Глава 93. Кукольный нефрит

Мэн Фэй велел кому-то принести две больших кастрюли. Он открыл крышки, и манящий аромат завтрака наполнил воздух, заставляя урчать животы всех присутствующих. Но никто не двигался с места. Мэн Фэй понял их мысли, быстро взял миску и съел несколько ложек.

— Ммм, как вкусно. Эта каша приготовлена из одного килограмма риса, трех таэлей черного риса и нескольких красных фиников. Все это очень вкусно. Пожалуйста, не стесняйтесь, ешьте.

Только после этого остальные взяли свои миски и принялись за еду.

Мэн Фэй сказал:

— Не буду вас больше беспокоить. Я вернусь после обеда. Если к тому времени вы примете решение, мы сможем обсудить детали.

После ухода Мэн Фэя, Чжуан Яо, доедая кашу, сказал:

— Этот парень лжет.

Никто не удивился: как можно было поделиться с ними такой важной вещью, как кукольный нефрит, с незнакомцами, да ещё и безо всякой причины, неужели Мэн Фэй не боялся, что они заберут всё себе?

Лю Фэнъюй доел свою порцию:

— Чего они добиваются? Но каша очень вкусная, в ней даже есть сахар.

Он уже давно не ел ничего сладкого.

Цун Ся сказал:

— Я очень сомневаюсь в том, что в Сиане есть кукольный нефрит. Если бы в Сиане действительно была некая сила, обладающая кукольным нефритом, то как такая слабая группа, как у Мэн Фэя, смогла бы выжить до сих пор?

— Я тоже так думаю, поэтому причина, по которой он хочет использовать нас, становится интересной, — Чжуан Яо лукаво улыбнулся.

Чэн Тяньби отложил свою чашку:

— Скорее всего, он хочет сделать грязную работу чужими руками [1] и использовать нас, чтобы помочь им искоренить определенную силу.

[1] 借刀杀人 (jièdāo shārén) убивать взятым взаймы ножом (обр. в знач.: загребать жар чужими руками; делать грязную работу чужими руками)

— Тогда что нам делать дальше?

— Мы с Чэн Тяньби вернемся к Ай Цзя и попытаемся выведать у ее отца хоть какую-то информацию. Чтобы не создавать им проблем, Абу с собой брать не будем. Тан Яньцю тоже отправится на поиски информации, особенно о бензине. Цун Ся и Лю Фэнъюй будут караулить здесь с Абу, если возникнет опасность, они выпустят сигнальную ракету.

— Хорошо.

После того как все трое ушли, Абу лег у входа, продолжая охранять их. Цун Ся и Лю Фэнъюй сидели в холле и тихо занимались культивированием. Цун Ся снова вошел в пустоту древнего нефрита, продолжая изучать, как материализовать инструменты с помощью энергии.

Эта часть была особенно увлекательной. Причина, по которой он не смог применить этот способ раньше, заключалась в том, что у него было слишком мало энергии. В прошлом он полагался на поглощение энергии из мертвых энергетических тел, но так и не достиг состояния полного насыщения энергии в своем энергетическом ядре. Даже если он поглощал много энергии, она быстро истощалась: либо использовалась для исцеления, либо для восполнения энергии других людей. При тщательном подсчете оказалось, что раньше у него никогда не было избытка энергии, и он всегда был «бедным». Теперь же, когда у него появился кукольный нефрит, он наконец-то смог потратить энергию на изучение инструментов материализации.

Он решил начать экспериментировать с самым простым нефритовым талисманом для накопления энергии. Согласно объяснению древнего нефрита, нефрит собирает в себе сущность неба и земли, является естественным теплом и питанием, обладает духовными качествами и может питать человеческое тело. Он является лучшим средством для хранения энергии. Чем выше качество нефрита, тем лучше эффект.

Кристаллы более высокой чистоты, такие как кварц и алмаз, занимают второе место по накоплению энергии. Обычные камни обладают наихудшим эффектом, поскольку их емкость хранения слишком мала. Количество энергии, которое можно накопить в обычном камне размером с футбольное поле, сопоставимо с количеством энергии в обычном нефрите размером с ладонь. В данный момент Цун Ся не мог найти подходящий нефрит, поэтому он отломил кусок агатового украшения Будды в холле отеля и использовал один из осколков для эксперимента.

Следуя указаниям древнего нефрита, Цун Ся положил осколок агата на ладонь и, управляя энергией, начертал в воздухе над агатом заклинание-талисман. Заклинание оказалось чрезвычайно сложным, и Цун Ся сотни раз молча прочел его в уме, прежде чем решился применить на практике. Когда заклинание было завершено, энергия из тела Цун Ся медленно перетекла в контролируемый им осколок камня. Заклинание излучало золотистый свет в его «видении», и, поскольку накопление энергии уже близилось к завершению, Цун Ся немного забеспокоился. Он не проконтролировал поток энергии должным образом, и в результате агатовый осколок с треском лопнул в его ладони. Несколько мелких осколков даже пронзили его кожу.

— Упс... — Цун Ся потряс рукой, чувствуя себя немного расстроенным.

Лю Фэнъюй услышал шум и открыл глаза.

— Что за шум? Что случилось?

— Ничего, ничего.

Цун Ся молча вытащил осколки и остановил кровотечение на ладони. Он планировал попробовать еще раз. За утро он израсходовал больше половины энергии своего тела, расколол более десяти кусочков агата и, наконец, сумел создать агатовый талисман, способный хранить нейтральную энергию. В этом небольшом агатовом талисмане было достаточно энергии, чтобы залечить несмертельную рану. Хотя он хотел бы хранить в нем больше энергии, контролировать ее поступление было слишком сложно. Если бы она вышла из-под контроля, агатовый талисман взорвался бы, а энергия рассеялась бы в природе, что привело бы к ее пустой трате. Как бы то ни было, в конце концов, ему удалось создать один экземпляр.

Он хотел усердно тренироваться каждый день и становиться все более искусным. В то же время он должен был найти способ получить камень более высокого качества, чтобы увеличить емкость хранилища. С таким нефритовым талисманом для хранения энергии он сможет решить проблему ограниченного запаса своего энергетического ядра. Он мог постоянно впитывать энергию из кукольного нефрита в свое тело, а затем передавать ее в талисман из нефрита-накопителя энергии. Поглощение энергии из нефритового талисмана происходило быстрее, чем из кукольного нефрита, и, что самое главное, было гораздо безопаснее.

Пока он отдыхал на диване, ему в голову пришла неожиданная мысль. Может ли кукольный нефрит быть крупномасштабным нефритовым талисманом для накопления энергии? Эта мысль внезапно разбудила его уставший мозг.

Кукольный нефрит отвечал многим характеристикам нефритового талисмана, хранящего энергию. Хотя он ничего не понимал в нефритах, он мог сказать, что кукольный нефрит был превосходного качества. Такого темного, прозрачного, холодного и красивого нефрита, как кукольный, он еще не встречал. Даже тот, кто не знал, как ценится нефрит, был бы привлечен им. Кроме того, огромный запас энергии кукольного нефрита свидетельствовал о его превосходном качестве. Судя по тому, что в нем хранилось большое количество энергии, которую он мог поглощать, можно было сделать вывод, что кукольный нефрит как-то связан с нефритовым талисманом, хранящим энергию.

Когда Чэн Тяньби вернется, возможно, ему стоит попробовать перевести энергию в кукольный нефрит. Кроме того, ему стало интересно, сможет ли он «увидеть» нефритовый талисман на кукольном нефрите. Если кукольный нефрит действительно был нефритовым талисманом, хранящим энергию, то кто его создал? Какую роль во всем этом играл древний нефрит?

Размышляя над этими сложными вопросами, Цун Ся еще больше устал. Он жалел, что у него нет такого аналитического ума, как у Чжуан Яо. После возвращения Чжуан Яо, он планировал рассказать ему о создании талисмана, хранящего энергию. Так как древний нефрит больше нельзя было скрывать, то открытие Чжуан Яо талисмана из нефрита-накопителя энергии было лишь вопросом времени. Вместо того чтобы ждать, пока Чжуан Яо спросит, лучше бы Цун Ся сам поделился информацией и позволил бы Чжуан Яо проанализировать связь между кукольным нефритом и талисманом из нефрита-накопителя энергии.

К часу дня Чэн Тяньби и Тан Яньцю все еще не вернулись, и Цун Ся начал беспокоиться. Он спросил Лю Фэнъюя, стоит ли им пойти и проверить их.

Лю Фэнъюй не согласился, сказав:

— Нет необходимости. С ними все будет в порядке. Давай просто подождем их здесь.

Им двоим было нечего делать в комнате, поэтому они продолжили культивацию. В этот момент Абу, лежавший за дверью, вдруг поднял голову. Подняв голову, он заслонил собой все окно, отбрасывая тень на холл. Абу издал резкий крик. Вдвоем они вскочили с дивана и направились к двери. Едва они достигли порога, как услышали знакомый голос:

— Эй? Почему здесь опять этот кот?

Любопытствуя, они прошли мимо Абу и увидели земноводного атавистического юношу, с которым столкнулись вчера. У него был все тот же неопрятный и неухоженный вид, а чистая одежда, которую они дали ему вчера, теперь была покрыта грязью и порвана. Через плечо у него было перекинуто что-то пушистое, и, когда он шел, на заснеженной земле виднелся заметный кровавый след.

Цун Ся воскликнул:

— Это ты...

Юноша узнал их.

— Так это вы, ребята. Что вы здесь делаете? Это мой дом.

Цун Ся нахмурил брови.

— Твой дом? Но это место заброшено.

— Да, я живу здесь с тех пор, как оно было заброшено, — сказал юноша, затаскивая свои вещи внутрь.

Абу издал рык и встал на его пути. Колебания энергии этого юноши были намного сильнее, чем у Лю Фэнъюя и Абу, поэтому неудивительно, что они были на взводе.

Юноша пожал плечами.

— В чем дело? Разве ты не впустишь меня домой?

Цун Ся знал, что с этим земноводным атавистом не стоит шутить. Даже если бы они объединились втроем, то не смогли бы с ним справиться.

Он быстро сказал Абу:

— Абу, ложись.

Кот на мгновение замешкался, но в итоге лег на бок. Лю Фэнъюй остался на страже, внимательно наблюдая за юношей. Когда юноша вошел в дом, они заметили, что он тащит за собой большую крысу.

Когда юноша вошел внутрь, он сказал:

— На что это вы смотрите? Это мой ужин.

Они отошли в сторону, чтобы пропустить его внутрь. Цун Ся почувствовал, что этот юноша не испытывает к ним враждебности, и это его немного успокоило. Юноша бросил большую крысу на пол и хлопнул в ладоши. Он посмотрел на них и сказал:

— Разве вас не было несколько человек? Маленький ребенок, кто-то с оружием и человек-птица. Куда они все подевались?

Цун Ся ответил:

— Они пошли на охоту.

— После наступления зимы охотиться нелегко. Я потратил весь вчерашний день, чтобы найти эту крысу, — сказал он, пнув мертвую крысу.

— Хотите поесть? Я могу дать каждому из вас по ноге, но вы должны помочь мне снять с нее шкуру.

— Нет, спасибо, — без колебаний ответил Лю Фэнъюй.

Юноша пожал плечами.

— Как хотите.

Он вытащил из угла холла охапку дров, которые, похоже, были приготовлены уже давно. Затем он достал из шкафа небольшую канистру с бензином и вылил его на дерево.

Цун Ся был поражен.

— Ты собираешься зажарить крысу в доме?

— На улице слишком холодно. Я не могу этого вынести.

— А ты не боишься задохнуться?

— Все в порядке, просто потерпи. Ты не задохнешься.

С этими словами он чиркнул спичкой.

— Подожди! — Цун Ся не мог больше терпеть и остановил его.

— Мы боимся. Мы наконец-то нашли место, где можно остановиться, и, если ты разожжешь огонь в этой закрытой комнате, полной пыли, она станет непригодной для жизни.

— Вы слишком чувствительны. Я живу здесь уже несколько дней. Как только я поел мяса, мне стало так тепло, что я уснул.

Цун Ся подумал, не засыпает ли он от дыма?

Он быстро сказал:

— Не жарь его здесь. Я отнесу его на улицу, чтобы приготовить, а когда оно будет готово, верну его тебе, хорошо?

Глаза молодого человека загорелись.

— Правда? Хорошо, я дам вам все четыре ноги. У меня тут есть кое-что хорошее...

Он порылся в шкафу и с волнением вытащил немного грязный пластиковый пакет.

— У меня есть перец.

Цун Ся неохотно взял у него перец. Юноша завернулся в свою одежду и примостился в углу дивана, дрожа от холода.

Похоже, его мутация в амфибию повлияла на способность организма регулировать температуру. Он оказался чрезвычайно чувствителен к холоду. В состоянии амфибии он не мог поддерживать постоянную температуру тела, и его организм запускал защитный механизм, заставляя его впадать в состояние, похожее на спячку, чтобы остаться в живых. У каждого вида существ-мутантов были свои слабости. Даже грозные земноводные атависты, невосприимчивые к клинкам и пулям, могли замерзнуть до смерти.

Цун Ся уже умел готовить на открытом воздухе. С помощью Лю Фэнъюя они перенесли кучу дров на улицу. Цун Ся разжег огонь и поставил на него котелок. Пока он ждал закипания воды, он ловко снял с крысы мясо, удалил кости, и очистил от грубого меха. Через двадцать минут в холл гостиницы проник аромат крысиного мяса. Молодой человек, дрожа, встал и пошел по следу запаха на улицу. Он сел у огня и, потирая руки, с волнением сказал:

— Так вкусно пахнет, так вкусно.

Цун Ся зачерпнул миску мясного супа и протянул ему.

— Мясо еще не до конца приготовилось, но ты уже можешь выпить суп. Попробуй.

Юноша взял в руки миску с супом и сделал глоток. Он был так тронут, что слезы едва не навернулись ему на глаза.

Он пробормотал:

— Мама.

Цун Ся опешил. Молодой человек фыркнул.

— Если бы моя мама была здесь, она бы тоже приготовила крысиное мясо так вкусно.

Цун Ся почувствовал себя неловко.

— Просто ешь побольше. Здесь много...

Юноша протер глаза и вылил дымящийся суп в рот, в результате чего обжег горло. Его лицо покраснело, он закашлялся, передавая миску обратно, показывая, что хочет добавки. Цун Ся ничего не оставалось, как налить ему еще одну порцию.

— Успокойся. Здесь большая кастрюля супа. Я гарантирую, что ты сможешь наесться.

Он налил по миске супа Лю Фэнъюю и себе. В такой холодный зимний день возможность выпить миску исходящего паром супа была настоящей роскошью.

Цун Ся спросил:

— Как тебя зовут?

— Дэн Сяо.

Он изо всех сил дунул на суп.

— Сколько тебе лет? Ты кажешься совсем молодым.

Дэн Сяо на мгновение задумался.

— Мне восемнадцать. Во время землетрясения мне было семнадцать с половиной. Не помню, сколько прошло времени, может, год?

— Восемь месяцев и двадцать четыре дня.

— Надо же, ты так ясно все помнишь.

Цун Ся сказал:

— У нас есть календарь.

Несмотря на то, что учет времени, похоже, потерял смысл, и большинство людей, вероятно, уже не помнли ни года, ни месяца, их календарь обновлялся ежедневно. Для них помнить о течении времени означало вспоминать о цивилизованной эпохе.

— Я уже давно потерял счет времени. Что толку помнить год и месяц? Каждый день одно и то же, без каких-либо изменений.

Дэн Сяо пил суп глоток за глотком, взгляд его был каким-то тусклым. Цун Ся спросил:

— Ты из этих мест? Ты совсем молод, наверное, тогда ты еще учился в школе.

— Да, я учился в последнем классе средней школы. Землетрясение произошло вскоре после вступительных экзаменов в колледж. Если бы я знал, не было бы необходимости так усердно учиться. О, я не отсюда, я из Хунаня.

— Так как же ты оказался в Сиане?

Дэн Сяо растерянно посмотрел на них.

— Сиань? Это Сиань?

Цун Ся нахмурил брови.

— Ты не знаешь, где это?

Дэн Сяо покачал головой.

—Не знаю.

— Тогда почему ты пришел сюда?

— Я иду туда, куда иду. Мне все равно нельзя голодать.

Он сказал:

— Мы можем съесть мясо сейчас?

Цун Ся бросил на него недоуменный взгляд и, взяв большой кусок мяса, положил его в свою миску.

— Значит, ты просто бесцельно бродишь? Лучше бы ты нашел место для нормальной спячки. Холоднокровные существа не должны бродить зимой.

Дэн Сяо покачал головой.

— Нет, я не могу остановиться. Может быть, я смогу найти маму.

Цун Ся на мгновение задумался и вздохнул.

— Ты ищешь свою маму? Просто так бродишь?

Дэн Сяо откусил большой кусок мяса и неторопливо прожевал его. Он пробормотал:

— Да, мои родители в то время ссорились. Мама куда-то улетела, а отец умер. Я могу только найти ее. Она такая сильная женщина, должно быть, она еще жива. Может, я где-нибудь с ней столкнусь.

Он говорил спокойным тоном, но слегка влажные глаза выдавали его эмоции. Цун Ся почувствовал дискомфорт. В конце концов, Дэн Сяо был всего лишь восемнадцатилетним ребенком, который шел один по этой огромной земле, страдая от голода и холода, без направления и цели, цепляясь за слабую надежду найти свою любимую маму. Сколько таких людей, как Дэн Сяо, было в мире?

В этот момент Дэн Сяо снова улыбнулся.

— Я давно не ел ничего такого вкусного. У вас даже соль есть. Это просто райский деликатес.

Он с удовольствием откусил большой кусок мяса. Цун Ся и Лю Фэнъюй только что поели и совсем не были голодны. Но увидев его таким, они заразились его радостью и каждый схватил по крысиной ножке, чтобы погрызть. Абу также ел крысиные косточки, которые отдал ему Цун Ся. Вдруг в небе вдалеке показалась знакомая фигура. Цун Ся прищурил глаза и присмотрелся.

— Это сяо Тан?

— Похоже на то.

Фигура приблизилась, и действительно, это был Тан Яньцю. Он крикнул издалека:

— Чжуан Яо и Тяньби в беде. Идемте со мной!

Они тут же вскочили с земли, ловко схватили Абу за хвост и запрыгнули ему на спину. Абу вскочил на ноги и выскочил из гостиницы. Дэн Сяо удивленно посмотрел на них.

— Эй, ребята, что вы делаете? Здесь еще столько мяса осталось. Такое расточительство...

К сожалению, никто не обратил на него внимания. Тан Яньцю летел впереди Абу и вел его за собой. Все они побежали вдаль.

— Сяо Тан, что происходит?

Цун Ся был встревожен, но сохранял спокойствие. В конце концов, он был уверен в способностях Чэн Тяньби и Чжуан Яо.

Тан Яньцю сказал:

— Думаю, за ними следили после того, как они покинули дом Ай Цзя. Когда я поспешил обратно, то обнаружил, что они забились в угол на площади. Когда я уходил, конфликта еще не было. Давайте поспешим туда.

Группа поспешила на юг, возглавляемая Тан Яньцю, а Абу набирал скорость. Через десять с лишним минут они действительно увидели впереди площадь с величественной Большой пагодой диких гусей, возвышающейся вдали. [2]

[2] Большая погода диких гусей – кирпичная пагода в Сиане, построенная в то время, когда он был столицей китайской империи Тан. https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%B0%D1%8F_%D0%BF%D0%B0%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0_%D0%B4%D0%B8%D0%BA%D0%B8%D1%85_%D0%B3%D1%83%D1%81%D0%B5%D0%B9

https://www.fregataero.ru/stati/dostoprimechatelnosti/376-pagoda-dikikh-gusej

Вокруг был мир, покрытый льдом и снегом, а фигуры на площади выделялись как черные точки. Цун Ся был встревожен и с помощью улучшения зрения вглядывался вдаль. В центре толпы он заметил Чэн Тяньби с безразличным выражением лица, а Чжуан Яо, невысокого роста, загораживали люди.

— Абу, быстрее!

Люди на площади тоже заметили их присутствие и повернулись, чтобы посмотреть на них. Они увидели гигантскую кошку ростом семь-восемь метров, бегущую по заснеженной земле. Каждый ее прыжок был выше здания, а каждое приземление вызывало сильные толчки на земле. На лицах некоторых людей появилось выражение страха.

Кто-то крикнул:

— Разойдитесь!

Толпа, окружавшая Чэн Тяньби и Чжуан Яо, разошлась в стороны, оставив Абу широкий проход. Увидев, что Чэн Тяньби и Чжуан Яо в безопасности, они вздохнули с облегчением. Скорость Абу также замедлилась, шаг за шагом он приблизился к площади и остановился перед ними. Абу опустил голову, и Чжуан Яо осторожно коснулся его носа, прошептав:

— Я в порядке.

Они сползли с Абу, и Цун Ся подошел к Чэн Тяньби. Он осмотрел окрестности и увидел незнакомые лица.

Он спросил шепотом:

— Что происходит?

— Это все вы? — мужчина с властной аурой внимательно осмотрел каждого из пятерых и даже Абу. — Это вы, ребята, убили Чжан Цяня и старого Лю?

В его тоне слышался намек на недоверие.

Чжуан Яо усмехнулся:

— Верно. Совсем не то, что ты себе представлял? Силу нельзя определить с первого взгляда. Только попробовав, можно узнать. Осмелишься ли ты выступить против нас?

Мужчина прищурил глаза, глядя на них.

— Позвольте угадать, кто из вас является человеком, контролирующим природную силу? Он просканировал группу и наконец сфокусировал взгляд на Чэн Тяньби.

— Это ты, верно? Тот, у кого самые сильные колебания энергии. Ты стал довольно известным.

Цун Ся прошептал:

— Кто они и что им нужно?

Чэн Тяньби поднял руку, чтобы остановить его.

— Мы поговорим об этом позже.

— В таком случае, кто из вас является легендарным человеком, способным исцелять раны? Честно говоря, я скептически отношусь к тому, что такая способность действительно существует, но человек из Орлиного союза был так уверен в себе... Поэтому мне больше всего интересно, какова природа этой способности к исцелению. Все слышали об мутантах мозга и мутантах, управляющих природной силой, но люди, способные исцелять чужие раны, — настоящая редкость. Ценность такого человека намного выше твоей. Так кто же это?

Взгляд мужчины прошелся по Чжуан Яо и Лю Фэнъюю, полностью игнорируя Цун Ся. То, что никто не мог почувствовать нейтральную энергию Цун Ся, избавляло его от многих проблем.

Темный взгляд и своеобразное поведение этого человека заставляли всех чувствовать себя неловко. Мощные энергетические колебания, исходящие от него, также добавляли беспокойства. Каждый из них знал, что он грозный противник, но какова была его цель?

Мужчина сказал:

— Я знаю, что невежливо вот так преграждать вам дорогу, но, по-моему, это гораздо вежливее, чем тот мерзавец, который приставал к вам в вашем доме. Дайте угадаю, что он вам сказал? Он сказал, что знает, где находится кукольный нефрит и что вы сможете получить его, если объедините усилия? — Мужчина разразился громким смехом. — Никто не поверит в такую глупость. Честно говоря, в Сиане действительно есть кукольный нефрит, это правда, но никто не может его заполучить. Кукольный нефрит находится вон там.

Мужчина указал назад, в сторону Большой пагоды диких гусей, и продолжил:

— Пекин посылал три группы людей, чтобы попытаться достать кукольный нефрит из Большой пагоды диких гусей. В последний раз они даже отправили мутанта, который управляет водной природной силой. Но знаете что? Кроме него, никто из остальных не выжил.

Чжуан Яо приподнял бровь, похоже, его это не убедило.

— А что там внутри?

Мужчина ответил:

— Я не знаю. Только тяжелораненый мутант, который управляет водой знает. Если он еще жив, то и военные в Пекине должны знать. Но прошло уже два месяца, а они так и не предприняли никаких действий. Что именно находится внутри, осмелитесь ли вы войти внутрь и посмотреть?

Чжуан Яо усмехнулся:

— Независимо от того, правда это или нет, мы не собираемся туда входить. Скажите, с какой целью вы все это рассказываете?

— Моя цель — не кукольный нефрит. Я просто хотел напомнить вам, что Мэн Фэй не заслуживает доверия.

— А, может быть, ты заслуживаешь доверия?

— Я никогда не говорил, что вы должны мне верить. Я просто хочу заключить с вами сделку. Любой здравомыслящий человек знает, что вам нужно. Вождение такого большого автомобиля должно потреблять много топлива, верно?

Чжуан Яо холодно спросил:

— Что за сделку ты хочешь заключить?