Глава 21. От лица Райнера

В эту ночь мне долго не удавалось заснуть, но было уже все равно на это, ведь режим был давно нарушен, ибо каждый день была изощренная нервотрепка, а уже завтра обещалось долгожданное воскресенье.

Я уселся на стул, который поставил перед подоконником. Струящийся дым сигареты сплетался с воздухом, а мой взгляд был устремлен в темное окно.

Фрау устроила драматичную сцену даже перед медперсоналом, непреклонно отказав мне в праве забрать его с собой. В конце концов, мне удалось забрать только его чемодан и смартфон. Я знал, что рано или поздно милейший окажется на пороге моей квартиры, но даже это не смогло полностью развеять мою тревогу.

Только выписался из медицинского центра и тут же угодил в больницу. Казалось бы, в ситуации мелькала доля абсурдности, но в то же время в этом не было ничего удивительного. Я сам ощущал тяжесть вины за все, что с ним случилось. Именно я содействовал тому, чтобы он съехал от сестры.
Но все же, я не стал всецело влезать в их личные семейные перипетии, по моему мнению, они должны были выяснить отношения без вмешательства посторонних лиц.

Я долго сидел на кухне, погруженный в раздумья, пока во входную дверь не раздался громкий стук. Я встрепенулся от неожиданности, оглядываясь в сторону коридора, и сразу догадался, кто мог ко мне наведаться ночью.

«Черт возьми, наконец-то?! Это он?!» — завертелось у меня в мыслях.

Сердце застучало с бешеной силой и я мигом встал со стула, быстрым шагом направился к входной двери, отворив замок.

На пороге оказался объект моих трепетных мыслей и ночных грез — Армин. Луч света, который на этот раз я не намерен упускать.

— Райнер я... — не договорил, промямлив, он.

— Не говори ничего, милейший, проходи, — пропустил того в квартиру я и закрыл за ним дверь.

Как только Армин переступил порог квартиры, он сразу же накинулся на меня с крепкими объятиями, которые окутали нас невидимыми нитями и соединили в этот момент наши души воедино. Я в свою очередь, поддавался этому теплу, обвивая его хрупкие плечи, ощутив долгожданный момент сближения.

— Не отпущу тебя больше никогда, — выдохнул я тому в ухо.

— Я и не собирался уходить, — ответил Армин и оставил на моей шее пару горячих поцелуев.

Он легонько отпрянул от меня и заглянул мне в глаза. Наконец, в тот момент я смог рассмотреть его дивное, но изможденное лицо. С тех пор, как мы впервые встретились, он значительно похудел, под его глазами проступали темные круги, а скулы выступали худыми контурами. Его усталый взгляд пронзал меня до глубины души, что даже мне от этого стало не по себе.

— Я очень устал, Райнер, — вздохнул он. — Правда, очень...

— Я понимаю, милейший, — глядя на того, с досадой произнёс я. — Теперь все наконец наладится, — погладил я того нежно по голове.

— Можешь налить мне воды? — спросил он. Я улыбнулся, приобняв его за плечи.

— Конечно, — ответил я и повел его в сторону кухни.

— Садись, — указал я тому взглядом на стул, стоящий около обеденного стола.

Милейший робко присел на стул и попытался унять одышку.

— Может чаю? — спросил я.

— Нет, только воды, — ответил он.

Я налил в стакан воды и подал ему. А Армин в свою очередь залпом осушил стакан.

— Тебе нужно отдохнуть, не будем засиживаться, — сказал я, опуская плавно руки на его плечи.

— Да, я жутко уморился за эти дни, — протянул со вздохом он.

Мы направились в спальню, и милейший тут же сбросил с себя джинсы и футболку, словно лишившись последних обуз. Одежда оказалась на полу около кровати, а Армин сразу же обессиленно рухнул на мягкую постель.

Я не стал его тревожить и заботливо поднял его одежду и положил на бархатное кресло, стоящее около окна, закрытого плотными шторами.

Я вновь направился на кухню, погружаясь в размышления о том, как его присутствие здесь для меня оказалось непривычным и необычным, хоть и были ожидаемым. Теперь с каждым выдохом дыма от сигареты я чувствовал уход напряжения и тревоги, смотря в открытое окно на мерцающую яркими фонарями ночную улицу, вздымающиеся соседние дома и вслушивался в гул ночного города.

          ***

На следующий день, когда солнце находилось уже в зените, милейший все еще погружен был в глубокий сон. Его сон был крепким и безмятежным, поэтому я решил не тревожить его.

Мой взгляд скользнул в сторону его обнаженного стройного торса, половину которого покрывало темно-красное одеяло, намекая на скрытую интимность момента. Я смотрел на него и в моменте терял самообладание, проваливаясь в бездну, где каждое мгновение теряло обыденность. В голове вертелись непристойные мысли, я хотел овладеть им в этот чарующий миг. Но отрезвляясь от этих мыслей, я сдержал внутренние порывы и встал с кровати.

Надев домашнюю одежду, я направился на кухню и принялся за приготовление обеда, так как завтрак мы уже пропустили.

Я достал из холодильника мясные и овощные полуфабрикаты и подготовил сковороду на плите. Я приготовил обед быстро и даже успел за все это время пропустить две чашки американо.

Вдруг позади себя я услышал звук осторожных и тихих шагов. В проходе стоял Армин, на теле которого не было ничего из одежды, кроме нижнего белья.

Я уставился на него, как зачарованный, скользнув глазами вдоль его тела.

— Райнер, я могу принять душ? — спросил он, зевая и почесывая голову.

— Конечно, милейший, — качнув головой, отрезвляясь, произнёс я и перевел взгляд на тарелки с едой, который я уже расставил на обеденном столе.

За последнее время, я стал замечать, что находясь рядом с ним во мне начинало пробуждаться неистовое вожделение, хотя раньше я сознательно и намерено отпирался этим чувствам, и не давал себе воли для сближения с ним.

Мне не хотелось лишать его невинности; он был для меня неоскверненным дивным цветком, покрытым прохладной росой, который только начинал распускать нежные лепестки.

До моих ушей донеслись звуки разбивающихся капель об стенки душевой кабины из ванной комнаты. В голове вспыхнули безумные мысли, и словно околдованный, я осторожно приоткрыл дверь и вошел в помещение ванной.

— Все нормально? — спросил я Армина, стараясь уловить расплывчатый силуэт его обнаженного тела через стенки душевой кабины.

— Да, — ответил он. — Ты что-то хотел?

Я ничего не ответил, и сняв с себя домашнюю рубашку-поло, открыл дверцы душевой кабины. В тот момент мое сознание было затуманено и будто меня вела к нему неведомая сила.

— Что ты делаешь? — перепугано вытаращил большие голубые глаза Армин.

Я молча обнял его, плотно прижимая к себе, блуждая руками по его влажному телу. Теплые капли струились, разбиваясь об наши тела и каждое мое прикосновение заставляло Армина трепетно вздрагивать.

— Ты же говорил, что я не готов, — усмехнулся он.

— Теперь нет препятствий, милейший, — выдохнул я ему на ухо.

Мы кружили в нирване, отдаваясь друг другу в этот момент без остатка. Армин судорожно дышал, всецело подчиняясь мне и ситуации.

— Мне будет больно? — вдруг спросил он, выдыхая мне в губы.

— Не бойся, — ответил я.

Прикосновения его рук к моему телу приятно обжигали мою кожу. Я плотно обвивал его тело руками и страстно желал овладеть им как никогда раньше прямо сейчас.

Я слышал его глухие, судорожные стоны и сам тяжело задышал. Между нами с каждым моментом вспыхивала опьяняющая страсть и дикое вожделение охватывало с головой. Я неустанно продолжал двигаться, глубже проникая в него, наслаждаясь его тихими стонами. В эти моменты мне срывало крышу и я покусывал тонкую кожу на его ушах и шее, оставляя на ней засосы. Это были волшебные мгновения непередаваемого наслаждения, где тепло наших разгоряченных тел сливалось воедино.

После полового контакта я дал ему время, чтобы он все же смог принять душ, а сам вышел за пределы ванной, скидывая промокшие домашние спортивные штаны и нижнее белье в корзину для белья.

Я понимал, что все что произошло между нами сейчас не являлось ошибкой. Теперь это была любовь, которая навсегда запечатана в моей душе и мощно отражена в памяти, которую, как оказалось, я никогда не встречал в своей жизни.

Я направился в спальню и надел сухое нижнее белье и накинул на себя халат. После чего снова вернулся на кухню и закурил сигарету, глядя в окно и стряхивая с промокших волос лишнюю влагу.

После душа Армин робко шагнул на кухню и окинул меня смущенным косым взглядом.

— Думаешь, что я совершил ошибку? — спросил я, оглядываясь на того.

— Нет, — тихо прошелестел он. — Но это было неожиданно.

— Прости, не хотел пугать, — затушив сигарету я подошел к нему и обнял сзади. Я чувствовал, как его тело слегка подрагивает, отвечая на мои прикосновения.

— Все нормально, — вздохнул Армин.

Я улыбнулся, смотря на того и оставил легкий поцелуй на макушке его головы.

— Садись, обед готов, — указал я взглядом на тарелки с едой.

Армин осторожно присел за стол и принялся трапезничать. Он ел с таким аппетитом, словно голодный котенок, выброшенный на улицу, а мою душу пронизывала жалость, когда я наблюдал за ним в этот момент.

Быстро и безжалостно расправившись с едой, Армин принялся неторопливо попивать чай, уставившись на меня.

— Боишься меня теперь? — заметив его пристальный взгляд, чуть улыбнулся я.

— Теперь мне нечего бояться, все что можно и нельзя, уже произошло, — пустил смешок он.

— Кстати, я забрал твои вещи и смартфон, — сказал я.

— Это я уже понял, спасибо, — улыбнулся Армин, допивая чай. — Кстати, почему ты не забрал меня в тот день? — поднял на меня ясный взгляд он.

— Фрау Ивон закатила истерику при врачах, начала угрожать мне всем, чем только можно. А я обычно не спорю с женщинами, — рассказал я. — Она быстро увезла тебя на такси, а я забрал твои вещи и поехал на работу.

— Что ж, это в ее манере, я не удивлен, — буркнул Армин, покачав головой. — Честно говоря, не хочу уже ее видеть, мне тошно. Я так устал от каждодневной ругани, — тяжко вздохнул он.

— Могу понять тебя, милейший, — кивнул я понимающе.

— Зная ее, она и сюда наведается, — нервозно усмехнулся Армин.

— Пусть приходит, — ухмыльнулся я.

— Что ж, придется ждать... — вздохнул Армин, допивая чай.

Вечером, желая отдохнуть после долгих дней, наполненных тревогой,мы решили отправиться на прогулку.

Я нежно взял Армина за руку, и мы направились к уютному скверу, который находился недалеко от набережной. Улицы Кёльна, окутанные нежным сумраком, медленно утопали в закатных лучах и придавали окружающей обстановке особую загадочность и уют.

Прогуливаясь, мы наслаждались беззаботной летней атмосферой и уносились в мир мягких вечерних оттенков, окружающих неразборчивых голосов прохожих, забывая обо всех проблемах и помня только друг о друге.

Сидя на лавочке в сквере, я прижимал его к себе, невзирая на взгляды посторонних и вслушивался в шорох деревьев, листву которых колыхал легкий теплый ветер.

В эти моменты мне было все равно на всех вокруг, важно было только то, что он был здесь со мной, и я бы никогда более не смог себе простить того, чтоб он исчез снова.

— Я раньше не понимал этого чувства до конца, что меня посещало изо дня в день... — протянул Армин, загадочно глядя вдаль. — Это любовь? — поднял он глаза на меня.

— Все именно так, милейший, это любовь, которая навсегда отразиться в наших сердцах, — ответил я, целуя его в лоб.

— В таком случае, с уверенностью, могу заявить еще раз, что я люблю тебя, Райнер, — улыбнулся Армин, тихонько вздыхая.

— Только больше не исчезай, — посмотрел на того я и прижал его к себе теснее.