Лилит Мирроу

Гроза в пентхаусе
Чейз стоял у панорамного окна своего пентхауса в Чикаго, наблюдая, как молнии разрезают черное небо. Он был воплощением холодного расчета: безупречный костюм-тройка, бокал виски в руке и ледяное спокойствие. Но всё это рушилось, когда в комнату входила Сара.
Она была его главным конкурентом по бизнесу, его головной болью и единственной женщиной, которую он не мог подчинить. Сара вошла без стука, промокшая под дождем, в прилипшем к телу шелковом платье.
— Ты проиграла, Сара. Признай это, — холодно бросил он, не оборачиваясь.
— Я никогда не проигрываю, Чейз. Я просто меняю правила игры, — она подошла вплотную, и он почувствовал запах дождя и её дерзких духов.
Чейз резко обернулся, поставив бокал на стол. Его самообладание треснуло. Он схватил её за талию, притягивая к себе так сильно, что она вскрикнула, но не от испуга, а от предвкушения.
— Твои игры зашли слишком далеко, — прорычал он, глядя на её губы.
Он рывком усадил её на массивный дубовый стол, сметая документы и чертежи на пол. В этом жесте было всё его долгое подавляемое желание. Сара обхватила его бедра ногами, притягивая еще ближе, чувствуя, как его твердость упирается в её живот.
Чейз не стал медлить. Его пальцы грубо, но жадно задрали подол её платья, обнажая бледную кожу. Когда его губы встретились с её шеей, она запрокинула голову, впиваясь ногтями в его плечи сквозь дорогую ткань пиджака.
— Сделай это... — прошептала она, срываясь на стон. — Хватит разговоров.
Одним уверенным движением он вошел в неё, заполняя собой всё её пространство. Стол вибрировал от их ритма, а за окном бушевала стихия, которая не шла ни в какое сравнение с тем пожаром, что разгорелся внутри пентхауса. В эту ночь контракты не имели значения — значение имела только эта первобытная, яростная близость.