Я ведь лучше него ?

Продолжение предыдущей сказки :  " Ошибку принесшая оргазм "

Весь следующий день в университете Сюзанна чувствовала себя так, будто идет по минному полю. Каждый раз, когда она видела преподавателей в коридоре, её сердце пускалось вскачь, но когда пришло время пары английской литературы, она едва заставила себя переступить порог аудитории.
Мистер Стейтен уже был там. Он стоял у окна, идеально выглаженная белая рубашка подчеркивала широкие плечи. Когда Сюзанна вошла, он медленно повернул голову. Его взгляд — тяжелый, знающий — скользнул по её лицу, задержался на губах и спустился ниже, к вырезу её блузки.
— Доброе утро, мисс Сюзанна, — произнес он своим низким бархатным голосом. — Надеюсь, вы подготовили... домашнее задание.
Весь урок она не могла сосредоточиться. Она чувствовала его внимание кожей. Он вызывал других студентов, комментировал Шекспира, но каждый раз, когда он проходил мимо её парты, его рука как бы случайно касалась края её стола, а аромат его дорогого парфюма кружил ей голову.
Когда прозвенел звонок, и аудитория опустела, Сюзанна осталась сидеть на месте, вцепившись пальцами в край сумки.
— Подойдите, Сью, — не оборачиваясь, приказал он.
Она встала на ватных ногах и подошла к его массивному столу. Джексон Стейтен медленно встал, обошел стол и подошел к двери. Щелчок замка прозвучал в тишине как выстрел.
— Вчерашнее видео было... впечатляющим, — он подошел к ней вплотную, так что она почувствовала жар его тела. — Но я не люблю смотреть кино. Я предпочитаю живое исполнение.
Он положил ладони ей на талию, рывком подтягивая к себе. Сюзанна почувствовала, как его колено настойчиво раздвигает её бедра.
— Твой парень знает, что ты выкрикивала моё имя, когда была одна? — прошептал он ей прямо в ухо, обжигая кожу дыханием.
— Нет... — выдохнула она, запрокидывая голову.
— Правильно. Это будет нашей маленькой тайной, — его рука скользнула вниз, бесцеремонно задирая юбку. — А теперь покажи мне, насколько ты была честна на том видео.
Он легко подхватил её под бедра и усадил прямо на стопку непроверенных эссе. Сюзанна почувствовала холод дерева и обжигающую силу его рук. Его эрекция, которую она вчера видела на экране, теперь упиралась в неё через ткань брюк, и она была еще тверже, чем она могла вообразить.
Джексон не стал тратить время на нежности. Он сорвал с неё белье одним резким движением, и Сюзанна всхлипнула, когда его пальцы, еще пахнущие кофе и бумагой, властно вошли в неё, проверяя степень её готовности.
— Боже, да ты уже течешь для своего учителя, — усмехнулся он, глядя ей в глаза с триумфом хищника. — Давай проверим, сможешь ли ты стонать так же громко здесь, а не в микрофон телефона…Джексон Стейтен — мастер психологического давления, и он знает, что для такой бунтарки, как Сюзанна, «наказание» — самый лучший способ разжечь страсть.
Джексон медленно опустился в своё массивное кожаное кресло, которое скрипнуло под его весом. Он не спешил, наслаждаясь тем, как Сюзанна стоит перед ним — взъерошенная, с горящими щеками и прерывистым дыханием.
— Знаете, Сью, — он расслабленно откинулся на спинку, сложив пальцы «домиком», — я пересмотрел ваши видео несколько раз. И пришел к выводу, что вы были крайне безответственны. Столько времени скрывать такой... талант от своего преподавателя.
Он сделал паузу, и его глаза потемнели, превращаясь в два бездонных омута.
— В моем учебном плане за такие проступки предусмотрены строгие взыскания. И раз уж вы решили, что можете безнаказанно дразнить меня цифровым контентом, пришло время для очного наказания.
Он чуть раздвинул ноги и похлопал по своим крепким бедрам, обтянутым дорогой тканью брюк.
— Иди сюда. Живо. Сядь ко мне на колени, лицом ко мне. И учти: если ты попытаешься слезть без моего разрешения, наказание станет в разы жестче.
Сюзанна, закусив губу, сделала шаг вперед. Её колени дрожали, но тело само тянулось к нему. Она медленно перекинула ногу и опустилась на его бедра. Контакт был ошеломляющим. Она почувствовала его твердость — тот самый огромный орган, который вчера видела на экране, теперь жег её через одежду, требуя свободы.
Джексон властно обхватил её за талию, притягивая вплотную, так что её грудь прижалась к его груди. Его руки были горячими, тяжелыми.
— Теперь смотри мне в глаза, — приказал он, и его голос вибрировал прямо у неё в груди. — Ты ведь понимаешь, что Джейден никогда бы не осмелился так с тобой поступить? Он слишком ценит твои «границы». А я... я собираюсь их все стереть.
Его рука медленно скользнула по её спине вниз, забираясь под юбку, и он сжал её ягодицу с такой силой, что Сюзанна невольно вскрикнула, выгибаясь навстречу его телу.
— Сегодня ты не получишь того, чего хочешь, пока я не решу, что ты достаточно искупила свою вину, — прошептал он, и его пальцы начали дразнить саму её суть через тонкую полоску кружева. — Рассказывай, Сью... что ты чувствовала, когда смотрела моё видео? Ты ведь кончила от него, правда?
Он начал медленно двигать бедрами, заставляя её ерзать на его эрекции, создавая невыносимое трение. Сюзанна понимала: это «наказание» станет самым сладким в её жизни.Сюзанна замерла, вцепившись пальцами в его крепкие плечи. Его слова били в цель, заставляя её чувствовать себя абсолютно обнаженной, хотя на ней всё еще была одежда.
— Да… — выдохнула она, сдаваясь под его напором. — Я кончила. Прямо там, в своей комнате, представляя, как твои руки сжимают меня так же сильно, как ты сжимал себя на видео.
Джексон довольно усмехнулся. Ему нравилось это признание. Он запустил руку ей в волосы, заставляя её еще сильнее запрокинуть голову.
— Послушная девочка, — прошептал он. — А теперь давай сравним теорию с практикой. Твой парень, Джейден… он ведь старается быть нежным, верно? Ждет твоего разрешения на каждый шаг?
Он резко расстегнул ремень, и Сюзанна услышала тяжелый звук падающей пряжки. Когда он освободил своего «зверя» из плена брюк, Сюзанна не смогла сдержать возгласа. Вживую он выглядел еще более внушительным — темная кожа, пульсирующие вены и невероятный размер, который заставил её невольно сглотнуть.
— Джейден — мальчик, — отрезал Джексон, перехватывая её руку и заставляя её обхватить свое достоинство пальцами. — А я — мужчина, который возьмет тебя прямо здесь, на глазах у пустых парт и Шекспира на полках.
Он рванул её юбку вверх и одним движением стянул кружевные трусики, бросая их куда-то под стол. Сюзанна была уже не просто готова — она была на грани. Влажная, пылающая, она дрожала от предвкушения.
— Развернись, — приказал он тоном, не терпящим возражений.
Она подчинилась, становясь коленями на его бедра и упираясь ладонями в спинку кресла. Стейтен обхватил её за бедра, притягивая к самому краю. Она чувствовала, как головка его органа настойчиво уперлась в её вход.
— Это будет больно? — прошептала она, скорее от возбуждения, чем от страха.
— Это будет незабываемо, Сью. Ты поймешь, что всё, что было у тебя раньше, — лишь жалкая репетиция перед настоящим выступлением.
Он вошел в неё одним мощным, размеренным толчком, заполняя её до самого предела. Сюзанна выкрикнула его имя, её ногти впились в кожаную обивку кресла. Ощущение было настолько полным и сокрушительным, что у неё потемнело в глазах. Он был гораздо больше, тверже и увереннее всего, что она знала.
Джексон начал двигаться — грубо, ритмично, вбивая её в свое кресло. Каждый его толчок был заявлением о правах собственности. Его руки бесцеремонно сминали её грудь, пока он шептал ей на ухо самые грязные слова на английском, которые только можно представить.
Она понимала, что после этого «частного урока» её жизнь никогда не будет прежней. Сюзанна бунтовала против правил, но в руках Джексона Стейтена она обрела своего истинного господина.
— Еще… Джексон, пожалуйста, еще! — стонала она, подчиняясь его ритму и окончательно забывая о том, что за дверью кабинета всё еще идет обычная университетская жизнь.Звук разлетающихся пуговиц, бьющихся о паркет, эхом отозвался в тишине запертого кабинета. Это был звук окончательного падения всех барьеров. Сюзанна почувствовала прохладу воздуха на своей коже лишь на мгновение, прежде чем его горячие, мозолистые ладони накрыли её обнаженную грудь.
— Теперь ты выглядишь именно так, как должна была на тех фото, — прорычал Джексон, его голос вибрировал от сдерживаемой страсти.
Он смял её грудь с жадностью человека, который слишком долго ждал этого момента. Его большие пальцы с силой прошлись по соскам, заставляя Сюзанну выгнуться в его руках, а из её горла вырвался не то стон, не то всхлип. Она чувствовала себя маленькой и беззащитной в его власти, но именно это сводило её с ума.
Джексон не остановился на ласках руками. Он прильнул губами к её шее, оставляя на нежной коже яркие, собственнические отметины, а затем спустился ниже. Его язык, горячий и властный, обвел ореолу её соска, прежде чем он полностью захватил его ртом. Сюзанна вскрикнула, зарываясь пальцами в его густые волосы, притягивая его голову ближе к себе.
— Джексон... Боже, — шептала она, теряя связь с реальностью.
Он оторвался от её груди лишь на секунду, чтобы взглянуть ей в глаза. В его зрачках отражалось первобытное торжество.
— Ты чувствуешь разницу, Сью? — он снова толкнулся в неё, заполняя её так глубоко, что она почувствовала его тяжесть в самом низу живота. — Джейден когда-нибудь брал тебя так, словно ты принадлежишь ему по праву? Словно ты — его личная награда за терпение?
Он не ждал ответа. Его темп стал быстрее, жестче. Кресло под ними скрипело в такт его мощным толчкам. Сюзанна чувствовала, как внутри неё нарастает неописуемое напряжение, как всё её естество сжимается вокруг его огромного, пульсирующего органа. Она была на грани, и он это видел.
— Смотри на меня, Сюзанна! — приказал он, перехватывая её подбородок и заставляя встретиться с ним взглядом. — Я хочу видеть, как ты ломаешься. Я хочу видеть, как ты забываешь всё, кроме моего имени.
Она смотрела. Смотрела в эти хищные глаза и видела в них своё полное отражение. В этот момент она больше не была бунтаркой — она была его ученицей, постигающей самую запретную и сладкую науку на свете.
Когда оргазм накрыл её, мощный и сокрушительный, она закричала так громко, что звук, казалось, должен был просочиться сквозь дубовые двери. Она содрогалась в его руках, чувствуя, как он, с низким, животным рыком, достигает своего пика, окончательно запечатлевая это «наказание» в её памяти навсегда.