Глава 92. Переходный период
Последний кадр перед выходом из фильма - бледный Ло Цзыян внезапно открывает глаза и хватает за ухо плачущего Сяо Е.
...
Вернувшись в общежитие.
Внезапно лишившись болтовни Ло Цзыяна, Чу Хуай чувствует себя неловко, стоя на месте в растерянности.
Цзинь Тяньи, видя его подавленное настроение, пытается отвлечь его внимание, шепча на ухо двусмысленно:
— Теперь в общежитии остались... только мы вдвоем.
Чу Хуай не понимает и бросает на него взгляд:
— Чему радоваться, когда все остальные умерли?
Цзинь Тяньи: ... Чу Хуай действительно не понимает намеков.
Цзинь Тяньи настойчиво продолжает, безумно намекая:
— Может, мы могли бы чем-нибудь заняться...
Чу Хуай внезапно поднимает глаза, его лицо светлеет:
— Ты прав!
Не успевает Цзинь Тяньи обрадоваться, как Чу Хуай внезапно отталкивает его и спешит к выходу. Цзинь Тяньи в замешательстве:
— Ты куда?
— Разве не ты сказал? — Чу Хуай останавливается и оборачивается с недоумением. — Я пойду посмотрю, нет ли фотоателье, чтобы сделать портрет маленького Ло и повесить на стену.
Цзинь Тяньи: ...
— Помнить о нем - это единственное, что я могу для него сделать, — Чу Хуай глубоко вздыхает, довольно меланхолично, затем поднимает голову. — Ты идешь? Я тебя спрашиваю! Чего стоишь как истукан? Не хочешь - не надо...
Чу Хуай вспоминает слова Цзинь Тяньи и с запозданием понимает что-то, оставшиеся слова застревают в горле, он чувствует, как кровь приливает к лицу.
Цзинь Тяньи чувствует, что есть шанс, и подмигивает ему.
Чу Хуай молчит некоторое время, затем идет к нему, улыбаясь невинно, нежно и изящно. Сердце Цзинь Тяньи начинает неконтролируемо биться.
Он согласился, верно? Верно же, верно?
Адамово яблоко Цзинь Тяньи дергается, ему безумно хочется поглотить Чу Хуая.
Но Чу Хуай отбивает его руку, мгновенно меняя выражение лица, и холодно говорит:
— Иди одевайся.
Цзинь Тяньи: ?
Он смотрит на себя, на нем вроде бы нормально надета одежда.
— Разве ты не собирался признаваться? — улыбается Чу Хуай. — За каждую ложь снимаешь одну вещь, думаешь, этих двух достаточно?
Чу Хуай окидывает взглядом Цзинь Тяньи с головы до ног, искренне сомневаясь.
Цзинь Тяньи на мгновение застывает, его лицо слегка краснеет, он наклоняется ближе и тихо добавляет:
— Три вещи.
Затем задумчиво:
— Мне достаточно солгать только три раза.
Чу Хуай на мгновение теряется, мысленно ругается, но его лицо тоже краснеет, и он изо всех сил пинает Цзинь Тяньи.
Цзинь Тяньи не уклоняется, с готовностью принимая удар, его сердце расцветает - даже следы от ног любимого особенные.
...
Шутки шутками, но после того, как они разобрались с делами маленького Ло, вечером Чу Хуай сидит на балконе, продуваемый холодным ветром, ему даже хочется закурить, но он не умеет, поэтому может только пить горячую воду, что никак не создает атмосферу меланхолии и глубокомыслия.
После смерти маленького Ло Чу Хуай внезапно все понял.
Сейчас он прошел уже немало копий, и на метке осталось всего несколько хвостов. Если он действительно выживет, то возвращение в реальность уже недалеко.
Цзинь Тяньи не говорил, но Чу Хуай мог догадаться: возвращение означает забвение, а смерть, напротив, вечное сопровождение.
Так что после того, как они с Цзинь Тяньи разойдутся, не станут ли они чужими, не узнающими друг друга при встрече?
Но Чу Хуай не хочет ради Цзинь Тяньи совершать самоубийство и навсегда оставаться здесь, да и Цзинь Тяньи не согласился бы на это.
В какой-то момент Чу Хуай вдруг понял, что обещания Цзинь Тяньи ему всегда были односторонними, это были его требования к самому себе: "Цзинь Тяньи будет всегда сопровождать Чу Хуая, защищать Чу Хуая".
Но Цзинь Тяньи никогда ничего не требовал от него, кроме сохранения веры. Не просил обещаний, не заставлял определяться, не требовал ответной любви.
Причина стала очевидна в момент смерти маленького Ло - потому что между ними не существует взаимного "навсегда".
Результат возвращения в реальность - это встреча без узнавания, вечное забвение.
Этот парень всегда знал об этом!!
Чу Хуай начинает скрежетать зубами, ненавидя его до зубовного скрежета, его глаза снова краснеют.
Он прекрасно знал, но все равно изо всех сил помогал ему уйти.
Раньше Чу Хуай думал, что у них впереди еще много времени, но вдруг понял, что у них на самом деле идет обратный отсчет.
Если бы он был менее порядочным человеком, Цзинь Тяньи мог бы просто тихо подставить его, позволив призраку убить его и превратить в злого духа, тогда он навсегда остался бы заперт в этом мире и не смог бы уйти, навсегда оставшись с ним.
У Цзинь Тяньи определенно была такая возможность.
Но он этого не сделал, возможно, даже никогда не думал об этом.
Цзинь Тяньи знал о его ненависти к этому месту, знал, что он хочет жить свободно, знал, что он не хочет, чтобы его прошлые усилия пропали даром, знал, что он никогда не согласится стать злым духом, навсегда связанным этим миром, механически убивающим людей по правилам. Поэтому он тихо исполнял его желания.
Тот, кто знает больше, всегда будет немного тупее, пессимистичнее, пассивнее. Цзинь Тяньи видел конец, знал, какой выбор он сделает, поэтому молча прокладывал для него путь.
Цзинь Тяньи всегда говорил мало, но как только приоткрывается уголок правды, Чу Хуай, копая глубже, находит чистое, незапятнанное сердце.
Так о чем ему еще переживать?
Если уж уходить, то нужно оставить ему побольше воспоминаний, чтобы он не забыл его, верно?
...
Цзинь Тяньи постучал в стеклянную дверь, попробовал замок и обнаружил, что Чу Хуай запер его на балконе.
Чу Хуай, опираясь на перила, внезапно оборачивается и смотрит на него.
Цзинь Тяньи держит куртку, его красивые черты лица в ночной темноте кажутся еще более глубокими и спокойными.
Чу Хуай, скрывая свои эмоции, открывает замок, затем улыбается и раскрывает объятия, превращаясь в вешалку.
— Что ты делаешь? Стоишь тут так долго? Не холодно? — Цзинь Тяньи на мгновение замирает, увидев его жест, затем с нежностью помогает ему надеть куртку.
Он чувствует, как сердце замирает от этого проявления зависимости и кокетства в поведении Чу Хуая.
Цзинь Тяньи усмехнулся:
— Маленький брат, о чем задумался? Неудачи в любви? Распад семьи? Потеря друзей? Расскажи мне обо всем.
Чу Хуай без лишних слов потянул его внутрь, удобно устроился на диване, наклонил голову и, прочистив горло, сказал:
— Давай сыграем в игру.
— Игру? — Цзинь Тяньи, думая, что Чу Хуай переживает из-за Ло Цзыяна, подошел ближе и попытался пошутить, чтобы поднять ему настроение:
— Какую игру? Игру любви?
Он говорил двусмысленно, но его взгляд оставался ясным.
Чу Хуай не покраснел ни на секунду и серьезно кивнул.
Цзинь Тяньи замер.
Чу Хуай загадочно сказал:
— Сейчас иди в свою комнату и надень одежду.
— А ты?
— Я тоже надену, — Чу Хуай улыбнулся и добавил: — Надену столько, сколько смогу.
— Полчаса, — Чу Хуай установил будильник на столе. — Через полчаса я буду ждать тебя здесь.
Любопытство Цзинь Тяньи было полностью пробуждено. Он послушно отправился наверх одеваться.
Как только он ушел, Чу Хуай тут же вскочил и начал рыться в шкафах в поисках одежды.
...
Через полчаса Цзинь Тяньи вернулся и увидел Чу Хуая, закутанного в одежду так сильно, что он напоминал шар. Уголки его рта дернулись.
Чу Хуай сидел на диване, весь объемный и похожий на маленькую гору. Услышав шаги, он с трудом повернул голову и недовольно заметил:
— Ты так мало надел! Потом будешь жаловаться, что проиграл! Не говори потом, что я тебя не предупредил!
— Садись напротив меня.
Цзинь Тяньи смотрел на него и не мог удержаться от смеха.
Чу Хуай постучал по столу стаканом:
— Серьезно! Это очень важная игра!
Цзинь Тяньи старался сохранить серьезность:
— Хорошо.
Чу Хуай налил ему стакан воды:
— Вот как мы будем играть: у нас есть много секретов друг от друга, это раздражает меня. Ты согласен с этим?
Цзинь Тяньи слегка удивился:
— Согласен.
— У тебя секретов больше, чем у меня. Ты согласен с этим?
— Согласен.
— Ты ведь говорил мне о том, чтобы признаться? Это все еще в силе?
— В силе.
— Отлично, — Чу Хуай кивнул с удовлетворением от его ответов и настроения. — Я закончил вопросы, теперь могу объяснить правила игры.
Цзинь Тяньи внимательно слушал его с глубоким взглядом.
Чу Хуай глубоко вдохнул и хотел начать говорить, но замолчал на мгновение и вдруг растерялся:
— Ты так смотришь на меня... Не смотри так! Мне становится неудобно говорить! Это не такие уж серьезные правила... Пей воду! Пей воду!
Цзинь Тяньи с недоверием сделал глоток воды.
— Итак... — Чу Хуай снова сделал глубокий вдох. — Ты признаешься в одном секрете, а я снимаю одну вещь...
Цзинь Тяньи поперхнулся водой и начал сильно кашлять. Он широко раскрыл глаза, глядя на Чу Хуая, чуть не задохнувшись.
Чу Хуай раздраженно протянул ему салфетку, краснея:
— Почему ты так реагируешь?! Я ведь еще не закончил объяснять...
Цзинь Тяньи молчал некоторое время, его взгляд потемнел:
— Ты серьезно хочешь играть?
Чу Хуай избегал ответа, нервно сжимая руки и стараясь улыбнуться:
— Поэтому я так много одежды надел! Это же ради тебя! Если хочешь узнать все... тебе придется рассказать все до конца!
В глазах Цзинь Тяньи Чу Хуай выглядел настолько очаровательно, что ему хотелось немедленно забросить этого невинного человека на кровать.
Чу Хуай заметил его взгляд и продолжил с трудом:
— И я тоже не останусь в убытке! Я признаюсь - ты снимаешь одежду тоже!
Цзинь Тяньи рассмеялся и внезапно понял смысл игры:
— Духовная откровенность... а затем физическая...
Чу Хуай покраснел до ушей и резко перебил его:
— Без лишних слов! Если нет возражений - начнем! Сначала я спрашиваю - ты отвечаешь.
Цзинь Тяньи кивнул.
Чу Хуай:
— Ты человек?
Этот вопрос звучал странно, будто он ругается. Лицо Цзинь Тяньи стало немного странным на мгновение, он обдумал ответ и признался:
— Раньше был человеком... сейчас нет.
Даже ожидая такого ответа, услышать это от Цзинь Тяньи шокировало Чу Хуая.
— Что значит "раньше был"?
— У меня есть пробелы в памяти... точно не знаю... но думаю, что был человеком.
Чу Хуаю стало интересно:
— А ты призрак?
Цзинь Тяньи нахмурился:
— Не могу сказать точно... наверное да.
Чу Хуай разозлился и ударил по столу:
— Ну это уже слишком!
Цзинь Тяньи беспомощно:
— Как я могу лгать в такой момент? Я даже хочу, чтобы ты говорил быстрее.
Чу Хуай снова покраснел:
— Ладно, ладно. Следующий вопрос: что значит "хранитель"?
Цзинь Тяньи кратко:
— Буквальное значение - охранять особых людей.
Чу Хуай разозлился, постучав по столу:
— Обязательно выдавливать из тебя по капле? Не можешь сразу все рассказать? Давай, выкладывай все, что знаешь!
Цзинь Тяньи потер лоб:
— Хранителей, вероятно, немало, но я никогда их не видел. Наша миссия запечатлена в памяти - охранять тех, кто попал в мир ужасов не из-за преступлений. Например, Ло Цзыян или ты. Из-за случая с Сяо Е интеллект Ло Цзыяна пострадал, и без посторонней помощи он вряд ли смог бы пройти копии и вернуться в реальность. Поэтому я обязан помогать ему.
Чу Хуай:
— Твои глаза?
Цзинь Тяньи:
— Таким родился, не знаю. Следующий вопрос.
Чу Хуай:
— У тебя нет прошлого опыта? Полная пустота?
Цзинь Тяньи:
— Да.
Чу Хуай настойчиво:
— Сколько копий ты прошел?
Цзинь Тяньи помедлил, подняв взгляд:
— Тринадцать.
Чу Хуай широко раскрыл глаза:
— Разве не говорили, что максимум девять уровней?
— Поэтому я не жилец, у меня нет метки, — Цзинь Тяньи усмехнулся. — Скоро сам увидишь.
— Не дразни! — выругался Чу Хуай, покраснев до ушей.
Чу Хуай запинаясь:
— Ч-что ты знаешь о мире?
Цзинь Тяньи:
— Могу сказать только, что он точно не хороший.
...
Два часа спустя Чу Хуай говорил до пузырей на губах, но все еще ничего не понимал. Он снова отпил воды:
— Ты точно меня не обманываешь? Что-то не верится.
За эти два часа Цзинь Тяньи бесконечно повторял "не знаю", "возможно", "наверное", "должно быть", "не уверен", очень похоже на обманщика, пытающегося соблазнить.
Цзинь Тяньи беспомощно вздохнул. Он с самого начала знал, что неполноценен. Но его логика мышления была ясной, и даже без воспоминаний о прошлом его познания и модели поведения были устойчивыми.
Чу Хуай тоже выдохся. Он думал, что после разговора с Цзинь Тяньи все станет ясно, но чем больше спрашивал, тем больше путался.
Чу Хуай обессиленно:
— Кто ты вообще такой?!
Уголки рта Цзинь Тяньи дернулись - эта фраза звучала как ругательство.
Чу Хуай продолжал ворчать, а Цзинь Тяньи постепенно перестал его слышать, в голове осталось только: "У него такая тонкая талия, он такой белый, его ноги..."
Чу Хуай болтал сам с собой и не заметил, что Цзинь Тяньи не реагирует. Он уже хотел отругать его, как вдруг этот неподвижный человек внезапно набросился на него, прижал к дивану и поцеловал в губы.
Чу Хуай широко раскрыл глаза, попытался сопротивляться, но потерялся в глубоком взгляде Цзинь Тяньи. Когда его отпустили, он покраснел и начал кричать:
— Черт, ты нарушаешь правила! Я еще не все снял! Отпусти меня!
Цзинь Тяньи затащил его на кровать, тихо рассмеявшись:
— Остальное я помогу тебе снять.
Чу Хуай упал, перед глазами замелькали звезды. Он хотел выругаться, но Цзинь Тяньи опередил его:
— Думаешь, я джентльмен? Я терпел тебя два часа, это уже очень вежливо.
Чу Хуай в ярости:
— Ты!
— Дети играют в игры, а взрослые... — Цзинь Тяньи сделал паузу.
Цзинь Тяньи усмехнулся:
— Скоро узнаешь.
...