Лилит Мирроу

Охотничий домик в Монтане
Снаружи бушевала метель, засыпая снегом крыльцо старого бревенчатого дома. Внутри единственным источником света был камин, в котором с треском догорали сосновые поленья. Джек — бывший военный, привыкший к дисциплине и тишине, — стоял у камина, подбрасывая дрова.
Грейс, его жена, наблюдала за ним из тени кресла. Она знала, что за этим суровым спокойствием скрывается вулкан.
— Здесь слишком холодно, Джек, — негромко сказала она, подходя к нему. На ней была только его фланелевая рубашка, едва доходившая до середины бедер.
Джек медленно обернулся. Его взгляд прошелся по её босым ногам, поднялся выше к расстегнутому воротнику. Он отбросил кочергу, и та с глухим звоном ударилась о камень.
— Иди сюда, — приказал он. В его голосе не было просьбы, только скрытая сила.
Когда Грейс подошла, он подхватил её под бедра и одним движением усадил на край грубо отесанного деревянного стола. Холод дерева контрастировал с жаром его ладоней. Джек встал между её коленей, его руки впились в её талию, сминая ткань рубашки.
— Ты весь день испытывала мое терпение, Грейс, — прошептал он ей в самые губы, обжигая дыханием.
Он не стал расстегивать пуговицы — просто рванул края рубашки в стороны и приник к её груди, накрывая сосок горячим ртом. Грейс вскрикнула, выгибаясь назад и чувствуя, как его жесткая щетина царапает нежную кожу. Его руки скользнули вниз, уверенно раздвигая её ноги шире.
Когда Джек вошел в неё — резко и глубоко, — Грейс показалось, что стены дома содрогнулись. Ритм был тяжелым и размеренным, как удары молота. Каждое его движение выбивало из неё стон, который тонул в реве ветра за окном. Он крепко держал её за затылок, заставляя смотреть ему прямо в глаза, пока они оба не растворились в этой дикой, первобытной страсти у огня.