Глава 116.
В день финала «Кубка Звезд» небо было хмурым, тяжелые тучи низко висели. Это создавало очень гнетущее ощущение.
Сильный снегопад начался уже на ступенях у места проведения соревнований и распространился до широкой площади перед Музеем искусств кубика Рубика, где должен был состояться финал.
Организаторы установили ряд касс снаружи главного входа в музей. Несколько контролеров быстро проверили билеты. Зрители выстроились в два ряда, держа зонтики, и входили в помещение организованно под сильным снегопадом. Сцена была очень оживленной, и толпа растянулась настолько, насколько хватало глаз.
Гуань Туна так сильно сжали, как только он вошел в зал с билетом на пятый ряд, что он чуть не выронил телефон.
Молодой человек с розовыми волосами зашипел от затянувшегося страха. Он помахал рукой камере прямой трансляции, после того как твердо встал, и сказал с сердечной улыбкой: «Ладно, я иду. Я не могу снимать внутри, поэтому сначала закончу прямую трансляцию!»
Гуань Тун только что выключил прямую трансляцию на фоне зависти своих поклонников, когда огромная толпа оттеснила его на внутренние места.
Гуань Тун пассивно следовал за толпой, пока он почти не запыхался. Затем все собравшиеся люди внезапно рассеялись, потому что они прошли через большую дверь, и сцена перед ними стала яркой.
Огромное арочное сооружение вмещало около 10 000 мест, расположенных в соответствии с изгибом стен.
Широкая сцена располагалась в центре зала, а по обеим сторонам и напротив нее располагались зрительские места.
В этот момент сцена была заполнена сотрудниками конкурса, которые готовили место проведения и освещение. Работы участников еще не были вынесены.
Со всех сторон раздались восклицания.
Чрезвычайно высокий потолок заставил Гуань Туна невольно ошеломленно поднять глаза: «Он такой высокий…»
Потолок такого выставочного зала всегда казался очень высоким и просторным.
Гуань Тун нашел место 01 в пятом ряду согласно своему номеру, но обнаружил, что места рядом с ним уже заняты.
Фан Сяофэн и Лю Хао сидели вместе. Они не могли не улыбнуться и не поздороваться, увидев культовые розовые волосы Гуань Туна.
«Ты Гуань Тун?» — широко улыбнулся Лю Хао: «Я видел вас с Ю Мянем вместе на варьете».
Глаза Гуань Туна расширились от удивления: «Ты тоже знаешь Ю Мяня?»
Лю Хао обнял Фан Сяофэна за плечи. Он поправил очки в толстой оправе и сказал: «Я — старший Ю Мяня, а он — его младший. Мы оба из колледжа А».
Гуань Тун воскликнул: «Лучшие ученики!»
"Прошу прощения…"
Внезапно позади него раздался женский голос. Гуань Тун тут же подтянул ноги, которые он случайно свесил в проход.
Гуань Тун обернулся и увидел молодую девушку с короткой стрижкой, одетую в стиле панк-рок, которая жует жвачку и держит в руках чертежную доску. Она наклонилась, направляясь к внутреннему сиденью.
Цюй Мяо села рядом с Фан Сяофэном и положила руку ему на плечо. Она мило и холодно улыбнулась: «Так много людей! Ты пришел раньше меня».
Фан Сяофэн знал эту старшеклассницу. Она была одноклассницей, которая часто тусовалась с Ю Мянем.
Поскольку другой человек первым проявил инициативу поздороваться, Фан Сяофэн улыбнулся застенчиво и замкнуто: «Да».
Как только Цюй Мяо села, она отправила сообщение Ю Мяню.
[Ю Мянь, группа поддержки на месте. Теперь все зависит от твоей работы! Не нервничай. Продолжай».
После того, как Цюй Мяо отправила текстовое сообщение, она начала оглядываться по сторонам в поисках знакомых лиц.
«Почему он до сих пор не пришел?» — спросила себя Цюй Мяо.
Она была той, кто помог достать билет для Цинь Ланя. Чтобы не нервировать Ю Мяня, Цюй Мяо ничего не сказала ему.
В шумной атмосфере Цюй Мяо внезапно услышала рядом с собой голос Фан Сяофэна.
«Первые несколько рядов были заполнены очень рано, и у всех были камеры. Они тоже фанаты и зрители?»
Гуань Тун растерянно спросил: «Разве они не говорили, что зрители не могут снимать?»
Услышав это, Лю Хао указал на третий и четвертый ряды людей и жестом попросил их посмотреть на рабочие значки на груди этих людей.
«Это репортеры и СМИ. Только те, кто сотрудничает с организаторами, могут получить билеты в первый ряд».
Впереди постоянно щелкали затворы. Как будто репортеры СМИ настраивали объективы.
Редакторы печатали на своих ноутбуках, стоя на коленях.
У Гуань Туна было хорошее зрение. Вскоре он увидел, как один из мужчин-репортеров быстро открывает три папки.
Имена победителей были разными.
Одного звали Ю Мянь, а двух других звали Лай Чжикуань и Фан Сюэнань. Все они были победителями, занявшими первые места в трех группах, которые успешно вышли в финал.
Лю Хао, казалось, понимал эмоции Гуань Туна и умело сказал: «Это все репортеры. Они хотят первыми опубликовать статью».
В тот момент, когда Лю Хао закончил говорить, гигантский громкоговоритель на стадионе внезапно произнес: «Пожалуйста, займите свои места в организованном порядке как можно скорее. Финал «Кубка Звезд» вот-вот начнется».
«Уважаемая публика…»
Раздался громкий предупреждающий звук, и первый и второй ряды, которые до этого были пусты, наконец-то оказались заняты.
В отличие от главного входа для зрителей, все эти люди вошли через боковую дверь.
Гуань Тун, новичок в кругу художников, просто тупо слушал, как Лю Хао объяснял, кто эти люди.
Титулы становились все выше и выше, а квалификации все глубже и глубже. Они были либо профессорами, либо академиками. Гуань Тун почти увидел звезды, когда услышал это.
Ряды постепенно заполнялись, пустым оставалось только самое центральное место.
Вскоре Гуань Тун услышал, как Лю Хао сказал: «Йегер Хиллман — декан Академии изящных искусств Клиос, одного из лучших колледжей в мире. Для «Кубка Звезд» большая честь пригласить его».
Когда Лю Хао закончил говорить, пожилой и высокий немец с короткими седыми волосами подошел к месту в центре и сел в сопровождении изящной светловолосой переводчицы.
Гуань Тун тупо кивнул, слушая, как Лю Хао и Фан Сяофэн рядом с ним с энтузиазмом обсуждают Хиллмана. Однако его взгляд инстинктивно упал на высокого и сурового мужчину, который сидел во втором ряду в сдержанной манере.
Черт, господин Пэй?!
Толпа в зале, которая уже затихла, инстинктивно посмотрела на Пэй Хуайцзи, который только что сел.
Президент JL был одет в высококачественный, сшитый на заказ черный с серебром костюм. Каждое его движение было полно благородства. Его строгий профиль показывал резкую и властную ауру, когда он болтал с организатором соревнований рядом с ним. Глаза Пэй Хуайцзи слегка сузились, и он кивнул человеку рядом с ним очень сдержанно.
Его естественная, величественная осанка мгновенно привлекла внимание всех присутствующих в зале.
Темно-красный галстук мужчины был крепко завязан на груди. Длинный и широкий подол его пальто наполовину прикрывал его небрежно скрещенные длинные ноги. Подошвы его кожаных ботинок были такими чистыми, что на них не было ни капли снега.
Широкие плечи и крепкая спина.
Гуань Тун был потрясен, но все же заметил, что рядом с Пэй Хуайцзи сидела красивая женщина с изящной фигурой и достойным выражением лица. Ее нежные волосы были завязаны на затылке жемчугом, и она выглядела достойно в белом халате.
Лю Хао дважды щелкнул языком: «Второй ряд. Это места для семей участников».
Глаза Гуань Туна вдруг расширились еще больше. Билеты поступили в продажу гораздо раньше последнего эпизода шоу!
Может ли быть, что Ю Мянь и Пэй Хуайцзи уже встречались в то время?!
Толпа позади него шумела, а персонал на сцене уже ушел.
После ухода персонала соревнований Цянь Ли не удержалась и похлопала Пэй Хуайцзи по руке. Она наклонилась и прошептала: «Как Сяо Мянь? Он нервничает?»
Она не ожидала, что «Кубок Звезд» будет таким грандиозным. Даже Цянь Ли не смогла скрыть своего удивления, когда вошла в это огромное место, вмещающее десятки тысяч человек.
Даже сейчас, сидя здесь и слушая непрерывный шум толпы позади себя, Цянь Ли не успокоилась.
Пэй Хуайцзи, который только что вышел из-за кулис, небрежно сказал: «С ним все в порядке. Он в очень расслабленном состоянии».
Цянь Ли похлопала себя по груди, глубоко вздохнула и сказала: «Это хорошо».
Пэй Хуайцзи вспомнил беззаботную улыбку Ю Мяня, когда они только что встретились за кулисами. Уголки его губ невольно изогнулись в улыбке.
Красный занавес медленно опустился и закрыл всю сцену.
Как только все зрители вошли, свет в зале внезапно погас. Плотный луч света упал перед сценой.
Известный ведущий Цюй Шао элегантно открыл шоу, одетый в синий костюм: «Добро пожаловать, судьи и зрители, на финал «Кубка Звезд». Следующие два часа станут ареной финального соревнования среди последних трех участников, которые выдержали три раунда соревнований за последние несколько месяцев».
«Финал будет тематическим матчем». Цюй Шао окинул взглядом всю аудиторию и с улыбкой сказал: «Тема — возрождение».
Время от времени из притихшей аудитории доносился шепот.
Судьи в первом ряду уже открыли информацию об участниках.
Цюй Шао махнул рукой. Красный занавес позади него постепенно поднялся, открыв широкую сцену, разделенную на три зоны.
«Поприветствуем победителя, занявшего первое место в группе дизайна костюмов, участника Лай Чжикуаня!»
Три ряда вешалок и бесчисленное количество манекенов были размещены на левой стороне сцены. Молодой и необычный мальчик с пирсингом в губе сделал жест руки-ножницы в сторону зрителей, не выглядя при этом нервным.
«Первое место в группе масляной живописи — Фан Сюэнань!»
Девушка с черными волосами в желтом платье сидела перед мольбертом, аккуратно установленным с правой стороны сцены. Когда прозвучало вступление ведущего, она с помощью кисти собрала свои длинные волосы в пучок на затылке.
Взгляд Цюй Шао скользнул по фамилии на карточке-подсказке. Знакомая и интимная улыбка появилась в его глазах. Голос ведущего внезапно повысился на несколько октав, когда он крикнул: «Наконец-то первое место в скульптурной группе, Ю Мянь!»
В центре сцены, на виду у всех зрителей, возвышалась гигантская скульптура, покрытая белой тканью.
Им пришлось вытянуть головы, чтобы увидеть вершину гигантской скульптуры.
Когда свет софитов осветил Ю Мяня, молодой человек как раз целовал красную веревку на своем запястье.
Зрители могли видеть только то, что конец красной веревки был похож на амулет.
Ю Мянь очень быстро спрятал амулет в рукав. Свободная и устойчивая к грязи черная толстовка сделала его фигуру еще стройнее. Прямые плечи и спина выдавали его острый дух.
Он завязывал свои каштановые волосы на макушке резинкой, открывая его чрезвычайно яркие янтарные глаза.
Во время представления Ю Мянь слегка кивнул в зал, вызвав взрыв тихих криков.
«Это Ю Мянь! Давай, детка!»
«Аааа, он выглядит даже лучше, чем в камере! Я даже видел господина Пэй, сидящего в первом ряду!»
«Правда? О, Боже».
«Кто сегодня выиграет золотую медаль «Кубка Звезд»?» — улыбнулся Цюй Шао и сошел со сцены: «Подождем и увидим!»
Когда ведущий закончил свои следующие слова, в зале внезапно загорелся свет. Он особенно ярко осветил три позиции на сцене.
Гигантский таймер, висящий над сценой, издал тикающий звук. Промелькнула цифра 120, и начался обратный отсчет до конца соревнования.
Ю Мянь достал скребок из своей сумки для инструментов для скульптуры. Как раз когда он закончил царапать пальцами, размышляя, он услышал взрыв шума, доносящийся из зала.
Гуань Тун сидел среди зрителей, с нетерпением глядя на центральную сцену. Он слышал крики фанатов и думал: «Разве не говорят, что не многим фанатам удалось достать билеты?»
Но прежде чем Гуань Тун успел закончить эту мысль, со стороны зрителей, начиная с шестого ряда, раздались единодушные возгласы неодобрения.
«Бу-у!»
«Убирайся! Убирайся!»
Все в первом ряду удивленно обернулись, включая Хиллмана и Марсию.
Пэй Хуайцзи нахмурился еще сильнее, его глаза стали холодными.
Репортеры СМИ в третьем и четвертом рядах были так взволнованы, наблюдая за весельем, что направили свои камеры прямо на задние ряды зрителей и сделали множество фотографий. Их вспышки срабатывали как сумасшедшие.
Почти треть зрителей в зале на 10 000 мест подняли огромные баннеры с грубыми надписями вроде «Убирайся» и «Ты недостоин».
Гуань Тун, Фан Сяофэн и его группа в изумлении уставились на эту сцену. Внезапно они заметили, что кто-то в углу размахивает маленьким веером с портретом Бай Линя.
Крики становились все громче и громче. Весь зал мгновенно потонул в криках.
Они громко закричали в унисон: «Ю Мянь! Убирайся! Ю Мянь! Ты недостоин!»
"Убирайся!"
«Темная сделка! Темная сделка! Темная сделка!»
Марсия перевела крики Хиллману. Сероглазый мужчина неодобрительно нахмурился.
Гуань Тун и его группа, сидевшие в зале, внезапно осознали, что эта группа сумасшедших зрителей на самом деле были фанатичными поклонниками Бай Линя.
Оказалось, что именно из-за этих людей было так трудно достать билеты!
Поклонники Бай Линя громко кричали с большим энтузиазмом. Они держали плакаты с серьезными выражениями лиц, как будто они делали что-то праведное.
Эта группа людей искренне считала, что Бай Линь был оклеветан. Они также искренне купили билеты, чтобы приехать сюда и лично повлиять на менталитет Ю Мяня для участия в соревновании.
Никто их не подстрекал, никто их не провоцировал.
Вот это было действительно ужасно.
В просторном зале громко раздавались бесчисленные крики. Сердце Цюй Мяо сжалось, и она повернулась, чтобы посмотреть на Ю Мяня на сцене.
«Вот сумасшедшие!» — выругалась Цюй Мяо, глаза ее покраснели.
Пэй Хуайцзи тут же поднял руку, чтобы подать сигнал сотрудникам службы безопасности. Мягкая улыбка в его глазах исчезла, оставив только холодный гнев.
По приказу Пэй Хуайцзи несколько сотрудников поспешили туда, где крики были громче всего, чтобы убедить их остановиться.
Просто было слишком много участников. Сотрудникам службы безопасности не было смысла стоять в толпе и кричать, чтобы они свернули свои плакаты и молча наблюдали.
Фан Сюэнань и Лай Чжикуань, находившиеся по правую и левую стороны сцены, также были поражены этой внезапной переменой ситуации.
Они ясно слышали, как зрители скандировали имя Ю Мяня, и не могли не почувствовать шок и сожаление.
Фан Сюэнань вздохнула. Она подумала, что даже если Ю Мянь был очень силен, он не смог бы остаться совершенно равнодушным к освистыванию, которое нарушало его мысли.
В глазах Лай Чжикуаня появилась улыбка. Казалось, удача выиграть награду выпала ему.
Но даже посреди оглушительных криков «недостойный» и «убирайся», Ю Мянь просто повернул голову и взглянул в сторону зрителей. Затем он обменялся успокаивающим взглядом с Пэй Хуайцзи в зале.
Взгляд Ю Мяня был твердым и непоколебимым.
В следующую секунду Ю Мянь закончил готовить скребок и поднялся по семиметровым ступеням перед собой. Он протянул руку и схватил край белой ткани. С размаху он поднял белую ткань, покрывавшую работу, и бросил ее вниз!
Наконец, наполовину готовая скульптура была представлена всем.
Огромная скульптура на секунду прекратила гул, но вскоре он снова стал невыносимым.
Ю Мянь стоял в центре бури, не паникуя. Он немедленно начал творение в реальном времени на следующие два часа по наброску, который он нарисовал давным-давно. Это заставило Фан Сюэнань и Лай Чжикуаня, наблюдавших за весельем со стороны, отстать на полшага.
Повсюду были слышны резкие крики, но трое участников на сцене уже начали концентрироваться на своих творениях.
Особенно Ю Мянь. Его острые глаза быстро сканировали туда-сюда между черновым рисунком и скульптурой перед ним. Наконец, он определил положение ножа и начал резатт.
Ю Мянь опустил брови, его поведение стало твердым.
Он никогда не остановится здесь.
Он никогда не поддавался общественному мнению.
Смерть и нелепая судьба не отняли у него дух, не говоря уже об этих шумах и криках. Это была его сцена. Даже если весь мир освистывал его...
Он определенно станет окончательным победителем.