Глава 24. От лица Армина

Этот месяц пролетел так быстро, что я даже не успел опомниться.

За все это время вестей от Ивон больше не было, руки тянулись к телефону, чтоб написать ей сообщение, но я себя перебарывал и не давал воли сделать этого. Наверняка, она все так же трудится у Фрица в пекарне и жутко устает, но, несомненно, и для нее началась новая глава, как и для меня и Райнера. Моя гордость и упрямство не позволяли мне сделать первый шаг, и поэтому я решил не уведомлять ее о моем переезде.

С Райнером мы провели весь этот месяц в бесконечных поисках идеального жилья, сталкиваясь с отказами во многих местах. Отчаяние начало охватывать меня, и тревога не оставляла. Однако, в конце концов, спустя десять дней, удача улыбнулась нам, и мы смогли найти уютную двухкомнатную квартиру в центральном районе.

Райнер каждый день приходил с работы, пил чай или кофе, и заваливался на постель без задних ног, можно сказать, что мы даже редко пересекались, несмотря на то, что жили вместе. Я в свою очередь не тревожил его, а старался себя увлечь чем-то. Мой слух улучшился и я тоже хотел вскоре выйти на работу, чтобы помочь ему, но Райнер пошел в отказ, сказав, что мы это обсудим по приезде в Дрезден. Он буквально сдувал с меня пылинки, не давая мне напрягаться лишний раз, но это не было так раздражающе, как со стороны Ивон, ведь при всем при этом я прежде всего чувствовал теплоту и любовь. Его забота не заставляла чувствовать себя ущербным и это было главным.

Сейчас я сидел на кухне, окруженный картонными коробками, в которых осталась запечатанной вся наша кухонная утварь. Вчера Райнер и я посвятили весь вечер упаковке наших вещей. Сегодня же он отправился в банк, чтобы снять деньги со счета, и уже скоро вернется домой.

Утренние лучи солнца проникали через окно, смешиваясь с гулом города и трелями птиц, но в моей душе царила пустота. Ни тоски, ни грусти, ни сожаления. Сегодня я покидаю родной город навсегда, открывая новую страницу жизни. Мечтаю когда-нибудь вернуться в Моншау, чтобы почтить память мамы и бабушки, но в Кельн, скорее всего, я больше не вернусь. Одни и те же дома, улицы и лица соседей. Заезженность, до боли гложущая обыденность. Пекарню вспоминаю с дрожью, где проработал три долгих года. Вспоминая, как жил с Ивон, сердце стискивает тяжесть, поэтому стараюсь не давать этим мыслям воли.

Раздался щелчок дверного замка и на пороге квартиры появился Райнер. Он, не разуваясь, зашел на кухню и оглядел сначала все помещение, а потом перевел взгляд на меня.

— Ну что, милейший? — улыбнулся он уголками губ. — Скоро в путь.

Я поднялся со стула и обнял его так крепко, словно после долгой разлуки. А затем, глядя ему в глаза сказал:

— Я готов, Райнер.

— Не жалеешь? — спросил он.

— Нет, — вздохнул я. — Я даже рад.

— Я заехал в супермаркет, купил в дорогу воды и снеки — сказал он.

— Хорошо, — кивнул я.

Он вышел в коридор и заглянул в гостиную, бегло осматривая помещение.

— Что ж, — вздохнул он и перевел взгляд на меня. — Ты все успел сделать?

— Да, — кивнул я.

— Тогда выдвигаемся, дорога дальняя, — сказал он и направился к коридору.

Он взял сумки, которые стояли около входа и отворил дверь, пропустив меня вперед.

В голове вертелись мысли, что я возможно больше никогда сюда не приеду и еще долго не увижу Ивон. Но эти мысли не вызывали неприятных чувств, скорее я чувствовал освобождение.

Мы спустились вниз к парковке, и погрузив сумки в багажник, расселись по местам.

Райнер повернул ключ зажигания и мы двинулись вперед по дороге, оставляя все позади.

По его лицу было заметно, как он был немного напряжен и его взгляд казался тяжелым.

— Ты переживаешь? — спросил его я.

— Жаль расставаться с этим прекрасным городом... — вздохнул он, глядя на дорогу.

— А я не жалею, — пробубнил я.

— Тогда мне больше не за что переживать, — усмехнулся Райнер.

— Ты не был готов к переменам, прости меня, — внезапно одолевшее меня чувство вины, заставило сказать это.

— Это должно было когда-то произойти, — говорил Райнер. — Но все произошло так быстро... но запомни, ты не должен винить себя. Это был мой выбор.

— Но я же повлиял на это, — вздохнул я.

— Мы оба повлияли, но все что произошло, даже к лучшему, — ответил он. — Я ранее никогда бы не решился признаться матери во всем.

Что бы разрядить обстановку, Райнер включил радио и салон автомобиля наполнили звуки легкой мелодии.

— Сколько по времени ехать? — спросил я, откидываясь на сидение.

— Около пяти часов, — ответил Райнер.

Дальнейший путь прошел в безмолвии. Солнце ярко светило в лобовое стекло, сопровождая нас в пути теплом. Натянув солнцезащитные очки, я рассматривал пейзаж за окном и жевал крекеры, не думая ни о чем.

За долгие часы монотонной поездки, я успел задремать. Мне стало так спокойно и все, что я слышал это тихие звуки радио.

Неожиданно я почувствовал деликатные прикосновения к своей голове и открыл глаза. Райнер улыбался, смотря на меня.

— Просыпайся, милейший, мы уже в городе, — сказал он.

Я уставился в лобовое стекло и передо мной раскрылась величественная картина нового города. Мы ехали по центральным улицам Дрездена, и мой взгляд неустанно скользил в разные стороны, впитывая архитектурное великолепие и течение проходящих мимо людей.

Центр Дрездена встретил нас своими каменными замкнутыми улочками, в которых обитает душа старого города. Здания вздымались к небесам, венчаясь величественными фасадами. Воздух пропитан атмосферой истории, словно каждый камень в этом месте несет в себе вековую мудрость.
Эти улицы словно хранили в себе не только прошлое, но и обещание будущего, наполненного новыми возможностями для меня и Райнера.

Через полчаса мы остановились около нашего нового дома и я вздохнул с облегчением и осознал до конца, что пути назад уже нет.

Мы вышли из машины и направились внутрь светлого здания. На пороге нас встречал хозяин квартиры, осматривая меня и Райнера с ног до головы.

— Добро пожаловать, — улыбнулся мужчина, провожая нас в квартиру. — Все в точности так, как в объявлении, осматриваетесь и живите с удовольствием.

Я шагнул вслед за Райнером в комнату и осмотрел помещение. Выглядела квартира так, как будто в ней никто ранее не жил. Свежий ремонт, мебели практически нет и новое половое покрытие. В гостиной стояло уютное кресло, небольшой шкаф и односпальная кровать. В другой комнате, за исключением окна, люстры и светлых стен, не было ничего.

— Вас устраивает? — спросил хозяин.

— Да, — кивнул Райнер. — Мы на то и рассчитывали.

— Отлично, тогда обживайтесь, здесь все рядом. — сказал мужчина, вручив ключи Райнеру и покинул квартиру.

— Что ж, пустовато... — ухмыльнулся Райнер. — Нашу мебель привезут послезавтра.

— Квартира просторная, мне нравится, — осмотревшись, протянул я.

Вечером мы решили зайти в кофейню неподалеку от дома, наслаждаясь атмосферой сумеречного Дрездена.

Сидя за столиком, я смотрел по сторонам, рассматривая убранство кофейни и попивая кофе.

В каждой детали было заметно стремление к созданию особого комфорта: нежные оттенки стен, деревянная мебель, дымка свечей в уголках. Приглушенный свет создавал уютную атмосферу, приглашая провести здесь неспешные часы.

Вокруг звучали негромкие разговоры и звон чашек, и легкая ненавязчивая мелодия. Аромат свежесваренного кофе наполнял воздух, и я завораживался окружающим видом, вдыхая запах напитка.

— Милейший господин Герц, — обратился ко мне Райнер.

Я мигом повернул голову в его сторону.

— У меня есть для вас подарок, который я преподношу от всего сердца, — сказал он и достал из кармана черный футляр.

Я вытаращил шокировано глаза и в миг растерялся, чуть не подавившись кофе.

— Райнер, это что? Украшение какое-то? — сбивчиво проговорил я.

— Открывайте, господин Герц, — улыбнулся Райнер и протянул футляр.

Я дрожащими руками открыл футляр и увидел там перстень. Поверхность металла таинственно сияла под лучами искусственного света, создавая игру бликов. Однако, что захватывало внимание, это изящный узор, выгравированный на половине кольца.

— Я дарю тебе это кольцо, Армин, в знак любви и вечной памяти о нашем союзе, — сказал Райнер и вынул перстень из футляра, взяв мою руку.

Когда он надевал кольцо на безымянный палец правой руки, внутри меня все перевернулось. Я потерял дар речи, дыхание замерло, и в этот волнующий момент все, что я мог сделать, — это ошарашенно смотреть на него.

— Это помолвка что ли? — встрепенулся я, рассматривая кольцо на пальце.

— Нет, это просто знак моей бесконечной любви, — ответил он. — Когда-нибудь я привезу тебя в Баварию, и ты увидишь моих родителей.

После этого значимого события, которое навсегда останется у меня в памяти, я еще долго думал о его словах. Наши отношения вышли на новый уровень и я был этому несказанно рад. Новый город. Новый этап жизни.

И вечер закончился бурей эмоций и его нежными прикосновениями, теперь у меня точно нет сомнений ни в чем. Пустота в душе заполнились теплом, ночной страстью и веянием горячих прикосновений любви.