Глава 6. От лица Армина

Сегодня, наконец, солнце проникло сквозь завесу мрачных облаков, и я проснулся, окутанный весенним теплом. Субботнее утро встретило меня ласковыми лучами, а в воздухе витал волшебный аромат свежеприготовленного завтрака. Ивон, преданная своей ранней привычке, уже была на ногах. Мы с ней как две противоположности, она — жаворонок, а я — сова. Моя натура смиренна и ровна, в то время как в ней всегда бушует неугасимый огонь. А после тех трагических событий её душа превратилась в настоящий пожар, делая её нрав ещё более нестерпимым для меня.

Я медленно приоткрыл веки и вдохнул запах поджаренных тостов. Этот аромат мгновенно вернул меня в детство, погружая в мимолетные воспоминания о том, как не было ни малейших забот, о том времени, когда Ивон была полна жизнерадостности и энергии, а мама была с нами и мы были полноценной семьей, пусть даже и без отца. Мы часто бегали по улицам с Ивон, весело качаясь на качелях в центральном сквере, а мама подавала нам тосты к завтраку и порой к обеду.

Ивон всегда обожала сладкое, что, вероятно, и побудило её стать кондитером. Мама заботливо мазала тосты щедрым слоем джема, сердечно угощая Ивон, а мне доставались тосты с аппетитным сыром. Ох, эта хрустящая плавленая корочка! В те дни, казалось, трава была зеленее, а песни птиц звучали чище и звонче, наполняя воздух атмосферой беззаботности.

Я так задумался, что не заметил как летит время, провалявшись в раздумьях целый час. Я оделся и побрел на кухню. Ивон сидела спокойно за столом что-то высматривала в экране смартфона и пила кофе.

— Доброе утро, — зевнул я, смотря на сестру. Она не поднимая на меня взгляда качнула головой.

— Яйца с тостами готовы, — прошелестела она себе под нос.

Я принялся трапезничать, сев за стол. Ивон была все так же сосредоточена на экране смартфона.
— Чего это ты там рассматриваешь так дотошно? — решил поинтересоваться я, откусывая кусочек тоста.

— А тебе скажи, — усмехнулась она. — Я нашла профиль доктора Хартманна в социальной сети, — развернула она ко мне экраном смартфон. Я смотрел на его фотографию и думал, что я полный олух. Мне стало очень стыдно за свое вчерашнее сообщение. Я отвел взгляд от яркого экрана, пытаясь укрыться от собственной неловкости.

— У него не так много фото на странице, — с интересом рассматривая фото, протянула Ивон.

— Зачем тебе его соцсети? — доедая яйцо, спросил я.

— Хотела посмотреть, как живет, чем дышит, — пожала она плечами. — Мне понравилось это фото, на котором он в красной рубашке. Смотри, — она снова сунула мне поднос смартфон.

Доктор Хартманн стоял на набережной у реки, облокотившись об ограждение. Темные солнцезащитные очки придавали ему загадочность и уверенность, а красная рубашка мерцала ярким пятном в этом природном пейзаже. Он здесь выглядел таким свободным и волевым, от фото веяло силой уверенности и свободы духа.

— Да, — со вздохом произнёс я. — Хорошая фотография, — договорил я.

— А тебе что не интересно? — приподняла брови Ивон.

— Да не то чтобы... — усмехнулся я с долей неловкости.

— Ладно, — сказала Ивон. — Сегодня выходной, может быть сходим куда-то? — вдруг предложила она. Я даже удивился этому, обычно в последнее время Ивон от дома и плиты не отогнать, а тут внезапно она предлагает прогуляться. Вот это да, видимо ее так воодушевили мысли о докторе. Я усмехнулся про себя.

— Давай, я только за, — ответил я и чуть улыбнулся. — Мне надо зайти в библиотеку, чтоб вернуть книгу, — добавил я и встал с места, чтоб налить себе чай.

— Хорошо, а после библиотеки куда пойдем? — спросила Ивон.

— Помнишь сквер, где мы раньше в детстве гуляли? — спросил я, глядя на нее. Она положительно закивала. — Мне что-то так взгрустнулось, давай погуляем там, вспомним наши с тобой беззаботные деньки, — предложил я.

— Хорошо, — заулыбалась Ивон и поднявшись с места, вышла из кухни.

Я спокойно пил чай и снова начал всплывать в моей памяти тот трепетный момент о сообщении. «Блин, доктор наверно подумал про меня черт знает что» — выругался я про себя. Я еще долго ругал себя за это сообщение. Я безмолвно осуждал Ивон за ее навязчивость к доктору, а сам оказался не лучше. Меня не покидало стойкое чувство, что я совершил ошибку, но в то же время мои чувства взлетали, словно амуры, играя своей непостижимой мелодией. И как бы я не старался овладеть ситуацией, моя рука словно волшебным образом сама нажала на ту злосчастную кнопку.

Я допил чай и пошел собираться на прогулку, неспешно надевая на себя одежду. Ивон в свою очередь прихорашивалась около зеркала в коридоре, она старательно подкрашивала ресницы, рассматривая себя в зеркале.

— Ты сегодня не спешишь. Ты заболела что ли, Ивон? — выходя коридор, посмеялся я.

— Да ну тебя, — отмахнулась она и подкрасила губы розовой помадой. — Ты можешь выйти на улицу, проветриться и подождать меня, я сейчас соберусь и выйду, — сказала мне Ивон, отвлекаясь от процесса создания марафета.

— Ладно, — вздохнул я и вышел из квартиры.

На улице было свежо, хоть и светило солнце. Облака медленно плыли по серо-голубому небу, а недельный дождь оставил за собой серые лужи на тротуаре. Я присел на лавочку рядом с домом и стал ожидать Ивон, вдыхая свежий воздух.

Внезапно мой телефон издал звук уведомления и я вынул его из кармана. Это было сообщение от доктора Хартманна. Мое сердце заколотилось и я судорожно клацал по экрану открывая текст. В сообщении было написано: «Доброе утро, господин Герц, как ваше здоровье? Вы вчера мне писали перед сном, я подумал, что вы, возможно, хотели мне что-то сказать, но не сказали».

Я начал набирать текст сообщения в ответ дрожащими пальцами: « Всё хорошо доктор, спасибо, что интересуетесь, я просто хотел пожелать вам спокойной ночи». Я вздохнул и решительно нажал на кнопку «отправить».

Мое сердце колотилось до сих пор, я не мог унять это нервозное состояние. «Черт, я так и знал, что доктор подумал про меня что-то не то!» — выругался я про себя снова.

Я прождал Ивон еще около семи минут и вдруг увидел, как она спускается по лестнице к тротуару.
— Долго ты, — пробурчал я.

— А ты что куда-то спешишь? — недоуменно посмотрела она на меня и мы направились в сторону трамвайной остановки. На мой телефон снова пришло сообщение, но я не стал открывать его, заблокировав экран смартфона.

— Тебе кто-то пишет? — с удивлением подняла брови Ивон.

— Нет, это простое уведомление, — попытался отмазаться я.

— Понятно, — с ехидной улыбкой протянула она.

Когда мы дошли до остановки, Ивон присела на лавочку. А я остался стоять в стороне. Я все думал о непрочитанном сообщении, мне не хотелось читать его при ней. Я решил сдержаться и прочитать сообщение позже и попытался отвлечься, рассматривая пейзаж вокруг.
Нужный трамвай вскоре подъехал и мы заняли свои места. Я погрузился в раздумья, смотря в окно, а Ивон посматривала то на меня, то на пассажиров.

Когда мы доехали до нужной остановки, мы вышли из транспорта и небо снова заволокло серыми тучами. Мы направились к городской библиотеке, по дороге я рассматривал городской колорит и думал о том, как давно я не позволял себе такую роскошь — выйти за пределы работы и дома.

Библиотека встретила нас скромной и уютной атмосферой. Стеллажи с книгами тянулись вдоль стен, где каждая полка была скрыта под тяжестью знаний. На столах раскиданы книги, приглашая окунуться в путешествия в другие миры.

За стойкой сидела женщина в сером платье. Её взгляд был внимательным с долей строгости, она внимательно смотрела в монитор компьютера и ее пальцы стучали по клавиатуре.

— Добрый день, я бы хотел вернуть книгу, — обратился к ней я. Женщина внимательно выслушала меня и вздохнула.

— Давайте книгу, молодой человек, — сухо сказала она. Я положил книгу на стойку и мы переглянулись с Ивон. — Новую книгу брать будете? — спросила женщина, вертя в руках книгу, которую я принёс.

— Нет, — ответил я. — До свидания, — чуть улыбнулся я ей и мы покинули библиотеку.

Мы шли по тротуару и наслаждались сегодняшней теплой погодой, пение птиц звучало на ветвях деревьев, а небо снова прояснилось, отбрасывая последние признаки утренней прохлады. Мы гуляли по окрестностям этого района долго, пока не настигли того самого сквера из детства. Он изменился с тех пор, уже не было той привычной для нас детской площадки, дороги стали шире, рабочие высадили новые деревья и даже воздух здесь стал каким-то другим, тяжелым и пропитанным сыростью дождя.

Мы присели на лавочку и Ивон погрузилась в раздумья, смотря в одну точку.

— О чем задумалась? — спросил я, наблюдая за ней.

— Да так...— выдохнула она. — Думаю пригласить доктора Хартманна к нам на ужин, — сказала она задумчиво. Я опешил и мои глаза округлились и снова вспомнил о непрочитанном сообщении, пощупав карман куртки.

— С чего это вдруг? — пустил я нервный смешок.

— Да просто так, — пожала плечами Ивон. — Нравится он мне, — заулыбалась она. Я покачал головой, глядя на нее.

— А ты не думала, может у него есть девушка? — вырвалось у меня и я нервозно прикусил губу.

— Думала, — вздохнула она. — Но не думаю, что кто-то у него есть, все-таки он создает впечатление холостяка, — отрезала Ивон. Я усмехнулся в ответ на ее слова.

— Он не обязан нас посвящать в свою личную жизнь, — сказал я.

— Ну и что, — ответила Ивон. — Мне все равно хочется знать о нем больше и к тому же, надо с ним сохранять дружеские отношения, ведь он твой врач, — развела она руками.

— Ты же сказала, что больше не будешь думать о нем, — посмеялся я.

— Не могу, — опустила задумчиво голову Ивон.

— Ну попробуй пригласить, но я думаю, что он тебе откажет, — усмехнулся я.

— Ну да, он же такой занятой, у него наверняка таких десять, как я, плюс еще и работа, — вздохнула она в ответ.

— Ладно, — поднялся я с лавочки. — Пойдем на площадку, вспомним как это было раньше, — улыбнулся я и подал ей руку. Ивон взяла меня за руку и поднялась с места. Мы направились к качелям и она осторожно присела на сидение.

— Только сильно не раскачивай, — сказала она.

Я толкнул легонько качели и в голове снова вспыхнули воспоминания из детства. Волосы Ивон развивались по ветру и она выглядела сейчас счастливой. Я подталкивал качели еще больше и потом присоединился к ней, усевшись рядом на соседнее сидение. Я раскачивался раз за разом с большой силой и чувствовал умиротворение. В голове стоял образ мамы и то, как она нас звала вечером на ужин. И часто после трапезы она читала нам книги про приключения путешественника, затерявшегося в джунглях и казалось, что сейчас мне все было нипочем. А вот про школу я не любил вспоминать, меня иногда задирали мальчишки, насмехаясь над моей миловидной внешностью.

Когда мы с Ивон вдоволь накатались на качелях, мы покинули сквер в хорошем расположении духа, наполненные теплом дорогих воспоминаний. Мы шли до дома и разговаривали о том самом времени из юности.

— У меня был предмет обожания в школе, — вдруг сказала Ивон.

— Какой из? — посмеялся я.

— Да ну тебя, — хихикнула Ивон, отмахнувшись. — Был один парень, который очень запал мне в душу, — продолжила говорить она.

— И как он выглядел? Может я его видел? — спросил я, внимательно слушая ее рассказ.

— Не думаю, что ты встречал его, — протянула она со вздохом. — Но он был таким красивым. У него были темные волосы, глаза с серым отливом. Он был высокий и спортивного телосложения. Он часто участвовал в театральных постановках и я приходила посмотреть школьные представления. Многие девочки заглядывались на него, прекрасно знавшие, что у них нет шансов на романтик с ним, — мечтательно произнесла Ивон, вспоминая.

— Как его звали? — спросил я.

— Его звали Эрик, — с некой грустью произнесла она. — Он был старшеклассником, — продолжила Ивон и задумалась.

— Чем же он тебя так привлек? Красивой внешностью? — посмотрел на нее я, улыбнувшись.

— Не знаю, но он был особенным для меня, но он оказался еще тем бабником, — посмеялась Ивон. — Признаться честно, когда я увидела доктора Хартманна, в голове сразу всплыл образ Эрика. Я почувствовала ту самую энергию от него, которую я чувствовала в то время от Эрика, — с грустью опустив глаза, произнесла она.

— Где сейчас этот Эрик? — снова спросил я.

— Не знаю, — пожала плечами она. — Мы с девочками забавлялись и слали ему любовные письма и он ни на одно не ответил, — вздохнула Ивон.

— Доктор Хартманн никакой-то там Эрик со школы, ты же понимаешь? — покосился я на нее. Она кивнула и усмехнулась.

— Я не могу выкинуть их обоих из головы, — выдохнула Ивон. — Столько лет прошло и тут... снова этот образ статного исполина, — с горечью произнесла она.

— Да ладно тебе, Ивон, — приобнял ее я за плечи, видя ее удрученное состояние. — Не расстраивайся, — попытался подбодрить ее я, теснее сжимая объятия.

— А знаешь что, Армин, — вдруг сказала она. — Давай сегодня посидим в баре, выпьем чего-нибудь, — предложила она. У меня округлились глаза и я недоуменно посмотрел на нее.

— Меня пугает твоя импульсивность, — хохотнул я.

— Да ну тебя, — улыбнулась она. — Я хочу расслабиться, мы много работаем с тобой, нам надо отдохнуть, — добавила она.

Неподалеку от нашего жилого района находился бар «Райнхафен». Мы направились прямо к нему. Ивон быстро и стремительно зашагала по тротуару, что я еле успевал за ней. Когда мы зашли в бар, я стал рассматривать большой зал. Стены из темного дерева создавали ощущение уюта, а мягкий свет подчеркивал утонченную роскошь интерьера. Вокруг звучали поглаживающие аккорды джазовой музыки, словно приглашая каждого гостя на танец с партнером.

Бармен, в черной жилетке и белой рубашке разливал коктейли и пиво. За длинным барной стойкой сидели гости, в вихре разговоров и смеха, делящиеся житейскими историями. Ароматы свежих фруктов, закусок и дорогих спиртных напитков наполняли воздух и смешивались воедино.

Мы подошли к стойке, Ивон с неким кокетством оглядела бармена.

— Мне бокал белого вина, — улыбнулась она бармену.

— Хорошо, фрау, — улыбнулся в ответ тоже бармен.

— А ты что будешь? — спросила она меня.

— Я тоже буду вино, — ответил я, замявшись.

Мы присели за барную стойку и стали ожидать заказ. Ивон смотрела в маленькое зеркало и аккуратно поправляла макияж. Бармен поставил перед нами два бокала вина и Ивон сразу же сделала пару глотков.

— Это Рислинг, — сказала она.

— Я не разбираюсь в винах, — отмахнулся я.

— Рислинг- это сухое, кисловатое вино, легкое и слабоалкогольное, — пояснила мне Ивон. Она задумчиво смотрела на бармена, наблюдая за каждым его движением, допивая вино. А я в свою очередь сделал пару глотков и отставил бокал от себя.

— Не понравилось? — обратила она внимание на мой жест.

— Да как-то не очень, — поморщился я.

— Ладно, — вздохнула она и повернулась к бармену. — Налейте пиво, пожалуйста, и мне еще бокал вина, — обратилась она к нему.

—Будет исполнено, фрау, — кивнул бармен и разлил напитки. Он поставил передо мной хмельной напиток, а перед Ивон бокал вина. Я замявшись, посмотрел на нее.

— Пей, чего смотришь? — усмехнулась она и сделала пару глотков вина. Я сделал глоток пива и почувствовал легкий вкус хмельного напитка, с неким фруктовым привкусом.

— Угодила? — посмотрела на меня Ивон. Я кивнул и сделал еще пару глотков.

Мы наслаждались спокойными мелодиями джазовой композиции, пока Ивон не соскочила с места и не убежала в дамскую комнату. Я в свою очередь попивал пиво и рассматривал обстановку вокруг. И снова в памяти отразилось воспоминание о непрочитанном сообщении, воспользовавшись моментом, я достал смартфон и открыл сообщение.

«Для меня ценна ваша забота и внимание, господин Герц» — было написано в сообщении. Мое сердце судорожно застучало. «Что значит «ценно»?» — задумался я и решил ничего не писать ему в ответ, за меня это и так сделает Ивон, и я убрал смартфон обратно в карман.
Когда мы допили напитки, Ивон расплатилась и мы вышли из бара, направившись домой.

— Я позвоню доктору Хартманну все-таки, — заулыбалась она. Я покачал головой и ничего не ответил.

Когда мы пришли домой, Ивон переоделась и ушла на кухню. Она достала полуфабрикаты из холодильника и быстро сварганила ужин.

А я думал, стоит ли что-то еще написать доктору или стоит остановиться. Пребывая в раздумьях, я даже не услышал, как меня зовет Ивон к столу.

— Опять у тебя какие-то проблемы? — закатила глаза она, выходя из кухни.

— Нет, я просто задумался, — я поднялся с места и пошел вслед за ней на кухню.

Я задумчиво перебирал вилкой мясо и овощи на тарелке и думал, думал о том же самом нашем общем с Ивон предметом воздыхания. Я практически смерился, что я влюблен в мужчину, хоть я раньше за собой и не замечал тягу к своему полу. Да и к противоположному интереса тоже не было, все в школе считали меня странным, когда уже на выпускном почти у каждого была подружка, а у меня не было ни друга, ни подруги.

Я тихо вздохнул, после того как успешно покончил с ужином, и поплелся к кровати. Уютное одеяло мягко обволакивало меня с головой, но в моей голове все еще продолжал кружить рой мыслей.

Решив разрешить этому мрачному потоку уйти, я решил освежиться под душем. И ближе к полуночи на меня начал накатывать сон и снова промелькнула мысль-отправить доктору сообщение. Я устал терзать себя и стал быстро печатать сообщение: « Доброй ночи, доктор Хартманн. Не думайте ничего лишнего, я просто хочу, пожелать вам приятных снов». Я нажал на кнопку «отправить» и буквально через пару минут мне поступил от него ответ: « Я ничего лишнего не думал о вас, господин Герц. Мне очень льстит ваша забота, доброй ночи, милейший». Я улыбнулся, глядя в экран и немного помаявшись мыслями о докторе, заснул.