деньги.

Цун Ся улыбнулся и промолчал. Поскольку энергия, которая служила эквивалентом валюты, была единственной вещью, которую они имели в изобилии, он мог теперь культивировать энергию пяти элементов внутри себя. Хотя он не знал, сколько военные платят за энергию, для них напрямую поглощать ее из кукольного нефрита и преобразовывать было так же просто, как брать конфеты у ребенка. Таким образом, эта новая форма валюты была для них такой же дешевой, как бумага.

Чтобы утешить Абу, они все вместе занялись приготовлением рыбы на месте. Большую часть нарезали на сашими, часть пожарили на гриле, а часть потушили в виде супа. Когда Абу начал есть рыбу, он оживился и уже не держал голову поникшей, а снова встал на лапы.

Пока Абу сосредоточился на рыбе, они тоже не сидели сложа руки. Они приготовили горячий суп с рыбным мясом на гарнир, а А-Цин привел нескольких сотрудников салона, чтобы те присоединились к их импровизированному пикнику. Они даже бесплатно предоставили некоторые ингредиенты.

Все люди вместе с котом наслаждались пиршеством на открытой площадке для мытья, в салоне красоты для животных. Временами они вспоминали те дни, когда разбивали лагерь в дикой местности, сидели у костра и наслаждались горячими котлетами. Теперь, когда их основные потребности были удовлетворены, они чувствовали, что все происходящее нереально.

Близился вечер, они ели и болтали о жизни в Пекине, попутно приобретая новые знания. Вдалеке на крыше стояли две совы, наклонив шеи на 90 градусов, их янтарные глаза неподвижно смотрели на них. Через некоторое время одна из них заговорила:

— Они едят хого?

— Конечно, это хого.

— У них вообще есть свободное время, чтобы наслаждаться этим?

— Откуда мне знать? Почему бы тебе не пойти и не спросить у них?

— Не шути так. Разве ты не видел, какой страшный Чэн Тяньби? Он даже пальцами не пошевелил, а порезал человека. Если бы я подошел к ним, то оказался бы в роли ингредиента для их супа.

— С тех пор как мы следили за ними с момента их ухода, я заметил как минимум три группы людей, следящих за ними. Они либо беспечны, либо здесь недавно и ничего не понимают.

— Думаю, наиболее вероятная причина в том, что они до сих пор не знают этого места. Кроме того, все следят за ними с расстояния двухсот-трехсот метров. Никто не сможет это обнаружить.

— Эта работа очень утомительна.

— Хватит жаловаться. Мы сможем вернуться к докладу только после того, как они вернутся в Академию наук.

После наступления темноты людей на улице стало меньше. Абу наелся и напился досыта, и его сердце немного успокоилось. Наконец, он был готов последовать за ними в Академию наук. Сяо Ван устроил Абу в старинном павильоне Академии наук. Павильон был просторным и довольно высоким, в него положили мягкие одеяла и устроили для Абу уютное гнездышко. Устроив Абу, они направились в Третью зону.

По дороге Чэн Тяньби общался с Чжуан Яо о том, что произошло сегодня, а остальные шли позади. Цун Ся тоже был погружен в раздумья, обдумывая, какие вопросы задать второму дяде при встрече. Вдруг на его плечо легла рука. Повернув голову, Цун Ся увидел перед собой красивое лицо Лю Фэнъюя с дразнящей улыбкой. Цун Ся понял, что они каким-то образом оказались в конце группы.

Цун Ся спросил:

— Лю-гэ, что случилось?

Лю Фэнъюй ухмыльнулся, понизив голос и наклонившись ближе к его уху:

— Вы двое спали вместе прошлой ночью?

Цун Ся покраснел, чувствуя себя немного смущенным, и посмотрел на людей, идущих впереди.

Лю Фэнъюй пожал плечами и подмигнул Цун Ся:

— Зачем ты притворяешься передо мной? Я ведь не зря потратил свои усилия?

Цун Ся думал о событиях прошлой ночи, чувствуя себя скорее взволнованным, чем нервным. Для почти двадцатисемилетнего девственника вчерашний день должен был стать днем, достойным празднования. Он сдержал смех и сделал знак победы в сторону Лю Фэнъюя.

Лю Фэнъюй внезапно разразился смехом и похлопал его по спине:

— Неплохо, сяо Ся. Поздравляю!

Внезапный взрыв смеха привлек внимание всех остальных, и они повернулись.

Лю Фэнъюй сказал:

— Что вы все уставились? Продолжайте идти.

Чэн Тяньби бросил пристальный взгляд на Цун Ся, и его глубокие глаза напомнили Цун Ся о тех сильных эмоциях, которые он видел в глазах Чэн Тяньби, когда он был полон желания прошлой ночью. От этого взгляда у него пересохло в горле, а сердце заколотилось.

Лю Фэнъюй весело насвистывал, похоже, пребывая в хорошем настроении.

Сяо Ван повел их в кафе в третьей зоне, где они должны были дождаться Цун Чжэньчжуна. Через некоторое время Цун Чжэньчжун прибыл вместе с молодым человеком. У юноши была светлая кожа и румяные губы, черты лица были невероятно тонкими. Он был прекрасен, как классическая красавица, сошедшая с картины. Он был одет в зеленую военную форму, поверх которой был надет белый лабораторный халат, но, несмотря на внешность, от него исходила холодная, роботизированная атмосфера.

Цун Чжэньчжун представил его:

— Это полковник Тан Тинчжи, глава Шестой зоны Национальной академии наук.

Все слышали о нем. Тань Тинчжи был также мутантом мозга, ответственным за эксперименты с людьми Драконьей крови до апокалипсиса. Как и Цун Чжэньчжун и Чжуан Яо, он изначально был всемирно известным ученым. Тан Тинчжи, казалось, не собирался говорить, а просто внимательно разглядывал каждого из них, заставляя их чувствовать себя неловко.

Цун Чжэньчжун, казалось, привык к этому и сказал:

— Следуйте за нами, давайте как следует пообщаемся.

Он сделал паузу, а затем обратился к Цун Ся:

—Сяо Ся, можно ли доверять твоим друзьям? Они надежные?

Очевидно, Цун Чжэньчжун не очень доверял остальным троим, кроме Цун Ся, Чэн Тяньби и Чжуан Яо.

Цун Ся сказал:

— Второй дядя, они все заслуживают доверия. Более того, они знают тот большой секрет, которым мне нужно поделиться с тобой. Думаю, им стоит поучаствовать.

Цун Чжэньчжун кивнул:

— Тогда пойдемте.

Внезапно Тан Тинчжи вышел вперед и встал перед Чжуан Яо:

— Чжуан Яо, здравствуй.

Чжуан Яо поднял на него глаза:

— Полковник, сколько лет, сколько зим.

— Четыре года, три месяца и семь дней. Когда ты пригласил меня участвовать в эксперименте B26, ты обещал выплатить мне зарплату за 41 день, но уехал, не выполнив это обещание. Ты должен мне в общей сложности 26 850 юаней, что в пересчете на новые деньги составляет 167 банкнот. Пожалуйста, отдай их мне.

Чжуан Яо моргнул, а остальные промолчали.

Тан Тинчжи продолжил тем же безэмоциональным тоном, что и робот:

— Я женился, и моя вторая половина — большая транжира.

Цун Чжэньчжун вздохнул:

— Полковник, он заплатит.

Чжуан Яо ворчливо ответил:

— Я отдам деньги вам через минуту, наличными.

Тан Тинчжи кивнул и отошел в сторону.

Лю Фэнъюй разочарованно пробормотал:

— Женат? Мне как раз нравится именно такой тип.

Тан Яньцю удивленно посмотрел на него.

Лю Фэнъюй ответил:

— Что за удивление? Удивляться нечему. Мое обаяние не имеет границ.

Тан Яньцю отвернулся, выражение его лица было несколько жестким.

Лю Фэнъюй игриво усмехнулся:

— Не влюбляйся в меня, ладно?

Тан Яньцю прошептал:

— Хватит дурачиться, давай лучше сосредоточимся на деле.

На лице Лю Фэнъюя появился намек на двусмысленную улыбку.

Вслед за Цун Чжэньчжуном они вошли в огромную лабораторию. В лаборатории широко использовалось закаленное стекло, их окружали стеклянные стены и стеклянные полы, из-за чего все три этажа выглядели прозрачными, вызывая ощущение футуристической фантазии. Внутри работали десятки исследователей.

Цун Чжэньчжун представил их:

— Это комплексная лаборатория, в основном изучающая эволюцию видов и Кембрийскую энергию. Это общая лаборатория для всех шести зон.

— Кембрийская энергия?

— Да, энергия, высвободившаяся после землетрясений, отличная от энергии пяти стихий, также известная как энергия, высвобождаемая кукольными нефритами.

Чжуан Яо кивнул:

— Мы называем ее нейтральной энергией.

— Термин «нейтральная энергия» также точен. По сравнению с энергией пяти стихий, из которой состоит все сущее в мире, Кембрийской энергии нет места на Земле. Эта энергия полностью нарушает экологический баланс, приводя к быстрой эволюции видов, которая по крайней мере в миллион раз быстрее, чем в Кембрийский период.

Цун Чжэньчжун сказал:

— Сюда.

Они оказались перед сферической лабораторией. В лаборатории использовалось специальное стекло, из-за которого снаружи невозможно было заглянуть внутрь. Просто взглянув на диаметр сферы, они могли представить, насколько огромно пространство внутри.

Цун Чжэньчжун и Тань Тинчжи одновременно просканировали радужную оболочку глаза на черной ЖК-панели. Дверь в сферическую лабораторию открылась, и они один за другим вошли внутрь, после чего дверь за ними закрылась.

Внутри сферической лаборатории не было ни одного человека. Полностью стеклянные и серебристо-металлические декорации придавали этому месту жуткую и гнетущую атмосферу. Интерьер лаборатории был поистине огромен, по периметру ее окружало различное экспериментальное оборудование, которого они никогда раньше не видели. В центре лаборатории находилась большая прямоугольная платформа со стеклянным колпаком толщиной более десяти сантиметров. Внутри стеклянной крышки находились четыре роботизированные руки, а в центре спокойно лежала серебристо-белая сфера размером с баскетбольный мяч.

— Что это? — Цун Ся привлекла эта сфера, и он почувствовал волну тоски по ней.

— Это кукольный нефрит, — сказал Цун Чжэньчжун.

— Кукольный нефрит?

Цун Чжэньчжун кивнул и принес компьютер.

— Это кукольный нефрит, завернутый в металлический сплав.

— Металлический сплав? Разве это не серебристо-белый мягкий металл, который становится несравненно тяжелее, как только отдаляется от кукольного нефрита?

Цун Чжэньчжун сказал:

— Верно, похоже, та научная команда действительно завернула кукольный нефрит в почтовый металл, прежде чем Цзяо передал его сяо Чэну, иначе сяо Чэну уже пришел бы конец.

Чэн Тяньби сказал:

— Что ты имеешь в виду?

Цун Чжэньчжун сказал:

— Не спешите, у нас сегодня так много дел, позвольте мне сначала показать вам этот кусок кукольного нефрита.

Он прикоснулся пальцем к компьютеру, и вскоре на нем появились цветные изображения:

— Я не имею права в одиночку принимать решение о вскрытии почтового металла, но могу показать вам, как выглядел кукольный нефрит, когда его недавно нашли и положили в почтовый металл.

По прикосновению его пальца в воздух внезапно проецировалось трехмерное изображение. Прямо перед ними возникла неполная сфера размером с мячик для пинг-понга. Это был черный нефрит, полупрозрачный, источающий легкую черную дымку. По меньшей мере половины сферы в этом куске не было.

— Это и есть кукольный нефрит? — Цун Ся подсознательно протянул руку, чтобы потрогать его, но, конечно, он мог коснуться только воздуха.

— Да, это первоначальный вид кукольного нефрита, — сказал Цун Чжэньчжун, — мы собираем фрагменты кукольного нефрита и пытаемся собрать его воедино.

Чжуан Яо молча смотрел на виртуальное изображение:

— С какой целью?

Цун Чжэньчжун сказал:

— Чжуан Яо, я не знаю масштабов твоих исследований в ограниченных условиях, но после года исследований, нет, не одного года, а уже тогда, когда Чжуан Юй предложил концепцию Кембрийского сознания, они начали изучать ее, когда обнаружили кукольный нефрит как сверхэнергетическое тело с помощью специальных приборов.

— Мы пришли к выводу, что кукольный нефрит — это «инструмент» для реализации Кембрийского сознания и достижения баланса Земли. Думаю, вы уже догадались.

В этот момент Цун Чжэньчжун вздохнул:

— Чжуан Юй — гений, который рождается раз в тысячелетие. Он мог бы использовать свое передовое понимание Кембрийского сознания, чтобы помочь человечеству отсрочить наступление второго Кембрийского периода как минимум на сто лет, позволив нам начать готовиться к апокалипсису уже с этого поколения. Но...

Лицо Чжуан Яо потемнело. Чэн Тяньби произнес серьезным тоном:

— Именно миссия научной экспедиции в Цинхай спровоцировала преждевременное начало Второго кембрийского периода?

Цун Чжэньчжун кивнул:

— Именно. Экспедиция в Цинхай пробудила кукольный нефрит.

Цун Ся вздохнул.

—Кембрийское сознание, научная экспедиция, Цинхай, землетрясения, кукольный нефрит. Эта последовательность действий, в конечном итоге, привела к нынешней человеческой катастрофе. Менее чем за год с этой земли исчезло почти 70 % населения — почти 900 миллионов живых существ. Масштаб трагедии был слишком велик, чтобы обычный человек мог его себе представить. Если бы все это можно было отсрочить на сто лет, подготовить и заложить в основу столетие технологического прогресса, это не было бы так разрушительно, как сейчас. Если так рассуждать, то Чжуан Юй действительно был виновен в больших грехах. Я полагаю, что Чжуан Юй не намеренно запустил кукольный нефрит, — продолжил Цун Чжэньчжун. — В конце концов, решение об отправке научной экспедиции в Цинхай принимал не он один. За него проголосовало множество людей в Академии. Однако теперь бессмысленно выяснять, кто виноват. В конце концов, все здесь участвовали в исследовании Кембрийского сознания. Теперь нам нужно исправить ситуацию и перестроиться. Но в том, что касается подхода к восстановлению, у нас с фракцией Чжуан Юя есть непримиримые разногласия. Думаю, сяо Ван также говорил вам, что Чжуан Юй выступает за выживание сильнейших и активное развитие людей-мутантов, в то время как мы с Тан Тинчжи выступаем за возрождение всего человечества. В последнее время их фракция подверглась нескольким нападениям, как со стороны внешних сил, узнавших, что люди-мутанты не могут размножаться, так и внутри Академии по еще более страшной причине.

Все внимательно его слушали. Тонкие пальцы Цун Чжэньчжуна быстро скользили по жидкокристаллическому экрану, линзы отражали голубой свет, и было трудно различить его эмоции.

— Я покажу вам видео.

Виртуальное изображение перед их глазами сменилось с кукольного нефрита на полностью закрытую лабораторию. Лаборатория была довольно большой, размером почти с баскетбольную площадку, но в этом огромном пространстве находилась лишь маленькая белая мышь.

— Это седьмой день после рождения белой мыши, — пояснил Цун Чжэньчжун. — Мы поместили ее в эту лабораторию, чтобы она в течение двадцати четырех часов безостановочно подвергалась воздействию радиации кукольного нефрита на максимальном уровне. А затем...

Он нажал на кнопку, и видеозапись начала перематываться вперед. Все пристально смотрели на маленькую белую мышку. За считанные мгновения мышь начала мутировать. Сначала она увеличилась в размерах, как мутировавшие крысы, с которыми они сталкивались раньше. С потолка лаборатории постоянно падала еда, а мышь становилась все больше и больше. Когда она достигла трех метров в высоту, на ее теле появились извивающиеся мышцы, шерсть свалялась, а первоначально белоснежный мех превратился в жесткую коричневато-черную кожу, похожую на броню. Хвост стал толще человеческого бедра. Он становился все более возбужденным и начал без устали колотить по стенам, отчего изображение постоянно сотрясалось. Прочные стальные стены часто покрывались вмятинами и трещинами от его ударов. Он продолжал расти, превращаясь в гигантского монстра, полностью обтянутого прочной броней, вооруженного с ног до головы. К этому моменту в существе не осталось и следа мыши — существо совсем не походило на то, каким было изначально.

Дальнейшие события стали еще более драматичными. Кости стали выступать сквозь кожу, глаза выпучились, а щеки впали, придав ему ужасающий вид. Когда его рост превысил пять метров, казалось, что лаборатория уже не сможет его вместить. Видео продолжалось, показывая, как монстр постоянно растет и трансформируется, становясь все более грозным. Его размеры и сила, казалось, не поддавались природным ограничениям, и он демонстрировал агрессивное поведение, в порыве ярости нанося удары окружающим.

Цун Чжэньчжун поставил видео на паузу и повернулся лицом к группе.

— Это результат воздействия на маленькую белую мышь излучения кукольного нефрита в течение всего семи дней. Как видите, мутация была радикальной и неконтролируемой. На этом эксперимент был прекращен, но, если бы мы позволили ему продолжаться, кто знает, в какое чудовище она могла бы превратиться.

Чэн Тяньби сглотнул и спросил тяжелым голосом:

— Что это значит для человечества? Неужели эти мутации происходят и с людьми?

Выражение лица Цун Чжэньчжуна было мрачным.

— Да, у нас есть основания полагать, что подобные мутации могут происходить и у людей. Однако мы не проводили прямых экспериментов на людях, как это было с мышью. Мы наблюдали, как некоторые мутанты демонстрируют аномальный рост и повышенные физические способности, но эти изменения также влекут за собой серьезные последствия, такие как бесплодие и агрессивное поведение. Мы должны найти способ контролировать и управлять этими мутациями, иначе это может привести к катастрофическим последствиям для человечества.

Существо неоднократно сталкивалось со стенами, разрушая пол, и наконец испустило безумный рев, издав кошмарный звук. Затем с громким взрывом оно взорвалось! Свежая красная кровь и куски плоти разлетелись, как проливной дождь, заслоняя обзор камеры, а серебристо-белое пространство заполнилось ужасающими пятнами крови.

Все, кто сосредоточенно наблюдал за маленькой белой мышкой, были поражены и инстинктивно сделали шаг назад. Трехмерное виртуальное изображение было слишком реалистичным, как будто брызги крови и плоти могли долететь до их лиц.

Профессор Цун Чжэньчжун мягко посмотрел на них и сказал:

— То, что вы только что видели — это запись 196-дневного опыта этой маленькой белой мыши. В течение этого полугодового периода она получала непрерывное и интенсивное излучение от кукольного нефрита в течение 24 часов — самое большое и мощное излучение от кукольного нефрита на сегодняшний день. За это время она прошла сумасшедшую эволюцию, почти каждый день меняя свой облик и становясь сильнее день ото дня. Однако в конце концов ее постигла гибель.

Цун Ся с затаенным страхом вспомнил ту жуткую сцену и спросил:

— Это побочный эффект кукольного нефрита?

— Один из них, — ответил Цун Чжэньчжун.

Он закрыл жуткие кадры и продолжил:

— Это был всего лишь один из наших подопытных. Всего мы использовали 38 подопытных разных видов. Чем ниже было положение животного в иерархии, тем больше времени требовалось для уничтожения. С другой стороны, чем выше было положение животного, например шимпанзе, который ближе всех к человеку, тем больше времени требовалось для эволюции к разрушению — всего четыре месяца. Когда шимпанзе умер, он превратился в настоящего гиганта ростом восемь метров и весом девять тонн. Уборка его останков заняла у нас неделю.

Чжуан Яо серьезно сказал:

— Это и есть конечный результат эволюции?

Профессор Цун Чжэньчжун спокойно посмотрел на них и сказал:

— Верно, это конечный результат эволюции. Конечно, получать интенсивное излучение от самого большого кукольного нефрита с близкого расстояния в течение 24 часов — это совсем не то, что жить в среде с минимальным излучением Кембрийской энергии. Скорость эволюции по меньшей мере в тысячу раз медленнее. Некоторые мутировавшие особи за всю свою жизнь ни разу не столкнутся с интенсивным излучением кукольного нефрита и никогда не эволюционируют до такой степени. Однако, чем быстрее эволюция, тем ближе она к разрушению. Конечный результат эволюции — разрушение.

Все замолчали, наблюдая за трагическим состоянием маленькой белой мышки. Никто не мог отделаться от мысли, что продолжение эволюции может привести к судьбе, подобной лопнувшему воздушному шарику, когда кровь и плоть разлетаются во все стороны. Они постоянно тренировались и укрепляли себя, надеясь эволюционировать быстрее и лучше. Но если бы они с самого начала знали, что конечным результатом эволюции станет жестокая смерть, разве стали бы они уделять столько времени тренировкам?

— Вот почему мы не согласны с дальнейшим развитием мутировавших особей. Функции живых организмов определяются с момента рождения. Форсирование эволюции с помощью внешних средств имеет свои пределы. Превышение возможностей, которые может выдержать живое существо, приведет лишь к разрушительным последствиям. Наша нынешняя задача — не использовать кукольный нефрит для постоянного создания мутировавших особей, ускоряя их эволюцию, а собрать кукольный нефрит и найти способ запечатать эту злую Кембрийскую энергию. Только тогда человечество сможет отойти от грани вымирания. В противном случае, при бесплодии и ускоренной эволюции в течение одного поколения, человечество в конце концов будет полностью уничтожено с этой планеты. Никакие передовые технологии и мощное оружие нас не спасут.

Чжуан Яо слегка коснулся стекла, покрывающего кукольный нефрит, и спросил:

— Значит, вы все это время собирали кукольный нефрит?

— Верно, мы согласны с фракцией Чжуан Юя в том, что касается сбора кукольного нефрита. Однако у нас есть разногласия по поводу его использования, поэтому каждый раз, когда мы используем кукольный нефрит, мы должны голосовать по этому поводу.

— Даже если вам удастся собрать весь кукольный нефрит, нашли ли вы способ запечатать его? Может ли этот тип металлического сплава справиться с этой задачей?

Цун Чжэньчжун покачал головой:

— Металлический сплав может только изолировать излучение от кукольного нефрита. Сначала мы хотели использовать этот металл, чтобы запечатать его, но потом оказалось, что даже если мы сделаем это, то лишь выиграем время для человечества. Без вмешательства экспедиционной группы из Цинхая металлический сплав в конце концов разрушится и высвободит кукольный нефрит. Так что это лишь временное решение, и оно не сможет решить проблему.

— Вы также не нашли способа запечатать кукольный нефрит и не собрали весь кукольный нефрит... — Чжуан Яо повернул голову, — сколько всего фрагментов кукольного нефрита?

Цун Чжэньчжун вздохнул:

— Землетрясение разбросало кукольный нефрит. Большинство осколков размером с ноготь. Если предположить, что все фрагменты такого размера, то за пределами страны разбросано не менее тридцати осколков, причем некоторые из них могут находиться даже не в Китае — возможно, в морских глубинах, в других странах или вообще в любой точке мира.

— Тридцать осколков?

— Как минимум, — Цун Чжэньчжун приподнял очки.

Казалось, на сердце у всех было тяжело.

Автору есть, что сказать: А не собрать ли нам команду для поиска сокровищ?

Благодарю всех за любовь! Сегодня день признаний в любви, люблю вас =3=