Part 28

— Господин Мин, Пак Чимин пришёл в себя, — вслух прочитал первое сообщение, пришедшее вчера утром. Юнги машинально улыбнулся, сонные глаза повеселели. Наконец произошло то, чего юноша ждал такое долгое время. Затем он прочёл и последнее сообщение, написанное только что минутой назад. — Господин, вы не отвечаете на мои звонки, поэтому напишу здесь... Пациент сбежал, — последние же слова скользнули сквозь его губы полушёпотом.

Неужели всё написанное правда? Это не галлюцинации от переутомления, не размытое зрение из-за раннего утра, хотя часы на экране гласили о времени за полдень? Неужели это вновь чёртова реальность, от которой хочется выть по-волчьи, забиваясь в истерике в ближайший угол.

Юнги несколько минут не отводил взгляда от экрана мобильника, что давно уже погас. Казалось даже, что юноша не моргал, находясь где-то глубоко в своих мыслях. Хотя в голове его не было, ровным счётом, ничего... Лишь те слова доктора – "Пациент сбежал".

Дверь в кабинет директора распахивается, ударяясь ручкой о стену. Парень даже взглядом не повёл, продолжая сидеть в том же положении, уставившись в смартфон. Кто-то что-то яро высказывался в адрес Мина, смеясь и, кажется, прыгая. А Юнги всё также сидел, не шелохнувшись, пока маленькая холодная ручка не коснулась тыльной стороны отцовской ладони. Парень дёрнулся, оборачиваясь на гостей, что вновь заявились, не позвонив. Однако не это являлось для него сейчас настоящей проблемой.

— Папочка, ты слышал, что я тебе сказала? — смотрит на старшего снизу-вверх, замечая мокрые щёки. — Ты плакал? Что случилось? Тебя кто-то обидел? Скажи мне, я разберусь с ними, как настоящая леди! — самоуверенно сжала кулачки и нахмурила мило личико.

Юнги коснулся подушечками палец собственной щеки, ощущая обильную влажность. Он даже и не заметил, как дорожки слёз катились одна за другой, соединяясь в крупные капли. Юноша поспешно осушил лицо рукавом рабочей рубашки и натянул добрую, счастливую улыбку, чтобы не портить настроение дочери. Кажется, что улыбка стала его защитным рефлексом перед этой девчонкой...

— Д-детка, всё хорошо, правда, — голос от волнения дрогнул. — Не переживай, — Юнги встал со стула и схватил свой пиджак с вешалки, готовым уходить.

— Ты же помнишь, что сегодня ведёшь нас в океанариум? — голос Джису отдался Мину эхом.

Что с Чимином? Где он сейчас? В порядке ли? А может, с ним что-то случилось, и ему нужна срочная помощь? Всё это не давало Юнги расслабиться, в голове был лишь Пак. Присутствовали домыслы даже о том, что его похитили те самые насильники, что вполне вероятно, если раскладывать всё по полочкам, то исход лишь таков.

— Детка, сегодня не получится съездить в океанариум, у папы сегодня много... — громкий кашель Ким прервал его, заставляя притормозить. Он не может просто так сидеть, сложа руки, пока с его Чимином Бог знает что происходит. Однако дочь он и правда не видел очень-очень давно, что безумно расстраивает как её, так и мать, отнюдь не самого отца. — ...Много свободного времени, поэтому мы поедем в парк аттракционов, — договаривает свои те слова, будто очень весело, заставляя девочку радостно запрыгать. — Идите с мамой в машину, я скоро подойду, — согласился, лишь потому что Чимина сам, своими руками, найти сейчас не сможет. В любом случает юноша бы послал своих рабочих, а сам бы сидел ровно на кресле, убиваясь о сохранности Пака.

Спровадив особей женского пола, Юнги поспешно позвонил доктору. Долгие, монотонный гудки, казалось, длились вечность. Парень нервно тряс ногой, глядя в огромное окно с немалой высоты здания на весь город.

– Господин Мин, наконец-то вы позвонили! – воскликнул Чхве.

– Где сейчас Чимин? – без лишних слов кидает тревожащий его вопрос.

– Никто не знает, – сразу же голос его стал мрачным. – Он очнулся вчера, показатели его здоровья были в норме, но требовалась срочная реабилитация. Однако, когда медсестра пришла делать вечерний осмотр, палата пустовала... Пациент Пак не появлялся несколько часов, после чего доктора забили тревогу о его исчезновении, –высказался мужчина, заставляя Юнги назад запрокинуть голову и зажмурить глаза.

– Нет никаких подозрений о похищении? Он же не мог сам убежать на своих сломанных тростинках? – голос от волнения дрожал, а руки нервно жестикулировали, размахивая в разные стороны.

– Его ноги полностью восстановились, поэтому шанс есть, пускай и малый, что он сбежал сам. Но, разумеется, не без посторонней помощи, – высказал свои подозрения доктор. – Однако всё же мы больше убеждены в том, что это похищение, – говорит последние слова, после чего Мин сбросил вызов, более ничего не отвечая.

Оперевшись руками о стену, юноша сжал яростно кулаки, до появления белых костяшек. Юнги не мог поверить, что Чимин сбежал сам, по собственной воле, это ведь бессмысленно! Из-за всех этих мыслей, длинноволосый заводился всё больше, пока не выплеснул все эмоции, со всей силы ударив кулаком по стене, выкрикнув яростное "блять".

Еле как уняв свой пыл, Мин вновь схватился за мобильник и набрал Роя:

– Д-директор Мин? – с опаской уточнил мужчина.

– Быстро поднял свой зад и нашёл местоположеие Пак Чимина! – рыкнул юноша.

– Но вы же уволили меня... – хотел было напомнить, как главный прервал его.

– Ты не слышал, что я тебе сказал?! – громко крикнул Юнги.

– Д-да, директор, – возвращение в MG Constructions после увольнения - это честь, и Рой словил удачу за хвост, ведь такого ранее не случалось.

Сбросив вызов, юноша крепко-крепко сжимал мобильник в той руке, которой и ударил об стену. Костяшки обильно кровоточили, к тому же всю кисть пронзала сильная ноющая боль. Однако на всё было сейчас плевать, на всё, кроме Пак Чимина.

• • •

Сидя в салоне большого автомобиля, Юнги вёл машину, смотря на дорогу, но ничуть не следя за ней. Сейчас он думал только о Паке... Не о дорожном движении, не о парке аттракционов, не о дочери и даже не о бывшей жене, сидящей рядом на пассажирском кресле, изредка поглядывающей на юношу... Лишь Чимин...

— Как в старые времена, — улыбчиво сказала девушка, оглядывая мужчину за рулём и дочурку на заднем сидении. — Хотелось бы вернуть всё это назад, — Юнги совсем никак на слова девушки не реагирует, продолжая свой путь.

Энергичная музыка тихо играет в салоне автомобиля, под которую Юми довольно покачивает головой, каждый раз попадая в ритм. Родители вновь собрались вместе, что же может быть лучше для их дочери? Вся эта атмосфера безумно напоминала прошлое, когда вся семья была вместе, когда Джису ещё не решилась на предательство своему мужу, и когда Юнги не стал постоянным гостем в казино, где он и увидел впервые Пак Чимина. Однако всему этому юноша не жалеет. Винит себя лишь за то, что позволил вытянуть себя из больницы, откуда в тот же день и похитили Чимина.

— Юнги, может будем ездить так чаще? — но вновь от старшего ни единой эмоции. Ким слегка замялась, прежде, чем услышала тоненький голосок позади.

— Папочка, почему ты не отвечает маме? — встряла в разговор Юми.

— Детка, я слежу за дорогой, — ловко отмазался длинноволосый. — Поэтому стараюсь меньше обращать внимание на пустяки, — Джису нахмурилась недовольно и отвела от бывшего мужа глаза, вновь уставившись в окно машины.

"И вправду я говорю чушь?! Неужели он не хочет вернуть всё, как было раньше? Чтобы мы снова были вместе..." — крошечная слеза проскользнула по её щеке, но Ким в тот же момент смахнула её ладонью.

• • •

Осеннее солнце светило неярко, но этого вполне было достаточно для получения весёлого настроения детям. Целый день они ходили по парку, катались на аттракционах, кушали сладкую вату и даже выигрывали плюшевых игрушек! Юми, как и её мать, была счастлива, а вот Юнги же вновь воспользовался той фальшивой улыбкой, которой малышка верила, как ни в чём ни бывало.

За весь этот день Мин не мог расслабиться ни на мгновенье, постоянно просматривал свой телефон, не поступило ли каких новостей насчёт Чимина. Он практически не катался на аттракционах, лишь на колесе обозрения, потому что нервы были не к чёрту, совсем не для озорства. Дрожь в руках не покидала парня ни на секунду, постоянно напоминая, что ему нужно уходить от сюда и со всех ног бежать к Чимину, пока не поздно!

— Юми, детка, ты устала? Может, пойдём домой? — в очередной раз интересуется отец, завидев, как дочурка широко зевает.

— Нет, я совсем не устала, хочу прокатиться ещё на той штуковине! — прыгает, пальчикам указывая на очередной аттракцион.

Сколько бы не пытался юноша, но вытащить их из парка было невозможно. Только Юнги уговаривал Юми вернуться в машину, как Джису напоминала ей, что с папой она не виделась год и, возможно, ещё долго не увидится, и малышка вновь заводилась и отказывалась уходить.

Пак совсем не покидал голову Мина, постоянно заставляя нервничать больше, и волноваться сильнее, накручивать себя глупыми мыслями, от которых даже его бросает в дрожь.

— Папочка, а можно покататься на машинках?! — указывает на очередной аттракцион.

— Конечно, Чимин, можно, — юноша улыбнулся.

— Папа, а кто такой Чимин? — девочка задумчиво склонила голову к плечу, глядя на отца.

— Ч-Чимин? — Юнги даже и не заметил, как назвал дочку именем возлюбленного. — А, Чимин, — наконец осознал свою ошибку, виновато потрепав свой светлый хвост. — Я познакомлю тебя как-нибудь с ним, — пытается отвертеться, чтобы Джису не смогла подлить масло в огонь, к счастью, та молчала.

— Круто! Я уверена, он такой же красивый, как и ты, папа, — весело воскликнула та.

— О, детка, поверь, он лучше меня в сто.. Нет... В тысячу раз, — грустно хихикнул, безумно по нему скучая.

— Значит, когда я вырасту, то выйду за него замуж! — гордо высказалась дочь, высоко поднимая подбородок.

— Хах, не загадывай. Моей принцессе нужен благородный принц, которого я выберу лично, хорошо? — он пустил свои пальцы в чёрные, как крыло орла, волосы малышки.

— Окей! — согласилась, зажмуривая один глазик.

Ким пыталась всячески обращать на себя внимание парня, но ничего, ровным счётом, не получалось. Юнги был весь в себе, практически не разговаривал и не веселился, лишь изредка отвечая на вопросы дочери и "незаметно" поглядывал в мобильник.

Но как только девочка вновь зазевала, Мину всё же удалось уговорить её поехать домой. За всё это время уже успело стемнеть. Юнги усадил младшую в машину и закрыл за ней дверь, только он положил руку на ручку своей, как его широкое запястье накрывает нежная женская ладонь, обхватывая и не давая продолжить действие.

— Отпусти, — холодно бросает тот, даже не глядя на неё.

— Давай поговорим, — тихо молвит девушка, не собираясь отходить от юноши.

— У меня дела. Мне нужно ехать...

— Юнги, нам нужно поговорить! — повышает голос, из-за чего старший недовольно хмурит брови, скидывает её руку со своего запястья и наконец поворачивается к ней.

За всё это время Мин ни разу не смотрел Джису в глаза, потому что считал это безрассудным поступком - уделять внимание тому человеку, который так просто предал тебя. Однако сейчас он глядел ей прямиком в чёрные глаза своим холодным, жестоким, эгоистичным взглядом, от которого девушку бросило сначала в жар, затем в холод. Он вовсе не желал разговаривать с ней, потому что единственное связывающее их - это Юми... Не больше.

— Ты хоть представляешь, как она скучает по тебе? — кивает в сторону уже спящей дочери. Бедняжка так утомилась, что уснула сразу же, как её голова соприкоснулась с мягким детским сиденьем. — Ты хоть представляешь, как скучаю по тебе я? — Джису чуть прикрикнула на эмоциях, однако юноша ни чуть не менялся снаружи, а внутри и подавно... В его сердце лишь Чимин, и никого более там никогда не будет.

— И что? — чуть вскинул брови. — Почему меня должно волновать то, как ты себя чувствуешь без меня?

— Как ты можешь говорить такое? — в ужасе охает, не веря своим ушам.

— Мы никто друг другу, Джису. Как раньше уже никогда не будет, — по щекам брюнетки катятся слёзы. — Сдайся уже и прекрати мучать и себя и меня. Я люблю...

— Ту шлюху?! Пак Чимин, так его зовут? Этого обдолбанного наркомана, из-за которого ты пробыл месяц в больнице, не видя белый свет?! Да он же сдохнет быстрее, чем подрастёт Юми!

— Заткнись, пока не получила того, что заслужила, — прорычал юноша, тут же перехватывая её оскорбления в адрес Чимина, потому что, кажется, она бы их продолжила. — Я люблю его. Смирись уже с тем, что этому парню повезло больше, чем тебе, Джису, — он сжал крепко пальцы в кулак.

— Почему?! Что есть у него, чего нет у меня?! Я родила тебе дочь, Юн...

— Клянусь! — грубо оборвал он её, зажмуривая глаза. — Если из твоего поганого рта вылетит хоть ещё одно слово против него... Ты пожалеешь, — на последних словах парень распахнул свои очи, сверкая яркой искрой ярости.

В его взгляде было что-то нечеловеческое, что-то за гранью реального. Сейчас его глаза были как у настоящего дьявола – полные злости и тёмной энергии. В этот момент Юнги может сделать всё: и ударить, и даже убить...

— Если бы не Юми, тебя бы сейчас здесь не было... Ты единственный человек, при виде которого я испытываю все возможные негативные эмоции, — Юнги грубо отталкивает её, открывая дверь.

Но Джису хватает его за руку, возвращает к себе и даёт жёсткую пощёчину. Этим жестом она дала ему понять, что тот наговорил слишком много неприятного, тем самым ошарашив его, а затем обхватила ладонями его щёки и прильнула к чужим тонким губам. Ноги юноши чуть согнулись, из-за чего Ким своим напором прижала парня к машине, чуть пошатнув её, но не разбудив Юми.

Как же долго она этого ждала, как же долго желала этого поцелуя, пускай и насильного. Она безумно хочет вернуть всё, всё, что было. На коленях готова попросить прощение за всё прошлое и жить счастливо вместе с ним! Только вот, Джису не понимает одного – если этого хочет она, это не значит, что Юнги повинуется её желаниям. Напротив, если бы такое было возможно, он бы загадал желание – никогда больше не видеть этого человека...

Юнги поджимает под себя губы и отталкивает девушку, вытирая остатки неприятной слюны.

— Ты перешла границы, Джису...

Мин открывает случайно закрывшуюся дверь, садится внутрь, заводя машину и трогается с места, оставляя брюнетку одну. Ким зарыдала в голос от грудной боли и упала на холодный асфальт, оперевшись в него ладонями. Это было единственное, что, как ей казалось, может вернуть Юнги обратно в семью, но даже это не сработало.

— Какая же я дура...