Глава 10.
Съемочная группа установила камеру на пляже, где собиралась снимать.
Янь Тинсюань и Гуань Тун отошли в сторону и позволили персоналу прикрепить микрофоны к их груди после того, как они переоделись.
Глядя с обочины дороги в сторону пляжа, вы можете увидеть длинный и широкий светло-голубой стол, подготовленный командой программы. Восемь стульев стоят друг напротив друга на ковре, а стол украшен лилиями, качающимися на ветру.
Гуань Тун повернулся и улыбнулся Янь Тинсюаню: «Похоже, французскую еду брата Яня все еще стоит попробовать. Производственная группа не так уж и обманывает».
Янь Тинсюань снял пиджак, оставив только рубашку. Черты его лица были красивы, а волосы настолько ухожены, что даже морской бриз не спутывал их.
Янь Тинсюань очень умело отреагировал на призыв Гуань Туна.
«Не относись к этому легкомысленно». Янь Тинсюань опустил голову и застегнул рукава. Когда он снова поднял глаза, он выглядел немного игривым и влюбленным из-за своего внешнего вида. Он сказал: «Хотя мы собираемся готовить французскую еду, получится ли это сделать в конце концов, зависит от того, что купит команда по закупкам, верно?»
Сердце Гуань Туна екнуло.
Первоначально он думал, что Янь Тинсюань и Хо Яньчжи — два совершенно противоположных человека: один спокойный, а другой страстный.
Но проведя некоторое время вместе сегодня днем, Гуань Тун понял, что этот элитный джентльмен перед ним не так уж и спокоен, как это можно было предположить по его внешнему виду.
Напротив, он очень хорош в общении и знает, как правильно себя вести в общении с любым человеком, совсем как Аквамен.
У Гуань Туна не было никаких двусмысленных мыслей, он просто внимательно выслушал слова Янь Тинсюаня и возразил: «Но, брат Янь, ты написал записку Пэю...»
Гуань Тун застрял на некоторое время, не зная, как обратиться к человеку, который заставлял людей чувствовать себя немного обескураженными. Запинаясь в течение нескольких секунд, он наконец сказал: «Брат Янь, ты написал записку господину Пэю».
Гуань Тун не знал, что за человек Пэй Хуайцзи, но он питал огромное доверие к Ю Мяню, поэтому он утешил Янь Тинсюаня и сказал: «По крайней мере, Ю Мянь обязательно купит все, что ты хочешь. Я все еще жду пира!»
Янь Тинсюань необъяснимо улыбнулся, убирая гриль для барбекю: «Кто знает?»
Не дожидаясь, пока Гуань Тун снова заговорит, Янь Тинсюань объяснил: «Даже нашей команде поваров приходится самим таскать грили. Как ты думаешь, их команда по закупкам может так же легко покупать все, что им захочется?»
Гуань Тун: «…» Черт, он забыл об этом.
«Сначала я не ожидал, что съемочная группа будет такой жестокой». Янь Тинсюань взглянул на Хун Шэна за камерой и с улыбкой предположил: «Средства для группы закупок, вероятно, были подготовлены съемочной группой».
Хун Шэн: «...».
Гуань Тун застонал и смог только сложить руки и загадать желание небу: «Братец Ю, дорогой мой, все мои надежды возложены на тебя, пожалуйста, купи хотя бы что-нибудь, что можно пожарить на гриле!»
Пока что между Гуань Туном и Янь Тинсюанем не было искры. Запись этой группы была целиком и полностью посвящена показухе, и даже персонал не мог сдержать смеха.
Как только Гуань Тун закончил говорить, в кадре внезапно появились четыре человека, направляющиеся в сторону хижины.
Оранжевый горизонт растворился вдали, оставив лишь немного розового тепла под ногами.
Без каких-либо конкретных указаний все камеры мгновенно повернулись в указанном направлении.
Персонал тихо воскликнул.
Красивые мальчики с разными стилями, как модели, шли один за другим. Морской бриз нежно дул, заставляя подолы их одежд топорщиться.
Юнь Гуанцинь и Хо Яньчжи, которые только что приняли холодный душ, шли сзади, держа руки в карманах, как обычно. Перед ними были Бай Линь и Шэнь Наньсяо, которые улыбались. Они также переоделись специально для первого ужина.
Шэнь Наньсяо был одет в светло-голубую одежду и выглядел нежно и элегантно.
Бай Линь все еще был одет в чистую белую рубашку и черные брюки. Он был самым низким из четырех человек. На его лице была милая улыбка, а его черные волосы развевались на ветру.
На его руке внезапно появился красный след, как будто на нее надавили чем-то тяжелым.
Бай Линь поднял правую руку, чтобы прикрыть след, выглядя слабым и жалким.
Гуань Тун с оптимизмом поднял руку и помахал издалека, выглядя радостным и приветливым.
Первым подошел Шэнь Наньсяо. Сначала он взглянул на Гуань Туна, затем на Янь Тинсюаня и сказал: «Подготовка почти закончена. Теперь нам осталось только дождаться возвращения команды по закупкам».
Янь Тинсюань кивнул и перевел взгляд на троих человек, стоявших позади Шэнь Наньсяо.
«Я слышал, вы ходили рубить дрова и носить воду?» — Янь Тинсюань слегка приподнял брови и с любопытством спросил.
Гуань Тун подошел ближе и широко раскрыл глаза, тоже в замешательстве: «Правда, что вы носили воду и рубили дрова? Я не мог поверить, когда Наньсяо это сказал».
Тело Хо Яньчжи источало влагу, как будто он только что принял освежающий холодный душ.
«Ах, съемочная группа такая обманчивая». Хо Яньчжи вздохнул и почесал волосы: «Мне так неловко. Поскольку я хотел быстро принять душ, мы втроем выбрали комнату».
Комнаты, организованные командой программы, одинаковы по размеру, ориентации и обстановке, за исключением того, что они находятся на разных этажах.
Поэтому, когда Хо Яньчжи сказал это, все остальные выразили свое понимание.
Юнь Гуанцинь завязал свои полувысохшие волосы в небольшой пучок на затылке, полностью открыв свои великолепные черты лица. Его красота мгновенно стала более агрессивной, чем прежде.
Гуань Тун не осмелился взглянуть на Юнь Гуанциня, когда они вчетвером приблизились.
Юнь Гуанцинь выдвинул стул, сел и, нахмурившись, спросил: «Ю Мянь и остальные еще не вернулись?»
Как только Янь Тинсюань покачал головой, Бай Линь прикрыл его руку и робко сказал: «В конце концов, команде по закупкам приходится покупать так много вещей, а водить машину очень утомительно».
Юнь Гуанцинь тихонько усмехнулся и посмотрел на Бай Линя сложным взглядом.
Бай Линь моргнул и на мгновение замер: «Брат Гуанцинь, почему ты так на меня смотришь?»
Бай Линь не ожидал, что Юнь Гуанцинь действительно бросит ему горсть дров. Хо Яньчжи перехватил их на полпути, но на его руке все равно остались уродливые следы.
После того, как Бай Линь долгое время записывал программу, он внезапно почувствовал, что больше не может понимать мысли Юнь Гуанциня.
Но как раз когда Бай Линь почувствовал грусть, Юнь Гуанцинь улыбнулся ему, и его прекрасные глаза по-прежнему выражали обычную нежность.
Но даже в этом случае Бай Линь больше не мог вести себя кокетливо перед Юнь Гуанцинем, как раньше.
Ему всегда кажется, что в следующую секунду человек, стоящий перед ним, внезапно изменит свою внешность и продолжит смотреть на него тем же свирепым и презрительным взглядом.
Гуань Тун посмотрел на Бай Линя и нахмурился в замешательстве. Он не знал, была ли это его иллюзия. Почему он чувствовал, что Бай Линь был... зеленым чаем?
Подготовительная и поварская команды были заняты перемещением решеток для барбекю, рубкой дров и доставкой воды, и все они были измотаны.
Теперь, когда Бай Линь сказал, что вождение утомительно, он словно пытался вызвать ненависть к Ю Мяню.
Гуань Тун подумал об этом, и тут же исправился: «Это не так. Все очень устали, и группировка была случайной. Никто не знает, каковы конкретные задачи каждой группы. К тому же, Ю Мянь и остальные еще не вернулись».
Юнь Гуанцинь опустил глаза и промолчал.
Бай Линь повернулся, чтобы посмотреть на Гуань Туна, и невинно сказал: «Да, все очень устали».
Гуань Тун только что вздохнул с облегчением, когда Бай Линь продолжил: «Теперь мы просто надеемся, что их группа сможет купить ингредиенты, необходимые брату Тинсюаню. В противном случае мы будем истощены за день... и не сможем поужинать».
Кулаки Гуань Туна стали тверже. Что происходит с этим красавчиком?!
Увидев эту сцену перед собой без какого-либо намеренного постредактирования, все будут только восхищаться красотой гостей, стоящих на пляже. Они не будут обращать внимания на каждое выражение и каждое действие.
Поэтому, когда краткий разговор Гуань Туна и Бай Линя транслировался в прямом эфире в комнату наблюдения, Цюй Шао вздохнул, улыбнулся и сказал: «Похоже, что команда по закупкам несет на себе ожидания гостей, проживающих в доме. Я действительно не знаю, какова сейчас ситуация со стороны Ю Мяня?»
Го Су посмотрел на бумагу, которую он исписал подсказками, и сказал: «Я помню, как видел карту на лобовом стекле машины, когда Ю Мянь только что вышел из кабины, а затем Пэй... Пэй Хуайцзи нашел конверт с 500 юанями внутри».
Си Жуй наклонила голову, на ее сексуальном лице читалось беспокойство.
«Я помню, что многие из заметок, написанных Янь Тинсюанем, были о замороженных ингредиентах и изысканных блюдах... Пятьсот юаней — это действительно слишком мало для группы Ю Мяня!» Си Жуй возмущенно нахмурилась.
Цюй Шао успокоил эмоции Си Жуй и рационально проанализировал ситуацию на камеру: «500 юаней, которые дала команда программы, должно хватить на ужин, так что не волнуйся».
В комнате наблюдения наступила короткая тишина.
Хотя слова Цюй Шао верны, они не совсем верны.
500 юаней, предоставленных производственной группой, действительно хватало на ужин, но проблема заключалась в том, что гости из оставшихся двух групп слишком усердно работали над множеством задач и просто хотели плотно поесть, как и было согласовано ранее.
Даже если бы группа Ю Мяня принесла ингредиенты, будь это просто лапша или что-то еще, это определенно снизило бы ожидания других людей.
Си Жуй имеет глубокие корни в индустрии развлечений и знает инертность этих программ, поэтому она может составить верное впечатление, наблюдая за главными героями романтического варьете.
Все было бы хорошо, если бы Бай Линь только что не подлил масла в огонь, но теперь, когда прозвучали эти слова, даже те, кто этого не ожидал, начали с нетерпением ждать!
Си Жуй сжала пальцы, ее красные ногти слегка впились в ладонь.
Ю Мянь должен бороться изо всех сил!
Когда камера запечатлела прекрасный момент с шестью гостями, стоящими на пляже, к Хун Шэну подбежал сотрудник, протянул ему черную камеру GoPro и прошептал: «Последняя группа вернулась».
Как только сотрудник закончил говорить, на белый и мягкий песчаный пляж выехал черный служебный автомобиль с напечатанным на нем логотипом команды программы «Совпадение Сердцебиений».
Ю Мянь в машине расстегнул ремень безопасности, его окружал прохладный аромат мяты.
Пэй Хуайцзи держал в руке коробку леденцов и внезапно почувствовал, что если бы существовали духи с таким ароматом, то они могли бы быть приемлемыми.
Шестеро гостей, оставшихся в доме, обнаружили Ю Мяня и Пэй Хуайцзи, которые наконец вернулись почти одновременно со съемочной группой программы.
В одно мгновение все, кто не был голоден, почувствовали голод.
«Ты наконец-то вернулся». Хо Яньчжи прикрыл живот и нахмурился, беспомощно улыбаясь: «Я очень голоден после того, как нарубил столько дров. Теперь я просто хочу хорошо поесть».
Юнь Гуанцинь пристально посмотрел на двух человек, вышедших из машины вдалеке.
Он видел, как они достали из багажника несколько больших сумок с покупками, которые выглядели очень тяжелыми.
Глаза Юнь Гуанциня постепенно потемнели, и давно забытое чувство трепетного волнения медленно хлынуло в его мозг.
«Ю Мянь!»
Крикнул Гуань Тун, подходя, за ним следовали Шэнь Наньсяо и другие.
Гуань Тун первым подбежал к Ю Мяню и вздохнул с облегчением: «Дорогой, ты наконец-то вернулся! Съемочная группа такая крутая, это совсем не романтическое шоу!»
«Ты даже не представляешь, что мы делали сегодня днём...» Гуань Тун последовал за Ю Мянем, бормоча что-то себе под нос, словно маленькая крикливая птичка.
Ю Мянь нежно поднял руку и коснулся макушки розовых волос Гуань Туна.
«Спасибо за вашу тяжелую работу».
Голос Ю Мяня был холодным и нежным, его прекрасные глаза слегка изогнулись, и Гуань Тун мгновенно замолчал, словно потеряв самообладание.
Черт…
Гуань Тун моргнул, и его уши становились все краснее и краснее, и румянец даже постепенно распространился на его лицо.
Пэй Хуайцзи взял сумку из рук Ю Мяня.
У мужчины были широкие плечи и длинные ноги, и еда, которая только что казалась очень тяжелой, в руках Пэй Хуайцзи казалась совсем легкой.
Пэй Хуайцзи опустил глаза и взглянул на Гуань Туна и остальных, затем грубо спросил: «Голодный волк набрасывающийся на еду?»
Застенчивость, вызванная Ю Мянем, мгновенно исчезла, глаза Гуань Туна расширились, и он сказал: «Как ты можешь шутить, с твоими густыми бровями и большими глазами?»
Выражение лица Пэй Хуайцзи не изменилось, он лишь усмехнулся.
Гуань Тун: «…»
Ю Мянь закрыл багажник и вернул ключи от машины команде программы. Услышав это, он не мог не рассмеяться за спиной Пэй Хуайцзи.
Уши Гуань Туна снова покраснели, но Шэнь Наньсяо был по-прежнему элегантен и сказал: «Мы беспокоились, что ты не сможешь купить ингредиенты».
Янь Тинсюань неторопливо подошел и сказал: «Чего вы все здесь стоите? Идите первыми».
Янь Тинсюань пристально смотрел на Ю Мяня в течение двух секунд и хотел что-то спросить, но увидел, как Ю Мянь прошел мимо него к условленному месту.
Янь Тинсюань обернулся и, нахмурившись, посмотрел на спину Ю Мяня.
Когда это началось?
Теперь он смотрит на спину Ю Мяня?
Пэй Хуайцзи подошел к столу на своих длинных ногах и поставил на него сумку с покупками.
Раздался глухой удар, и он показался всем очень тяжелым.
Бай Линь посмотрел на множество купленных им ингредиентов и почувствовал себя несчастным, но не мог этого показать. Он мог только подойти и спросить: «Дай-ка я посмотрю, какую вкусную еду ты купил?»
Ю Мянь не хотел тратить время и внимание на Бай Линя. Он открыл пакет и спокойно сказал Янь Тинсюаню: «Французскую еду невозможно приготовить. Бюджет, выделенный командой программы, недостаточен».
Атмосфера на месте происшествия постепенно накалялась, и сердце Гуань Туна упало.
Шеф-повар сегодняшнего вечера Янь Тинсюань очень джентльменски улыбнулся, заложил руки за спину и сказал: «Всё в порядке».
Бай Линь с трудом скрыл улыбку и с сожалением вздохнул: «Тогда давайте поедим...»
Не дожидаясь, пока Бай Линь закончит, Ю Мянь по одному достал ингредиенты из сумки: «Но я помню, что брат Шэнь очень хорош в итальянской кухне, а ты как раз в команде поваров».
Шэнь Наньсяо с нескрываемым удивлением посмотрел на черные оливки, белый сыр, салат, устрицы и помидоры на столе.
Он быстро подошел к столу, взял бутылку вина «Марсала» и в полном шоке посмотрел на Ю Мяня.
«О боже, как ты вообще это купил?!»
На лицах всех присутствующих отразилось нескрываемое удивление, и даже члены съемочной группы, находившиеся за пределами площадки, широко раскрыли глаза от неожиданного результата.
На экране Ю Мянь пожал плечами, морской бриз развевал его волосы, а вьющиеся каштановые пряди элегантно перекрещивались над его яркими бровями.
В голубом закатном свете Ю Мянь улыбнулся и сказал на стандартном и красивом итальянском языке: «Buona Fortuna».