Глава 89. Ужас на вилле (11)
Во время стремительного падения Чу Хуай, словно что-то почувствовав, резко поднял голову. Один из обрушившихся фрагментов пола летел прямо на него!
Он не успел увернуться и уже собирался прикрыть голову руками, чтобы защититься, как Цзинь Тяньи бросился на него, накрыв своим телом, словно тесто на начинку.
Обломок ударил сверху. Чу Хуай перехватило дыхание, сердце чуть не выскочило из груди. Затем он услышал приглушенный стон Цзинь Тяньи.
— Ты в порядке?!
Цзинь Тяньи молча покачал головой, крепче обняв Чу Хуая, не оставляя ни малейшего зазора, будто боялся потерять его.
С громким всплеском диван упал в воду. Ледяные капли попали на лицо Чу Хуая, заставив его вздрогнуть.
Вокруг была кромешная тьма, температура воздуха резко упала. В воздухе смешались слабый запах крови и сильный зловонный смрад.
— Помогите! — раздался крик Ло Цзыяна.
Цзинь Тяньи и Чу Хуай оказались на диване, который плавал по воде как плот. Ло Цзыяну повезло меньше — он упал прямо в воду.
Не умея плавать, он тут же наглотался отвратительной воды и оказался на грани гибели.
Цзинь Тяньи мгновенно принял решение и прыгнул в воду:
— Не спускайся сюда! Жди меня здесь.
— Понял, — ответил Чу Хуай. Он не умел плавать и знал, что в такой ситуации только помешает Цзинь Тяньи.
Его глаза уже привыкли к темноте. Осмотревшись при слабом свете сверху, он дотянулся до нескольких длинных досок, плавающих на поверхности воды.
Прислушиваясь к крикам Ло Цзыяна, Чу Хуай использовал доски как весла и медленно направил диван в их сторону.
Цзинь Тяньи тем временем тянул обессиленного Ло Цзыяна к дивану. Но внезапно вода за его спиной начала бурлить — что-то двигалось под поверхностью!
— Сзади! Осторожно! — закричал Чу Хуай с расширенными глазами.
— Мои ноги! — закричал Ло Цзыян в ужасе. Какая-то рука схватила его за лодыжки и начала тянуть вниз.
Его лицо уже погрузилось под воду, пузыри воздуха поднялись на поверхность.
Когда он снова вынырнул, то с отчаянием сказал Цзинь Тяньи:
— Оставь меня!
Если это продлится дольше, призрак утянет за собой и Цзинь Тяньи. Ло Цзыян считал себя недостойным спасения ценой чужой жизни.
Но Цзинь Тяньи ничего не ответил. Он задержал дыхание и вдруг нырнул под воду прямо у Чу Хуая на глазах. Его движения были быстрыми и решительными.
Чу Хуай тяжело дышал от охватившего его страха.
Затем раздался звук ножа, вонзающегося в плоть, сопровождаемый пронзительными воплями призрака.
Давление на ноги Ло Цзыяна ослабло. Чу Хуай тут же вытащил его из воды. Глядя на бурлящую поверхность воды, его сердце сжималось от тревоги.
И вдруг с громким всплеском вода разлетелась в стороны — из-под нее появился Цзинь Тяньи. Он улыбался и размахивал бледной рукой призрака.
Его волосы были мокрыми и черными от крови, лицо — безупречно красивым с четкими чертами. Он выглядел одновременно как бог и как демон.
— Ты... мать твою... — начал было Чу Хуай, наполовину испугавшись до смерти. Но вспомнив о своей роли, лишь холодно посмотрел на него и протянул руку для помощи.
Цзинь Тяньи усмехнулся:
— Как я могу умереть?
Чу Хуай фыркнул:
— От тебя смердит.
Цзинь Тяньи поднялся:
— Если бы я потерял сознание, тебе пришлось бы делать мне искусственное дыхание?
Чу Хуай осматривал состояние Ло Цзыяна:
— Не льсти себе.
Цзинь Тяньи тихо рассмеялся:
— Сам знаешь лучше всех.
Он пытался разрядить обстановку шуткой, ожидая ответа от Чу Хуая. Но вместо этого тот лишь молча отвернулся, избегая его взгляда. Это выглядело как молчаливое согласие.
Цзинь Тяньи искренне улыбнулся и придвинулся ближе.
На одном диване оказалось трое человек. Видя состояние Ло Цзыяна — посиневшее лицо и неспособность говорить — Чу Хуай без колебаний снял свою относительно сухую одежду и набросил ее на него.
В такой ситуации некогда было думать о мелочах вроде "несоответствия" тела сценарию. К счастью, такие неизбежные ошибки не считались нарушением роли — возможно, их исправят позже при монтаже.
Цзинь Тяньи заметил мелькнувшую белую кожу талии Чу Хуая и изящную линию позвоночника. Его взгляд потемнел; он тихо кашлянул и отвел глаза в сторону.
Чу Хуай даже не заметил этого жеста:
— Что нам теперь делать?
— Примем бой с теми средствами, что есть, — спокойно ответил Цзинь Тяньи. — У меня все больше ощущение, что даже знание правды не поможет нам выбраться отсюда. Возможно... это фильм без выхода.
Чу Хуай откровенно согласился:
— Атаки призраков хаотичны и лишены логики. Мы постоянно оказываемся в проигрышном положении.
Он вспомнил множество фильмов без выхода из своего общежития: выжившие жильцы полагались только на две вещи — невероятную удачу или хитрость до полной потери человечности.
В таких фильмах удача играла ключевую роль: кто-то умирал первым по чистой случайности (как Ся Юй), а кто-то последним (как "счастливчик"). Это было похоже на жестокий эксперимент по естественному отбору или "срезке урожая".
Чаще всего из таких фильмов выходили самые жестокие и бессердечные жильцы. Именно таким был бывший староста этажа из общежития Цзинь Тяньи — пока тот не устранил его сам.
Чем больше копий проходил Чу Хуай, тем больше вопросов у него возникало о природе этого мира ужаса:
Если этот мир действительно судит грешников за их преступления через испытания в копиях... почему он вынуждает их совершать еще больше зла? Почему мир дает больше шансов выжить именно тем, кто готов убивать?
Чем дальше он размышлял об этом мире ужаса, тем больше ему казалось: это не суд для грешников... это место пробуждения демонов.
Действия этого мира не только не очищали грешников от их злодеяний, но делали их еще хуже.
Убийцы пользовались уважением, обманщики имели широкое поле для деятельности, коварные и инициативные получали все, а добрые становились жертвами.
Если в первых копиях еще оставался намек на любовь и доброту, то что происходило дальше?
Какие беды принесут в реальный мир те, кто превратился в демонов, пройдя все копии и вернувшись?
Под предлогом добра их заманили сюда, но в итоге создали зло.
Сама суть происходящего была противоречивой.
Чу Хуай чутко уловил в этом что-то необычное.
Возможно, они вовсе не пришли сюда искупать грехи.
Чу Хуай внезапно оглянулся на Цзинь Тяньи, а затем тихо опустил взгляд.
Какую роль он сам играл во всем этом?
...
Придя в себя, Чу Хуай удивился, обнаружив такую длинную реку под виллой площадью около 400-500 квадратных метров.
Вода в реке отливала красным.
Цзинь Тяньи, словно прочитав его мысли, вдруг сказал:
— Помнишь березы, которые мы видели снаружи виллы?
Чу Хуай кивнул. Те березы росли действительно пышно.
Цзинь Тяньи продолжил:
— Моя бабушка говорила, что березы любят питаться трупами. Не знаю, правда это или нет, но сейчас, похоже, эта маленькая река увлажняет всю окружающую почву. В воде явно есть кровь, она полна смерти. Это подтверждает слова моей бабушки.
Он сделал паузу:
— Возможно, скоро мы увидим много... костей.
Как только он это сказал, их диван ударился о что-то твердое.
Было слишком темно, Чу Хуай ничего не видел и мог только спросить:
— Что это?
— Земля, — ответил Цзинь Тяньи после короткого молчания.
Чу Хуай удивился, как он это узнал, и, обернувшись, встретился взглядом с парой серо-голубых глаз.
Эти глаза были величественными и прекрасными, словно драгоценные камни, и в то же время напоминали водоворот в глубоком море, готовый затянуть человека.
Цзинь Тяньи был немало удивлен, он думал, что внимание Чу Хуая полностью сосредоточено на предмете перед ним, и не ожидал, что тот внезапно обернется.
Лицо перед ним казалось необычайно чужим с этими сияющими глазами. Чу Хуай почувствовал опасность и инстинктивно отпрянул, но Цзинь Тяньи удержал его.
— Это я, — тихо сказал Цзинь Тяньи, и серо-голубой цвет исчез из его глаз.
Знакомый голос заставил Чу Хуая резко выдохнуть с облегчением. Черт возьми, он слишком нервничал и чуть не испугался Цзинь Тяньи.
Глаза человека - очень красивая и в то же время пугающая вещь. Особенно в темноте, когда видны только вращающиеся глазные яблоки. Белки и зрачки, то приближающиеся, то удаляющиеся, легко могут заставить сердце замереть от страха.
Чу Хуай с полуулыбкой уставился на него, а Цзинь Тяньи бесстыдно придвинулся ближе и тихо пообещал:
— Когда вернемся, я все тебе расскажу. За каждую ложь буду снимать по одежде.
Чу Хуай: "..." Почему ему кажется, что этот парень в любом случае останется в выигрыше?
Ло Цзыян первым спрыгнул на землю. Почувствовав под ногами твердую поверхность, он чуть не расплакался от радости, а затем... споткнулся о череп у своих ног.
Если бы не Цзинь Тяньи, который быстро схватил его за одежду, он бы снова эффектно упал в воду.
Это была платформа на левом берегу реки, немного возвышающаяся над водой, но не затопляемая.
Чу Хуай присел и пощупал поверхность, помолчал немного и сказал:
— Вместе с тем, который Сяо Юй куда-то пнул, всего семь черепов.
Число семь было слишком чувствительным для них сейчас.
Они пошли дальше и обнаружили, что каждые несколько метров были расставлены еще по семь черепов.
Чу Хуай вздохнул - похоже, они не нашли выход, а попали в своего рода "выставочный зал".
Цзинь Тяньи ощупал стену и через некоторое время напряженно сказал:
— На стене есть годы.
В одном из углов он нащупал небольшое углубление. Видимо, там были выгравированы цифры.
Чу Хуай спросил:
— Какой год?
— Здесь 1963.
Ло Цзыян, стоявший впереди, тоже начал ощупывать стену и громко сказал:
— У меня здесь 1956.
Цзинь Тяньи пошел дальше и сообщил:
— 1970.
Все трое мгновенно поняли что-то и побежали к тому месту, где они впервые ступили на платформу.
Ощупав надпись "2012", Чу Хуай пошутил:
— Значит, мы участники 2019 года.
Семь лет. Каждые семь лет здесь умирали семь человек.
Эти семеро должны были обладать характеристиками, соответствующими картинам: жадность, гнев, похоть и другие.
Вилла была красива снаружи, но гнила изнутри. Возможно, смерть следующей группы нужна была для упокоения предыдущей, поддерживая некий хрупкий баланс.
Может быть, в самом начале семь противоречивых людей, как и они, арендовали виллу для развлечения, но из-за скрытых конфликтов перебили друг друга. Так началось проклятие.
Теперь "старый лодочник" пытался передать весло в их руки.
Стена перед Чу Хуаем вдруг начала сочиться кровавой водой, но он не мог этого видеть.
Сейчас он был словно слепой.
Кровь просачивалась быстро, но беззвучно.
Цзинь Тяньи, стоявший рядом, увидел это. Его глаза расширились от ужаса. Он успел только закрыть собой стену, оттолкнув Чу Хуая в сторону.
Стена за его спиной треснула, и рука призрака пронзила тело Цзинь Тяньи.
Время остановилось.
Теплая кровь брызнула на лицо Чу Хуая, словно ужасные извивающиеся червячки, мгновенно пожирающие его плоть и душу.
— Цзинь Тяньи!!! — Чу Хуай закричал как раненый зверь, слезы хлынули из его глаз.
Он увидел эти прекрасные глаза, вновь загоревшиеся надеждой.
И увидел руку призрака, уничтожившую эту надежду.
В этот момент он наконец понял, что человек перед ним незаметно стал для него важнее жизни.
Ло Цзыян, стоявший неподалеку, не понимал, что произошло, но его сердце упало. Он в ужасе подумал: "Цзяо Цзяо назвала настоящее имя босса. Неужели ее сейчас уничтожат, как толстяка?"
Нет! Этого не может быть!
Ло Цзыян бросился к ним, держась за стену.
Рука призрака исчезла.
Цзинь Тяньи бессильно упал, его зрачки расширились. Чу Хуай безумно обнял его.
Чу Хуай дрожал всем телом, потеряв рассудок. Он яростно повторял одну фразу:
— Ты же сказал, что не умрешь?!
Он жил только ради мести, всегда поступал как хотел, не думая стать чьей-то привязанностью и не надеясь, что кто-то будет заботиться о нем.
Но Цзинь Тяньи поместил его прямо в свое сердце.
То, чего у него никогда не было, обрушилось на него. Это было странно и страшно, страшнее любого зверя или стихии.
Нет, невозможно! Это не может так закончиться!
Чу Хуай мгновенно пришел в себя.
Он выкрикнул имя Цзинь Тяньи, но его не уничтожили сразу, как толстяка. Значит, должен быть способ спасти его!
Это не может быть конец!
...
Способность Цзинь Тяньи видеть в темноте была заблокирована при входе в копию, но после падения под землю он получил сообщение кровавыми буквами:
"Хотите ли вы заменить 'жизнь и смерть вместе' на восстановление ночного зрения? Примечание: если вы выберете замену, вы получите способность чувствовать опасность рядом с партнером и свое ночное зрение. 'Жизнь и смерть вместе' будет автоматически отменена, если один умрет, другой не последует за ним."
Он согласился - это была беспроигрышная сделка. Если что-то случится, Чу Хуаю не придется умирать вместе с ним.
Сам он тоже не умрет, просто попадет в цикл перерождения и забудет его.
...
Ло Цзыян подбежал и, увидев происходящее, почувствовал, как кровь стынет в жилах.
Цзинь Тяньи умер.
Чу Хуай выкрикнул настоящее имя Цзинь Тяньи и тоже вот-вот должен был умереть.
Ло Цзыян не мог сдержать слез. Он в отчаянии сел на край платформы.
Неужели все действительно кончено?
...
Чу Хуай был необычайно спокоен и молча ждал.
Ло Цзыян решил, что тот сошел с ума, и хотел подойти утешить его, но Чу Хуай покачал головой. Его лицо казалось холодным и жестким.
И вдруг в его голове появилась строка кровавых букв:
— Хочет ли актер Чу Хуай использовать N-сцену, чтобы вернуться к началу этой сцены?