Глава 1. От лица Армина

Сегодня в пекарне царила умиротворенная атмосфера. Золотистые лучи солнца играли в окнах, касаясь глянцевого покрытия и создавая мягкие тени на полу. Моя старшая сестра Ивон воплощала свои творческие замыслы, делая последние штрихи в создании ароматных кондитерских произведений. Мы с ней были коллегами, каждый из нас вкладывал душу в свою работу под пристальным взором господина Фрица, нашего доброго наставника и начальника. Он всегда был готов подсказать, поддержать и даже порой мог дать моральный подзатыльник. Не стоит надеяться на его милость, если будешь отлынивать — Фриц был человеком, ценящим усердие и трудолюбие.

Даже я, не особо питавший слабость к выпечке, не мог устоять перед великолепными булочками с аппетитной ветчиной и нежным сыром, которые Фриц специально пёк для персонала. Должен признать, что действительно, хлебопекарные изделия у Фрица получаются поистине отменные. Я уже с утра умял одну булочку и хотел бы еще вкусить этот приятный вкус теплой свежевыпеченной сдобы, да еще и с сытной начинкой внутри.

Мои глаза магнетически притягивало большое окно, великодушно открывающее взору чудесный пейзаж заснеженной улицы Фриттенверк. Я наблюдал, как люди проходят мимо пекарни, укутываясь в теплую одежду и как на асфальт и крыши зданий плавно ложится снег. Это было завораживающее зрелище для меня каждой зимой.

— Армин! — раздался голос сзади меня, выводя из раздумий. Я резко обернулся и увидел перед собой Фрица, который стоял в закрытой позе и в перепачканном мукой фартуке. — Не зевай, парень, — твердо произнес он и одарил меня строгим взглядом.

— А что мне делать? Посетителей нет, а столики я протер, — облокачиваясь на кассовую стойку, произнес я в ответ.

— Давай-ка, отполируй стойку перед кассой, не филонь. Твоя сестра работает в поте лица, бери с нее пример, — он похлопал меня по плечу и удалился снова на кухню. Я достал средство для глянцевых поверхностей и тряпку, принявшись за работу.

— Что, братец? Фриц отчитал тебя? — добродушно посмеялась Ивон, выглядывая из кухни. Она вынесла на подносе несколько пирожных и начала аккуратно расставлять их на витрине.

— Ага, — выдохнул я, усердно надраивая кассовую стойку до блеска. — А что я поделаю, если нет посетителей? — буркнул я возмущенно себе под нос.

— Ты же знаешь, он всегда найдет для тебя занятие, — улыбнулась мне она, рассматривая свежеприготовленные пирожные.

— Что не изделие, то шедевр. У тебя талант, Ивон, — улыбнулся ей я, заметив ее увлеченный взгляд.

— Я пойду, мне надо еще торт украсить, — вдруг засуетилась Ивон и направилась на кухню. Я проводил ее взглядом и продолжил натирать стойку. Моя рука уже начала болеть от монотонных движений, и я решил, что пора заканчивать, надеюсь, Фриц оценит мои старания.

Я увидел, что в пекарню направляется посетитель и замер в его ожидании.

— Добрый день, господин, что я могу вам предложить? — натянул улыбку я, смотря на взъерошенного посетителя, который отряхивал снег с волос на голове.

— У вас такой большой ассортимент, — протянул рассеяно мужчина. — Я возьму вот эти пирожные и эти булочки, — указал он кивком на витрину. — Пирожные вкусные? — поднял на меня глаза посетитель. Его голос отдался в моих ушах легким гулом.

— Что вы сказали? — переспросил я, поморщившись.

— Вкусные пирожные спрашиваю? — недоуменно посмотрел на меня мужчина.

— Самые вкусные, уверяю вас, — робко улыбнулся я тому в ответ.

— Что ж ладно, давайте, надеюсь, вы не обманываете меня, — протянул мужчина и достал портмоне.

— Ни в коем случае не обманываю, господин, — ответил тому я и положил в коробку булочки и пирожные и отдал ему коробку после оплаты. Мужчина вышел из пекарни и побрел дальше по холодной улице.

Примерно так и проходил мой каждый рабочий день, но в другие дни было все же больше народу. Отсутствие обычной суеты окутало меня чувством необыкновенной пустоты. Бывали моменты, когда пекарня превращалась в муравейник, в котором не было места для новых посетителей. Фриц не успевал подготавливать новые изделия для продажи и подгонял Ивон со своим напарником по цеху.

На этот раз вечер надвигался тяжелой завесой сумерек, и вместе с ним Фриц начал завершать рабочий день на кухне. Я, чувствуя усталость в ногах, позволил себе откинуться на стойке, опуская легонько голову на руку. С этой точки обзора, я мог видеть, как Фриц с завершающими аккордами подготавливает кухню к закрытию и как суетится его напарник.

— Молодец, Ивон, твои пирожные, как всегда, на высоте, — послышался голос начальника неподалеку. Они с моей сестрой выходили из кухни.

— Да что вы, я просто люблю то, что делаю, — улыбнулась Ивон, и они вместе перевели взгляд на меня.

— Не спи, рабочий день окончен, — захохотал Фриц, наблюдая за моим усталым лицом. Я посчитал кассу и сделал отчет.

Затем я вошел в техническое помещение, чтобы забрать свою одежду из шкафчика. Я напялил на себя куртку и небрежно намотал шарф.

Мы вышли вместе с Ивон из пекарни и побрели домой. До нашего дома был один квартал пути от пекарни. Легкий морозец щипал мои щеки, оставляя прикосновения зимнего ветра, а из моего рта вырывались белые клубы пара. Я устремил взгляд вперед, и мои глаза уловили дивное зрелище: пушистые хлопья снега медленно спускались с неба, и их волшебное свечение окутывали уличные фонари. Мы шли по тротуару и я погрузился в раздумья, как приду домой и расслаблюсь после рабочего дня.

— Армин, осторожно! — неожиданно громко позвала меня Ивон и отдернула меня за руку в сторону. Мимо меня пронесся велосипедист.

— Ты чего? Хочешь, чтобы тебя сбили? — вытаращила на меня глаза сестра.

— Я не услышал, что он едет сзади, — растеряно пожал я плечами.

— С тобой точно все нормально? Велосипедист подавал знак, — пристально посмотрела на меня Ивон.

— Да, — кивнул я в ответ.

Она не отпускала мою руку до того момента, пока мы не дошли до нашего многоквартирного дома. Мы вошли в квартиру и я переодевшись, устало плюхнулся на кровать. Я прикрыл глаза, и вдруг, внезапно снова услышал голос сестры около себя.

— Понятно все с тобой, Армин, — вздохнула она тяжко.

— Что тебе понятно? — недоуменно посмотрел я на нее, еле как разомкнув веки.

— А то, что тебе снова пора к врачу! — раздражено произнесла она. Я вздохнул и проигнорировал ее слова, решив, что ничего отвечать на это не собираюсь.

— Почему ты скрываешь это от меня? — сверлила меня недовольным взглядом Ивон.

— Мне нечего тебе ответить, — буркнул я и прикрыл глаза.

— С тобой, как с ребенком надо возиться, — фыркнула она и вышла из комнаты. Я не смог из-за этого напряженного разговора настроиться на сон или даже на дрему. Я зашел на кухню и увидел, как Ивон уплетает сэндвич.

— Прости меня, — виновато протянул я, посмотрев на нее искоса. Она даже не повернула голову в мою сторону. — Я просто не хочу доставлять тебе хлопот, — вздохнув, добавил я.

— Своим молчанием ты добавляешь еще больше проблем, — пробурчала она, прожевывая еду. — Завтра идем к врачу, это даже не обсуждается, Армин, — твердо сказала она.

— Снова к доктору Мюллеру? — вздохнул я, закатив глаза.

— Да, к нему, — посмотрела на меня Ивон. — А что ты глаза закатываешь?

— Его лечение не помогает, — ответил ей я.

— Другого врача лучше в этой клинике не найти. Эта клиника одна из лучших в городе, а доктор Мюллер уважаемый специалист в своей профессии, — одарила меня грозным взглядом Ивон.

— Давай поищем другого врача, — предложил я ей.

— Нет, доктор Мюллер — самый лучший специалист из всех в городе. Вот от других точно толка не будет, — отрезала Ивон.

Я цокнул языком от недовольства.

— Ты стала такой ворчливой и черствой после смерти мамы, — пробурчал я, искоса смотря на сестру.

—Ты не понимаешь от чего? — возмутилась она. — Да я пашу на работе изо всех сил, иногда даже сверхурочно, а потом прихожу домой, где меня ждет взрослый ребенок, которому надо и еду приготовить и сопли подтереть! —раздраженно произнесла она, срываясь на крик.

В моей голове начал появляться белый шум от ее громкого голоса.

— Я тоже работаю вообще-то, — недоуменно посмотрел на ту я.

— А зато на мне еще висит быт, — пробурчала она, успокаивая пыл.

Повисла напряженная тишина в комнате, она начала давить на меня и я не выдержал напряжения.

— Я спать пойду, — сказал я сестре и вышел из кухни.

Я лег на кровать и попытался успокоиться, но мысли клубились в моей голове. После смерти мамы все изменилось. Ивон превратилась из веселой и обаятельной девушки в нервную и ворчливую женщину, у меня начались проблемы со слухом. Быт повис на нас обоих, в частности на Ивон. Скорее всего, мне станет дальше сложнее находиться в социуме, потому что лечение обожаемого специалиста моей сестрицы ни черта не помогает!

Когда мама была с нами, жизнь была цельной и светлой, я с такой сильной тоской вспоминаю ее присутствие, ощущая, что чего-то большого и важного теперь уже нет.

***

Проснулся я утром от того, что меня кто-то дергает за плечо.
— Опоздаем, вставай! — ворчала Ивон у меня над ухом.

— Да встаю я, встаю, — отмахнулся я от нее, лениво открывая глаза.

Я быстро закончил все утренние процедуры, и надел на себя теплую одежду и мои любимые массивные ботинки, а Ивон — сама элегантность, оделась в теплое строгое пальто и надела замшевые сапоги на каблуке. Мы вышли на улицу и отправились на трамвайную остановку. Дул легкий морозный ветер мне в лицо и с неба плавно опускались снежинки на плечи. Всю дорогу до остановки Ивон вела меня за руку, что не могло меня не бесить. Я оглядывался по сторонам, остерегаясь велосипедистов и потока прохожих, не хотел бы я в кого-то врезаться.

— Слушай внимательно, что тебе говорит доктор Мюллер, — посмотрела меня Ивон. Мы остановились около остановки и стали дожидаться трамвая.

— Ты понял? — одернула она меня.

— Да понял я, отпусти мою руку, — возмутился я в ответ и одернул ладонь.

И дальше в безмолвии мы продолжили ждать транспорт. Когда прибыл трамвай, Ивон не выпускала меня из вида и потянула за рукав, усаживая меня на сидение рядом с собой. Я наблюдал за великолепием зимнего пейзажа нашего родного города Кёльна за окном, а Ивон лишь изредка поглядывала в мою сторону.

Из окна трамвая открывался городской пейзаж, словно вырезанный из открытки. Белоснежный покров покрывал крыши домов, обволакивал ветви деревьев и преобразовывал улицы в сказочные аллеи. Я долго наблюдал за этим завораживающим зрелищем, пока нам не пришлось покинуть трамвай, выйдя на нужной остановке.

Когда мы приехали, то направились к клинике, которая находилась неподалеку от городского собора святого Мартина. Ивон стремительно направилась к входу, твердо стуча каблуками по припорошенной снегом тротуарной плитке, и тянула меня за собой. Как только мы вошли в холл регистратуры, нас встретил знакомый просторный и современно оформленный зал. Вокруг царила светлая атмосфера благодаря большим панорамным окнам, через которые проникал свет утреннего солнца.

В холле царил легкий и приятный аромат, который наполнял воздух нотками свежести и чистоты. Вероятно, это был аромат дезинфицирующих средств, используемых для поддержания порядка в клинике. Запах был довольно ненавязчивым и не бил мне в нос, что не могло меня не радовать. Взглянув вокруг, я увидел ряд удобных сидений, где пару человек, сидя спокойно листали журналы в ожидании своей очереди на прием.

— Доброе утро, — улыбнулась нам зрелая женщина — регистратор в очках и белом халате за стойкой.

— Доброе утро, мы бы хотели записаться на прием к доктору Мюллеру, — сказала ей Ивон, отдышавшись от быстрой и суетливой ходьбы.

— Вас обоих записать? — недоуменно посмотрела на нее женщина, осторожно окинув взглядом сначала ее с головы до ног, затем меня.

— Нет, только молодого человека, — от неловкости пустила смешок Ивон.

— Одну минуту, — кивнула женщина и ввела что-то на клавиатуре, уткнувшись в монитор компьютера. — Доктор Мюллер не сможет вас принять сегодня, — смотря в монитор, произнесла она.

— Это очень срочно, — взволнованно сказала Ивон.

— Извините, ничем не могу помочь, ближайшие даты у доктора Мюллера расписаны, — пожала плечами женщина. Ивон тяжко вздохнула и бросила небрежный и тяжелый взгляд в мою сторону.

— И кстати, доктор Мюллер уходит на покой, будет другой доктор на его месте. Вас записать к нему? Осталось мало мест на прием в этом месяце, — поправив очки, посмотрела на мою сестру женщина.

— А он хороший специалист? — замявшись уточнила Ивон, смотря на женщину.

— Лучший врач из клиники в Баварии, молодой специалист, но точно знает толк в своей профессиональной деятельности, — объяснила ей женщина.

— Даже не знаю... — замявшись, пробубнила Ивон.

— Ивон, давай запишемся к этому врачу или я оглохну окончательно, — не стерпев, грубо сказал той я.

— Я доверяю только доктору Мюллеру, — фыркнула она в ответ.

— Ивон, тебе объяснили, что врач хороший. Это одна из лучших клиник в нашем городе, одумайся! — вспылил я.

— Ладно, не нервничай, Армин, — недовольно произнесла она, смотря на меня. Она развернулась обратно к стойке. — Запишите молодого человека к вашему новому доктору, — сказала она женщине.

— Через неделю у него начинается прием, мы вас будем ждать, принимает доктор Райнер Хартманн, — улыбнулась натянуто женщина.

— Хорошо, до свидания, — буркнула Ивон, и схватив меня за руку, направилась к выходу.

Всю дорогу до дома мы молчали. Ивон лишь недовольно утыкалась в экран смартфона, сидя в трамвае.

Когда мы, наконец, вернулись домой, Ивон направилась на кухню, начинав приготовление пищи. Я спокойно сменил одежду, и чувствуя нарастающий аппетит, решил заглянуть к ней на кухню. Она стояла около кухонной тумбы и нервозно распаковывала упаковку с отбивными.

— Тебе помочь? — решил спросить ее я.

— Открой мне эту дурацкую упаковку, — пробубнила раздраженно Ивон.

Я легким движением руки открыл упаковку и смятенно посмотрел на нее.

— Может овощи еще порезать? — предложил я.

— Нет, жди, пока я приготовлю обед, — сказала она и опустила отбивные на раскаленную сковороду.

А я тем временем занялся уборкой в нашей общей комнате, чтобы лишний раз не раздражать сестру своим беспорядком.

— Я долго тебя звать буду? — недовольно посмотрела на меня Ивон, как будто из неоткуда возникшая в проеме двери.

— Я не слышал, что ты звала меня, — виновато посмотрел на нее я. Я направился вслед за ней на кухню и сел за стол.

— Вкусные отбивные, спасибо, Ивон, — улыбнулся той я, откусив кусок мяса. А она будто меня не слышала, витала где-то в своих мыслях.

— Я прочту в интернете информацию про этого доктора Хартманна, — доедая отбивную, задумчиво произнесла она. Я искоса посмотрел на нее и покачав головой, приступил к салату.

—Молодой специалист значит... — протянула она. — Наверно, неопытный, — добавила Ивон.

—Ивон, не неси бред, — пробурчал я, заканчивая трапезу. — Не накручивай себя, расслабься, — добавил я, приобняв ее за плечи и затем покинул кухню.

Весь оставшийся день мы практически не разговаривали с ней. Я занимался в комнате своими делами, а она что-то снова готовила на кухне, Ивон всегда занимается кулинарией, когда раздражена. Я не хотел к ней лезть, а то она и так в последнее время, вся как на иголках. Я спокойно отдыхал, лежа на кровати, как вдруг неожиданно Ивон появилась в проходе комнаты.

— Я нашла информацию про него, — подняла она на меня глаза, отрываясь от экрана смартфона.

— Я рад, — натянуто улыбнулся я.

— Его зовут Райнер и он действительно врач из Нижней Баварии, — сказала Ивон.

— И что дальше? — посмотрел я на нее.

— Я сомневаюсь в его квалификации. На вид ему от силы лет тридцать пять, вот его фото, — вздохнула она, тыкая мне в лицо экран смартфона.

— Врач как врач, ничего необычного, в белом халате... и что? — мельком посмотрев на фото на экране смартфона, протянул я.

— Я не доверяю молодым специалистам, — фыркнула Ивон.

— Я тебе сказал, не накручивай себя, отдохни, — посмотрев на всполошенную сестру, закатил глаза я.

— Ладно. Лишь бы он не сделал тебе еще хуже, — произнесла Ивон и вышла из комнаты.

За окном стемнело, и я почувствовал, как тяжелые веки начали смыкаться, намекая на приближающийся сон. Между тем, Ивон, сидя на кухне, вела долгий разговор с кем-то по телефону. А я перед сном посмотрел фильм, укутавшись в теплое одеяло, что помогло мне хоть немного отвлечься от хаоса в моей жизни и провалиться в сон.