Мы же оставим это в тайне ?

Тишина огромного дома, ставшего общим всего несколько недель назад, давила на Аманду. Мать и Эйдан уехали на благотворительный вечер, и это было первое за долгое время затишье — без едких комментариев Адриана за завтраком и без тяжелого, давящего взгляда Марселя, который он бросал на неё каждый раз, когда она проходила мимо.
Она сидела в своей комнате, пытаясь сосредоточиться на книге, но строчки расплывались. В воздухе всё еще витал аромат парфюма Эйдана и чего-то терпкого, мужского — то ли Адриана, то ли Марселя; они пользовались похожими ароматами, которые теперь, казалось, пропитали каждый угол. Мысли невольно возвращались к случайному столкновению в коридоре часом ранее. Адриан тогда намеренно не уступил ей дорогу, заставив вжаться в стену, а Марсель, шедший следом, лишь усмехнулся, задержав взгляд на её губах чуть дольше, чем позволяли приличия.
Это раздражение, смешанное с непонятным, запретным трепетом, скопилось внизу живота тяжелым комом. Ей нужно было разрядиться. Снять это напряжение, которое эти двое нагнетали целыми днями.
Аманда отбросила книгу и прилегла на кровать, не зажигая свет. Сумерки мягко окутывали комнату. Она закрыла глаза, и перед внутренним взором тут же возникли два лица, пугающе похожих и в то же время совершенно разных. Она представила, как эти насмешливые губы шепчут не оскорбления, а её имя. Рука сама скользнула под край коротких шорт, нащупывая теплоту собственной кожи.
Сначала это были осторожные, почти пугливые движения. Она представляла, что это не её пальцы, а чьи-то чужие — длинные, сильные, уверенные. Те самые, что сегодня утром так небрежно перелистывали газету на кухне. Аманда закусила губу, сдерживая первый, робкий стон. Сердце забилось чаще, в такт пульсации, которая становилась всё настойчивее.
Она полностью погрузилась в свои ощущения, представляя, как её окружает их присутствие, как она оказывается в ловушке между двумя телами. Воздух в комнате казался раскаленным. Аманда выгнулась в пояснице, поддаваясь нарастающему ритму, и её дыхание стало прерывистым, превращаясь в тихие, гортанные звуки. Она была так сосредоточена на образах Адриана и Марселя в своей голове, что не заметила, как дверь, которую она в спешке забыла плотно закрыть, бесшумно приоткрылась на несколько дюймов.
В полумраке коридора вспыхнули две пары глаз, наблюдающих за каждым её движением, за каждым вздохом, который предназначался им, хоть она об этом еще не знала.
— Надо же, какая самоотверженность, — тихий, холодный голос Адриана разрезал вязкую тишину комнаты, как скальпель.
Аманда вскрикнула, резко дернувшись, и попыталась отстраниться, но тело, застигнутое на пике напряжения, отозвалось лишь беспомощной дрожью. Она не успела натянуть одеяло — Марсель уже вошел в комнату, на ходу толкнув дверь ногой. Она захлопнулась с глухим стуком, отрезая путь к спасению.
— И на кого же ты так сладко стонала, малышка? — Марсель остановился у края кровати, глядя на неё сверху вниз. Его голос был хриплым, в нем не осталось и следа от привычной насмешки — только тяжелое, нескрываемое желание. — Неужели на папочку Эйдана? Или, может, на одного из нас?
— Убирайтесь! — выдавила Аманда, чувствуя, как лицо заливает краска стыда. Она попыталась сесть, но Адриан оказался рядом быстрее. Он сел на край постели, перехватывая её тонкие запястья одной рукой и прижимая их к подушке над её головой.
— Ты ведешь себя слишком шумно для той, кто хочет сохранить это в тайне, — Адриан склонился к самому её уху, обжигая кожу ледяным дыханием. — Мы стояли там пару минут. Знаешь, как жадно ты выгибалась? Ты ведь хотела, чтобы тебя коснулись.
Марсель тем временем обошел кровать с другой стороны, присаживаясь у её бедер. Его ладонь легла на колено Аманды, медленно, с вызовом поднимаясь выше.
— Плохо, Аманда. Очень плохо заниматься такими вещами без спросу, — прошептал Марсель, и его пальцы коснулись края её белья, там, где кожа еще горела от её собственных ласк. — Но раз уж ты начала это шоу для нас...
— Мы решили, что обязаны помочь тебе закончить, — закончил за брата Адриан, и в его глазах, обычно таких расчетливых, мелькнул опасный огонь. — Только теперь по нашим правилам.
Аманда хотела возразить, напомнить им, что они — враги, что это безумие, но слова застряли в горле, когда Марсель надавил ладонью именно там, где пульсировало невыносимое ожидание, а Адриан прикусил мочку её уха, заставляя её снова выгнуться, но теперь уже в их руках.Адриан разжал захват её запястий, но только для того, чтобы лишить её последних крупиц контроля. Его ладонь, крупная и горячая, накрыла её грудь через тонкую ткань майки, сминая и заставляя Аманду всхлипнуть от неожиданной резкости. Он действовал уверенно, по-хозяйски, большим пальцем очерчивая напряженный сосок, пока не заставил её выгнуться навстречу этой пытке удовольствием.
— Смотри на меня, — приказал Адриан, и Аманда послушно распахнула затуманенные глаза, встречаясь с его холодным, торжествующим взглядом.
В этот же момент Марсель, не теряя ни секунды, опустился между её разведенных колен. Он действовал без тени сомнения, словно эта территория уже принадлежала ему. Когда его горячее дыхание коснулось самой нежной, изнывающей плоти, Аманда судорожно вдохнула, вцепляясь пальцами в простыни.
Марсель не стал медлить. Его язык, влажный и ловкий, прошелся по всей её длине — от самого низа и вверх, к чувствительному центру. Аманда вскрикнула, её бедра непроизвольно качнулись навстречу этому движению.
— Тише, маленькая, — пробормотал Марсель прямо в её кожу, его голос вибрировал глубоко внутри неё. — Ты же хотела, чтобы это закончилось.
Теперь они работали в унисон, превращая её тело в натянутую струну. Адриан склонился ниже, накрывая её губы своими в требовательном поцелуе, заглушая стоны и одновременно продолжая дразнить её грудь, то сжимая, то едва касаясь. А снизу Марсель устроил настоящий хаос: его язык двигался в нарастающем ритме, точечно и безжалостно, пробуждая волны, которые Аманда уже не могла сдерживать.
Она оказалась в тисках между ледяным спокойствием Адриана и первобытным напором Марселя. Вражда, которая разделяла их днем, теперь стала топливом для этого безумия — каждый из братьев словно соревновался, кто заставит её стонать громче, кто быстрее сломит её волю.Мир вокруг Аманды окончательно расплылся, превратившись в калейдоскоп из острых ощущений и хриплого шепота братьев. Ритм Марселя стал невыносимо быстрым, а пальцы Адриана на её груди — требовательными. В какой-то момент всё внутри неё натянулось до предела и лопнуло ослепительной вспышкой. Аманда выгнулась, срываясь на высокий, отчаянный стон, который Адриан впитал в себя, накрыв её рот ладонью. Тело сотрясала крупная дрожь, а внизу живота всё еще пульсировало эхо разрядки.
Она едва успела прийти в себя, когда братья, не давая ей опомниться, сменили позиции. Теперь они диктовали правила этой ночи.
Адриан откинулся на спинку кровати, притягивая Аманду к себе. Послушная и совершенно обессиленная после оргазма, она оказалась на коленях прямо перед ним. Его взгляд, обычно стальной и закрытый, теперь горел неприкрытым превосходством. Он запустил пальцы в её растрепанные волосы, мягко, но властно заставляя её смотреть прямо на него.
— Ты думала, это всё? — прошептал он, едва касаясь её губ своими. — Мы только начали показывать тебе, каково это — быть нашей сестрой.
Пока Аманда была заворожена близостью Адриана, Марсель оказался позади неё. Она почувствовала его жар всем телом, когда он плотно прижался к её спине, устраиваясь между её разведенных колен. Его руки собственнически легли на её бедра, разворачивая её так, чтобы ему было удобнее.
Аманда тихо ахнула, когда влажные губы Марселя снова коснулись её всё еще сверхчувствительной плоти, но на этот раз сзади. Она оказалась в живом капкане: перед ней был Адриан, чьи руки направляли каждое её микродвижение, а сзади — Марсель, который уже начал новый круг этой тягучей, греховной пытки.
— Расслабься для нас, Аманда, — приказал Марсель, и его голос, вибрирующий где-то у основания её позвоночника, заставил её снова потерять связь с реальностью. — Ты же знаешь, как мы ненавидим делиться... но сегодня мы сделаем исключение.Аманда чувствовала себя зажатой в раскаленных тисках. Адриан, сидевший напротив неё с невозмутимым видом кукловода, подался вперед, направляя её голову своими сильными пальцами. Когда она коснулась губами его горячей, напряженной плоти, по телу девушки пробежал ток. Она подчинилась его немому приказу, обхватывая его губами, чувствуя на языке горьковато-сладкий привкус власти. Адриан издал низкий, едва слышный рык, сильнее сжимая пальцы в её волосах и задавая ей глубокий, рваный ритм.
В этот же момент Марсель, находившийся за её спиной, перестал медлить. Его руки мертвой хваткой вцепились в её талию, приподнимая и подтягивая её ближе к себе. Аманда едва успела сделать глубокий вдох, прежде чем он одним мощным толчком вошел в неё до самого предела.
— Боже... — заглушенный стон утонул в Адриане, когда Аманда широко распахнула глаза от заполняющего её изнутри жара.
Марсель не давал ей привыкнуть. Он начал двигаться — резко, глубоко, с той самой яростью, которая всегда сквозила в их общении. Каждый его толчок вбивал её прямо в объятия Адриана, заставляя её еще глубже заглатывать его член. Аманда оказалась в эпицентре шторма: спереди она задыхалась от напора Адриана, а сзади её буквально раскалывал на части ритм Марселя.
— Посмотри на меня, — прохрипел Марсель ей в затылок, кусая её за плечо. — Чувствуешь, как мы оба владеем тобой? Ты теперь наша, Аманда. Целиком.
Она не могла ответить, лишь сбивчиво дышала через нос, чувствуя, как внутри снова начинает завязываться тугой узел удовольствия. Братья больше не враждовали — в этот момент они были единым механизмом, который методично и безжалостно вел её к полному подчинению, превращая каждый её протест в тихий, покорный всхлип. Ритм Марселя стал запредельным. Он вбивал девушку в объятия своего брата, не оставляя места для вдоха. Аманда чувствовала, как внутри неё все плавится, а сознание окончательно растворяется в этом двойном напоре. Подчинение Адриану и яростная страсть Марселя сплелись в одно целое.
Первым не выдержал Марсель. С хриплым рыком он резко вырвался из её тела, одной рукой прижимая Аманду к Адриану, а другой направляя свое возбуждение. В ту же секунду спина девушки покрылась горячими, липкими каплями. Этот контраст прохладного воздуха комнаты и обжигающего семени заставил её тело в последний раз содрогнуться в мощном, бесконечном оргазме.
Аманда выплеснулась на шелковые простыни, не в силах сдержать дрожь в коленях. Но Адриан не позволил ей расслабиться.
Его пальцы еще сильнее впились в её волосы, фиксируя голову. Он подался вперед, заполняя её рот до самого предела. Аманда почувствовала, как его тело напряглось, словно натянутая струна, и через мгновение горячая волна обожгла её горло. Она судорожно сглотнула, принимая всё до последней капли, повинуясь его властному жесту.
Когда всё закончилось, в комнате воцарилась тяжелая, оглушительная тишина, нарушаемая только их прерывистым дыханием.
Аманда обессиленно опустилась на кровать, чувствуя на спине тяжесть ладони Марселя, который лениво очерчивал пальцами оставленные им следы. Адриан, уже вернув себе привычное холодное спокойствие, медленно провел большим пальцем по её нижней губе, стирая остатки своего присутствия.
— Ну вот, — тихо произнес Марсель, склоняясь к её уху. — Теперь ты знаешь, что бывает, когда ты пытаешься играть в одиночку.
Они смотрели на неё — два врага, которые только что разделили её между собой, и Аманда понимала, что их жизнь в этом доме больше никогда не будет прежней. Теперь у них была общая тайна, запечатанная на её коже и губах.